Москва на мешках с цианистым калием

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© "FreeLance Bureau", origindate::12.04.2004

Москва на мешках с цианистым калием

На территории московского оборонного НИИ, рядом со складом запасов цианистого калия, обосновались нелегальные иммигранты

«Солист»

Converted 16538.jpgСначала были взрывы жилых домов в Москве, и не только… Потом случился «Норд-Ост». Потом — подрывы шахидок в Тушино, в метро… Потом — «Трансвааль», и до сих пор не ясно — теракт это или нет.

Что еще могут придумать террористы? Наш корреспондент получил задание вжиться в образ мелкого полевого командира, получившего заказ на проведение теракта в Москве и прибывшего в столицу на командирскую рекогносцировку…

— Документы!

Всё как надо. Лицо у меня от природы не совсем русское, одежда — соответствующая.

Показываю свой российский паспорт, раскрытый на постоянной московской прописке с 19… лохматого года. Чтобы он мгновенно открылся на нужной странице, закладкой служит карточка прессы. Дав вокзальному менту осознать увиденное, перелистываю на первую страницу с абсолютно русскими ФИО и фотографией в костюме и галстуке. В его глазах — смесь изумления и разочарования. Бедняга-то надеялся, что я дам ему паспорт без московской регистрации и, стало быть, с совсем иным «вкладышем»…

…Он среднеазиатской внешности, по-русски говорит прилично, молчалив. Говорю, будто только что с поезда, в Москве первый раз, в гостиницу не могу, негде переночевать. Он (назовем его Махмуд, имени я не спрашивал, впрочем, как и он моего) интересуется, почему не иду к землякам. Но, услышав мое короткое «есть причины», говорит «помогу» и дальнейших вопросов не задает.

И вот мы за МКАД. Перед нами обшарпанный забор, испещренный пятнами проделанных, заложенных и вновь проделанных дыр. Махмуд лезет в одну из них, я за ним.

— Не бойся, здесь проверок не бывает, — успокаивает он, пока мы пробираемся утоптанными тропинками мимо столбов с порванной колючей проволокой, — сюда ментов не пускают, это военный объект. Вон проходная, можно и там пройти, только охране за вход платить надо.

На следующий день я, уже выйдя из образа, в цивильном виде и на своей машине, подъехал к той проходной, чтобы поинтересоваться — что же тут за объект такой? На вывеске значилось — «Научно-исследовательский институт радиоприборостроения». Последующий поиск по Интернету дал массу интересного. Так, на собственной страничке НИИРП (http://niirp.rasu.org) черным по белому (точнее, синим по салатовому) написано, что означенный институт «образован в 1962 году, как головное предприятие по разработке, созданию и испытаниям систем противоракетной обороны (ПРО)»; что последняя из них, А-135, сдана в 1995 году и сейчас прикрывает Москву от американских баллистических ядерных ракет; и что ныне НИИРП входит в концерн «Алмаз-Антей», производящий знаменитые современные комплексы ПВО С-300 и намеревающийся производить еще более современные С-400. Элементарная логика подсказывает — если не сами эти комплексы, то по крайней мере, какие-то их составляющие разрабатываются в НИИРП.

Получалось интересно. Следуя за своим знакомцем Махмудом, я — по легенде «мелкий, но полевой командир» — попал прямо в колыбель современных систем ПВО и ПРО. Тех, одно присутствие которых в какой-нибудь зоне потенциального конфликта способно создать «пиндосам» бо-ольшие проблемы. Потому как безнаказанно «отдолбать» означенную зону самолетами и крылатыми ракетами эти комплексы не позволят. А значит, и наземным частям без потерь туда не войти — как они входили в Югославии или Ираке. Будь я офицером РУМО (разведывательное управление министерства обороны США — аналог нашего ГРУ), за одну эту прогулку через дыру в заборе я бы, наверное, уже орден на мундир прикручивал. А может, кто-то уже и прикрутил…

Если уж быть совсем точным, то официальный адрес НИИРП, указанный на его страничке в Интернете — Москва, Ленинградский проспект, 80. Однако вывеска на проходной подмосковного «объекта» не оставила никаких сомнений в его принадлежности. Значит, здесь — загородная база этой конторы. Цеха, станки, склады и всё такое прочее.

Впрочем, что это за объект, я тогда не знал, а Махмуд такими подробностями вообще не интересовался. Как, впрочем, и тем, кто я такой.

Он привел меня в небольшой коллектив нелегальных «гастарбайтеров» из Средней Азии, постоянно живущих и работающих на территории этого самого объекта. Честно говоря, я так и не понял, насколько легально было само производство, где они трудились, и что они там производили. Мне не рассказывали, я не спрашивал…

Вокруг расстилался почти грозненский пейзаж — здания с выбитыми окнами, брошенная и раскуроченная автотехника, только без следов обстрелов и пожаров. А Махмуд вводил меня в курс местной жизни:

— Ты охраны не шарахайся, подумают — чужой забрел. Своих не трогают, если что — предупредят, чтоб скрылись. Им фирмы, где мы работаем, отстегивают. Накроют нас, закроют фирмы — с чего они своих детей кормить будут?

Раздался скрежет, ворота у проходной поползли в сторону, охрана встала навытяжку, и на территорию въехал черный Мерседес-Геландеваген. Из джипа вылезли крепкие мужики очень подмосковно-бандюганского вида и зашли в одно из зданий.

«А, была-не была» — подумал я и, не изображая более перед Махмудом несчастного безработного, потянул из кармана маленький портативный бинокль. «Е 797 АЮ» — или АК, на таком расстоянии, да под углом, точно разглядеть было невозможно. «90 RUS». Или «99»… Ладно, думаю, потом пробью, но Махмуд коротко пояснил:

— Директор. Крутой…

…Смеркалось. Поужинали. Я сидел и, войдя в роль, подводил промежуточные итоги — что мне как «полевому командиру» удалось сделать за несколько часов пребывания в столице, и что еще предстоит.

Получалось немало — найдена база, гарантированно скрытая от глаз агентуры «органов правопорядка». Ведь окружавшие меня люди не зависели от благорасположения участковых и прочих оперативников, а стало быть, не были заинтересованы, ради хороших отношений с ними, «сливать» информацию — хотя бы даже просто о том, кто, к кому и когда приехал. Так что появление в Москве новых лиц — «террористов» — оставалось незамеченным. А это уже половина успеха, если не более.

Теперь можно было подумать, какой именно теракт учинять. Традиционный взрыв в людном месте? Можно. Но что он даст? Ну, пошумят СМИ недельку-другую, погибших похоронят, раненые выздоровеют, пострадавшие и их родственники получат нищенские компенсации и потратят их на гонорары адвокату Трунову, в надежде выбить через суд побольше… А с точки зрения личного интереса «мелкого полевого командира»: шахидку найди, шахидку уговори, семье заплати — что себе останется? Так что взрыв оставим на самый крайний случай, если ничего лучшего придумать не удастся. Н-да, тяжела и неказиста жизнь простого террориста…

Размышления прервал Махмуд, который, поговорив о чем-то со своей компанией, подошел ко мне и тихо спросил:

— Денег дашь?

Я подобрался. Ночь, разрушенное здание, крепкие мужики — нелегальные мигранты… Конечно, у меня, по заветам дяди Гиляя, было с собой все необходимое, чтобы их успокоить — без соответствующих навыков и инвентаря никому не рекомендуется исследовать «дно» — но конкретно в этом месте шуметь можно было только в безвыходной ситуации.

Правильно оценив мое молчание, Махмуд так же тихо продолжил:

— Нет, мы не… мы еще жить хотим… Давай так. Платишь — рассказываем что тебе нужно, не платишь — ночуешь и уходишь.

— Будет иначе, — отвечаю, — я плачу — вы рассказываете, я не плачу — вы не рассказываете.

— Хорошо.

— Тогда плачу, — я левой рукой положил на пол 50-ти долларовую купюру, придавил ее камешком и подсветил карманным фонариком, — Расскажешь — возьмешь. Мне понравится — еще столько.

Скажу сразу — свои вторые 50 баксов Махмуд получил: рассказ порадовал бы душу любого террориста!

— Была одна проверка, нас предупредили и мы успели уйти, а после нам сказали, что вон там — Махмуд показал на одно из зданий — лежит цианистый калий, несколько килограммов, еще что-то, много-много килограммов. Охраны там нет, так что велели не лазать, если жить хотим. Ничего не увозили, и сейчас всё там. А вон сауна, иномарки-девочки каждый день, никто не проверяет, плати-заезжай… Хочешь, телефон узнаю? Еще 50 баксов…

— Узнаешь — дам…

— Завтра узнаю… Сейчас — курнуть хочешь? Бесплатно…

Так, формулировка отказа — на интуиции, как в давние времена…

— Сейчас нет, голова ясная нужна…

— Тогда отдыхай, беспокоить не будем.

Теперь начинаем думать. Может ли честный нелегал-гастарбайтер от всей души предложить уважаемому гостю «косячок»? Запросто. Среднеазиаты не видят в «дури» никакого криминала, наркота в их общинах — обычное дело (не обычно, когда ее нет), «за речкой» (жаргонное наименование Афганистана, принятое среди военных) конопля вообще — основная сельскохозяйственная культура. Известен ведь случай, как некий беженец-декханин, добравшись до какого-то сибирского города, выяснял у встречных-поперечных, кому здесь продать мешок марихуаны — деньги ему нужны были, бедолаге, ничего другого с собой не взял. Может, и этим действительно из дома присылают только «для себя»…

А может быть и по-другому… Место, в которое милиции ходу нет! А нелегалам — пожалуйста. И о проверках предупреждают… Оч-чень удобный склад. Если так — серьезные тут люди могут оказаться.

Ни той, ни другой версии не противоречили ни «не замечающая» нелегалов охрана, ни предупреждения перед проверками, ни тем более «геланд» на фоне разваленных зданий… Может, это фирмы за своих гастарбайтеров охране «отстегивают». А может…

Но нам-то, «террористам», что за дело — наркоторговцы они или нет? Ясно одно — шуметь не станут. Замочить — это могут, если подставлюсь. А заложить — не заложат. Надежные люди. С точки зрения террористов, разумеется. К тому же — ислам…

Разумеется, о сне и речи не было — я не самоубийца. И ничто не мешало «крутить варианты». Обстановочка способствовала воображению.

Так, размышлял я, есть несколько килограммов цианистого калия. И много — какой-то другой ядовитой дряни. И сауна. Приехать на микроавтобусе, можно двух-трех — вроде как большая компания отдыхает… всю ночь. Цианистый калий взять весь, и еще сотню-другую кило «разных сортов» в темноте погрузить — без проблем. Можно даже несколько раз приехать… Потом… Водопровод — это очевидно… А еще можно захватить сколько получится «поливалок», лето скоро, они по ночам ездить станут, никто не помешает. Водичку в цистернах «подсластить» — и по городу… Ох, что наутро в Москве будет!

Есть ли еще варианты? Вдруг там нет этих цианидов, или уже вывезли, или не было никогда, а только слухи?

Забегая вперед — я и предположить не мог, что найду потом в Интернете, среди прочих описаний разнообразных скандалов вокруг НИИРП, открытую публикацию, подробно описывающую историю с цианидами («Московский Комсомолец», 17 июня 2003 г., Александр Панкратов, «Вечная кислота»). Автор явно не подумал, что «террористы» — и хорошо если только в кавычках! — могут использовать его статью, как говорят в разведке, для «подтверждения сведений из независимого источника». Если не первоисточника… И привел этот автор подробный перечень найденных ОВ с указанием их количества: цианистый натрий — около 70 кг, цианистый калий — 4 кг, цианистая медь — 6 кг, ортофосфорная кислота — 76 кг, ну и так далее.

Кстати, в той же статье почти годичной (!) уже давности упоминается и про гастарбайтеров-среднеазиатов, и про их «тайные тропы» мимо охраны. Правда, нет упоминаний о «симбиозе» гастарбайтеров с охраной и, далее, руководством «объекта» — но тут уж элементарная логика, без «взаимовыгодного сотрудничества» между «заинтересованными сторонами» все тайные тропы были бы перекрыты в момент и более не возникали. Ну, и про наркоту тоже ничего, но за это я коллегу не виню — лезть так глубоко не всякий решится, а нравы среднеазиатских общин он мог и не знать. Но их и так знают кому надо… В общем — не статья, а публичное приглашение террористам в одной из самых массовых российских газет — welcome, дорогие, вам сюда! С указанием конкретного адреса…

Так что не соврал мне Махмуд. Но я тогда этого еще не знал. Ну «мелкий полевой командир», по горам бегаю, газет не читаю, взрывчатка есть, а Интернета нет…

Хорошо, продолжал думать я, есть секретный военный объект, на нем — нелегалы-среднеазиаты, как минимум имеющие «дурь», и официальная охрана, почему-то закрывающая на нелегалов глаза. Почему? Да какая террористам разница, главное — что закрывают… Если это наркодилеры — молодцы ребята, надежную базу себе сделали… База? А можем ли и мы ее использовать? (Хорошо в образ вошел — уже «мы»!) Отстегнуть этим среднеазиатам, успокоить, что мы их базу не «спалим» — не в наших это интересах, а с охраной они тогда сами договорятся… И концентрируй здесь добирающихся поодиночке хоть сто бойцов, хоть триста — сколько навербуешь. Оружие, боеприпасы и амуницию опять же на машинах, что в сауну едут…

Так, надеть форму какого-нибудь спецподразделения, кто маски носит. «Маски-шоу». Выйти через дыры в заборе, там — в автобусы, в каких они обычно ездят, или просто на грузовики… Вооруженные люди с крупными надписями на спинах «ФСБ» (или «ОМОН» — какая разница) подозрений в Москве не вызовут, хоть днем в масках иди…

Далее. Едем по Москве, никто нас не остановит — кому ж придет в голову проверять автобусы с вооруженным спецподразделением! А если придет? Остановиться и … и … с собой взять. Ехать-то всего ничего, ну пару часов, даже если пробки… Ничего, как миленькие в свои рации будут докладывать — мол, на посту бдим…

Ну, а куда может в Москве приехать полноценно вооруженный отряд? Куда угодно, кроме Кремля. Там ни ста, и даже трехсот человек не хватит. А всякие там прокуратура, МВД-ФСБ, Администрация президента, Госдума, Белый дом, министерств море… Конечно, их охрана в 6 секунд скрутит любого жалобщика-просителя, вздумавшего буянить. Но против отряда с пулеметами, гранатометами и прочим — сама дольше 6 секунд не простоит.

Дальше опять варианты. Можно сработать по-быстрому. Пока подмогу поднимут, пока соберут и подтянут достаточно сил, чтобы нас блокировать — всё спалить, всех замочить, легкое оцепление (а вот оно будет сразу же) — сбить. Отойти подальше, снова прикинувшись отрядом спецназначения…. Форма-то одета… Дальше форму-оружие долой, и рассосаться. Всё, каждый из нас — мирный гражданин, вот паспорт, а что регистрации нет — ну и высылайте по месту жительства, только рады будем…

Или по другому. Взять заложников. Но не мирных граждан, как на «Норд-Осте», за которых тогда весь народ переживал. А чиновников, «слуг народа». Которых в народе жалеть не будет никто. Кстати, «шишек» не посмеют газом глушить, как простых людей в «Норд-Осте»… А потом с какого-нибудь «государственного мужа», который только недавно в «мерсе» с мигалкой и охраной ездил, снять штаны вместе с трусами, руки в наручниках за спину — и на длинной веревке под телекамеры, передавать требования…

… Уходил я под утро, ни с кем не попрощавшись, и не в ту «дырку», в которую меня провели, а другим маршрутом — который сам наметил в бинокль. Уже за территорией, у самой автотрассы, меня нагнал Махмуд и, протягивая бумажку с нацарапанным телефоном, прошептал:

— Аллах акбар!

P. S. По очевидным причинам статья публикуется под псевдонимом — это, по словам автора, его радиопозывной в «горячих точках».