Он же памятник – кто его посадит?

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Он же памятник – кто его посадит? К тысяче московских монументов ежегодно прибавляются десятки новых

"Даже демонтированные памятники все равно остаются культурным объектом, как эти монументы, собранные на задворках ЦДХ на Крымском Валу. Фото Евгения Зуева (НГ-фото)Установить монумент может любой гражданин, организация или ведомство. За одно заседание специальная комиссия рассматривает до 12 заявок. В конце прошлой недели стали известны результаты закрытого конкурса на памятник Осипу Мандельштаму в Москве. Базальтовый монумент работы скульпторов Дмитрия Шаховского и Елены Мунц появится в 2008 году в небольшом сквере, примыкающем к дому 5 по улице Забелина, куда выходят окна квартиры дома номер 10 по Старосадскому переулку, где поэт останавливался у брата. Композиция, получившая право на жизнь, представляет собой четыре куба, увенчанных головой поэта, взгляд которого устремлен вверх (ее Елена Мунц вылепила давно). Территория вокруг монумента будет вымощена базальтом, а недалеко от него возведут фонтан. Средства на возведение памятника собраны частными лицами – почитателями творчества поэта. По словам скульптора Дмитрия Шаховского, ориентировочная стоимость технических и строительных работ составит около 3,9 млн. рублей. На конкурс были выставлены шесть работ московских скульпторов, выполненные в различных стилях. Председатель комиссии по монументальному искусству при Мосгордуме Сергей Петров отметил, что такой «заказной» конкурс для памятника, который также будет подарен городу почитателями творчества поэта, – хороший пример установки монумента. В основном в комиссию обращаются авторы, предлагающие в дар свои уже готовые произведения, и проведения конкурса не предполагают. И в Мосгордуме предлагают принимать такие дары только на общих основаниях конкурса. Монументальные претензии Установить монумент может любой гражданин, организация или ведомство. Но для начала необходимо подать заявку в Комиссию по монументальному искусству при Мосгордуме с указанием, кому, где и на какие средства будет устанавливаться рукотворное творение. Как рассказал «НГ» Сергей Петров, сама процедура несложная, главное – соблюдать правила. «На мое имя или в комиссию нужно написать заявление, – объясняет эксперт. – Мы рассматриваем этот документ. После получения письма я сразу направляю запросы в комитет по архитектуре, по законодательству и в муниципальное образование – на экспертное заключение. В течение 10–14 дней приходит ответ, и вопрос о данном памятнике вносится в повестку дня заседания комиссии». Этот созданный законодательно, но существующий на общественных началах орган формально должен собираться один раз в два месяца. Однако при огромном количестве желающих увековечить в столице выдающихся личностей работать экспертам приходится раз в месяц. По словам председателя комиссии, за один раз приходится рассматривать до 12 заявок на установку монументов. По статистике, собранной в Мосгордуме, путевку в жизнь получают около 40% представленных проектов. Следующий этап – с решением архитекторов, историков и скульпторов, входящих в комиссию, должны согласиться московские депутаты. По словам Сергея Петрова, они еще ни разу не накладывали вето на вынесенные на рассмотрение проекты. Кроме того, парламентарии определяют источник финансирования будущего памятника. Такие вопросы на заседаниях Мосгордумы рассматриваются примерно раз в полгода. Затем проводится конкурс среди авторов, претендующих на работу над монументом. «После этого выделяются деньги на проектирование и еще полгода-год продолжается проектирование, – рассказывает председатель комиссии по монументальному искусству. – Прежде чем сделать сам памятник, надо изготовить конкурсное предложение, потом его же сделать в материале, потом увеличить и сделать в натуральную величину – и только потом вырубить или отлить». Это наиболее длительный и дорогостоящий процесс – в среднем он занимает около двух лет. Как пояснил эксперт, в понятие «проектирование» входит не только изготовление скульптуры и постамента – нужно выбрать конкретное место, потому что обычно в документах указывается только «сквер». Автор должен рассчитать, как осветить будущую работу, надо ли повышать или углублять грунт. Есть и еще одна грань, которая, как правило, не видна обычному человеку, – коммуникации. «Москва вся в коммуникациях: трубы горячей воды, холодной, канализации, телефон, электричество. Сдвигать же памятник потом будет нельзя, – объясняет Сергей Петров. – Если там коллектор, то делается короб мощный или трубу переносят. Это очень дорогостоящие работы». Кроме того, в проект входит и благоустройство территории вокруг монумента: установка фонарей, лавочек, разбивка газонов. В итоге установка даже самого скромного бюста на двухметровом постаменте тянет на 15–20 млн. рублей. Изваяние в рост – вдвое дороже. «Когда делали комплекс на Поклонной горе, проектирование обошлось еще в советских ценах в 70 миллионов рублей», – уточняет Сергей Петров. Я – памятник себе! В последнее время авторы все больше пытаются преподнести свои работы в дар городу, рассказывает Сергей Петров. Но по единому мнению членов комиссии, все эти дары должны участвовать в конкурсах на общих основаниях. «Памятники-дары – это возможность махинаций и спекуляций», – уверенно заявляет Сергей Петров. По мнению председателя Всероссийского общества охраны памятников искусства и старины Сергея Королева, скульпторы пытаются «оставить свой след в истории», поэтому стараются подарить свое произведение городу. С ним не согласен архитектурный критик Григорий Ревзин: он уверен, что дарение – это банальная попытка обойти бюрократические ступеньки установки памятника. «Есть юридическая уловка, – объясняет эксперт. – При обычной постановке памятника нужно пройти довольно сложную юридическую процедуру, а решение о даре принимается сразу: мэр согласен – можно ставить». Понятно, что скульпторы пытаются идти по более простому пути. «Тем более что постановка памятника через Мосгордуму – по сути, тоже дар, – продолжает архитектурный критик. – Дума не имеет права выделить бюджет на установку памятника из городской казны – она должна определить источник финансирования. А это, по сути, та же частная организация. Просто парламентарии подтверждают, что организация дает деньги». По оценкам специалистов, на столичных улицах достаточно монументов, которые не проходили никаких конкурсов и не были утверждены градоначальником – их поставили несанкционированно. «В Москве можно по пальцам пересчитать действительно настоящие памятники: Минин и Пожарский, Пушкин (хотя он много потерял, когда его перенесли). Обидно за Москву, – с сожалением замечает Сергей Петров. – Тот автор, что предлагал памятник Бунину (скульптор Александр Бурганов. – «НГ»), уже установил десятки памятников, не считаясь с комиссией». Эксперт отмечает, что среди «монументальных» даров классических памятников нет, как нет в Москве и градоформирующих памятников. «У нас много скульпторов, но монументалистов почти нет, – объясняет Сергей Петров. – Классический пример памятника – Суворов в Петербурге в образе бога войны Марса». Кто следит за Пушкиным Каким бы образом ни был установлен на московской улице монумент, ухаживать за ним придется службам ЖКХ. А об этих затратах никто обычно не задумывается. В префектуре ЦАО «НГ» рассказали, что не считают это особенно дорогостоящей процедурой, однако отмечают, что мыть изваяния приходится еженедельно. «Этим занимается наш ГУП – генеральная дирекция по ремонту и эксплуатации дорог, по благоустройству и озеленению территорий, – рассказывает сотрудница пресс-службы ЦАО. – На балансе находятся 50 памятников. При плюсовой температуре их моют, сейчас только сметается снег». С тем, что за несанкционированно поставленными памятниками некому будет следить, согласна и заведующая сектором контроля за сохранением произведений монументального искусства Москомнаследия Антонина Золотухина: «Установить – это один вопрос. Но ведь дальше за ними нужно ухаживать! Те памятники, которые расположены в самом центре города, чаще подвержены вандальным действиям. Массовые гулянья так или иначе отражаются на внешнем облике монумента. Ежегодно нами проводятся профилактические работы тех памятников, которые считаются объектами культурного наследия». Причем эти обследования и дальнейшая реставрация требуют довольно больших средств, уточняет Золотухина: «В среднем, если судить по прошлым годам, на профилактике находятся 80–100 памятников. Из них около 10 реставрируются глобально». Огласите весь список, пожалуйста! Такого большого количества произведений монументального искусства, как в Москве, нет ни в одной столице Европы, с удивлением отмечает Сергей Петров. Однако точного списка всех памятников попросту не существует. «Когда я начал работать в комиссии, то попросил комитеты по культуре и архитектуре представить список, что за памятники установлены и какие. Но у них не было подобного списка, – рассказывает эксперт. – Только старый список Министерства культуры СССР, а в нем указаны только федеральные памятники. Мне пришлось с 1998 года изучить библиотечные материалы, побегать по Москве... В 2002 году мы издали перечень персональных памятников – насчитали около шестисот, и около четырехсот – посвященных историческим событиям». Но точную цифру монументов на городских улицах, по словам Сергея Петрова, он не может назвать до сих пор. Если принять сосчитанную Петровым тысячу памятников за точную цифру, то лишь пятая часть – около 200 – считаются особо ценными и за ними тщательно следят в Москомнаследии. «На сегодняшний момент объектов культурного наследия – 163, еще 37 заявленных. Кроме того, в нашу компетенцию еще входят художественные надгробия – их 235 штук, – перечисляет Антонина Золотухина. – Прежде всего это знаковые монументы: Минин и Пожарский, Долгорукий, Пушкин, Гоголь». Большие это цифры для Москвы или нет – на этот счет мнения экспертов расходятся. Если председатель комиссии по монументальному искусству считает, что это довольно много для города, то Григорий Ревзин, наоборот, приветствует каждый новый культурный объект. «У нас к памятникам относятся немножко нервно – то ли из-за Петра, то ли из-за того, что Ленина было слишком много. Но как только мы поставим памятник, так сразу думаем: надо ли было его ставить и не стоит ли демонтировать, – объясняет критик. – У меня ощущение, что чем больше памятников – тем лучше. Это нормально, когда городское пространство наполнено какими-то людьми и исторической памятью. Я бы не сносил никаких памятников. Зачем сносить памятник Ленину, если можно напротив него поставить памятник жертвам репрессий?» С мнением Ревзина согласна и Антонина Золотухина. Она подчеркивает: прежде всего у каждого памятника облагораживается территория, что положительно сказывается на облике города. А Григорий Ревзин уверен, что шумиха вокруг установки монументов вызвана искусственно и особенной разницы в количестве и качестве монументов сегодня по сравнению с советским периодом нет: «Была дикая послевоенная волна памятников, когда везде ставили одинакового солдата. В 60-х – Лениных ставили, в 80-е – памятники культурным деятелям. Это реальный город, в котором мы живем. А памятники не обязательно должны быть шедеврами скульптуры. Это – как повезет»."
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации