Официальная коррупция в Дагестане

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


1120132582-0.jpg Все должности в продаются и покупаются. Это официально удостоверенный факт. Председатель Народного собрания республики Муху Алиев таки сказал мне: «У нас нет ни одной должности, на которую человек назначался бы без взятки».

Цены колеблются в зависимости от конъюнктуры, но такса в принципе известна. Место главы районной администрации стоит 150 тысяч долларов. Кресло министра — от 450 до 500 тысяч. Пост главы филиала федерального органа (таможня, налоговая служба и т.п.)—от 500 тысяч до миллиона. Последний стоит так дорого не только из-за своей весомости, позволяющей снимать высокую административную ренту. Просто приобретение должности, замыкаемой на Москву, требует затрат, несоизмеримых с расходами на какое-то кресло внутри республики.

«Порядок такой, — вводил меня в курс дела один местный знаток. — Назначение представителя федерального ведомства в республике производится лишь по согла-. сованию с местными властями. То есть сначала в Москву уходит официальное письмо с предложением назначить вас на такую-то должность. Но вы не единственный претендент. Значит, неизбежен аукцион. Заручится бумагой тот, кто больше заплатит. Кто-то в центре получит откат с этой суммы. Ну а дальше как водится. Приобретатель руководящего кресла должен не только окупить затраты, ной получить максимум прибыли. Кроме того, он обязан устроить на доходные места членов своего клана. Потому что у нас не как в Москве или, скажем, в Иркутске, Рязани, В не бизнес скидывается на покупку должности для своего человека, а клан. В этом наша специфика, понимаете?»

Отчего ж не понять. Коррупция в имеет кланово-этнический характер. Только этим, пожалуй, и отличается от общероссийского, стандарта.

Терек воет

Прибывший в по случаю бедственного половодья .министр по чрезвычайным ситуациям Сергей. Щрйгу, хмуря брови, вопрошал здешних чиновников: где деньги? 300 миллионов рублей были отпущены на строительство дамбы, углубление русла Терека, а Терек воет, дик и злобен. Куда канули те миллионы?

Сергей Шойгу опытный министр и не наивный человек. Мог бы и удержаться от риторического вопроса. Как написал мой дагестанский коллега: «Когда давали эти деньги, о чем думали? Как будто не знали, что река Терек протекает в зоне повышенной испаряемости бюджетных средств, выделяемых для ликвидации последствий стихийных бедствий. Кстати, к сведению возмущающихся: часть этих денег (от 10 до 30 процентов) возвращается обратно в федеральный центр».

Местные наблюдатели обнаруживают связь между очередной порцией федеральных дотаций, трансфертов, кредитов и покушениями на должностных лиц. Республика дотируется на 82 процента и ежегодно получает из центра 15 миллиардов рублей. Убийства министров, представляющих влиятельные кланы и связанные с ними криминальные группировки,— это кровавый распил бюджетных денег.

И еще одна связь очевидна — между массовой бедностью и уводом экономики в тень. Теневой сектор достиг 44 процентов. По оценкам Счетной палаты РФ, скрытый налоговый потенциал республики — около 6 миллиардов рублей. Это более трети от суммы дотаций. Но собирать все налоги дагестанской элите нет никакого резона. Чем больше налоговых сборов, тем меньше поступлений из центра. Если полным взиманием удастся снизить дефицит республиканского бюджета на 30 процентов, то в такой же пропорции уменьшится и размер федеральной дотации [...]

Валерий Выжутович

Оригинал материала

«Известия»