Охотный ряд в Таврическом саду

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Охотный ряд в Таврическом саду Хочет ли культурная столица стать парламентской?

"Спикер Госдумы Геннадий Селезнев и питерский градоначальник Владимир Яковлев полагают, что парламент должен переселиться из Москвы в Петербург. Вопросы "Зачем?" и "Какой ценой?" отнесены в разряд риторических. Вместо квартир, которых ждут 750 тысяч питерских "очередников", в северной столице предлагается возвести еще один дворец -Парламентский центр. Что это -очередной "проект века" или рекламная акция в пользу одного из соавторов идеи?

Только в страшном сне могло такое привидеться петербуржцам - чтобы в тихом Таврическом саду вместо бабушек с внуками прогуливались Жириновский с сыном или Шандыбин с помощниками. Петербург, конечно, достоин лучшего, но не до такой же степени. Правда, скорее всего, страшный сон останется только сном. 
Своя кепка лучше? Уже больше 80 лет после переноса официальной российской столицы в Москву город на Неве именуется второй, или северной, столицей - его вто-ростепенность даже зарифмована известной строчкой: "Великий город с областной судьбой". 
Первьм попытался обмануть эту областную судьбу Анатолий Собчак - ориентируясь на Европу, где в начале 90-х первых российских реформаторов встречали с большим энтузиазмом, он сначала задумал сделать Петербург инвестиционной столицей, потом банковской, затем туристической. Но большая часть инвестиций, денег и почему-то даже туристов все равно предпочитала Северной Венеции купеческую Москву. Вскоре соперничество Москвы и Питера вылилось в открытое противостояние Собчака с Лужковым, и последний приложил немало сил, чтобы в 96-м году первый питерский мэр лишился своего поста. 
В Петербурге принялся хозяйствовать Владимир Яковлев, который поначалу был так благодарен за поддержку на выборах московскому градоначальнику, что даже временами забывал, кто в Питере хозяйственник. Именно тогда большая часть западных инвесторов, разместивших свои производства в Питере, центральные офисы перевела в Москву, предпочитая держать деньги поближе к власти. Московские фирмы и банки стали сильно теснить местные; вскоре Петербург лишился общероссийского телеканала, и горожане стали все чаще поговаривать, что "Питер накрылся кепкой", а Лужкова именовать не иначе как "мэром двух столиц". 
Но начало эпохи петербуржца Путина сильно изменило мировоззрение петербуржца Яковлева. В последнее время он стал много говорить об истинной столичности города на Неве (и не только культурной), о недопустимости сосредоточения огромной денежной массы в пределах Садового кольца и наконец договорился до возможного переноса в Питер части столичных учреждений, например Центробанка или российского парламента. Неизменной частью автобусных экскурсий по городу, которые губернатор любит проводить самолично, показывая Петербург журналистам и имени тым гостям, стала малоприметная набережная Невы с одиноко торчащей водонапорной башней из красного кирпича. Именно здесь, по замыслу Яковлева, и должен быть заложен суперсовременный парламентский центр, органично вписывающийся в ансамбль Смольного собора и Таврического дворца, где в свое время заседала Первая российская Дума, а сегодня наездами заседает Межпарламентская ассамблея СНГ. 
Журналисты смотрели на водонапорную башню с нескрываемым скептицизмом. 
В дорогом интерьере Вялый скептицизм сменился ажиотажем только на Пасху. Вскоре после того как Владимир Путин в Исаакиевском соборе похристосовался с митрополитом Петербуржским и Ладожским, Геннадий Селезнев уже стоял в Таврическом дворце на фоне цветной схемы будущего парламентского центра и наперебой с Владимиром Яковлевым доказывал журналистам, что идея переноса российского парламента в Питер не только вполне реальна, но уже практически поддержана президентом. В том смысле, что он "не против". 
На следующий день корреспондент "МН" попыталась найти красивую схему, на фоне которой снимался думский спикер, но выяснилось, что ни в Смольном, ни в градостроительном комитете администрации ее никто в глаза не видел. Сказали лишь, что Селезнев как привез эту "архитектурную фантазию" с собой в Питер, так и увез обратно в Москву. И рисовали ее где угодно, но только не на невских бере- . гах, потому как на самом деле никакого, даже предварительного проекта строительства парламентского центра здесь не было и до сих пор нет. 
И вообще на этом месте уже 140 лет как стоит Главная водопроводная станция (ГВС) - гигантское сооружение, ежедневно подающее в центральные районы города 560 тысяч кубометров чистой питьевой воды. Здесь расположены огромные коммуникации ГВС, резервуары с чистой водой, и корреспонденту "МН" мягко намекнули в "Ленводоканале", что "наши сотрудники всерьез все эти дилетантские разговоры политиков не воспринимают". 
У сотрудников "Ленводоканала" есть даже задокументированный повод для скепсиса. Еще при Собчаке, в 1995 году, на средства ЕБРР была подготовлена "Концепция преобразования территории ГВС", согласно которой ГВС планировалось перебазировать за городскую черту, а на ее месте разбить жилой микрорайон, в котором построить 4 тысячи квартир для горожан. Цитирую заключение: "Существует реальная техническая возможность организации водозабора выше по течению Невы в районе Ново-Саратовки с подачей в город напорными водоводами. При условии ритмичного финансирования переселение ГВС займет 10-15 лет. Стоимость переноса ГВС предварительно оценивается в $ 200 млн..." 
В 1995 году казавшаяся тогда гигантской сумма в $ 200 млн. и предполагаемые сроки переноса ГВС в 10 - 15 лет энтузиазма у питерских властей не вызвали. К тому же надо было решать вопрос совместно с Ленобластью, а это уже другой субъект Федерации. В общем, проект переноса ГВС тихо умер, пока его в Пасхальное воскресенье не попытался воскресить Селезнев. 
Почему не правительство? Вообще, если усилием воли заставить себя отнестись к этой идее серьезно, можно, конечно, отчасти согласиться с губернатором Яковлевым, который считает, что вслед за сенаторами и думцами в Питер из федерального бюджета потекут денежные ручейки. Во-первых, немалые деньги нужны непосредственно на строительство гигантского парламентского центра. Во-вторых, на решение наболевшей транспортной проблемы Петербурга, который никак не может найти $1,5 млрд. на постройку объездной кольцевой дороги, без которой он ни в жизнь не потянет бесчисленные кортежи думских машин с мигалками. Кольцевая дорога по плану должна пройти через дамбу - значит, дамбу необходимо достроить тоже, а это еще как минимум $ 500 млн. 
Чтобы провернуть только этот минимально необходимый объем работ за три ближайших года, придется все строительные силы Петербурга (и, наверное, не только его) бросить в район Таврического дворца. Можно себе представить, с каким энтузиазмом воспримут это 750 с лишним тысяч петербуржцев, стоящих сегодня в очереди на получение жилья, которая сокращается большей частью за счет естественного убытия населения. А если еще вслед за полутысячей депутатов с семьями в Петербург приедет и многочисленная чиновничья челядь, то даже рыночные цены на жилье окажутся не по карману тем питерцам, кто сегодня пытается накопить на новую квартиру. Ив этом смысле куда логичнее было бы перевести в Петербург новый кабинет министров, который, кажется, больше чем наполовину будет состоять из питерцев - у них-то квартиры здесь уже есть. 
Кроме дырявых питерских дорог и извечного жилищного вопроса наверняка возникнет и проблема медицинского обслуживания народных избранников. И хотя Петербург по праву славится отличными медицинскими кадрами, уровня комфорта и технического оснащения кремлевских клиник он пока не достиг. Тут, конечно, можно в который раз посоветовать депутатам быть ближе к своему народу, но советовать всегда легко. 
Даже если вообразить невероятное - что следующая российская Дума, расположившись в Петербурге, будет состоять сплошь из непритязательных и заботящихся о благе народа больше, чем о собственном комфорте, избранников, то и в этом случае перед депутатами встанет проблема общения с исполнительной властью, которая пока никуда из Москвы переезжать не собирается. Селезнев уже намекнул -можно, дескать, достроить РАО ВСМ (.высокоскоростную магистраль) между двумя столицами и спокойно себе курсировать туда и обратно. Это, правда, еще сотни миллионов долларов, и "зеленые" вновь начнут возмущаться, зато какие вырисовываются перспективы осваивания денежных средств. 
Вообще, чем точнее пытаешься перенести на бумагу то, что с такой легкостью соскакивает с языков спикера Думы и питерского губернатора, тем больше поражаешься размаху этих политиков. Вот, например, питерский историк Яков Гордин, как раз на Пасху побывавший в громадном следственном изоляторе "Кресты", где на каж-. дого подследственного приходится меньше метра жилой площади и трудно дышать от недостатка кислорода, так и не смог проникнуться бедственным положением депутатов, у которых не каждый помощник имеет отдельный кабинет. Ну так он историк, а не государственный муж. 
А если без патетики, то на самом деле Геннадий Селезнев вполне мог бы отнять хлеб у известных сегодня политтехнологов. Шикарная пиаровская акция, на организацию которой потребовалось лишь несколько цветных карандашей, чтобы схему нарисовать, уже приносит результаты. Во-первых, имя губернатора Яковлева как раз во время его предвыборной кампании просто не сходит со страниц газет - сначала в контексте хоккея, теперь в связи с переездом Госдумы. Во-вторых, депутаты, несколько все-таки перепуганные перспективой покинуть первопрестольную, легче согласятся лоббировать интересы родного города президента - и Питер имеет все шансы выторговать себе кусок побольше от федерального денежного пирога. В-третьих, Лужкову опять напомнили, что Москва без властных институтов -это всего лишь один из российских городов. Ну и, наконец, питерцы теперь задумались, не лучше ли по-прежнему называться "культурной столицей" (пусть при этом и второй), чем парламентской... "
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации