Операция "Ы"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"Операция "Ы"

Новые приключения гастарбайтеров в Москве: на стройке, в школе, в музее"

Оригинал этого материала
© abc_538, origindate::11.12.2006, «А гадость пьють из экономии…»

Я все-таки придерживаюсь того мнения, что очень многие гастарбайтеры приносят пользу Москве и москвичам. Особенно те таджики, которые в отсутствие лифта пешком носили цемент на 15-й этаж, когда я отделывал новую квартиру. Или те молдаване, которые за умеренную плату клали плитку и выравнивали стены, криво положенные таджиками. Я уже не говорю о белорусах, быстро отремонтировавших крышу на даче. Именно они делали решение жилищной проблемы доступным для очень среднего класса, к которому я себя отношу.

Самое главное при этом – система персональных рекомендаций, благодаря которым хорошие мастера находят хороших заказчиков, которые не кинут мастеров после завершения работы, и наоборот.

Так что нужно различать таких «гастмайстеров» от совсем другой системы «гастарбайтеров», где заказчиками являются чиновники, главной целью – освоение бюджетов, а основой системы – круговая порука.

В самых больших масштабах такая система существует, разумеется, в московском стройкомплексе. Хотя формально такие компании как «Интеко», «Главмосстрой» или «Су-155» числятся частными, но по факту – это механизмы реализации и перераспределения монопольной ренты в пользу московской бюрократии. Механизм достаточно прост. Во-первых, поддержание монопольно высоких цен на рынке всеми способами. Самый последний пример – преложенные Лужковым ограничения на продажу квартир немосквичам, то есть искусственное ограничение предложения на первичном рынке. Уже сейчас сами по себе такие заявления, якобы проникнутые заботой о горожанах, задирают цены до немыслимых цифр. Справедливости ради, нужно сказать, что Лужкову и компании сильно помогают американские финансовые власти, не способные удержать от падения доллар. Так что цены на нефть растут, и нефтедоллары жгут руки инвесторам и давят на все ликвидные и условно ликвидные рынки, вроде московской недвижимости. Только вот паникующие инвесторы не учитывают искусственного характера этой ликвидности.

Вторая составляющая монопольного гешефта – как раз система гастарбайтеров, точнее – система преднамеренной минимизации качества баснословно дорогого московского жилья. Нанимая бригаду таджиков можно не беспокоиться ни о технике безопасности, ни об условиях для работников, ни об их квалификации. Главное, чтобы дом достоял до приемки в эксплуатацию, что тоже случается не каждый раз.

Громогласные сетования на плохое качество советских «хрущоб», выдержавших, однако, двойной срок эксплуатации, оборачиваются на деле качеством строительства намного худшим. Можно быть уверенным, что когда лет через пятнадцать городским властям придется сносить нынешние «лужкобы», то взрывать по семь раз, как крепкий советский дом на Открытом шоссе не придется.

С учетом объемов строительства получается, что обманутых инвесторов в Москве вовсе не десятки тысяч, а на порядок-другой побольше. Все, кто за завышенную цену приобрел в последние три-четыре года московское жилье явно заниженного качества могут уверенно чувствовать себя «обманутыми вкладчиками».

И одной из главных шестерен этого механизма облапошиваниия сограждан чиновниками является система круговой поруки московских чиновников, правоохранителей, бригадиров над гастарбайтерами и полукриминальных «крыш», блюдущих дисциплину полурабского труда.

Уровнем сильно пониже существует похожая система «экономии» на качестве услуг, оплаченных бюджетными деньгами или коммунальными платежами в ЖКХ. Типичная ситуация выглядит так – руководитель муниципального ДЭЗа или РЭПа или как там они нынче называются, нанимает для уборки территории тех же гастарбайтеров или «лимитчиков», зависящих от служебного жилья. Гастарбайтерам реально платится только половина от официальной зарплаты, при этом «ради справедливости» часть территории вместо гастарбайтеров убирают зависимые «лимитчики». Разница в деньгах – в карман руководства, разница в качестве уборки между должным и реальным – под ноги москвичам, в травмопункты и так далее.

И такая же система – по всем отраслям городского хозяйства. Поговаривают, что подобные же случаи происходят даже в московских школах, где даже русский язык порою преподают приезжие из Молдавии или с Украины, которые сами знают его на твердую тройку. Однако, директора школ зачем-то держат таких, с позволения сказать, преподавателей, несмотря на жалобы родителей. Наверное, из чистого гуманизма.

Однако последней каплей лично для меня, заставившей искать способ поделиться своими мыслями, стала история, которую мне рассказал знакомый милиционер. Вру, он конечно рассказал это своей жене, а его жена – уже моей, но почему-то с учетом состояния дел в остальном столичном хозяйстве – верится и в эту историю. Хотя, казалось бы, как и что можно «сэкономить» в музейном хозяйстве. Впрочем, после недавних разоблачений бардака аж в Государственном Эрмитаже, какой может быть спрос с муниципального музея-усадьбы.

Короче, всякий нормальный милицейский опер должен знать все обо всем, что происходит на его территории, особенно, если это связано с гастарбайтерами. А всякий гастаррбайтер должен дружить со всеми заинтересованными милиционерами. Правда, на этот раз милиционер был без формы и вообще просто проходил мимо музея, направляясь с женой в цирк. Но по привычке зашел в помещение музея, где сновали туда сюда ремонтники-таджики. Посмотрел внимательно, ничего интересного не увидел, да и пошел дальше, к цирку и к пивным палаткам.

Сидит себе на берегу Москвы-реки, пьет пиво, вдруг подбегает к нему таджик, наверное, бригадир – по-русски говорит неплохо и вообще. Добрый день, - говорит, - товарищ капитан, говорит. Я вас сазу узнал, Вы нас проверяли на стройке гостиницы. Ну вроде бы действительно, лицо знакомое.

- Я вам, товарищ капитан, хочу доложить, что мы здесь только ремонтируем, больше ничего. Никаких серьезных нарушений, все как обычно, делимся с начальством и с участковым. Только они заодно, а я должен Вам сказать, чтобы Вы если что подтвердили, мы кроме ремонта ничего здесь не брали и не будем брать.

- Да в чем дело-то?

Оказывается, во время ремонта комнаты с ценными экспонатами остаются без всякого присмотра, один на один с гастарбайтерами. Один день без присмотра, другой, неделю. Потом оказывается, что на ежедневных планерках директорша громко кричит на подчиненных, что всюду бардак, проходной двор, воры кругом. Но при этом присмотра за экспонатами как не было, так и нет.

- Я вот что думаю, товарищ капитан, и всем своим строго сказал – ничего не трогать и сторожить все время экспонаты. Они, наверное, поддельные, их еще раньше все украли – подделки положили, а теперь хотят на нас свалить. А мы люди простые, бедные. Нам семью кормить нужно, детей много. А в тюрьме сидеть за директоршу мы не хотим, и уйти не можем, на работу больше не возьмут. Только вот боимся, они ночью украдут, а утром мы не увидим. Вы уж скажите начальству, что это не мы.

Разумеется, капитан рассказал коллегам с Петровки, те посмеялись, но сказали чтобы не связывался, а то неизвестно на какой начальственной даче из этой музейной посуды теперь пьют и едят.

Вот такие еще бывают способы использовать гастарбайтеров для «экономии» государственного имущества в личных интересах чиновников.

Наверх
Знаком '+' отмечены подразделы,
а '=>' - перекрестные ссылки между разделами
B.gif


B.gif