Мокрое дело

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Бизнес с Басаевым

© "Московский комсомолец", origindate::04.10.2005, "Утопит" ли водопровод ставропольского губернатора?

Мокрое дело

Беседовал Андрей Новиков

Converted 19808.jpg

Ирина Черногорова, Андрей Разин и Александр Черногоров

В Ставропольском крае не утихают страсти вокруг последнего наказа президента В.В.Путина губернатору края Александру Черногорову провести воду на хутор Дегтяревский Кочубеевского района. Как известно, его жительница Людмила Караченцева еще в 2003 году обращалась к президенту с просьбой о помощи, а во время последней "прямой линии" вынуждена была свой вопрос повторить.

Этот факт заставил многих задуматься о том, а достоин ли вообще губернатор, не выполнивший поручение президента за два года, быть представленным им на третий срок. Ведь это только одна жизненная ситуация, а сколько их осталось в Ставропольском крае, что называется, "за кадром".

Своими мыслями на этот счет делится заместитель председателя комитета по строительству и жилищно-коммунальному хозяйству Государственной думы Ставропольского края Андрей Разин.

Работая долгие годы рядом с губернатором Черногоровым, он был и его близким сподвижником, и жестким оппонентом.

—Андрей Александрович, как Вы оцениваете действия краевой власти после публичной критики президента?

— Александр Леонидович отреагировал на этот инцидент очень своеобразно. Уже вокруг этой бедной женщины целое следствие ведется с вопросом: "Кто тебя надоумил писать президенту?". Мне достоверно известно, что ей даже угрожали. Эта история - просто показатель бессердечного отношения к людям.

Власть с трудом признается в том, что кто-то ею недоволен, и все сводится к тому, чтобы от рапортовать наверх, что меры приняты и все сделано.

Во всех домах, принадлежащих губернатору, я насчитал 40 кранов, и изо всех течет вода. В такой ситуации трудно по-настоящему понять людей, кто за этой водой вынужден ходить по километру.

А вы знаете, сколько таких хуторов в Ставропольском крае, где у людей нет воды, и они годами ждут, когда придет помощь? А наш губернатор — единственный среди всех губернаторов, в рабочем кабинете которого установили джакузи.

— Вы это лично видели?

— Я работал с Черногоровым давно и видел его в разных ситуациях, и даже в тех, когда он лежал в джакузи.

— Вы хотите сказать, что джакузи "подмочило" репутацию губернатора в своем кабинете?

— Вопрос упирается совсем не в джакузи губернатора. В интервью ставропольскому телевидению после "прямой линии" президента Александр Леонидович признался, что на хуторе Дегтяревском проживает 600 человек, а провести им воду стоит 130 млн. рублей. Он, конечно, выполнит поручение президента, но намекнул, что тратить такие деньги на такое количество людей не по-хозяйски. Я вижу в этом цинизм и отношение к людям, интересы которых он обязан защищать по присяге, но получается, что за круглыми цифрами не видно ни живых людей, ни их наболевших проблем.

— Но губернатор очень быстро начал выполнять порученное дело...

— Когда затрагиваются интересы власти, когда на карту поставлена собственная судьба, то тогда делается не только все возможное, но и невозможное. Тогда не спрашивают, сколько это стоит и где взять деньги, потому что ответы появляются автоматически.

Губернатор уже "снял" 50 млн. рублей с газификации поселка Горьковский Новоалександровского района. Хотя это решение, как мне кажется, ущемляет других людей. Но остановить Александра Леонидовича может, по-видимому, только новый упрек президента, в том случае, если теперь из поселка Горьковского очередная смелая женщина не задаст новый вопрос: "Почему у них нет газа?".

— Но, может быть, краевая власть имеет право менять приоритеты в расходовании бюджетных средств?

— Если такое происходит, то это есть прямое должностное злоупотребление властью! Такое же, как и то, что в Ставропольском крае из резервного фонда губернатора, предназначенного для непредвиденных расходов в случае стихийных бедствий, покупаются дома главам администраций. Оформляются они как служебное жилье, которое потом успешно приватизируется. Последняя такая сделка прошла в Шпаковском районе. Глава этого района получил в свою собственность новый дом стоимостью в 300 тысяч рублей. Теперь у этого чиновника два дома.

А Александр Леонидович тоже поощряет своим собственным примером. До того как стать губернатором, он имел трехкомнатную квартиру, и я до сих пор помню, как гости спали у него на кухне, а теперь у него уже несколько квартир и домов, купленных, по-видимому, на зарплату губернатора, и все в крае об этом знают и видят. Но мало того, сейчас запущен механизм по приватизации государственной дачи в заповедной зоне горы Стрижамент, в обустройство которой уже вложено почти 500 млн. рублей. В красивое заповедное место, которое во все времена считалось настоящим достоянием края, сейчас допускается только семья губернатора, и при новом его сроке они там, по-видимому, окончательно и пропишутся.

— Вы хотите сказать, что у губернатора есть стимул для того, чтобы проситься у президента на третий срок?

— Конечно, у него есть стимул, потому что ему грозит реальная смертельная опасность в случае, если он не станет губернатором. Именно поэтому он так упорно добивался в течение последнего года долгожданной встречи с президентом.

— Что это значит?

— А это означает то, что, возможно, у Александра Черногорова могут быть серьезные проблемы, если он не отдаст свои долги. А будучи губернатором, безусловно, отдавать их легче.

— У губернатора есть долги?

— У губернатора долги перед Басаевым. Эта история началась в 1997 году. Тогда Александр Леонидович, не особо вникая в суть хозяйственных сделок, под свое поручительство договорился о поставках на Ставрополье топлива из Азербайджана в обмен на зерно. Сумма сделки была больше миллиона долларов. Топливо действительно поступило в край, причем без формальных таможенных процедур. Я тогда работал помощником губернатора и был в курсе всех действий. Был получен аванс в размере 200 тысяч долларов за организацию этой сделки, но организовать ее выполнение так и не смогли.

В Петровском районе за поставленное топливо не рассчитались, зерна в нужном объеме не отгрузили, и вот тогда в адрес губернатора пошли сначала упреки, а потом и претензии. В процессе разбирательства выяснилось, что топливо было вовсе не из Азербайджана, а из Чечни, а его хозяином оказался лично Басаев. И вот в то время, когда Владимир Путин начал антитеррористическую операцию в Чечне и военные действия приняли активную фазу, Александр Черногоров вынужден был принимать у себя делегацию так называемого Чеченского правительства, которая приехала устанавливать со Ставропольем так называемые мирные двухсторонние связи. На самом деле Басаев послал своих гонцов за недополученным зерном, и все переговоры сводились к этому.

— Уж не хотите ли Вы сказать, что когда федеральная власть активно ловила бандитов, ставропольский губернатор думал, как их накормить?

— Ему пришлось действительно серьезно об этом думать, потому что чеченцы поняли, что их "кинули", на кону стояли большие деньги, и прощать их они не собирались, пусть даже губернатору.

Как известно, долги не имеют срока давности, и за их невозврат может наступить расплата.

— И какой же конец у этой истории?

— А эта история еще не имеет конца. Конечно, зерно в Чечню так и не ушло — там шли боевые действия, но впоследствии Черногоров пытался замять эту историю, и эмиссарам Басаева были возвращены 200 тысяч долларов. Можно только догадываться, на какие цели они пошли: может, на захват школы в Беслане, а может, на подготовку других терактов.

Если Басаева все-таки возьмут живым, я думаю, он расскажет все неизвестные подробности этой истории. Я же могу лишь констатировать череду смертей тех людей, которые были причастны к сделке. Так, при загадочных обстоятельствах умер директор коммерческой фирмы Кашенко, который занимался реализацией зерна, а недавно, 10 июня 2005 года, был убит начальник службы безопасности губернатора Юрий Прачев, который курировал ход сделки и "разбирался" с бандитами. За две недели до смерти Прачев жаловался мне, что угрозы по этому делу до сих пор продолжаются, несмотря на то, что уже вернули взятые 200 тысяч долларов.

— Вы думаете, это все взаимосвязано и есть угроза, что они доберутся и до Черногорова?

— Я не преувеличиваю опасности жизни для губернатора. Конечно же, найдется выход. Другой вопрос, что если ему "включили счетчик", то какой теперь этот долг, из какого бюджета его будут платить и, наконец, кому и на какие дела пойдут эти деньги?

— Вам не кажется, что в эти вопросы уже должны вникать компетентные органы?

— В соответствующие структуры, в том числе ФСБ, информация уже поступила, но в свое время окружение Черногорова самостоятельно пыталось "утрясти" этот вопрос. Теперь же история зашла слишком далеко, и уже без посторонней помощи не выбраться. И это независимо от того, даст ли президент ему возможность работать третий срок или нет. Как известно, мокрые дела "сохнут" с трудом и всегда оставляют следы или пятна.