Ожидают ли ЦТ такие же проверки, как и ЦБ?

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


В деле "эфирного шантажиста" Осипова появились "письма из СИЗО" а ля Френкель

Оригинал этого материала
© "Вокруг новостей", origindate::03.05.2007, Жанр "писем из СИЗО" а ля Френкель расцветает и набирает популярность

Ожидают ли ЦТ такие же проверки, как и ЦБ?

На прошлой неделе на «АПН.Ру» появилась обычная с виду аналитическая статья «О четырех ступенях телевизионного бизнеса» за подписью Алексея Доброхотова.

Основное содержание статьи довольно банально, содержит известные всему профессиональному сообществу факты, хотя и довольно профессионально упакованные в виде аналитической записки.

Однако, если присмотреться внимательно, то внутри этой громоздкой упаковки можно обнаружить оригинальное послание, связанное с делом продюсера компании «Паблик Медиа» Алексея Осипова, недавно задержанного по обвинению в шантаже директора ФГУП «Почта России». Именно эта часть статьи на АПН носит конкретный содержательный характер. Есть смысл сделать выборку из этих цитат, составляющих вполне конкретное послание.

Так в главе про НТВ (о «манипуляторах») читаем:

«Об этом, в частности, свидетельствует недавнее задержание продюсера компании «Паблик-медиа» А.Осипова, которого обвиняют в попытке шантажа руководителя одного из федеральных ведомств… 

…правоохранители вряд ли стали бы арестовывать бизнесменов, имеющих хорошие отношения с телевизионной элитой. …В деле Осипова… далеко не все так просто, как написано в статье УК про шантаж и вымогательство.

…Речь идет о весьма распространенных случаях, когда собственные пиар-менеджеры крупных компаний в буквальном смысле заказывают коллегам-конкурентам «антирекламу» на самих себя. Используя инсайдерскую информацию о проблемах своей компании. С целью выбить из работодателей дополнительные бюджеты на ведение контркампаний.

… Наиболее безопасным и удобным вариантом такого «самострела» является подготовка такой «автоантирекламы», оформление их в виде черновиков статей или даже «пилотов» телепрограмм и затем использование «посредников», которые предлагают выделить солидный бюджет «черным налом» на блокирование якобы запланированного антирекламного «наезда» на работодателя. Разумеется, что пиар-служба, зная уязвимые места и фобии начальства, активно лоббирует ответные меры. В этом случае весь бюджет «блока» делится между пиар-менеджерами пострадавшей корпорации и «посредником». Поэтому вовсе не исключена самая неожиданная развязка в «деле Осипова», если тот благоразумно не станет брать всю вину на себя».

То есть, кто-то хорошо осведомленный о подоплеке «дела Осипова» дает сигнал той самой «телевизионной элите», что хорошие отношения с арестованным бизнесменом напрямую вытекают из заступничества перед правоохранителями. То же самое адресовано и «пиар-менеджерам» корпораций-заказчиков, которые могут оказаться главными виновниками «автошантажа», если не помогут «посреднику». Очень похоже на «послание Фокса» из телесериала «Место встречи изменить нельзя» - «…если его у муровцев не отобьют, он на себя весь хомут тянуть не станет - сдаст он его самого и людей его сдаст...»

Почему все это в главе про НТВ? В прессе уже прошла информация, что Осипов и его компания работали напрямую с В.Кулистиковым, а также с А.Файфманом с «Первого», а также с руководством ВГТРК. О которых речь идет в следующих двух главах «письма из СИЗО»:

Вот что сказано о «Первом»: «…если судить только по информации о «деле Осипова», с «манипулятивным» подходом на канале пока все в порядке, всегда есть к кому обратиться с «деловыми» предложениями… например, депутат и банкир А.Лебедев… стал жертвой циничного манипулирования со стороны генерального продюсера канала А.Файфмана… 

Собственно, ни для кого в Останкино не является секретом, что основным бизнесом генпродюсера «Первого» является вовсе не «Первый», а особо приближенная фирма, производящая видеоконтент для всех каналов, в том числе для конкурентов «Первого», в том числе на основе идей и наработок «Первого»…Так что «березовое» прошлое пока еще цепко держит в своих руках «Первый канал».

Здесь, очевидное обращение персонально к А.Файфману с намеками на «останкинские секреты», связанные с «березовым прошлым», которые могут стать всем известными не только в Останкино.

… обратной стороной слишком близких отношений с лидерами становится бесконтрольность, позволяющая создать параллельный большой бизнес… 

…есть смысл написать еще по такой же статье по каждому из четырех метровых каналов».

Завершает «послание из СИЗО» откровенное обещание раскрыть перед вышестоящим руководством все секреты «паралелльного большого бизнеса». Так что, как и в случае с «письмами Френкеля», можно ожидать появления следующих «писем Доброхотова», посвященных изнанке телевизионного бизнеса. Причем, судя по упоминанию четырех, а не трех метровых каналов, первое письмо будет предупредительным – видимо, на примере ТВЦ. Чтобы топ-менеджеры НТВ, «Первого» и «России» могли осознать риски и предпринять действия по вызволению из узилища партнера по теневому бизнесу.

Остается вопрос об авторстве письма или будущих «писем Доброхотова». Очевидно, что это не сам «курьер» Осипов, хотя имя «Алексей» явно намекает на него. Зато фамилия автора расшифровывается однозначно как синоним слова «Доброжелатель», но не только. Автор вольно или невольно, но ставит себя на один уровень с руководителями главных телеканалов, о которых пишет довольно лояльно и даже комплиментарно. Видимо, надеясь на их вмешательство в ситуацию.

Скорее всего заказчиками «писем Доброхотова» является кто-то из партнеров топ-менеджеров метровых телеканалов по теневому околотелевизионному бизнесу. Однако профессиональная аналитическая упаковка первого «письма» говорит о союзниках или исполнителях скорее из политтехнологической среды, но очень хорошо знакомых с изнанкой телевизионного бизнеса. На вскидку, кроме давно разгромленной «службы безопасности» группы «Медиа-Мост», такой материал могли бы подготовить, например, сотрудники совсем недавно упраздненной Аналитической дирекции «Первого канала». Но это, скорее, домыслы, вероятностные рассуждения.

Наконец, как и в случае с «письмами Френкеля» неясно до конца, с какой целью запускаются «послания из СИЗО» - только ли с целью облегчить участь попавших в беду «посредников». Или же преследуются более масштабные политические цели, вплоть до ужесточения политического контроля над главными телевизионными каналами в предвыборный период.

***

Оригинал этого материала
© АПН.Ру, origindate::28.04.2007

О четырех ступенях телевизионного бизнеса

Алексей Доброхотов

Давно закончились достославные ельцинские 90-е, когда из корней старых дубовых каналов ЦТ в Останкинской роще прорезались и дали цвет побеги российского телевидения – РТР, НТВ. А потом ОРТ, ТВЦ и многие другие. В эту романтическую эпоху все деятели нового «рыночного» ТВ были одинаково неопытны, но горели общим желанием. Впрочем, уже тогда разница в источниках и способах финансирования явно влияла как на политическую позицию, так и на жизненную философию. По крайней мере, на это явно намекали фамилии телевизионных руководителей – Добродеев, Нехорошев, Благоволин.

Сегодня российских рынок телевизионной продукции и смежных услуг является одним из самых динамичных и уж точно самым сложным по устройству, несмотря на подчеркнутое упрощение внешних форм. Здесь тесно переплетаются интересы большой политики, государственной бюрократии, частного бизнеса, профессионального сообщества телевизионщиков, не считая миллионов зрителей. Так что именно к этому бизнесу более всего применим популярный термин «частно-государственное партнерство».

Наиболее ясен вопрос – где, как, сколько - с профессиональным сообществом, теми самыми журналистами, режиссерами, операторами, продюсерами, монтажерами, инженерами, техниками и референтами, на которых собственно все и держатся, в том числе «три кита» - «Первый», РТР и НТВ, а равно все остальные метровые, дециметровые, спутниковые и кабельные телеканалы.

Где? – на рабочем месте, которое может вдруг оказаться и в студии, и на улице, и в Кремле, и в самой «горячей точке». Когда? – в любое время дня и ночи, в выходные и праздничные, зимой и летом. Как? – вполне профессионально, на уровне мировых стандартов. Сколько? – ровно столько, сколько диктует рынок труда, чтобы народ не разбежался. Но мы сейчас не об этом абсолютно честном и не самом легком способе заработать не самые большие деньги на российском телевидении. Нас интересует телевидение как бизнес, большой бизнес, порою даже очень большой бизнес, и даже больше чем бизнес.

Вот эти четыре градации телевизионного бизнеса, четыре степени сопричастности к тайнам сообщества, четыре способа участия в управлении и финансовых потоках и являются предметом нашего внимательного рассмотрения. Начнем его по мере возрастания сумм и связанного с ними накала страстей.

Способ первый - «Бюджетный»

Само название говорит о мелочном и кондовом стиле «бизнеса», привнесенного на телевидение из чиновничьей среды. Сам способ заключается в максимальной «экономии» бюджета телепроекта или целого телеканала, чтобы создать телевизионный продукт минимального качества, а сэкономленные средства поделить между «менеджером» и «заказчиком». Собственно этот способ распространен не только на ТВ, но и на всех уровнях бюджетной сферы, и не требует детального описания.

При этом заказчиком продукта может быть не обязательно ведомство, а вполне себе частная компания или даже сам телеканал, однако укорененность постсоветских привычек делает «бюджетный способ» неизбежным спутником крупных проектов. Даже если сами заказчики – продюсеры частных каналов - давно уже заинтересованы в качестве телевизионного продукта, а вовсе не в «экономии». В этом случае «экономия на качестве» производится опытными «менеджерами» втайне от слишком продвинутого заказчика. Либо у таких «менеджеров» находятся высокопоставленные покровители, которые способны влиять на позицию руководства госканала.

За примерами «бюджетного» подхода к бизнесу далеко идти не приходится. К сожалению, на всех каналах встречаются телепрограммы откровенно низкого качества. Притчей во языцех являются те же «Аншлаг» или Петросян. Уже министр культуры и массовых коммуникаций лично просит убрать это убожество с государственного телеканала, но воз и ныне там. Нам остается только догадываться, с кем наверху делятся сэкономленным бюджетом «менеджеры» таких телепроектов.

Есть даже целые телеканалы, построенные на «бюджетных» подходах, например тот же ТВЦ. Достаточно посмотреть на соотношение «цена/качество», сравнить бюджет такого телеканала с реальным рейтингом, чтобы убедиться в его пребывании на нижней, «бюджетной» стадии развития.

Впрочем, на рынке есть относительно небольшие частные телеканалы, продюсеры которых сознательно делают ставку на малобюджетные телепроекты с относительно низким качеством программ. Которое, тем не менее, все равно выше, чем у аналогичных «бюджетных» проектов. Поэтому при оценке такого бизнеса нужно видеть цель – либо это стартовая «экономия» для раскрутки большого бизнеса, как это делается на канале СТС, и тогда речь идет все же об ином, «продюсерском» способе зарабатывания денег. Либо владельцы частного канала делают ставку на низкокачественную зрительскую нишу, как на канале ТНТ. Тогда, наверное, это тоже относительно честный, но все же «бюджетный» способ отгрызть свой кусочек рекламного рынка.

Второй способ – «манипулятивный»

Телевидение – вообще очень сложная технологическая и социальная система, а российское телевидение с его тесными связями и с бюрократией, и с большой политикой – еще на порядок сложнее. В такой бурной и местами непрозрачной среде всегда находятся свои великие и не слишком «комбинаторы».

Классический способ «манипуляций» с помощью телевидения – это, разумеется, телевизионная реклама во всех ее видах – прямая, спонсорская, контекстная. Здесь тоже встречается продюсерский подход к рекламе, а бывает малобюджетный. Очевидно манипулятивным способом зарабатывания денег является так называемая «джинса» - преломление «бюджетного» подхода к рынку коммерческой или политической рекламы. Когда в телепрограмме размещается скрытая или неучтенная реклама продукции, фирмы, бренда, либо кандидата на выборах.

В середине 90-х «джинса» расцвела мощным цветом на всех каналах, но затем олигархи подсчитали, что дешевле платить ведущим и продюсерам приличные деньги, чем позволять им демпинговать на рекламном рынке, снижая официальные доходы. После 96-го года основным жанром «джинсы» стала политическая реклама на нескончаемых выборах всех уровней. Но и этот бурный поток удалось упорядочить, не столько искоренением «джинсы», сколько централизацией ее в руках менеджеров телеканалов.

Впрочем, именно олигархи в лице Гусинского и Березовского вывели «манипулятивный» подход на новый уровень, освоив нишу «антирекламы», особенно политической. Это позволило в свое время «Медиа-Мосту» Гусинского выстроить отношения по схеме «наезд-откат» с самим «Газпромом» так, что основной кредитор искренне считал себя простым спонсором. Аналогичным образом Березовский сумел перед выборами 96-го манипулировать окружением Ельцина так, что в порядке компенсации за управление якобы убыточным ОРТ ему с Абрамовичем была пожалована «Сибнефть». Апофеозом же манипулятивной антирекламы стала «итоговая» программа Доренко перед парламентскими выборами-99. Что характерно, после прихода Путина практически сразу и Доренко, и Березовский, и Гусинский с их тягой к манипуляциям были отстранены и от телевидения, и от большой политики.

Наступила эпоха «блоков». При этом само понятие «блока» появилось вместе с «антирекламой». Если заказчиком «антирекламы» на телеканале выступал не владелец, а сторонний олигарх, то «менеджеры» научились устраивать тендеры, предлагая объекту антирекламы заплатить больше, чем предлагает заказчик. Собственно, кредиты «Газпрома» для НТВ и были формой реализации «большого блока». Как и отчисления других олигархов Березовскому на содержание ОРТ. Однако после «дефолта» естественным монополиям и просто «олигархам» стало накладно содержать двух «комбинаторов». Поэтому Путин выразил общее мнение, централизовав политический контроль над основными каналами. Олигархи стали оплачивать «общий блок», а управлять этим «общаком» был поставлен бывший топ-менеджер ОРТ.

Тем не менее, несмотря на введенные ограничения, манипулятивный способ большого бизнеса на ТВ никуда не исчез. Просто произошло разделение бизнеса и большой политики. А на уровне отраслевой конкуренции, региональных выборов или ведомственных интриг спрос на манипуляции сохранился, так что многие «менеджеры» остались при делах. Об этом, в частности, свидетельствует недавнее задержание продюсера компании «Паблик-медиа» А.Осипова, которого обвиняют в попытке шантажа руководителя одного из федеральных ведомств. Судя по утечкам информации, речь идет как раз о предложении оплатить «блок» на размещение антирекламы.

Просочившиеся в прессу подробности дела говорят о том, что менеджеры «Паблик-медиа» не только участвовали в качестве посредников в «манипулятивном» бизнесе, но и применяли в этой рискованной сфере «бюджетный» подход. За что, скорее всего, и поплатились. Медиа-бизнес, особенно телевизионный, - слишком чувствительная сфера, поэтому правоохранители вряд ли стали бы арестовывать бизнесменов, имеющих хорошие отношения с телевизионной элитой. Тем не менее, в деле Осипова и вообще в «манипулятивном» бизнесе такого рода, далеко не все так просто, как написано в статье УК про шантаж и вымогательство.

Дело в том, что степени манипулирования могут нарастать бесконечно, в том числе манипулирование манипуляторами, манипулирование блоками, и каких только вариаций не встретишь в бурной околотелевизионной жизни. Однако одна из побочных ветвей технологии «антирекламы» разрослась пышным цветом. Речь идет о весьма распространенных случаях, когда собственные пиар-менеджеры крупных компаний в буквальном смысле заказывают коллегам-конкурентам «антирекламу» на самих себя. Используя инсайдерскую информацию о проблемах своей компании. С целью выбить из работодателей дополнительные бюджеты на ведение контркампаний. Чтобы потом применить к ним вполне «бюджетный» подход.

Наиболее безопасным и удобным вариантом такого «самострела» является подготовка такой «автоантирекламы», оформление их в виде черновиков статей или даже «пилотов» телепрограмм и затем использование «посредников», которые предлагают выделить солидный бюджет «черным налом» на блокирование якобы запланированного антирекламного «наезда» на работодателя. Разумеется, что пиар-служба, зная уязвимые места и фобии начальства, активно лоббирует ответные меры. В этом случае весь бюджет «блока» делится между пиар-менеджерами пострадавшей корпорации и «посредником». Поэтому вовсе не исключена самая неожиданная развязка в «деле Осипова», если тот благоразумно не станет брать всю вину на себя.

Если же говорить не об эксцессах, а об основном русле «манипулятивного» подхода к телевизионному бизнесу, то после его расцвета в конце 90-х именно на этой стадии развития остановилась кампания НТВ. Это выражается и в запутанной системе принятия решений на телеканале, где вышестоящие инстанции – Кремль, Газпром, «Газпром-медиа» в любой момент могут вмешаться в процессы управления. Отсюда появление в сетке таких довольно странных телепрограмм, как шоу с Л.Нарусовой или «Реальная политика» с Г. Павловским. Да и такие определяющие лицо канала программы, как «К барьеру» или «Программа-максимум» несут в себе очевидные родовые признаки «манипулятивного» ТВ.

Кстати, раз уж разговор зашел о «Реальной политике», то полный провал с профессиональной точки зрения также связан с привнесением на относительно продвинутый «манипулятивный» телеканал ретроградного «бюджетного» подхода. Проще говоря, заказчики и «менеджеры» довольно денежного телепроекта сильно экономят на «Мелочах», включая собственно профессиональную телевизионную «обслугу». Отсюда эти явные признаки «классовой ненависти», с которой исполнена и сверстана «Реальная политика». И главный признак отторжения «команды Павловского» телевизионной средой – то, что за полтора года никто из профессионалов и пальцем не пошевелил, чтобы исправить хотя бы один из обилия дефектов в программе.

Третий способ – «Продюсерский»

В отличие от НТВ, два главных федеральных канала при Путине смогли выйти на новые уровни телевизионного бизнеса. В частности, «Первый» канал стал очевидным лидером в производстве развлекательных телепрограмм и в кинопроизводстве. Можно долго спорить насчет художественного вкуса продюсеров, и здесь есть над чем работать, хотя к массовому телеканалу нельзя предъявлять такие же критерии, как к элитарному искусству. Но совершенно очевидно, что у К.Эрнста есть вкус к развитию телевидения как очень большого и современного шоу-бизнеса.

Очевидно также, что наращивание оборотов шоу-бизнеса, когда деньги вкладываются в производство, чтобы привлечь зрителя и заработать еще больше, так или иначе, постепенно повышают общий уровень технологий и качество телепродукта. Возникает стимул к наведению порядка, изживания пережитков бюрократического и олигархического прошлого первого канала.

При этом можно уверенно утверждать, что «бюджетный» подход в чистом виде на «Первом» канале уже практически искоренен. Однако, даже если судить только по информации о «деле Осипова», с «манипулятивным» подходом на канале пока все в порядке, всегда есть к кому обратиться с «деловыми» предложениями. Об этом же говорят и другие источники – например, депутат и банкир А.Лебедев в своем «блоге» описывает типичную ситуацию, когда он стал жертвой циничного манипулирования со стороны генерального продюсера канала А.Файфмана.

Можно даже сказать, что на «Первом» сосуществуют две концепции и два параллельных руководства канала. С одной стороны, очень большой бизнес К.Эрнста, рассчитанный на перспективу, на капитализацию «брэнда» и качественное развитие канала. С другой стороны, есть просто большой частный бизнес А.Файфмана, направленный на оперативную «монетизацию рейтинга», заработанного усилиями всего телеканала. Собственно, ни для кого в Останкино не является секретом, что основным бизнесом генпродюсера «Первого» является вовсе не «Первый», а особо приближенная фирма, производящая видеоконтент для всех каналов, в том числе для конкурентов «Первого», в том числе на основе идей и наработок «Первого». Разумеется, можно только поаплодировать телевизионному «Фигаро», но налицо конфликт бизнес-интересов канала и его топ-менеджера.

Однако еще больший ущерб имиджу и основному бизнесу канала наносят регулярные попытки манипуляции в отношении лидеров крупного российского бизнеса. Пример с А.Лебедевым всем известен, но похожие эпизоды были у А.Файфмана с Р.Абрамовичем и другими фигурантами списков российского «Форбса». Так что «березовое» прошлое пока еще цепко держит в своих руках «Первый канал». И только острая конкуренция за зрителя с телеканалом «Россия», похоже, может стать тем фактором, который поможет преодолеть эти «родимые пятна» дикого капитализма.

Что касается телеканала «Россия» во главе с О.Добродеевым, то для него главным стимулом является не развитие бизнеса, а участие в большой политике. Но для этого нужно соответствовать, быть лидером телевизионного рынка. Поэтому конкуренция с «Первым» вынуждает ВГТРК также выходить в новое качество «продюсерского» телевидения. Результатом является не только качественное информационное вещание, но и такие успешные проекты как сериалы «Идиот», «В круге первом».

Четвертый способ – «Стратегический»

И все же, главным способом делать телевизионный бизнес для О.Добродеева является стратегическое развитие телевизионного холдинга как часть большой российской политики. Собственно и на НТВ он занимался тем же самым – создавал новый канал на основе участия в политике. И не вина Добродеева в том, что в политике это была эпоха «манипулятивных» технологий. Точно также, когда наступила эпоха «общего блока», централизация политического контроля на ТВ оказалась таким же попутным ветром для опытного кормчего. Достаточно перечислить создание телеканала «Спорт», успешное участие в «Евроньюс», англоязычный канал «Раша Тудэй», теперь вот на очереди реализация идеи «русского СиЭнЭн».

Упор на участие в большой политике, разработку и лоббирование стратегических планов развития российского телевидения, имеет очевидные плюсы, но связан и с не меньшими рисками. Один из таких рисков заключается в том, что громоздкая структура управления не успевает за темпом движения головных колонн. Лидер организации, ради решения стратегических задач вынужден идти на серьезные политические компромиссы, в том числе и сохранять менеджеров, связанных с разными группами политиков, а значит и терпеть морально устаревшие телепрограммы, вроде «Аншлага».

Многие из телеканалов холдинга, особенно региональные, продолжают действовать в режиме «бюджетного» подхода, не исключая и программы на «Культуре», «Спорте» и самой «России». Так что не удивительно, что даже в любимой вотчине самого Добродеева – в информационном вещании сложилось примерно такое же двоевластие, как в любимом развлекательно вещании К.Эрнста.

Однако обратной стороной слишком близких отношений с лидерами становится бесконтрольность, позволяющая создать параллельный большой бизнес, основанный на «манипулятивном» подходе. Хотя, нужно признать, что даже явно проплаченные, «джинсовые» сюжеты в тех же «Вести-Москва» смотрятся интереснее, чем «бюджетные» новости того же ТВЦ. Вообще тема великих и просто выдающихся «комбинаторов» настолько обширна и интересна подробностями, что есть смысл написать еще по такой же статье по каждому из четырех метровых каналов.

По сути, О.Добродеев воспроизвел на новом уровне и в новых условиях систему «Гостелерадио». Но только новое «Гостелерадио» вынуждено конкурировать не только с «Первым», но и с СТС, и с НТВ-Плюс, и с зарубежными телеканалами. Опять же, благодаря прямой и острой конкуренции с «Россией» и О.Добродеевым, «Первый» канал вынужден осваивать новое качество, выстраивать стратегический подход, а также участвовать в большой политике, хотя это и не по вкусу самому К.Эрнсту. В некотором смысле развитие наряду с неизбежно политизированным холдингом ВГТРК неполитического «Первого» является самой что ни на есть большой политикой. Народу нужны не только хлеб, но и качественные шоу. Однако устраивать шоу из политики, как это было при Ельцине, выходит себе дороже.