Москва для двоих

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"Так случилось, что бизнес Елены Батуриной начался сразу после свадьбы. И успешно развивается по сей день"

Оригинал этого материала
© "Огонек" , origindate::07.09.2009

Москва для двоих

'''Наталья Голицына, Лондон

Compromat.RuВ Лондоне продолжается судебный процесс по делу российского бизнесмена Шалвы Чигиринского. Выступая в суде, он заявил, что за попыткой отнять у него бизнес стоит Елена Батурина.

По словам Чигиринского, Батурина [page_28063.htm пытается через подставное лицо отобрать] принадлежащий ему пакет акций нефтяной компании Sibir Energy, зарегистрированной в Великобритании. 18 процентов акций этой компании принадлежат правительству Москвы. Тогда же на суде Чигиринской заявил, что заключил с Батуриной в 1999 году соглашение, по которому передал ей половину уставного капитала Московской нефтяной компании в обмен на помощь в преодолении "бюрократических препятствий" со стороны московского правительства в сфере недвижимости и сделок с нефтью. Чигиринский утверждает, что оплачивал все расходы Батуриной по бизнесу в размере 12 млн долларов и даже оплатил расходы по обслуживанию ее личного самолета. По этой договоренности, утверждает Чигиринский, партнеры должны были делить поровну все доходы и убытки от бизнеса. Официально эта сделка оформлена в 2003 году, когда на Британских Виргинских островах были зарегистрированы две компании — Rossini и Salvini, которым принадлежат половинные доли Батуриной в нефтяной компании и фирмах недвижимости. В лондонский суд Чигиринский [page_28093.htm представил ряд документов], которые должны, как он считает, подтвердить его заявление о тайной сделке с Батуриной. В их числе поручение швейцарской юридической фирме, подписанное им и Батуриной, неподписанная записка по делу компании Rossini, направленная швейцарскому банку Wegelin, из которой явствует, что Батурина и Чигиринский вступают в совместное владение этой фирмой. В деле фигурируют еще несколько записок, подписанных Батуриной, призванные подтвердить ее партнерство с Чигиринским. Единственная российская женщина-миллиардер опровергла обвинение Чигиринского и заявила, что он должен ей 42 млн долларов.

Российской нефтяной компании Sibir Energy принадлежит около половины акций Московского нефтеперерабатывающего завода и 138 АЗС в Москве. Чигиринский владеет 23,35 процента акций этой компании, которые были заложены Сбербанку в обеспечение кредита в размере 192 млн долларов. Срок возврата кредита наступает в октябре 2009 года, но уже с марта Чигиринской перестал обслуживать свой долг — в связи с экономическим кризисом его дела в девелоперском бизнесе серьезно ухудшились. Права по залогу были переуступлены бизнесмену Руслану Байсарову, за которым, по словам Чигиринского, стоит Елена Батурина. На Чигиринском висит и другой крупный долг. В 2007 году лондонский филиал Deutsche Bank выдал девелоперской компании Чигиринского Russian Land кредит в 3 млрд рублей. В феврале этого года обязательства по кредиту были уступлены российскому государственному Внешторгбанку (ВТБ). В конце августа этого года ВТБ выиграл в лондонском Высоком суде дело по иску к Чигиринскому. Суд обязал зарегистрированную на Британских Виргинских островах принадлежащую Чигиринскому компанию Gradison Consultants выплатить ВТБ в счет долга 3,42 млрд рублей. По постановлению суда [page_28002.htm арестованы активы Чигиринского] на общую сумму 3,11 млрд рублей. Еще один крупный долг Чигиринского — около 400 млн долларов компании Sibir Energy, которая подала иск в лондонский Высокий суд. Пытаясь расплатиться с долгами, Чигиринский выставил на продажу часть своей недвижимости и активов на общую сумму 430 млн долларов. Sibir Energy уже получила 27,6 млн долларов от продажи лондонского особняка Чигиринского.

Шалва Чигиринский — один из богатейших людей России. Журнал Forbes оценивает его состояние в 2,3 млрд долларов. На паритетной основе с правительством Москвы он владеет Московской девелоперской компанией. Одним из его крупнейших девелоперских проектов стало строительство нового комплекса на месте гостиницы "Россия". С его участием возводится башня "Россия" в международном деловом центре "Москва-Сити". Он же создает в Москве сеть гипермаркетов Metro-Real. Кроме того, Чигиринский занимается и нефтяным бизнесом, став одним из директоров компании Sibir Energy. Надо сказать, что личность и прошлое этого удачливого и [page_28100.htm незаурядного бизнесмена] покрыты тайной. Известно, что он родился в 1949 году в Кутаиси, окончил Первый московский медицинский институт, после чего занялся торговлей антиквариатом, говорят, что торговал иконами. В 1987 году Чигиринский эмигрировал в Испанию, затем перебрался в ФРГ, где занялся перепродажей недвижимости. В начале 90-х вернулся в Россию в качестве совладельца немецкой компании "С+Т Хандельс" и занялся строительством в Москве. В 2007 году все свои активы в сфере недвижимости и строительства Чигиринский объединил в учрежденной им компании Russian Land. Пресса неоднократно отмечала, что деловыми успехами Чигиринский обязан тесным связям с московскими городскими властями, до судебного процесса в Лондоне он это категорически отрицал.

Живущий в Лондоне бывший начальник правового управления компании ЮКОС, доктор юридических наук Дмитрий Гололобов основал в Британии адвокатскую фирму, услугами которой пользуются российские бизнесмены. Он хорошо знаком с делом Шалвы Чигиринского и согласился прокомментировать его в интервью "Огоньку".

— Почему, на ваш взгляд, Чигиринский решил выбросить на суд такую карту, как "тайные договоренности с Еленой Батуриной"?

— Мне кажется, что с определенными оговорками здесь можно говорить об элементе шантажа. Думаю, адвокаты объяснили Чигиринскому, что у него есть шанс стать фигурантом в уголовных делах, связанных с его кредиторами. Это побудило его использовать имеющиеся у него договоренности с Батуриной, если они существовали, в качестве политического рычага давления на своих противников, которых он определяет как группу или клан московского мэра. Он решил таким путем защитить свои бизнес-интересы. Ряд экспертов полагает, что Батурина пошла в этом случае на определенные уступки, чтобы не светиться в этом скандале, я имею в виду уступку ее фактического интереса в Sibir Energy. Очевидно, это не помогло, поскольку Чигиринскому отступать некуда. Думаю, что он в будущем попытается использовать эту договоренность как элемент защиты, если российские власти потребуют его экстрадиции. В этом случае он сможет утверждать, что его дело является политически мотивированным, что с помощью уголовно-правовых претензий его пытаются выдавить из бизнеса, отобрать собственность. Тут он сможет указать на то, что претензии к нему исходят от силовой группы, связанной с женой московского мэра.

— На ваш взгляд, это может соответствовать действительности?

— Юридические претензии к его бизнесу очень существенны. Мы видим, что его активы арестованы, что его ограничили в распоряжении денежными средствами, позволяя тратить не более 25 тысяч фунтов в неделю плюс определенные, в пределах разумного, траты на адвокатов. В принципе, он в руках британского правосудия. Ну какие тут политические мотивы... Человек дружил с чиновниками и властями, и у него с бизнесом все было прекрасно. Затем он с ними рассорился, и все стало плохо. Его бизнес был построен на теневых договоренностях. Он сбежал в Британию, где пытается доказать, что стал жертвой обмана, насилия и политического давления. Не думаю, что британский суд может легко купиться на такие аргументы.

— Кажутся ли доказательными заявления Чигиринского в суде о его тайном сговоре с Батуриной?

— Те документы, которые Чигиринский представил суду, должны будут еще исследоваться судом. Как юрист я рискну допустить, что такая авторитетная юридическая фирма, как Lovell, представляющая интересы Чигиринского, не стала бы делать голословных заявлений, не подтвержденных приемлемыми для британского суда доказательствами. Так что такие документы скорее всего реально существуют — в виде каких-то проектов, подписанных протоколов и записок. Показания самой Батуриной противоречивы. Ее юристы явно посоветовали ей воздержаться от комментариев, чтобы не усугублять ситуацию и дать им возможность выстроить ей позицию, которая выглядела бы для суда последовательной. Видимо, на определенном этапе она убедилась, что у Чигиринского есть какие-то доказательства, которые не позволят ей утверждать в суде, что это полная клевета и ложь. Пока не существует судебных решений по поводу распределения акций, это дело грозит госпоже Батуриной в большей мере имиджевыми, чем материальными рисками. О чем говорит это дело британской общественности, например? Она воспринимает его как доказательство того, что в России невозможны процессы против власть имущих. Существует статистика, по которой господин Лужков в течение очень длительного времени не проигрывал в московских судах никаких дел. Поэтому у российских бизнесменов возникло заметное стремление переносить свои тяжбы с московскими властями в другую юрисдикцию, в частности британскую, которая известна своей независимостью и серьезным, я бы даже сказал, въедливым, отношением к делам. Стандартное требование британских судов раскрывать конфиденциальную информацию ставит недобросовестных истцов и ответчиков в достаточно тяжелую ситуацию. Все знают, что самое последнее дело — врать британскому суду. Это влечет за собой немедленные уголовные санкции, причем независимо от исхода самого процесса. Это наглядно проиллюстрировал лондонский процесс владельца компании Gunvor Геннадия Тимченко, которого пресса представляет близким другом Владимира Путина. Тимченко подал в лондонский суд [page_24025.htm иск к журналу Economist], утверждавшему, что расцвет его нефтетрейдерской компании совпал с падением ЮКОСа и что в свое время нефтяная компания, где он работал, получила большую квоту в рамках схемы по поставкам продовольствия в обмен на нефть, которую якобы разработали в петербургской мэрии времен Собчака-Путина. Британский суд потребовал от Тимченко раскрыть все активы, где тот является бенефициарием. Это настолько испугало российского миллиардера, что он предпочел пойти на мировую с журналом и удовлетвориться извинением. Подавая иск, Тимченко не ожидал, что британский суд потребует такого широкого раскрытия конфиденциальной информации. Так что Батуриной, если она подаст встречный иск к Чигиринскому в британский суд, нужно быть к этому готовой.

— Если представить, что тайная договоренность Чигиринского с Батуриной существует, можно ли назвать ее коррупционной сделкой?

— Если британский суд придет к выводу, что Чигиринский подарил госпоже Батуриной бизнес-пакет стоимостью в несколько сот миллионов долларов в обмен на определенные услуги со стороны московских властей, то только тогда можно это утверждать. Понятно, что за красивые глаза такие деньги не дарят. Однако пока же на этот счет существует лишь некое общественное мнение, основанное на подозрениях, которое обычно направлено против власть имущих. Как юрист я обязан оперировать фактами, а не необоснованными презумпциями. Без решения суда такое обвинение делать нельзя. Когда адвокат Чигиринского заявляет в суде, что в Москве невозможно реализовать ни один крупный проект в сфере недвижимости без поддержки Батуриной, он делает это на основании мнения прессы, слухов или слов Чигиринского. Британский суд работает с обеими сторонами процесса и требует от них неопровержимых доказательств, а не умозрительных заключений. В этих обстоятельствах он как бы защищает госпожу Батурину, требуя документальных или свидетельских показаний от Чигиринского. Коррупция — красивое и громкое слово, но ее нужно доказать в юридическом процессе.

— Как часто российские олигархи пытаются решать свои проблемы в британском суде?

— К британскому правосудию российские олигархи чаще всего обращаются с целью защиты от политических претензий у себя на родине. И это началось с Березовского и дела ЮКОСа. Но немало в Лондоне и чисто коммерческих российских тяжб. Весной прошлого года, например, в Лондоне начался процесс по [page_17026.htm иску Бориса Березовского к Роману Абрамовичу]. Процесс все еще не завершен. Березовский обвиняет его в том, что в свое время Абрамович, который был его деловым партнером, заставил его с помощью шантажа продать ему активы "Русала", "Сибнефти" и телеканала ОРТ по заниженной стоимости. Абрамович якобы угрожал ему конфискацией имущества со стороны российских властей в случае отказа это сделать. Сам Абрамович это категорически отрицает. До этого процесса Березовский [page_16522.htm судился в Лондоне с главой "Альфа-групп" Михаилом Фридманом]. Выступая в программе канала НТВ, Фридман заявил, что Березовский ему угрожал, когда он попытался воспрепятствовать ему приобрести газету "Коммерсантъ". Березовский обвинил его в клевете. Фридман лично выступал в лондонском суде, но дело проиграл. Совсем недавно лондонский Высокий суд вынес решение, что [page_16157.htm иск Михаила Черного к Олегу Дерипаске] должен рассматриваться в Британии. Черной обвиняет своего бывшего партнера в невыполнении договоренности о получении 4 млрд долларов за проданные ему 20 процентов акций "Русала". Дерипаска отрицает наличие такой договоренности. Британский суд вынес это решение на основании невозможности объективного рассмотрения этого дела в России и опасности для Черного там появляться.

***

От пластмассовых тазиков — к империи

Так случилось, что бизнес Елены Батуриной начался сразу после свадьбы. И успешно развивается по сей день

Печатается по тексту независимого экспертного доклада "Лужков. Итоги". Автор Борис Немцов, Москва, "Солидарность", 2009 г.

1991 годЮрий Лужков женится на Елене Батуриной. В этом же году Батурина создает компанию "Интеко", выпускающую пластмассовые бытовые товары: ведра, тазы, одноразовую посуду.

1992 год — указом Бориса Ельцина Юрий Лужков назначается мэром Москвы.

1995 год — "Интеко" создает дочернюю компанию "Интекострой". Компания занимается отделкой и реконструкцией фасадов зданий, получает заказы от мэрии.

1998 год — "Интеко" выигрывает конкурс на поставку для стадиона "Лужники" 80 тысяч пластиковых кресел на общую сумму 700 тысяч долларов. Однако участие и победа Батуриной в конкурсе вызвали скандал. "Более выгодных условий не предложил никто",— объяснял тогда Ю. Лужков. Батурина позже говорила о том, что немецкое предложение было в полтора раза дороже.

До 1999 года "Интеко" представляла собой небольшую по масштабам фирму с оборотом около 20 млн долларов, сумевшую утвердиться лишь на рынке бытовых пластиковых изделий. В 1999-м в бизнесе "Интеко" случается первый "коренной перелом": согласно скупой на подробности корпоративной хронике, компания "начинает собственное нефтехимическое производство на базе Московского нефтеперерабатывающего завода в Капотне" (контрольный пакет акций у правительства Москвы). Известно, что в 1995 году на МНПЗ было начато строительство комплекса по производству полипропилена мощностью 78 тысяч тонн. Примерно такой же объем выпуска полипропилена закупала "Интеко". За три года последующих доходы компании от продажи пластиковых изделий — от упаковочных пакетов до стадионных кресел — выросли пятикратно.

Однако прорыв к миллиардному бизнесу Батуриной начался в 2000 году со скупки акций ДСК-3. "Интеко" купила часть акций ДСК-3 у вдовы убитого ранее акционера Юрия Свищева. Для того чтобы установить полный контроль над ДСК-3, Батурина в 2001 году участвует в приватизации компании, выкупая у московского правительства контрольный пакет акций ОАО. После этого заместитель мэра Москвы Владимир Ресин заявляет о решении столичного правительства выделить из бюджета деньги на развитие ДСК-3 с формулировкой: поддержать тех, кто строит жилье для москвичей. За год новичок в строительном бизнесе — компания "Интеко" занимает 20 процентов столичного рынка панельного домостроения. Как, по каким условиям и по какой цене Батурина получила контрольный пакет ОАО "ДСК-3", ответов найти не удалось.

В 2002 году на базе ДСК-3 "Интеко" создает ООО "СК ДСК-3", выделив в отдельное направление монолитное строительство элитного жилья и офисных зданий.

2002 год — приобретен "Осколцемент", один из крупнейших цементных заводов России. Поглотив еще шесть заводов, "Интеко" становится вторым по объему производителем цемента в России (11 процентов).

А в 2005 году "Интеко" продала ДСК-3 ГК "ПИК" за сумму чуть больше 300 млн долларов. Таким образом, "Интеко" покинула сокращающийся рынок типового жилья и сосредоточилась на монолитном и индивидуальном домостроении. Вместе с производственными мощностями "ДСК-3" строительная компания "ПИК" получает и инвестиционные проекты "Интеко", связанные с панельным строительством,— около 1 млн кв. м в Москве и Подмосковье.

Желание покинуть рынок массового жилья было подтверждено продажей цементных заводов компании "Интеко" холдингу "Евроцемент" за 800 млн долларов.

Компания выступает как крупнейший в Москве застройщик и инвестор. В 2007 году у ЗАО "Интеко" имеется около 1300 га земли под застройку в Москве. Программа ввода жилья — 1 млн кв. м в год.

***

[page_28234.htm Точки на карте. Объекты империи "Интеко" ]