Носить костюм Дерипаску учил Березовский

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Кидалой стал с института

Оригинал этого материала
© "Собеседник", origindate::28.05.2003

Носить костюм Дерипаску учил Березовский

Олег Ролдугин

Converted 14473.jpg

В журналистской среде бытует мнение, что часть статей с изобличением Олега Дерипаски проплачивает не кто иной, как сам Олег Дерипаска. Один работающий на «Русский алюминий» пиарщик так мне и сказал: «А почему нет? Олег — личность неординарная, и от него можно еще и не такое ожидать». На фига Дерипаске этот баян — тема отдельная, но при ближайшем рассмотрении лошадкой он и без всякой заказухи выглядит темной.

Ведь Олег Дерипаска — не только один из крупнейших российских олигархов (журнал «Форбс» оценивает состояние магната в $1,5 млрд.), но и человек, чье имя у многих ассоциируется с темными делишками.

На «зону» попал в 9-м классе

Впервые Олег Дерипаска попал на «зону», когда ему было лет 16. К тому моменту он уже успел заслужить репутацию неглупого, хотя и несколько хулиганистого парня из краснодарской глубинки. Родился Олег, правда, на Нижегородчине, в городе Дзержинске, и было это в 1968 году. Но в четырехлетнем возрасте мать будущего олигарха Валентина Петровна увезла его к своим родителям на кубанский хутор.

По воспоминаниям самого Дерипаски, когда ему стукнуло семь, дедушка, с которым Олег в то время жил, внезапно умер. И какое-то время мальчику даже пришлось вести хозяйство одному. А чуть позже мать, которая к тому времени успела дослужиться до должности главного инженера на эфирномасличном заводе, забрала сына к себе, в райцентр Усть-Лабинск.

— Он пришел к нам в 4-м классе, — вспоминает классный руководитель Дерипаски Екатерина Гришко, учитель иностранного языка усть-лабинской средней школы №2. — Сразу запомнился: самостоятельный такой, любознательный. Олег всегда был лидером, старостой класса, и ребята его уважали. К тому же организатор он был замечательный: и спортивную работу курировал, и трудовую деятельность. А если что не так было, умел и ответ держать. Помню, в 1984 году за победу на туристическом слете класс получил двухнедельную путевку в Карпаты, на Западную Украину. И вот однажды — время уже 12-й час ночи, а мальчиков на базе нет. Ох и досталось им потом... Как только пришли, врезала всем по одному месту. Наутро передо мной только Олег извинился.

На туристических слетах Дерипаска считался лучшим спецом по укладыванию рюкзака и по топографии. Кроме того, любил погонять по полю футбольный мяч и ходил в заводскую секцию каратэ. Так что при случае мог за себя постоять.

— Клички или прозвища у него никогда не было, — рассказала «Собеседнику» завуч по воспитательной работе в школе Олега Луиза Жидяева. — Даже вне школы его всегда называли только по имени — Олег или Алик. У ребят язык не поворачивался его обзывать — слишком уважали. Да и сдачи он мог дать, подраться.

При всей своей тяге к спорту и дракам учебу Олег Дерипаска не запускал. С 7-го класса начал углубленно заниматься точными науками и даже школу окончил круглым отличником. Правда, золотой медали ему так и не обломилось: по одной версии — из-за четверки по сочинению в 9-м классе, по другой — из-за плохого поведения. Но все равно учителя Олегу многое прощали и прощают до сих пор.

— Это же звездочка наша, умненький мальчик, — не может нахвалиться своим любимцем школьная преподавательница физики Людмила Матросова. — В 9—10-м классах мы с ним даже ездили в Майкоп, на «зону» — так мы называем зональную школьную олимпиаду. Олег там 1-е место занял. А в «крае» ему 2-е место досталось. Если бы жизнь по-другому сложилась, он вполне мог бы стать известным ученым.

Но ученый из Олега Дерипаски не вышел.

Кидалой стал с института

После школы Дерипаска, правда, поступил на физфак МГУ. Уверяет, что сделал это без блата и денег, набрав проходные 16 баллов. Но уже через год несостоявшееся светило науки загремел в ракетные войска (в то время отсрочку от армейской службы для студентов как раз отменили).

Классная руководительница Дерипаски Екатерина Гришко до сих пор помнит армейские рассказы своего ученика:

— Олег служил в Забайкалье, и несколько раз его переводили из части в часть, чтобы он боролся с неуставными отношениями, очень уж это у него хорошо получалось. За заслуги в борьбе с дедовщиной его даже демобилизовали досрочно. А потом он пошел доучиваться дальше.

Еще Екатерина Гришко рассказала, как мать Дерипаски послала однажды сыну в Москву денег, но получила их обратно с жесткой отповедью: «Ты что? Тебе самой деньги не нужны?»

По воспоминаниям однокурсников, в студенческие годы у Олега и правда появились свои источники финансирования: он получал стипендию, работал в стройотрядах (от Ямала до Казахстана). А иногда занимал у товарищей деньги — и не отдавал. За что и получил в МГУ соответствующее прозвище — кидала. (Правда, конкретные случаи университетские приятели Дерипаски нам приводить не стали — побоялись.)

Причем, по слухам, кидал Дерипаска не только сокурсников. До сих пор в университете ходят разговоры о суперсделке, в ходе которой Дерипаска загнал десятки тонн сахара какой-то госорганизации и хорошо на этом наварился.

Войдя во вкус денег разной степени легкости, в 1990 году студент-физик Дерипаска по совместительству стал финансовым директором созданной им «Военной инвестиционно-страховой компании» — обычной конторы из разряда купи-продай. А после окончания МГУ твердо решил посвятить себя бизнесу.

В 1992-м появляются на свет «Красноярск-Алюминпродукт», «Самара-Алюминпродукт» и даже «Росалюминпродукт». Заполучить часть акций алюминиевых заводов Дерипаске помогла посредническая торговля на Российской товарно-сырьевой бирже, где Олег Владимирович промышлял в то время брокером.

Тогда-то, говорят, молодым и целеустремленным «бизнесменом» и заинтересовались братья Черные, о криминальных связях которых ходят целые саги. Они, мол, и попросили Дерипаску скупить для них контрольный пакет акций Саянского алюминиевого завода.

Ловил рабочих за бутылкой спирта

Вот как сам Дерипаска рассказывал в своем единственном интервью журналистам о приходе на СаАЗ:

— Наша компания «Алюминпродукт» имела с этим предприятием бизнес, мы продавали их продукцию. Но постепенно мы начали видеть, что завод просто разворовывают, и стали пытаться влиять на происходившие там процессы. Мы купили часть акций на ваучерном аукционе и по закону должны были войти в совет директоров. Нас отфутболили. Это была стандартная советская процедура: некое шоу, очень похожее на старые профсоюзные собрания, которое называлось «собрание акционеров». На этом собрании рабочим говорили, что у завода хорошие показатели, а тем временем он реально катился в финансовую пропасть. Мы начали скупать акции у рабочих.

По рассказам рабочих, осенью 1994 года у всех проходных СаАЗа появились автомобили со скупщиками акций. «Куплю акции! Задорого! Плачу наличкой!» — кричали зазывалы. Громче всех надрывался молодой человек лет двадцати пяти в фуфайке. Спустя месяц работники предприятия с удивлением узнали, что именно этот крикун по фамилии Дерипаска и стал их новым генеральным директором.

— Уже при первом взгляде на Дерипаску было видно, какой из него менеджер, — вспоминает председатель Общества против террора и коррупции Вениамин Стрига. В ту пору он возглавлял частную телекомпанию в Саяногорске и был депутатом местного горсовета. — Это потом Березовский его научит костюм носить и без фени разговаривать. А тогда генеральный директор завода ходил в трико с оттянутыми коленками, и его любимыми терминами, когда он разговаривал о бизнесе, были «нагнуть» и «кинуть». А что он прежде всего сделал, став директором? Ознакомился с финансовой документацией? Нет, пошел по цехам выявлять нелегальные точки продажи спирта. Акция, может быть, и хорошая, но для руководителя такого уровня — как-то жидковато. К тому же этот бизнесмен в трико везде с толпой охранников ходил, что популярности ему не прибавляло. Даже на открытие горсовета, куда Дерипаска потом избрался, явился с толпой человек в 10. Посидел минут 15 и ушел, больше я его на заседаниях не видел.

Но поначалу, как признался Стрига, в Саяногорске даже приветствовали приход Дерипаски. Накануне завод приглянулся местному авторитету Татаренкову по кличке Татарин, и тот пытался его «крышевать» — вот о чем тогда все говорили. А о том, что такое измайловская преступная группировка, какое отношение имеют к ней братья Черные и какое отношение имеет к братьям Черным сам Дерипаска, в Саяногорске никто и не догадывался. Думали: придет — и наведет порядок.

И порядок действительно воцарился. Через несколько дней после триумфа Дерипаски неподалеку от городского рынка милиция накрыла склад оружия, и Татарина объявили в розыск. А спустя несколько дней бывший замдиректора (еще один протеже Черных, которому, по слухам, обещали место гендиректора завода) Токарев попал под пули так и не пойманного киллера. Так судьба (или что-то еще?) избавила Дерипаску сразу от двух конкурентов.

К тому моменту когда Дерипаска окончательно освоился в Саяногорске, Вениамин Стрига занимал должность полномочного представителя президента в Хакасии. С сожалением он констатирует, что налоговые поступления от завода при новых хозяевах снизились. Причем очень резко. Сам Стрига объяснил мне это рядом причин, главная из которых называется мудрено — толлинг.

Суть схемы такова: алюминиевый завод не участвует ни в покупке сырья, ни в продаже металла. Лишь предоставляет дешевую рабочую силу некой офшорной фирме, которая поставляет на завод глинозем и забирает с него металл. В итоге за свою услугу завод получает минимальную плату, не всегда достаточную даже для выплаты зарплат. А все доходы от сделки остаются на зарубежных счетах.

— Те мизерные местные налоги, что СаАЗ платил городу, он тут же стал забирать назад за предоставленные услуги по отоплению. Ведь в свое время котельную и водозабор завод попросту захапал из муниципальной собственности, несмотря на протесты прокурора, — продолжает рассказывать Стрига. — Вот почему в городе нет нормального освещения, медицины... Я пытался объяснить Дерипаске, что нельзя только брать, надо что-то давать обществу взамен, иначе произойдет социальный взрыв, но однажды мне позвонили из Кремля и настоятельно рекомендовали «делать все, как говорит Олег». Уже потом, после своей отставки, я узнал, что Черные пообещали «Дьяченко и Ко» 20 процентов доходов от алюминиевого рынка за поддержку.

Женившись, уехал на Маврикий

Если верить советскому шлягеру, короли могут все, кроме заключения брака по любви. Королем, пускай и алюминиевым, Дерипаску прозвали недаром. Одни только слухи о его возможных пассиях уже носили финансово-политическую окраску.

Сперва Олега прочили в зятья Сосковцу, когда тот был еще в силе. Затем даже почти «женили» на дочке какого-то фээсбешного генерала. А в конце 90-х его имя прочно ассоциировалось с Лизой Березовской. Но в итоге в кремлевскую «семью» Дерипаска вошел 17 февраля 2001 года мужем Полины Юмашевой. Девушкой она слывет тусовочной (любит теннис и ночные клубы) и неглупой (набиралась ума-разума в элитарном колледже в британском Миллфилде вместе с внуком Ельцина Борисом-младшим и сынком Чубайса Алексеем).

Не прошло и семи месяцев после свадьбы, как молодоженов ждало прибавление. У олигарха и дочери бывшего руководителя администрации президента в одной из лондонских клиник родился сын весом 4 кило. Говорят, мальчика из политкорректности хотели назвать Борисом, но принимавший роды британский акушер, очевидно, подкованный в вопросах русской истории, пошутил, что на свет появился русский богатырь Петр I. На том и порешили.

Где приютилась сегодня чета Дерипасок, доподлинно неизвестно. В свой саяногорский период Олег занимал заводские апартаменты для иностранных гостей. Потом подкопил деньжат и приобрел ряд скромных особнячков где-то в Сибири, Подмосковье и за границей. По слухам, сразу после свадьбы молодой супруг решил обосноваться на Маврикии. Тамошняя вилла, которую называют семейным гнездышком Дерипаски, представляет собой обычное бунгало площадью около 180 кв. метров. Для троих — вполне достаточно, да и до матушки Олега рукой подать (по последней информации, она живет во Франции).

А с Березовским Дерипаска и без всякой Лизы сошелся. Чтобы избежать большой алюминиевой войны, которая едва не стала реальностью, в 2000 году появилось на свет детище Абрамовича—Дерипаски (Березовского—Черного) «Русал», возникший из «Сибала» («Сибирского алюминия») Черного—Дерипаски. Сегодня это первая в России и вторая в мире по величине алюминиевая корпорация, владеющая солидными предприятиями в разных странах.

Впрочем, даже здесь Дерипаска сумел обойти закон, на сей раз — закон физики. Количество в качество не переросло, и от укрупнения компании методы ведения бизнеса не изменились. Вот как выглядят алюминиевые технологии по версии того же Стриги:

— Сначала предприятие путем некоторых нехитрых ухищрений устраняют от рынка сбыта и доступа к ресурсам, оставляя коллектив без зарплаты. На директора заводят уголовное дело, зачастую полностью сфабрикованное. По дешевке скупают акции у голодных рабочих, а затем приходят в виде управляющего от кредиторов и увеличивают производство в два раза, персонал сокращают в три, налоговые отчисления в пять, а зарплату поднимают на десять процентов, но только для управленцев. Противостоять этому могут очень немногие, как правило, только те, кто действительно не трусит, не прокалывается с законом и не ворует.

Дольше всего натиску Дерипаски сопротивлялись КрАЗ Анатолия Быкова и НкАЗ Михаила Живило. В результате Быков попал на нары и, едва выйдя на свободу, заявил, что с алюминиевым бизнесом он завязал. А Живило, заподозренный в организации покушения на Амана Тулеева, до сих пор скрывается во Франции. После того как нью-йоркский суд на днях отклонил его иск против «Русала», о Дерипаске он даже слышать не хочет. «Собеседнику» он сказал лишь, что его юридический бой с алюминиевым олигархом еще не закончен.

А между тем Олегу Дерипаске одного алюминия уже стало мало. В прошлом году он вырастил нового монстра — «Базовый элемент». Среди новых целей холдинга — машиностроительные заводы и лесопромышленные предприятия. Приглянулись олигарху и угольные бассейны — они, между прочим, были и у Живило (не так давно Дерипаска окончательно рассорился с Чубайсом).

Кстати, многие из противников Дерипаски вовсе на него не в обиде. Главным своим врагом они считают братьев Черных, которые, дескать, по сей день платят Дерипаске за то, что он выполняет их приказы и отводит от них все подозрения в криминале (отсюда якобы и серия дерипасковских статей против самого себя). Согласно этой версии, тандем братьев до сих пор управляет львиной долей российской экономики (и по совместительству — политики): Лев Черной, сидя во Франции, является мозговым центром и генератором идей. Михаил Черный руководит всеми процессами из Израиля. А Дерипаска лишь находится у них на содержании, выполняя все распоряжения «руководства».

Хочет или в Думу, или в кресло губернатора

Чтобы лучше понять, что сегодня творится в империи Дерипаски, приведу в пример историю, которая произошла год назад.

15 июня 2002 года лидер независимого профсоюза «Соцпроф» Ачинского глиноземного комбината (АГК), входящего в «Русал», Юрий Смоленцев отправился на свой садовый участок, что в 12 км от города. Больше его никто не видел. Живым. Лишь через 12 дней председателю «Соцпрофа» Сергею Храмову позвонили из ачинских органов.

— «Ну, бутылка с тебя. Мы тело нашли». Я чуть тогда не взбесился, — рассказал мне Храмов.

Вердикт следствия: покойник утонул. Уголовное дело не возбуждено. Ачинских пинкертонов не смутило то, что тело Смоленцева плавало в грязном болоте, в котором считают зазорным купаться даже бомжи. То, что за два дня до того эту самую лужицу размером 30 на 30 метров дюйм за дюймом прошерстили водолазы. Наконец, то, что труп совсем не выглядел разложившимся.

Соратник Смоленцева по профсоюзу Анатолий Кутиков был среди тех, кто вытаскивал своего мертвого товарища из воды:

— Тело его было свежим, бело-розовым, как у ребенка. Зато голова сзади, от шеи и выше, — вся багровая, а ногти сорваны до самого мяса. Я тогда так и подумал: если он и утонул, то совсем недавно, после того как его в какое-нибудь ведро головой окунули.

Буквально за три дня до смерти Юрий Смоленцев написал письмо депутату Законодательного собрания Красноярского края Марине Добровольской: «Марина Ивановна, если на меня наехала машина, я утонул или со мной произошел несчастный случай в виде кирпича, упавшего на голову, — не верьте в несчастный случай. Это значит, что меня убьют».

Имен потенциальных убийц Смоленцев не назвал, но кого он имел в виду, всем в городе и без того известно. Документы, которые я полистал в штаб-квартире «Соцпрофа», показывают, что служба безопасности АГК открыто преследовала рабочих активистов, ее сотрудники неоднократно избивали Смоленцева и крали у него документы.

И что самое главное, устранение Юрия Павловича произошло как раз накануне суда. Смоленцев добивался от руководства комбината выплаты глиноземам положенной им по закону надбавки за выслугу лет. АГК задолжал рабочим порядка 150 млн. рублей. В масштабах Дерипаски — сумма в общем-то небольшая, но в данном случае речь шла не только о деньгах. Если бы суд поддержал иск, то были бы пересмотрены итоги приватизации АГК и «Русал» вполне мог бы потерять не только вышеуказанные миллионы, но и весь комбинат...

Месяца полтора назад у меня состоялся весьма занимательный разговор с одним из руководителей администрации Челябинской области. Он мне признался:

— Мы не хотим, чтобы на предприятия региона пришел Искандер Махмудов (еще один выходец из окружения Черных. — Авт.), нам больше нравится Олег Дерипаска.

— Это как хороший и плохой следователь, — прокомментировал пассаж Вениамин Стрига. — Просто очередная хитроумная комбинация. Видимо, в последнее время Черные решили несколько облагородить образ Дерипаски, чтобы по сравнению с другими подобными бизнесменами он считался меньшим из зол.

Олег Дерипаска действительно в последнее время усердно создает себе имидж хорошего парня. И уже этой осенью его имя может появиться в одном из избирательных списков кандидатов в депутаты Госдумы. Еще говорят, что сам король алюминия был бы не прочь обосноваться на каком-нибудь губернаторском посту, но то ли приказа сверху на это нет, то ли вакантных мест. И то правда — Чукотка-то уже занята.