От Хмары до Шкиля Потебенько

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

От Хмары до Шкиля Потебенько Именно Гайсинскому интернет-издание FLB приписывает тесные связи с влиятельными Александром Волковым и Григорием Суркисом.

"Генеральный прокурор Михаил Потебенько наконец ушел. Не принудительно и с позором, как того добивалась оппозиция, а сам и в депутаты. И.о. ГПУ назначен Николай Гарник

Длительное руководство старого партноменклатурщика символично для Украины, демократический строй которой на глазах деградирует. Потебенько, занимавший прокурорскую должность еще во времена УССР, ушел в отставку после провозглашения независимости, когда казалось, что под давлением демократических сил слом тоталитарной советской системы неминуем.
Однако с его возвращением в 1998 года тенденция, проявившаяся в 1994 году в "деле Звягильского", обрела завершенность: как и при СССР, Генпрокуратура стала орудием политического давления и защиты кланов. Сегодня наш собеседник - председатель подкомитета законодательного обеспечения деятельности органов прокуратуры и соблюдения законности Верховной Рады третьего созыва Михаил Ратушный.
- Последнее политическое дело прокуратуры УССР касалось Степана Хмары, который был арестован "за хулиганские действия". Вы, как один из его единомышленников, провели в СИЗО почти десять месяцев. Отличается ли стиль поведения прокуратуры во времена УССР от сегодняшнего?
- Не вижу существенной разницы - прокуратура осталась инструментом политического давления. Дело Хмары носило заказной характер, и любые аргументы в его защиту не имели смысла. Его арестовали как лидера радикального течения национал-демократического движения, требовавшего запрета КПСС, выхода из состава Союза, было против сотрудничества со старой номенклатурой. Чтобы сформировать соответствующие настроения в обществе, мы проводили антисоветские акции протеста. Это стало причиной ареста Хмары, хотя формальный предлог был другой. Столкновение с советской правоохранительной системой, конечно, было стрессом.
Но мы понимали, что система себя будет защищать. В прокурорской среде было немного сторонников коммунистической идеологии. Общественные настроения, формировавшиеся под влиянием борьбы между номенклатурой и сторонниками выхода из Союза, достигли даже стен СИЗО. Нас выпустили на второй день после провозглашения независимости. Прокурор УССР Потебенько ушел в отставку. Перед этим он лично извинился перед Хмарой, уверяя, что от него требовали такого поведения. Этот политический трюк прибавил ему голосов, когда он во второй раз баллотировался на должность генпрокурора.
- Чем отличается прокуратура украинского образца от традиционных западных систем?
- По советским традициям роль прокуратуры искусственно завышена. Кто помнит фамилию председателя Верховного суда во времена прокурора Вышинского? Мы живем по инерции, считая, что после ЧК и НКВД это - главный государственный орган охраны права. Эту ментальность юристы унаследовали от преподавателей, воспитывавшихся во времена Советской власти. По традициям демократических стран, высшим органом защиты права является суд. В США, скажем, прокуратура - рядовое подразделение министерства юстиции. Нынешнее неестественно высокое место прокуратуры в иерархии государства, - в рубрикации Конституции 1996 года она упоминается как отдельная ветвь власти наряду с Верховной Радой, Президентом, правительством и правосудием, - приводит к необоснованным надеждам на самостоятельную победу над коррупцией, с другой стороны - высокой коррумпированности прокурорского состава.
- Когда была предпринята первая попытка изменить функции прокуратуры?
- При принятии Конституции рассматривался вопрос подчинения Генпрокуратуры суду. Сопротивление части депутатов привело к переносу важнейших законодательных норм, а именно: положений об обыске и аресте по решению суда - в Переходные положения. То есть власти оставили за прокуратурой эти, сугубо советские функции, чтобы использовать ее для политического давления на оппонентов, еще на пять лет. Дошло до того, что законопроекты, сужавшие функции прокуратуры, Верховная Рада принимала в последние дни действия Переходных положений. Даже после референдума 2000 года Генпрокуратура хотела продлить действие статей о праве на обыск и арест и отменить необходимость отчета о своей деятельности перед Верховной Радой.
- Был ли шанс пойти путем быстрых реформ в прокуратуре и когда он был упущен?
