Неприкасаемые. Кулаков

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"Самое громкое в Воронеже коррупционное дело 2007 года не доведено до суда. Оно просто тихо сошло на нет в кабинетах воронежского следственного управления Следственного комитета и облпрокуратуры.

Айсберг в океане

Дело было возбуждено шестнадцатого октября по статье «получение взятки группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере». Фигуранты – два руководителя отделов Управления государственного автодорожного надзора (УГАДН) Владимир Резниченко и Борис Базовкин, а также директор ПАТП № 8 Николай Чистяков.
Следствие сразу же «прогремело», обнародовав сумму взятки – свыше двух миллионов рублей.

Такого рода информация поначалу шокировала и наводила на определенные размышления. Слишком давно в руки местных силовиков не попадали персоны подобной величины, да еще с взяткой в цифрах с шестью нулями. «Новая» в Воронеже» не раз поднимала на своих страницах проблему криминального рынка транспортных перевозок. Тогда, в октябре, мы предположили, что правоохранители, наконец, начали его штурм. Спустя неделю после громкого задержания «Новая» в Воронеже» написала следующее. «Сами автоперевозчики утверждают, что арест чиновников УГАДН – только верхняя часть айсберга. Айсберг – это вся теневая экономика пассажирских автоперевозок, официально выстроенная на так называемых «договорах безвозмездного пользования», а реально – на ежемесячных черных отстежках владельцев автобусов субарендаторам маршрутов, от субарендаторов – арендаторам (в том числе муниципальным ПАТП)».

Три недели назад «Новая» в Воронеже» на пресс-конференции задала руководителю следственного управления СК при прокуратуре РФ по Воронежской области Николаю Третьякову вопрос о судьбе дела чиновников автодорнадзора. Третьяков сообщил, что дело пришлось прекратить. Прежде всего из-за того, что первоначальные оперативно-следственные мероприятия проведены не на должном уровне, и это не позволяет направить дело в суд.

Итак, почему наиболее больная точка Воронежа, высветившаяся вдруг на мгновение, снова оказалась в тени? Неужели все опять пойдет по-старому – поборы с рядовых перевозчиков «и так далее по маршруту» (как однажды выразился губернатор)?
Неужели будем продолжать жить без надежды на нормальное развитие городских перевозок и по-прежнему каждый раз садиться в маршрутку с опаской – доберешься ли до места в целости и сохранности?

Воронеж – российский рекордсмен по количеству ДПП (в том числе со смертельным исходом) с участием общественного транспорта. При этом у чиновников всевозможных структур, контролирующих автоперевозки, выдачу лицензий и сами маршруты, депутатов, а также их родственников, жен, друзей, любовниц и прочих посредников тихо пухнут кошельки и потайные карманы.

В поисках ответов на эти вопросы «Новая газета» в Воронеже» выясняла подробности «дела чиновников автодорнадзора».

Плата за проезд

С 2005 года группа неизвестных частных автоперевозчиков «бомбила» все воронежские инстанции насчет того, что чиновникам УГАДН нужно платить «взятки за осуществление предпринимательской деятельности» и что заботит их «не развитие городского транспорта, а личное обогащение». В анонимных заявлениях фигурировало имя Владимира Резниченко. Это начальник ключевого отдела УГАДН Воронежской области, в компетенции которого контроль и надзор за транспортным комплексом, лицензирование перевозчиков и их периодические проверки. Однако уличить должностное лицо удалось только в 2007 году, когда появился конкретный человек, написавший заявление начальнику УФСБ по Воронежской области.

История владелицы двух маршрутов Лидии Макеевой (имя и фамилия изменены) наглядно раскрывает схему отношений обычных перевозчиков, муниципальных транспортных предприятий и чиновников автодорнадзора. Своеобразную лесенку, ведущую из грязных разбитых маршруток со звенящей мелочью в чистые комфортные кабинеты с шуршащими банкнотами в конвертах.

Но сначала предыстория, которая зафиксирована в материалах уголовного дела. Согласно этим материалам, в 2001 году Владимир Резниченко (будучи еще заместителем начальника отдела), его коллега Борис Базовкин и еще трое сотоварищей, сбросившись по семь тысяч долларов, создали фонд для дальнейшей совместной деятельности. Средства пошли на новорожденное ООО «ПАТП № 8». В его состав была введена жена Резниченко.

