Операция "Крот"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© "Завтра", origindate::05.01.2002

Операция "Крот". От патриотического информбюро

Валентин Чикин, главный редактор "Советской России",
Александр Проханов, главный редактор "Завтра" 

У народно-патриотического движения нет своей "политической разведки" подобно той, что была у большевиков на ранней стадии революционной борьбы. Однако неявные связи, неформальные отношения, система закрытых переговоров и встреч позволяют узнавать хотя бы частично о диверсиях и провокациях, что замышляет власть, стремясь ослабить левоцентристский фронт. Не мнительность, не паническая осторожность побуждают нас подозревать власть в бесконечных кознях, но опыт запрещения компартии в 1991-м, расстрел "красно-белой" оппозиции на баррикадах Дома Советов в 93-м, попытки разогнать "коммунистическую Думу" в 96-м, бесконечные инсинуации, подкуп, угрозы, вбрасывание компроматов, внедрение агентуры, шельмование лидеров, создание ложных "красных" или "белых" партий, фабрикация расколов. Все это — проверенные методики власти, направленные на подавление народно-патриотического движения.

Сведения, получаемые нами в последние месяцы из закрытых источников, говорят о новом "заговоре", спланированном в недрах администрации президента, где засели мастера политических интриг Волошин и Сурков, а также в штабе "семьи", где Юмашев и Дьяченко стоят на страже олигархических интересов. Эти сведения — о скором "перевороте в рядах оппозиции" — воспринимаются нами серьезно, требуют анализа, безошибочных и безотлагательных действий.

Контуры "заговора" выглядят следующим образом. Используя постоянное расширение народно-патриотической среды, появление в НПСР все новых и новых лиц, в том числе и тех, что преуспевают в бизнесе, близки к новой политической элите, однако понимают пагубность для страны олигархического строя, администрация внедряет в ряды патриотов своих неявных представителей, эмиссаров своей подрывной политики — "агентов влияния", продвигая их в руководство движения. Складывает их в неявную прослойку, выстраивая второй центр руководства, параллельный штаб, перехватывая у первого политическую инициативу, контроль над активом движения, необходимые для функционирования финансовые потоки. Имитируя политическую и пропагандистскую деятельность, оплачивая из "своего кармана" нужды региональных отделений НПСР и КПРФ, второй центр добивается влияния и доверия, которые использует для создания "оппозиции в рядах оппозиции". Программа-максимум "заговора" — взрыв в рядах патриотов, смещение наиболее проверенных, неуступчивых по отношению к власти лидеров. Замена их на лояльных и управляемых, что позволит вписать весь левоцентристский фрагмент в политический чертеж власти. В случае неудачи этой "программы-максимум" как промежуточная цель рассматривается раскол движения накануне думских выборов, дабы лишить патриотов ожидаемой победы, которая вполне возможна на волне растущих в обществе "левых" настроений. Наконец, "программой-минимум" является бурный политический скандал в недрах движения, шельмование руководства, демонстрация нестабильности, что должно снизить репутацию НПСР и КПРФ в глазах избирателей.

Второй центр находится в постоянном взаимодействии с администрацией. Получает от нее указания, технологии, финансовые ресурсы. “Взрыв”, который первоначально планировался на конец лета, в канун избирательной кампании, затем был смещен на позднюю весну. Этот срок приближен к февралю-марту, что подтверждается подключением к "заговору" финансовых средств одного из "металлургических", возможно, алюминиевых олигархов. Громкость и эффективность скандала обеспечиваются правительственными и антикоммунистическими СМИ.

Такова неполная картина диверсии, которую удалось сложить по отдельным "агентурным донесениям", полученным из административных "источников".

Теперь же, в свете изложенного, исследуем деятельность Исполкома НПСР во главе с его председателем Г. Ю. Семигиным.

Удачливый бизнесмен, сделавший состояние в период "хищнического первоначального накопления капитала", близкий в то роковое время к Гайдару, Чубайсу и другим "реформаторам", он, по его утверждению, разочаровался в губительных для страны "реформах", ощутил в себе "левые" настроения и сблизился с НПСР. Благодаря уговору, выгодному патриотам по финансовым соображениям, Семигин вошел в народно-патриотическое движение. Разворотистый, энергичный деятель, он был выбран по "коммунистическому списку" в Государственную думу и затем, при поддержке коммунистов, стал вице-спикером Думы. После съезда обновленного НПСР, когда закладывалась юридическая и организационная база этого широкого народного движения, были созданы политический орган — Координационный совет во главе с лидером КПРФ Зюгановым и его исполнительный инструмент — Исполком во главе с Семигиным. В задачу последнего входили усиление местных организаций НПСР, привлечение в Союз новых полноценных движений, укрепление патриотических СМИ, анализ политической и экономической жизни и на этой основе — выработка эффективной политики не только в Думе, но и в недрах оппозиционного движения, которое во многом лишено координации, недостаточно включено в забастовки, стачки, протестные манифестации и марши.

Два года работы Исполкома изобиловали аналитическими записками, фолиантами всевозможных программ, высокопарными директивами, никоим образом не связанными с реалиями оппозиции. Было создано "теневое правительство", рождающее кипы бумаг, от которых ни тепло, ни холодно протестным массам, и которое так и не стало "кузницей кадров" для будущей исполнительной власти патриотов. Вместо развертывания новой сети патриотических газет и радио, попыток прорваться на враждебные телеэкраны стал издаваться малотиражный, тяжеловесный журнал "Искра" для узкого круга аппаратчиков, где вместо теоретических дискуссий, освоения новых доктрин и взглядов публикуются заимствованные у социал-демократов общеизвестные истины, часть которых обильно сдабривается нападками на патриотических лидеров. Все это напоминает имитацию, организационную "дымовую завесу", скрывающую некую сущность.

Какова же эта сущность, не находящая отражения на глянцевых страницах "искрящего" банальностями журнала?

Несмотря на настойчивые требования руководства НПСР, так и не был создан фонд финансовой поддержки движения, куда бы притекали спонсорские пожертвования, а затем распределялись в организации, исходя из их потребностей. Эти средства поступают сейчас, помимо несуществующего фонда, как бы из рук самого Семигина, что создает впечатление, будто бы областные организации НПСР и их лидеры "окормляются" из рук благодетеля, что ставит аппарат НПСР в личную зависимость от председателя Исполкома. А если учесть, что лидеры областных организаций НПСР являются, как правило, и секретарями областных организаций КПРФ, то возникает впечатление, что эти коммунистические организации находятся на финансовом содержании у Семигина. Это позволяет ему отчасти управлять политикой коммунистов на местах.

Результаты этого "управления" не замедлили сказаться. Подорвано единство Ленинградской организации КПРФ, внесен раскол в ее актив, парализована политика, скандал вылился в публику, снизив репутацию коммунистов. Не этого ли хочет Волошин, уповая на раскол во всем движении, включая и компартию?

Начались прямые атаки на политический орган движения — Координационный совет, что, по мнению многих, и является симптомом грядущего "переворота". Стараниями Семигина было едва не сорвано заседание КС, когда он привел на заседание своих сторонников, не членов КС, устроивших обструкцию руководству. Почувствовав недостаточность своих сподвижников в КС, Семигин настаивает на приеме в НПСР, с последующим представительством в КС, послушных ему политиков. Усиление личных позиций в КС позволило бы Семигину блокировать тенденции, исходящие от избранного руководства, хаотизировать работу Координационного совета.

Скандалом обернулось и обсуждение итогов работы Исполкома НПСР, где звучали спланированные нападки на политику и руководство Союза, а затем, вопреки советам товарищей, Семигин организовал помпезный банкет, что позволило газетам всласть поиздеваться над "валтазаровым пиром" оппозиции. Кому на руку такая дискредитация НПСР?

Угрожающе звучат "энциклики", исходящие от Исполкома и лично от Семигина, в которых пытаются "репрессировать" политиков, не согласных с его, Семигина, мнением. Чего стоят требования изгнать из КС членов, подвергающих сомнению эффективность работы Исполкома, дискутирующих формы предвыборного взаимодействия "коммунистов и беспартийных". Дико прозвучало заявление Исполкома, требующего изгнать из НПСР тех, кто пошел на контакт с Березовским. Хотя именно этот контакт поверг в панику Кремль, создал для движения множество нетривиальных политических и культурных возможностей. Неужели Семигин полагает, что журналистская беседа с Березовским опаснее, чем его, Семигина, контакты с Сурковым?

Все это, вместе взятое, а также множество мелких травм, наносимых движению в центре и на местах, говорит о том, что в народно-патриотических рядах складывается опасное двоевластие. Цементирует второй, параллельный центр, как это было в КПСС накануне ГКЧП. Встряска, взрыв, конституционный трехдневный кризис, и власть перешла от первого ко второму центру. Выиграл Ельцин, рассыпал великую организацию — Советский Союз, привел к краху коммунистическое движение.

Возникший кризис, отчасти повторяющий предшествующие кризисы НПСР, когда из движения выпадали яркие, амбициозные союзники, такие, как Тулеев, Подберезкин, а позже и Селезнев, эта повторяющаяся драма НПСР, естественно, является издержкой взаимодействия строгой политической организации КПРФ со множеством хаотических, политически неопытных образований или ярких одиночек, стремящихся связать судьбу с "левыми". Одни, потому что приобрели "левый" опыт разочарования во власти. Другие, малочисленные, — желая оседлать "красного коня" и въехать на нем в политику. Особенно теперь, когда барометр указывает на "левую бурю", когда ширится народная поддержка, когда каждая лопнувшая зимой батарея, каждое чубайсовское отключение усиливают "левый крен" России, приближают победу на выборах. Муха, которая усаживается на потный лоб пашущей лошади, тоже считает себя пахарем, претендует на будущий урожай. Однако мы не меняем своей стратегии. НПСР — движение, выстраданное десятилетней борьбой, преодолением исторической распри "красных" и "белых". Союз, освященный пылающей "Иконой 93-го года".

Что следует делать в сложившейся чрезвычайной ситуации? Быть может, боясь негативных словопрений, злопыхательства буржуазных СМИ, следует "замазать конфликт", пойти на уступки, искать "бархатного разрешения" кризиса? Но, исходя из анализа, запланированный властью взрыв все равно состоится. Слишком велик риск, слишком очевидна опасность разрушения, за которым последуют проигрыш на думских выборах и демонтаж "левого фланга".

В этих условиях необходимо как можно скорее "отключить" Исполком и его главу Г.Ю. Семигина от влияния на политику НПСР и КПРФ. Обсудить в региональных организациях деструктивный характер этого влияния, неустанно объясняя при этом, что базовая идея — совместный выход на думские выборы коммунистов и патриотов — остается незыблемой. Союз проверенных в борьбе испытанных лидеров и молодых "политических звезд" гарантирует нам, как это показали недавние красноярские выборы, широчайшую поддержку народа.

***

© "Коммерсант", origindate::28.02.2003

Партийная жизнь. Глава исполкома НПСР судится с патриотическими газетами

Юрий Чернега

Вчера в Хамовническом межмуниципальном суде Москвы было начато рассмотрение иска о защите чести и достоинства председателя исполкома Народно-патриотического союза России, вице-спикера Госдумы Геннадия Семигина к редакторам газет «Завтра» и «Советская Россия» Александру Проханову и Валентину Чикину. Поводом для судебного разбирательства стала опубликованная в начале января в этих изданиях [page_12833.htm#top статья «Операция „Крот"»], в которой господин Семигин обвинялся в сговоре с администрацией президента и попытках внесения раскола в ряды левой оппозиции. Истец требовал признать эти сведения не соответствующими действительности, а также компенсировать ему моральный ущерб в размере 4 млн рублей. В качестве свидетеля по делу в суд приехал лидер КПРФ и председатель координационного совета НПСР Геннадий Зюганов. Но ему так и не удалось выступить. Вначале представители НПСР внесли ходатайство об отказе от денежной компенсации морального вреда, оставив только первую часть своих претензий. В свою очередь, представители ответчиков попросили о переносе дела, мотивировав это тем, что «представители истца только вчера вечером дополнили список претензий, и вместо 4 пунктов стало 11» (если раньше истец требовал опровергнуть только наличие сговора, то теперь к этому прибавилось требование опровергнуть сведения о неблаговидной деятельности исполкома НПСР), и защита не успела подготовиться к процессу. Суд удовлетворил ходатайство и перенес рассмотрение дела на 5 марта.