Особый случай банка "Глобэкс"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"Расчеты... показывают,что более 97% указанного в отчетности собственного капитала в реальности не существует"

Оригинал этого материала
© "Русский Forbes", июль 2005

Особый случай банка "Глобэкс"

«Глобэкс» — лишь один из банков первой десятки. Но почему именно к нему было так много вопросов у Центробанка?

Наталия Орлова

Converted 19213.jpg

Анатолий Мотылев — самый богатый акционер в российской банковской системе?

Атриум московского торгово-oфисного центра «Новинский пассаж» стал популярным местом для светских мероприятий: показов мод, благотворительных вечеров, корпоративных праздников. Здесь можно разместить несколько десятков столон для гостей, небольшую сцену и еще останется пространство для оркестра. Каждое новое событие с участием звезд и политиков, проходящее в этих стенах, повышает стоимость «Новинского пассажа». Значит, идут в гору и дела банка «Глобэкс» —основного его владельца.

«Глобэксу» паблисити не помешает. Этот банк, входящий в первую десятку по капиталу, всегда был белой вороной на рынке. Крупные банки не дают ему в долг. Банк России пытался уличить «Глобэкс» в несоответствии требуемым нормативам. Период расцвета банка начался после того, как в его руководство пошел бывший глава МВД России Андрей Дунаев. В довершение всего «Глобэкс» — единственная кредитная организация из первой десятки, акционером которой числится фактически один человек - президент банка Анатолий Мотылев.

Много ли вам приходилось слышать о нем? Мотылев, безусловно, не так известен, как олигархи—владельцы других крупных банков. Он не собрал промышленной империи в середине 1990-х, но в отличие от многих других предпринимателей, чьи банки сгинули во время кризиса 1998-го или вскоре после него, Мотылев продолжает уверенно держаться на плаву. Ему удалось не только спокойно пережить августовский дефолт, но и выбраться из камеры предварительного заключения и выпутаться из конфликтов с Центробанком, которые для кого-то другого могли бы обернуться потерей лицензии.

Мотылев — представитель советской золотой молодежи. Его отец— Леонид Мотылев — вею жизнь проработал в Министерстве финансов, а с 1973-го до смерти в 1986 году возглавлял Госстрах, единственную страховую компанию СССР. Мотылев-младший должен был пойти по стопам отца. В 1983 году он поступил на самый престижный факультет Московского финансового института (сейчас — Финансовая академия), где получил первый опыт управления: руководил сначала стройотрядом, затем — комитетом комсомола. Здесь же он сделал и первые шаги в бизнесе: организовал «торговый дом». Финансовую карьеру Мотылев начал уже в 1990-х в Госстрахе, где работал помощником президента, а затем и вице-президентом. В 1992 году страховой компании, преобразовавшейся тогда в Росгосстрах, потребовался свой банк— и Мотылев создал «Глобэкс».

Это небольшое (с капиталом около $100 000) кредитное учреждение фактически стало совместным предприятием Росгосстраха и Мотылева — доли распределились 50 на 50. Основным клиентом «Глобэкса» какое-то время оставалась сама страховая компания, пока в 1994 году счета в банке не открыл Государственный таможенный комитет. Как удалось привлечь деньги таможни? «Мы предложили адекватный сервис»,—рассказывает Мотылев в интервью Forbes. Помогло еще и то, что знакомый банкира занимал высокий пост в бухгалтерии ГТК.

Банк успешно распоряжался деньгами двух своих главных клиентов. Но в 1995 году в Росгосстрахе сменилось руководство. Для новой команды, пришедшей в страховую компанию, Мотылев перестал быть «своим», а значит, от услуг «Глобэкса» рано или поздно они должны были отказаться. В такой ситуации Мотылев. постарался получить от расставания со страховщиком по максимуму.

Еще при прежней команде «Глобэкс» помог дочернему банку Росгосстраха в Новосибирске. А в 1995-м он вышел из сделки, списав сумму «помощи» (2 млрд неденоминированных рублей) со счетов самого Росгосстраха, которые тот держал в «Глобэксе»,—такую возможность давал договор, утверждает Мотылев. Однако новое руководство страховщика обратилось в МВД с просьбой провести в банке проверку. «Мы же, — говорит банкир,—посчитали, что спор нужно решать в арбитражном суде, и от милиции просто отмахнулись».

А зря. В феврале 1996-го сотрудники УЭП ГУВД Москвы задержали Мотылева по подозрению в хищении средств в особо крупных размерах (имелись в виду те самые 2 млрд рублей). Корреспондентский счет банка был арестован, оргтехника и деньги на сумму 1,7 млрд рублей изъяты. В довершение всего в квартире Мотылева нашли оружие. Мотылев и его партнер Александр Жуков оказались в камере предварительного заключения. Жукова на следующий день отпустили, а Мотылев провел за решеткой 30 дней— в то время это был максимально возможный срок содержания под стражей без предъявления обвинения. Деятельность «Глобэкса» была парализована. «Несколько дней мы вообще не проводили платежи»,—вспоминает президент группы компаний «Максвелл Капитал» Дмитрий Кирпиченко, работавший в 1996 году зампредом правления «Глобэкса». Когда счет разблокировали, клиенты стали покидать банк.

Сейчас Мотылев утверждает, что так «налететь» можно было лишь по молодости. «В начале и середине 1990-х основными опасностями для бизнеса были бандиты, а милиция не воспринималась как самостоятельный игрок на этом рынке»,— поясняет банкир. Вскоре ему вновь довелось оценить роль милиции.

Через две недели после освобождения Мотылева (его выпустили за отсутствием «события преступления») совет директоров банка возглавил Андрей Дунаев—бывший министр внутренних дел РФ. Было ли появление в руководстве банка влиятельного генерала как-то связано с вызволением Мотылева? «Это процесс не связанный, а параллельный, — уверяет банкир. — Обвинения с меня уже были сняты, но, оценив специфику и обстановку ведения бизнеса, мы пригласили в банк человека с богатым жизненным опытом».

Тогдашний оппонент Мотылева — новый руководитель Росгосстраха (а сейчас глава банковского комитета Госдумы) Владислав Резник, впрочем, утверждает в интервью Forbes, что Дунаев подключился к конфликту банка и страховой компании, еще пока Мотылев сидел в следственном изоляторе. Как бы то ни было, сегодня Резник не отрицает: «Глобэкс» имел право списать те злосчастные два миллиарда.

«Жизненный опыт» Дунаева действительно был богат. Он 7 лет проработал в Чечне и—дольше него в начальниках угрозыска Чечни не продержался никто. В 1991 году Дунаев единственный из генералов МВД подписал указ о вводе в Москву курсантов милицейских школ для охраны Ельцина от путчистов. Он же руководил, «группой освобождения» Михаила Горбачева из заточения в Форосе. Но осенью 1993 года Дунаев поддержал антиельцинский переворот, был отстранен от должности и провел пять месяцев в Лефортово. Выйдя на свободу, он занялся бизнесом и возглавил совет директоров, небольшого «Нового русского банка».

В «Глобэксе» Дунаев стал полноправным совладельцем. По словам Мотылева, у них с новым партнером было «по 40 с чем-то, процентов». Во сколько обошелся крупный пакет акций банка Дунаеву? «Он мне подарил акции только за то, что я пришел,—рассказывает экс-глава МВД в интервью Forbes. —Я пришел без денег, только с мобильным телефоном».

На некоторое время в банке установился своеобразный триумвират (третьим партнером по-прежнему оставался Жуков). Каждый занимался своими проектами, но принципиальные вопросы решали вместе. Стратегические решения давались, по словам Дунаева, нелегко. «Я в начале 1998 года начал говорить, чтобы они продали эти ГКО, — вспоминает он.— Еле-еле к лету убедил». Именно благодаря Дунаеву «Глобэкс» избежал потерь от коллапса финансовой системы в августе 1998-го.

А в 2001 году партнеры приняли идею Дунаева вкладывать деньги в недвижимость. Тогда же, впрочем, влиятельный партнер Мотылева с Жуковым перестал числиться акционером «Глобэкса». «Если честно, ни Жуков, ни я в смысле финансов лидерами не были,— вспоминает Дунаев.—У него [Мотылева] самая светлая голова». «У Андрея Федоровича появились другие интересы, — соглашается Мотылев. — Он по складу характера больше тяготеет к работе с реальными активами: завод, фабрика, санатории». Дунаев купил в Ульяновской области 3 санатория, а также производителя станков и очень гордится этими проектами: «Я вложил [в санаторий «Ундоры»] 47 млн рублей — сумма небольшая, но я его спас».

Оперативные методы. Андрей Федорович Дунаев, 65 лет, опытный «силовик» советсной еще закалки. Руководил угрозыском Чеченской автономной республики. Вызволял Горбачева из заточения в Форосе. Был министром внутренних дел РСФСР и РФ. Формально он с 1994 года находится на пенсии. Но в действительности только тогда и началась его карьера в бизнесе. С1996 года он вошел в руководство банка «Глобэкс». Итог: благодаря связям Дунаева банк обзавелся новыми клиентами и проектами.

Вот как Дунаев объясняет свои успехи в бизнесе: «Всю жизнь в милиции моя работа строилась на оперативных комбинациях: нужно условия, которые создались на данный момент, проанализировать и максимально использовать для достижения определенной цели. Раньше я это делал для раскрытия преступлений. Теперь я работаю сам на себя. Я не стыжусь».

В 2002 году Жуков покинул банк. В последние годы совместной работы их отношения с Мотылевым не ладились — они даже поделили клиентов и создали для работы с ними два параллельных департамента. По словам Мотылева, его бывший партнер, решив, что «заработанных денег ему достаточно, а страновые риски избыточны», перебрался в «страну с умеренным климатом». Один из бывших сотрудников банка говорит, что как-то встретил Жукова в Швейцарии. (Комментарий самого Жукова.получить не удалось.)

Так Мотылев стал единоличным владельцем «Глобэкса». Хотя в отличие от уехавшего из России Жукова Дунаев по-прежнему связан с банком: он возглавляет совет его директоров и ведет через него бизнес. «Я сейчас не вмешиваюсь в оперативную деятельность вообще, — поясняет нынешнюю позицию Дунаев, — потому что уверен, что он [Мотылев] не жулик».

В чем заключался бизнес самого «Глобэкса»? До 2002 года банк практически де работал с вкладчиками, в основном занимался валютными операциями и кредитованием компаний. Летом 2001-го он за 120 млн рублей купил тольяттинский Автовазбанк, находившийся тогда под управлением агентства по реструктуризации банков (АРКО). АРКО одолжило на спасение подшефного учреждения около 800 млн рублей, эти деньги оказались на корсчете Автовазбанка в «Глобэксе» (через два года деньги были возвращены АРКО). Примерно тогда же, в 2001-м, банк Мотылева сделал первые крупные вложения в недвижимость, купив недостроенный торгово-офисный центр «Новинский пассаж» в центре Москвы. А глава АвтоВАЗа Владимир Каданников долгое время входил в совет директоров «Глобэкса». Он вообще не был для банка чужим человеком — сын Дунаева женат на дочери Каданникова.

В 2002 году у «Глобэкса» вновь начались неприятности. Как и в 1995-м, опять сменилось руководство—только на этот раз не в ключевом партнере, а в надзорном органе — Центробанке. Вместо либерального Виктора Геращенко руководителем Банка РФ был назначен технократ Сергей Игнатьев, при котором в рядах кредитных организаций начались чистки и была запущена банковская реформа.

Неприятную работу по отсеву недоброкачественных банков Игнатьев поручил своему первому зампреду Андрею. Козлову. Он, кстати, хорошо знаком с Мотылевым — работал под его руководством в институтском комитете комсомола. Именно Козлов возглавлял в прошлом году операцию по лишению лицензии Содбизнесбанка. Тогда же появились «черные списки», что вызвало кризис доверия на межбанковском рынке. Мало кто знает, что двумя годами ранее Козлов попробовал разобраться и в делах «Глобэкса».

Почему именно «Глобэкса»? Андрей Козлов не стал давать комментарии для данной статьи. Но можно предположить: этот банк выделялся на общем фоне. В 1999-2001 годах «Глобэкс» увеличил собственный капитал с 300 млн до 10,3 млрд рублей. По состоянию на начало 2002 года он находился на шестом месте по размеру капитала — между Газпромбанком и Росбанком, вдвое опережая Банк Москвы и МДМ-Банк. Качество капитала и подверглось критической оценке нового руководства ЦБ.

В 1990-х годах многие банки раздували свой капитал лишь на бумаге—например, выдавали кредиты акционерам, а те вносили эти деньги в капитал. Этот трюк, который можно было провести совершенно законно, позволял увеличивать объем рискованных операций, не нарушая при этом нормативов ЦБ (многие нормы устанавливаются как процент от капитала). Для Геращенко ключевой вопрос банковского надзора звучал так: есть ли у банка проблемы с выполнением обязательств? Если нет, то в деятельность банка не стоило и вмешиваться. Новое руководство Центробанка принялось наносить упреждающие удары. Рано или поздно все банки с неубедительными — по мнению ЦБ— показателями баланса должны были столкнуться с проблемами, то есть представляли опасность для клиентов и "вкладчиков".

За большинством ведущих банков стояли крупные промышленные группы, в случае с тем же Банком Москвы — столичная мэрия. Регулятору было понятно, зачем этим банкам большой капитал и кто в случае каких-либо неприятностей будет «отвечать» за банк. Акционером же «Глобэкса», банка №6 в стране, как уже говорилось, был один человек—Анатолий Мотылев.

«Расчеты... показывают,что более 97% указанного в отчетности собственного капитала в реальности не существует»,— говорилось в начале 200З года в справке на «Глобэкс», составленной конкурентом. Но это лишь частное мнение сотрудника аналитического отдела одного из коммерческих банков. А что думали в ЦБ?

Первая проверка, назначенная при новом кураторе банковского надзора ЦБ, отправилась в «Глобэкс» в июне 2002 года. Как говорится в одном извынесенных позже судебных решений, Центробанк обнаружил в «Глобэксе» следующее: «Заемные средства не использовались заемщиками на цели, указанные в технико-экономических обоснованиях, а направлялись другим юрлицам в виде беспроцентных займов. В свою очередь последними полученные займы направлялись на погашение кредитов, полученных в банке, и уплату процентов по ним». Реального движения средств, по мнению ЦБ, не происходило, кредиты погашались внутренними проводками. Эти операции ЦБ оценил как «содержащие реальную угрозу интересам кредиторов и вкладчиков», говорится в судебном решении.

По данным Forbes, в конце июля 2002 года Московское территориальное управление ЦБ предписало «Глобэксу» ограничить ряд операций на 6 месяцев. С 1 августа банку запрещались «привлечение денежных средств физлиц во вклады (до востребования и на определенный срок)» и «продажа им собственных ценных бумаг всех видов: векселей, сберегательных сертификатов, чеков, облигаций и пр.». Двумя годами позже точно с такого же требования начался поход ЦБ против Содбизнесбанка. Однако «Глобэкс» сумел защитить себя гораздо лучше.

Запрет, который собрались было наложить на «Глобэкс», так и не вступил в силу. Банк сначала заблокировал действие предписания, а затем сумел отстоять свою позицию в Арбитражном суде Москвы. Согласно решению этого суда, вынесенному по иску «Глобэкса» к Центробанку, предписание отменили, поскольку «Глобэкс» доказал, что формально не нарушал никаких инструкций регулятора, что «определение целевого и нецелевого характера займа — воля сторон, кредитора и заемщика», а ЦБ не может вмешиваться «в оперативную деятельность кредитных организаций». К тому же упомянутые кредиты были оперативно погашены."

В интервью Forbes Мотылёв сказал, что никогда в отношении его банка не действовал запрет на какие-либо операции, и отказался обсуждать детали взаимоотношений с ЦБ. Описанный конфликт уже история. С 2002 года Центробанк серьезно перестроил систему банковского надзора. В частности, он принял новую — более жесткую — методику расчета капитала (215-П). Согласно ей, заемные средства, внесенные в капитал, считаются «ненадлежащими активами». Вооружившись этой инструкцией, ЦБ мог бы предъявить «Глобэксу» новые претензии. Однако, по данным Forbes, в 2003 году вкладчики одного из банков подали к ЦБ иск о том, что применение расчета капитала по 215-П может нарушить их конституционные права (лишить собственного имущества). На предварительных слушаниях представителю Банка России не удалось объяснить судье, почему активы могут быть вычтены из капитала. Рассмотрение иска по существу так и не состоялось, а случай не получил огласки. Имел ли «Глобэкс» отношение к этому иску? Представители банка отказываются обсуждать такую возможность.

Как бы то ни было, Козлов с тех пор лишь однажды коснулся темы «Глобэкса», отметив: «Банк продемонстрировал, что у него есть надлежащие активы, соответствующие размеру капитала».

Что это за активы? Самый заметный кусок собственности «Глобэкса»— упоминавшийся уже «Новинский пассаж». Его общая площадь 80 000 кв. м. На проект потрачено $100 млн. В компании Penny Lane Realty полагают, что рыночная стоимость бизнес-центра может составлять около $280 млн. Оценка Мотылева, подтвержденная PricewaterhouseCoopers: $350 млн. Эта цифра примерно соответствует размеру капитала «Глобэкса».

Есть и другие проекты, связанные с недвижимостью. Например, банк приобрел Второй часовой завод «Слава», расположенный в районе Белорусского вокзала. Планируется вывезти отсюда производство и построить на месте бывшего завода многофункциональный комплекс «Слава Бизнес-парк». Инвестиции — $320 млн. У «Глобэкса» также есть несколько участков подмосковной земли, в частности, 2000 га агропромышленного комплекса (бывшего совхоза) «Вороново». Здесь тоже планируются масштабные проекты.

Кого-то может смутить, что и «Новинский пассаж», и прочие покупки оформлены не на банк, а на посторонние компании. «Это наши фирмы, — отвечает скептикам Мотылев.—Они брали в банке кредиты, соответственно активы оформлены как залоги. Странно было бы перегружать банковский баланс фермой с коровами». Финансировать строительные проекты банк также планирует не из своих средств, а в основном из заемных.

Бизнес «Глобэкса» стал более понятным — и клиентам, и регулятору. За 2004 год прибыль банка выросла более чем вдвое (614 млн рублей против 295 млн рублей в 2003-м). Последние два года банк активно открывает отделения (в июне появилось 21-е по счету отделение в Москве). Зарегистрировал два филиала — в Санкт-Петербурге и Нижнем Новгороде. Привлекает розничных клиентов —у банка уже 6,9 млрд рублей, принесенных частными вкладчиками. По этому показателю «Глобэкс» занимает 21-е место, тогда как еще пару лет назад замыкал первую сотню. В планах на 2005 год записано начало ипотечного кредитования: банк будет кредитовать покупки коттеджей в подмосковном поселке «Золотые купола», строительство которого сам же и финансирует.

В декабре Центробанк принял «Глобэкс» в систему страхования вкладов (ССВ), подтвердив его право на привлечение денег населения. Вступление в эту систему должно означать, что пристальное внимание к «Глобэксу» осталось в прошлом: чиновники обещали не допустить в ССВ ни одного банка с неподтвержденным капиталом или с неэффективным менеджментом. Одним словом,«Глобэкс» сильно изменился — именно так, как хотел ЦБ.

В начале 2004 года ЦБ опробовал на «Глобэксе» очередное надзорное новшество, посадив в него первого в Москве «персонального куратора» (это сотрудник ЦБ, осуществляющий надзор всего за одним банком, зато постоянно). Каковы результаты? «Мы очень довольны сотрудничеством, теперь Центробанку стал еще более понятен наш бизнес, а нам — понятнее его требования»,— говорит первый вице-президент «Глобэкса» Сергей Филиппов.

Остались ли у ЦБ к «Глобэксу» неприятные вопросы? Представители регулятора не обсуждают с прессой дела конкретных банков — слишком чувствительной для рынка может оказаться любая исходящая от них информация. Однако действия ЦБ говорят, что в его отношениях с «Глобэксом» рано ставить точку.

Недавно ЦБ принял инструкцию об оценке финансового состояния владельцев банков—физических лиц. «Глобэкс», как и все банки, вошедшие в ССВ, раскрыл полную структуру своих собственников, вплоть до конкретных бенефициаров. Почти 99% банка принадлежит Анатолию Мотылеву. По новой инструкции ему наверняка придется подтвердить происхождение средств, которые были внесены в капитал «Глобэкса». Вопрос лишь в том, сумеет ли Мотылев и на этот раз отстоять свою позицию.

Наверх
Знаком '+' отмечены подразделы,
а '=>' - перекрестные ссылки между разделами
B.gif


B.gif