По словам Макеевой, в начале 2004 года к ней обратился Владимир Резниченко с предложением передать ее маршрут в ООО «ПАТП № 8». Резниченко обещал, что тогда маршрут не закроют и предпринимательница будет продолжать работать, как и работала. В случае отказа чиновник пообещал проблемы.

Как рассказала Лидия Макеева, вскоре после передачи маршрута на территории ПАТП № 8 к ней подошел Борис Базовкин и сказал, что она должна выплачивать ему и Резниченко по 50 тысяч рублей ежемесячно и что сумма обсуждению не подлежит. Так в мгновение ока над предпринимательницей установилось чиновничье иго.

Следствие назвало Базовкина пособником Резниченко, потому что в его полномочия не входили городские пассажирские перевозки. Роль посредника отводилась Чистякову.

В своих показаниях директор предприятия отмечал, что именно Базовкин сообщил ему о том, что Макеева будет вносить в бухгалтерию ПАТП № 8 наличными ежемесячно по две тысячи рублей с каждого автобуса (выходило 50 тысяч). Николай Чистяков показывал на допросах, что передавал деньги, внесенные Макеевой, Базовкину. Он же пояснил, что был вынужден действовать в интересах Базовкина и Резниченко, так как от них зависел: именно они оказались фактически владельцами ООО «ПАТП № 8».

Конфликтная ситуация между предпринимательницей и чиновниками возникла летом 2007 года. Незадолго до этого, в январе, у Макеевой возникли финансовые трудности. Поэтому она уже не могла выплачивать дань за ежемесячный «золотой билет» на пассажирские перевозки воронежцев и отдавала лишь по 25 тысяч рублей.

К осени ее долг, по мнению автодорнадзорщиков, колебался по разным подсчетам от 125 до 160 тысяч рублей. Чтобы доказать свою неплатежеспособность, женщина даже представляла Базовкину отчетные документы по его требованию.

«Войдя в положение», чиновники решили забрать у нерадивой Макеевой половину автотранспорта в ООО «ПАТП № 8». Та отказалась от такой «перспективы», согласившись платить «долг» частями – по 35 тысяч.

Первую часть взятки предпринимательница передала 16 октября. Под контролем оперативников УФСБ по Воронежской области и следователя отдела по особо важным делам следственного управления СК при прокуратуре РФ по Воронежской области.

Следует оговориться. Не окажись Людмила Макеева в столь затруднительном положении - вряд ли б стала обращаться к правоохранителям. Платила же до того исправно три года. Что и делают все остальные рядовые перевозчики воронежских пассажиров: каждый месяц дисциплинированно носят установленную дань в транспортные предприятия, владеющие маршрутами, которые в свою очередь по той же накатанной схеме получены в закрытых административных и депутатских кабинетах.

Судя по всему, первоначальная цифра взятки в два миллиона рублей получилась при суммировании регулярных трехлетних податей. Именно ее назвали следователи, фактически не имея стопроцентных доказательств каждого случая передачи денег. По словам оперативников УФСБ по Воронежской области, в ходе разработки речи о двухмиллионной взятке не было. Зато были зафиксированы разговоры чиновников о долге Макеевой в размере 125 тысяч рублей, и взят с поличным Николай Чистяков. Чего только стоит фраза Владимира Резниченко, оброненная им в беседе с Базовкиным, о том, что Макеевой были созданы все условия для работы, что за три года у нее не было ни одного инспектора…

А была ли взятка?

По нашей информации, до начала марта расследование коррупционного дела шло ровно и уже готовилось для передачи в суд. Но вдруг с ним начали происходить удивительные метаморфозы.

Двенадцатого марта дело по серьезной статье «получение взятки группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере» (срок лишения свободы от 7 до 12 лет) прекратили. И тут же возбудили новое – «покушение на взятку». Что само по себе две большие разницы. Из «особо тяжкого» оно превратилось в преступление «средней тяжести». Фигурантам предъявили иные обвинения. И уже 14 марта дело было прекращено «в связи с деятельным раскаянием». Стоило ли поднимать осенью столько шума вокруг автодорнадзоровской коррупции, полгода расследовать, чтобы так бесславно его «закруглить»?

А раскаяние чиновников оказалось самым что ни на есть деятельным. Оба признали свою вину в преступлении, какое им вовсе не инкриминировалось. В злоупотреблении должностными полномочиями. Из наших источников известно, что на «покушение на взятку» они не соглашались до последнего. Чиновничья версия событий едва ли совпадает с тем, что показывали Макеева, Чистяков и другие свидетели – то есть с версией следствия.

Например: Резниченко и Базовкин утверждают, что они всего лишь советовали Чистякову, как получить деньги с нерадивой Макеевой, задолжавшей ПАТП № 8.
Отсюда и «провокационные» записи, которые оказались, по словам чиновников, неправильно истолкованы. По их мнению, они виноваты лишь в том, что вмешивались в хозяйственные вопросы ПАТП № 8 и фирмы Макеевой. Якобы только в этом выражалась их личная заинтересованность, и никакого корыстного мотива не было.

19 марта следственное управление СК по Воронежской области направило в адрес начальника воронежского автодорнадзора представление.

Там изложены материалы уголовного дела. 28 марта начальник УГАДН по Воронежской области Жозеф Еркнапешян ответил на документ.

Приказами от 19 марта Резниченко и Базовкин уволены по собственному желанию (на основании заявлений от 18 марта). «Каждый сотрудник Управления был ознакомлен под роспись с федеральным законом РФ «О государственной гражданской службе РФ»… и главой 30 «Преступление против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления» Уголовного кодекса РФ», - уведомил Жозеф Жораевич следственный орган.

Итак, коррупционное дело 2007 года, по сути, закончилось ничем.

Возможно, на «земле воронежской» и в «городе родных людей» в силу этой родственно-приятельской паутины, устоявшейся системы подкатов и откатов по-иному и быть не могло. Всё и все остались на своих местах. В том числе влиятельные персоны, основавшие этот самый айсберг транспортной коррупции, который силовики только осторожно прощупали с краю.

К слову, сейчас, по различным источникам, маршрут на воронежском теневом рынке пассажирских автоперевозок стоит два миллиона рублей. Один маршрут – без самих автобусов, места на автопредприятии, без ремонтно-технической базы. Это уже все набирает дальше владелец маршрута, с соответствующими уже ему отстежками от владельцев автобусов за право выезжать на линию. А совсем рядовые перевозчики остались при раздолбанных машинах и тех копейках, которые удается отбить после немалых организационных трат и ежемесячных отчислений на «золотой билет». Но главными заложниками оказались рядовые воронежские пассажиры, деньги которых «движутся» не в городскую казну, в том числе на улучшение качества и безопасности транспортных перевозок, а по этому теневому маршруту на дальнейшее укрепление айсберга. Прекращение уголовного дела в отношении чиновников УГАДН продемонстрировало его незыблемость.

Комментарии:

УФСБ по Воронежской области:

12 марта 2008 года постановлением СУ Следственного комитета уголовное дело в отношении Базовкина Б.И., Резниченко В.И. и Чистякова Н.И. было прекращено и возбуждено другое, уже не по ч. 4 ст. 290 УК РФ (получение должностным лицом взятки в составе группы по предварительному сговору или организованной группы), а по ч. 1 той же статьи с применением ч. 3 ст. 30 пп. «а» (покушение).
С фигурантов были сняты серьезные обвинения и предъявлены новые, менее серьезные. Следователем было принято во внимание, что преступление не было доведено до конца, правда, следует оговориться, что по не зависящим от фигурантов уголовного дела обстоятельствам. Более того, после переквалификации дела следствие не увидело дальнейших перспектив реализации материалов в судебном порядке, хотя материалы оперативно-розыскной деятельности получены УФСБ без нарушения закона и не были исключены следователем из доказательной базы.

Получается, что в ходе расследования, несмотря на полностью доказанную вину не чистых на руку чиновников, следствием были предприняты все соответствующие процессуальные шаги, чтобы обвиняемые избежали судебного разбирательства.

Статья 28 УПК РФ «Прекращение уголовного преследования в связи с деятельным раскаянием» определяет, что «суд, а также следователь с согласия руководителя следственного органа вправе прекратить уголовное преследование в связи с деятельным раскаянием подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести в случаях, предусмотренных частью первой ст. 75 УК РФ…».

Но применение ст. 75 УК РФ («освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием») в данном случае вызывает обоснованное сомнение, т. к. предполагает обязательное наличие совокупности нескольких критериев:

1) Добровольная явка с повинной (заявление (сообщение) в органы расследования должно быть добровольным и не связанным с тем, что лицо было задержано в качестве подозреваемого и подтвердило свое участие в совершении преступления (см. абзац 2, 3 п. 4 Постановления Пленума ВС РФ № 40). В данной ситуации явки с повинной не было. Преступление было выявлено УФСБ, которое работало в рамках возбужденного Следственным управлением Следственного комитета уголовного дела.

2) Содействие в раскрытии преступления. Этого тоже не было.

3) Возмещение ущерба. Об этом даже речи не идет. Ущерб причинен гражданке Макеевой, а также интересам государственной власти и службы.

Налицо явное противоречие между официальным комментарием руководителя Следственного правления СК Николая Третьякова, который на своей пресс-конференции 14 марта сообщил, что по данному уголовному делу оперативно-следственные мероприятия были проведены не на должном уровне, и официальным Представлением следователя начальнику УГАДН по Воронежской области, в котором констатируется: «Вина Базовкина Б.И., Резниченко В.И. и Чистякова Н.И. в совершении инкриминируемых им деяний подтверждается собранными по уголовному делу доказательствами, в частности, показаниями свидетелей (шесть человек), материалами оперативно-розыскной деятельности, представленными УФСБ России по Воронежской области, протоколом осмотра места происшествия и обыска в помещении ООО «ПАТП № 8», в ходе которого были изъяты денежные средства заявительницы, заключением криминалистической экспертизы, протоколами осмотров документов и другими доказательствами».

Николай Киселев, председатель Воронежского отделения

межрегионального общественного движения “Комитет по защите прав автомобилистов”.

Позиция Следственного управления о низком уровне проведения первоначальных оперативно-следственных мероприятий вызывает глубокие сомнения. Неужели, чтобы прийти к такому выводу, нужно полгода?

Хотя криминальная ситуация в сфере пассажирских перевозок стала очевидна уже несколько лет назад. Во всяком случае, прокуратура области была нами подробно проинформирована в апреле 2006 года. И последовавшее за этим заявление прокурора области Шишкина Н.А. в прямом эфире одного из воронежских телеканалов о проводимой работе и скором возбуждении уголовных дел в отношении чиновников вселило надежду.

К сожалению, процесс развала общественного транспорта продолжается, а контрольно-надзорные органы по-прежнему проявляют неоправданный либерализм. На словах все до одного руководители области высказались о бардаке в сфере пассажирских перевозок в городе Воронеже, но ни один ничего не сделал для реального улучшения ситуации.

При этом руководитель полностью дискредитированного воронежского управления Госавтодорнадзора Жозеф Еркнапешян продолжает раздавать хвалебные интервью о своей службе. Аварийность растет, в автобусы страшно входить из-за вони и грязи, двери и колеса на ходу отваливаются, “газели” с наркоманами за рулем заполонили город! А Вы, господни Еркнапешян, хвалитесь одной приостановленной лицензией за год!

По данным ГАИ за 2007 год, в Воронеже произошло 27 ДТП с участием водителей автобусов, в которых пострадали люди (ранены 38 человек). Из них только в 11 случаях имелись лицензии. С одной стороны – это вроде бы показатель целесообразности лицензирования. А с другой - что же это за контролеры, под носом у которых возят пассажиров, нарушают ПДД и совершают аварии сплошь нелицензированные перевозчики?

Профилактические операции “Такси”, “Автобус” и им подобные не достигают поставленной цели. И тому есть объяснение. Региональным подразделениям предписывается усилить надзор за соблюдением юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями установленных требований, обратить внимание на отсутствие в большинстве предприятий должностных лиц, ответственных за безопасность движения и эксплуатацию транспортных средств, необходимых условий для проведения технического обслуживания и ремонта, предрейсовых медосмотров, выявлять факты заключения фиктивных договоров на стоянку транспортных средств, оказание услуг по техническому обслуживанию и ремонту.

Но у нас юридические адреса почти всех наших так называемых “перевозчиков” - жилые квартиры в многоэтажках! И о каком техобслуживании большегрузных автобусов на девятом этаже можно вести речь? Тем не менее, подставные “владельцы маршрутов” (такие как упомянутый в статье гр. Чистяков) по-прежнему вне контроля, не говоря уже об истинных…

А вся сила административной машины направляется на водителей. По имеющейся информации, за прошлый год административные санкции применены к водителям автобусов более 17 тысяч раз! Впрочем, водители маршруток уже привыкли к поборам и составлению фиктивных протоколов на конечных остановках для улучшения статистической отчетности.

Действительно, нынешнее законодательство позволяет “владеть маршрутами”, не имея ничего за душой, кроме связей в “высшем обществе”. Но почему от этого должны страдать горожане? Сколько это будет продолжаться? Кто развалил общественный транспорт? Пора бы уже правоохранительным структурам начать давать ответы на эти острые вопросы.
"