- В разгар "кассетного скандала" Президент сменил силовиков и мог поставить на должность Генпрокурора реального реформатора. Потебенько - советский прокурор, воспитывавшийся на советских традициях, по которым прокуратура считалась карающим органом революции, искоренитель антисоветчины и спекуляции, и иначе не умеет. В его возрасте люди уже не меняются, - дела новых политзаключенных, появившиеся после событий 9 марта 2001 года, - Шкиля и других членов УНА-УНСО - в очередной раз это подтверждают. Генпрокуратура - серьезная корпорация, имеющая рычаги влияния на проведение следствия, получения информации - противодействовала реформам, не желая подчиняться исполнительной власти. Дело Гонгадзе, когда представители прокуратуры откровенно лгали с трибуны Верховной Рады, свидетельствует, что этот орган неконтролируем, а потому опасен. Нас не берут в ЕС и грозят исключить из ПАСЕ из-за того, что мы не хотим реформировать именно этот участок власти.
- Кто из предшественников Потебенька заслуживает внимания с точки зрения "реформаторского потенциала"?
- Революционный период был при Викторе Шишкине, первом Генпрокуроре Украины, начавшем реформы как представитель судебной ветви власти и сделавшем для трансформации этой системы, пожалуй, больше всех. Поддержка в Верховной Раде была недостаточной, и он устал, ведь прокуратура - это стена. Когда пришел Дацюк, на слуху были антикоррупционные лозунги первой предвыборной программы Президента Кучмы. Тогда рассматривались дела, связанные с "Бласко", Кудюкиным, Звягильским - оппонентами Кучмы во времена премьерства. Пришло время, и Дацюка "обломали" - социального заказа от того, кто эти лозунги провозгласил, уже не было. Его заместитель Ольга Колинько первая вышла на дела, связанные с Лазаренко, но коррумпированные круги мешали расследованию. Потебенько много времени потратил на сведение счетов со своим предшественником Богданом Ференцем, исполнявшим обязанности всего несколько месяцев. Наверное, он видел в нем конкурента и личного врага. Когда люди на таких должностях мыслят подобными категориями, это опасно.
- Назовите три громких дела, которые, на ваш взгляд, свидетельствуют о предвзятости Генпрокуратуры.
- Дело Гонгадзе показывает, что заинтересованности в его раскрытии нет. Даже дело Лазаренко, с представлением на арест которого в Верховной Раде выступил Потебенько, не заслуга Генпрокуратуры. Не наказаны и виновные в прослушивании разговора Ющенко и мэра Киева Омельченко, хотя контроль за соблюдением конституционных прав граждан - святой долг прокуратуры. Короче говоря, прогресса нет и, видимо, не будет.
- На ваш взгляд, как долго продержится в должности Генпрокурора действительно независимый человек?
- Парламент может в любой момент выразить ему недоверие, а Президент - отправить в отставку. Если в Раде создадут коалицию, заинтересованную в прозрачной деятельности прокуратуры, такого человека могут назначить. Но у меня большие сомнения, что надолго, - все прекрасно понимают, что это серьезный инструмент политической борьбы. К осени или к президентским выборам Украина будет иметь исполняющего обязанности Генпрокурора.
- Вы опять говорите о Генпрокуратуре, как инструменте политической борьбы. Возможно ли у нас появление незаангажированной фигуры типа Карлы дель Понте, или, может быть, остается "выписывать" таких из-за границы?
- У нас достаточно людей, которые смогут выполнить эти функции. Но шансов на утверждение у них почти нет. Со страхом слышу, что Генпрокурором может стать Гайсинский. Хоть он намного профессиональнее Потебенько, его адвокатство в пользу Волкова свидетельствует о заангажированности на олигархические круги. Опасно, что большинство фамилий возможных наследников говорят о попытке законсервировать нынешнюю одиозную систему. Заместитель Генпрокурора Баганец, у которого очень плохая репутация после "кассетного скандала", вряд ли поднимет революцию в своем ведомстве. Николай Гарник в неформальной обстановке выступает в пользу реформирования, но его принадлежность к консервативному ведомству вызывает в этом сомнения. Если общепризнанным будет гражданское, а не полувоенизированное назначение Генпрокуратуры, совершенно естественно было бы, чтобы ее возглавил известный правозащитник. Почему не назначить человека, пострадавшего от советской правоохранительной системы, если существует опасность ее реставрации?
- Потебенько на своей пресс-конференции не исключил возможности возвращения на должность Генпрокурора. Возможно ли это?
- Да, к сожалению, - если создаст коалицию с КПУ. Очередная "реинкарнация" Потебенько будет катастрофой и для международного имиджа Украины, и для судебной и правоохранительной систем. В цивилизованных странах чиновники с такой репутацией не имеют будущего. Возможна ли вера в правосудие в стране после обвинений Григория Омельченко, оперировавшего не просто абстрактными данными, а номерами конкретных счетов, на которые "заинтересованные структуры" переводили деньги для ведомства Потебенько?
P.S. Исполняющим обязанности Генпрокурора стал Николай Гарник, которого Потебенько хотел видеть своим преемником. "Это назначение ожидалось: Гарник, как первый заместитель, в соответствии с законодательством, автоматически исполняет обязанности Генпрокурора в случае его отставки. Принимая во внимание консерватизм и близость к эсдекам, его шансы на утверждение Верховной Радой - невысоки", - считает депутат Евгений Жовтяк. Генпрокуратура нуждается в реформах.
-------------------------------------------------------------------------------Предшественники Генерального
Первый независимый
Уход прокурора УССР Михаила Потебенько и назначение Виктора Шишкина Генпрокурором независимой Украины в январе 1992 года вызвало чуть ли не эйфорию. Шишкин делает попытку системных реформ и пытается уравнять в правах адвокатуру с обвинением по примеру демократических стран. Конфликт с первым заместителем Юрием Гайсинским, которого он уволил "за неэтичное поведение", ускорил отстранение Шишкина. Именно Гайсинскому интернет-издание FLB приписывает тесные связи с влиятельными Александром Волковым и Григорием Суркисом.
"Чемоданы с компроматом"
В 1994 году Генпрокурором назначают Евгения Дацюка, члена команды нового Президента Леонида Кучмы, обещающего одолеть коррупцию. Под следствием оказываются политические оппоненты Президента - бывший и.о. премьера Ефим Звягильский и Павел Кудюкин, человек экс-Президента Кравчука. Летом 1995 года Верховная Рада выражает недоверие Генпрокурору, во время деятельности которого разразилось несколько скандалов, связанных с незаконным прослушиванием служебных помещений. Поговаривают, что "чемоданы с компроматом", на которые возлагал надежды экс-генерал КГБ Марчук во время президентской кампании, упаковывались не без участия Дацюка.
Утомленный жизнью
С появлением на Печерских холмах премьера Лазаренко и его человека Григория Ворсинова, избранного Верховной Радой в начале 1996 года Генпрокурором, громкие дела закрываются. Наибольшие усилия Ворсинова направлены на защиту премьера, у которого грехов на бизнес-фронте было не меньше, чем у Марии Магдалены на любовном. Именно в этот период Григорий Омельченко направляет Ворсинову материалы о незаконной деятельности агрофирмы "Наукова" под руководством депутата Агафонова и о заграничных счетах Лазаренко. Генпрокурор кладет эти материалы под сукно. В июле 1997 года Президент освобождает Ворсинова "в связи с уходом на пенсию".
За молчаливые СМИ
Олег Литвак, стопроцентный человек Кучмы, так и остался и.о. Генпрокурора (для окончательного утверждения в Верховной Раде летом 1997 года не хватило четырех голосов). На руководящую должность он пришел из Администрации, где работал помощником Президента по правовым вопросам, еще раньше - возглавлял Координационный комитет по вопросам борьбы с коррупцией и организованной преступностью. Его первое распоряжение на должности и. о. Генпрокурора - запрет общения СМИ с прокуратурой по резонансным делам, пока Президент и премьер не определят свое отношение к ним.
Профессионализм, который ничего не стоит
Богдан Ференц, экс-прокурор Тернопольской области, ввиду более-менее прогрессивных взглядов не продержался на должности и. о. Генпрокурора и нескольких месяцев (состоял на должности до середины 1998 года). Сейчас он представляет интересы блока "Наша Украина" в ЦИК. В прошлом году защищал в суде Владимира Бондаря, бывшего заместителя Ющенко в НБУ. Построив стратегию защиты на экономических мотивах, Ференц доказал, что операция банка с валютными резервами не выходила за пределы разрешенного.
Чудо реинкарнации
В 1998 году, после прихода к власти в Верховной Рады Ткаченко и усиления коммунистов, происходит реинкарнация Михаила Потебенько, последнего прокурора УССР. Опытный аппаратчик удовлетворял и кланы, интересы которых представляют его заместители, и Президента (говорят, жена Потебенько поддерживает дружеские отношения с Людмилой Кучмой). Генпрокурор окончательно закрыл свое ведомство для прессы и сократил до минимума вмешательство Рады. "Показательно, что за последние годы в Украине появились политические узники", - говорит народный депутат Евгений Жовтяк. Это не удивительно, если принять во внимание большой опыт работы Потебенька в советской прокуратуре, которую успешно использовали для борьбы с диссидентами."
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации