Оцифрованная Война

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Чеченские боевики и российские спецназовцы стали поставщиками кровавого видео с Северного Кавказа

1136967404-0.jpg В войну все человеческие законы меняются. Тот, кто не нюхал пороху, даже не может себя представить, что это на самом деле. Не помогут ни книги, ни мемуары… Есть знаменитая кинозапись времён Великой Отечественной: молодой красноармеец потянулся за цветком, приподнялся с земли и в этот момент встретился с главной пулей своей жизни, выпущенной из винтовки системы «маузер», ткнулся лицом в землю, чуть съехала набок пилотка, рядом с тёмно-красной звёздочкой проступила тёмно-красная клякса. Конец.

Если не знать наверняка, что это кинодокумент, можно было бы подумать, что постановка. Одиннадцать секунд мелькают кадры, а на них маленькая и абсолютно достоверная трагедия…

Мы живём в другое время, у нас другие сражения, и самое главное, нам больше не нужны профессиональные операторы. Громоздкие кинокамеры заменило видео. Маленький приборчик, чуть больше сигаретной пачки, который любой солдат может просто положить в нагрудный карман, дал возможность каждому человеку с ружьём создавать свою собственную документальную правду о войне.

Эти кинохроники не подпадают под определение «редкие документальные кадры». Диски с «настоящим военным видео» можно купить на базарах Кавказа за 100 рублей, а на московской Горбушке — от $100 и выше. А можно просто скачать из Интернета. Иногда они становятся вещдоками — свидетельствами преступлений, иногда служат информацией для военной разведки и почти всегда это часть большой индустрии войны.

В России главным поставщиком кровавого видео стал Северный Кавказ, преимущественно Чечня. Снимают все — и наши федералы, и боевики. На операции террористы и спецназовцы уже давно не выходят без видеокамер и фотоаппаратов и фиксируют все свои «подвиги» так, словно вышли на дружескую прогулку по лесу. Отметим сразу, видео, произведённого «той» стороной, намного больше, оно более известно, а самое главное, оно куда более кровавое.

Иногда мотивы, по которым люди снимают себя на фоне чужого страдания, понять весьма сложно, но рано или поздно эти страшные фильмы оборачиваются против «актёров», которые играли в них роли. «Актёры» оказываются рано или поздно за решёткой. Пытаются откреститься, оправдаться, но от такой улики, как видеозапись, «отмазаться» невозможно. Самый известный случай подобного рода — так называемое дело Тракториста.

С 1997 года по Ингушетии и Чечне спокойно ходила кассета с записью казни четырёх контрактников 12 апреля 1996 года в районе селения Комсомольского. В жёстокой казни (двое военнослужащих были зарезаны, один расстрелян из пистолета, один — из автомата) принимал участие Салаутдин Темирбулатов по кличке Тракторист.

Кассету с записью казни оперативники приобрели на одном из ингушских рынков. Возбудили уголовное дело, к которому приобщили запись, но в то время псевдонезависимости Чечни вести расследование было просто невозможно. И дело приостановили. С возвращением войск в Чечню дело было возобновлено.

— Я был тогда старшим прокурором-криминалистом в Главном управлении на Северном Кавказе, — рассказывает старший следователь по особо важным делам Главного управления Генеральной прокуратуры в Южном федеральном округе Константин Криворотов. — Я перебирал старые дела и наткнулся на эту кассету. Запись была чудовищной, и для меня стало делом чести найти отморозков.

С кассеты сделали термоснимки и направили в Чечню и Осетию. В СК РУБОП, где делали снимки, одного из участников казни оперативники сразу же опознали. Палачом оказался Темирбулатов. В 2001 году Темирбулатов был приговорён к пожизненному заключению.

На самом деле Темирбулатов далеко не единственный, кто решил покрасоваться в роли палача, и его видео ещё не самое жуткое.

Одним из самых жестоких преступлений, которое довелось видеть следователям Северо-Кавказского управления Генпрокуратуры РФ — казнь шестерых военнослужащих у дагестанского селения Тухчар Новолакского района. В сентябре 1999 года с территории соседней Чечни пришли боевики якобы защищать мусульман сопредельной республики.

На рассвете 4 сентября к заставе на окраине села Тухчар подошёл многочисленный отряд чеченских головорезов (в буквальном смысле) под командованием полевого командира Умара Карпинского (по названию одного из микрорайонов Грозного — Карпинки). На их пути была застава — 12 российских военнослужащих внутренних войск и прикопанный на высоте БМП в качестве огневой точки. Согласно материалам дела, атакующих было 50. Понятно, что при таком перевесе сил выстоять долго наши солдаты не смогли. Вроде должны были прийти к ним на подмогу части из Калача-на-Дону, но вэвэшники так никого и не дождались. После жестокого и длительного боя солдаты были вынуждены отступить, унося раненых.

В 7.30 связь с постом была потеряна. К тому времени в живых из бойцов осталось только шестеро. Они попытались укрыться в селении: местный житель дал им гражданскую одежду и спрятал у себя в подвале. Боевики начали прочёсывать селение в поисках ушедших солдат. Судя по всему, кто-то из местных сдал их боевикам, и дом, где они хотели спрятаться, окружили. Военнослужащим предложили сдаться, обещая сохранить им жизни. Но обещания оказались лишь пустым звуком…