О ситуации вокруг Калининградского янтарного комбината

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


" Боос уже проговорился о своих истинных намерениях - после передачи в региональную собственность предприятие транзитом будет отправлено в частные руки"

Оригинал этого материала
© Kaliningrad.ru, origindate::27.04.2004

О ситуации вокруг Калининградского янтарного комбината

Юрий Кожемякин

Вот уже несколько месяцев Калининградский янтарный комбинат не сходит с газетных страниц и лент информационных агентств, оставаясь предметом острого спора чиновников правительства Калининградской области и представителей федеральных ведомств, имеющих противоположные взгляды на судьбу отечественной янтарной отрасли. В ход идут взаимные упреки и обвинения и предела этим баталиям пока не видно. Чтобы прояснить запутанную ситуацию вокруг предприятия, корреспондент Юрий Кожемякин обратился к представителю научных кругов в лице приватдоцента Констанцкого университета (Германия) доктора наук Дмитрия Захарьина, возглавляющего научную секцию Консультативного совета при Калининградском янтарном комбинате.

- Каковы функции выполняет Консультативный совет и насколько реально он способен влиять на процессы в янтарной отрасли?

Консультативный совет при ГУП "Калининградский янтарный комбинат" создан в 2003 г. в целях организации взаимодействия предприятия с рынками янтаря-сырца и янтарных изделий. В его состав вошли эксперты, ученые, представители операторов рынка и госорганов, заинтересованных в развитии янтарной отрасли в России, которые сформировали несколько специализированных секций в рамках Совета. Основной функцией консультативного органа является выработка различных рекомендаций, направленных на проведение наиболее эффективной и взвешенной политики в сфере производства и реализации продукции комбината, призванной способствовать повышению рентабельности предприятия. Мне выпала честь возглавить научную секцию, которая представлена моими коллегами - учеными, обладающими необходимой квалификацией и знаниями в области добычи и обработки янтаря.

Консультативный совет тесно сотрудничает с администрацией Калининградского янтарного комбината, содействует определению оптимальных ориентиров стратегии развития предприятия.

- Сейчас вокруг Калининградского янтарного комбината бушуют нешуточные страсти. Региональное правительство заявило, что государство управляет предприятием неэффективно. Счетная палата провела проверку деятельности предприятия и выявила многочисленные нарушения. Что Вы думаете по этому поводу?

Все здесь далеко не так просто, как кажется на первый взгляд. Администрация комбината направила мне пакет документов, касающихся последних событий вокруг предприятия, в который вошел и отчет аудитора Счетной палаты Александра Белякова, проводившего упомянутую проверку. Степень предвзятости этой бумаги вызвала у меня настоящий шок - я не знал, что в России государственные чиновники высокого ранга могут теперь столь открыто и беззастенчиво фабриковать официальные документы. Я уже 3 года возглавляю научную секцию Консультативного Совета и хорошо осведомлен о реальном положении дел на предприятии, а потому для меня факт абсолютной несостоятельности результатов проверки Счетной палаты очевиден. Для меня вообще предельно ясно все, что происходит сейчас вокруг предприятия. Однако в силу возможной неадекватной реакции затрагиваемых мною персон я буду вынужден несколько микшировать тональность оценок и говорить не в утвердительной, а в предположительной форме.

Действия проверяющей стороны очень сложно именовать проверкой. По моему мнению, более точное определение - подверстка. Подверстка под заранее заготовленные выводы, поскольку творчество господина Белякова представляет собой набор фактологических ошибок, недостоверных сведений и лживых измышлений, призванных дискредитировать руководство Калининградского янтарного комбината. На основании этих небылиц Беляков сделал ни коим образом не вытекающее из материалов проверки заключение о необходимости передачи комбината в область и целесообразности создания янтарной биржи. Получилось что-то в стиле: "дважды два равно пяти, итого имеем десять".

- Какие конкретно факты исказил Беляков?

Не стану тратить время на перечисление всех искажений - на это уйдет слишком много времени. Если у кого-то из журналистов возникнет более пристальный интерес, могу предоставить отзыв научной секции Консультативного Совета на акт проверки Счетной палаты, где подробно проанализировано его содержание. В рамках этой беседы отмечу лишь самые вопиющие факты.

Так, например, проверяющая сторона в 100 раз завысила цену имеющихся на складе комбината запасов янтаря, перепутала чистую прибыль предприятия за 2004 год с прибылью до налогообложения. Беляков фактически оклеветал внешнего управляющего, обвинив его в выводе имущества ГУП в дочерние структуры, якобы принадлежащие ему лично, хотя комбинат всего лишь реализовал законную и распространенную в банкротной практике процедуру замещения активов путем создания должником дочерних структур, собственником которых выступает само предприятие-должник. Безосновательно и голословно было сделано заключение, что комбинат передал имущество своим дочерним структурам по заниженным ценам. И всего подобных несуразностей в отчете Белякова насчитывается более полусотни.

- Бывший внешний управляющий предприятия Решетов на свой пресс-конференции очень жестко высказался по поводу результатов проверки, намекнув, что она была заказной. А чем Вы объясняете столь низкое качество работы Счетной палаты в отношении янтарного комбината?

На мой взгляд, мнение Решетова весьма близко к истине. Можно было бы думать, что речь идет об элементарной безграмотности проверяющих, превративших официальное мероприятие в профанацию, но упорство, с которым Беляков отстаивает свою позицию, и сопутствующие события действительно позволяют предполагать заказной характер проверки. В частности, Беляков немотивированно отказался внести в акт исправления по большинству выявленных неточностей и ошибок. Причем он проигнорировал не только обращения администрации комбината, подкрепленные солидной папкой документов, но и прямое распоряжение главы Счетной палаты Сергея Степашина, на ведомственной коллегии указавшего на неточности и несоответствия в докладе Белякова и потребовавшего исключить их из итогового отчета.

Другой косвенный признак возможной ангажированности Белякова состоит в том, что результаты его работы на комбинате легли в основу аргументов группы лиц, активно доказывающей необходимость вывода предприятия из-под опеки государства, а именно - губернатора Калининградской области Георгия Бооса и некоторых чиновников регионального правительства. Фактически проверка Белякова стала важным звеном в большой лоббистской игре. Он и сам открыто включился в эту кампанию на стороне критиков внешнего управления. Достаточно почитать прессу с его высказываниями, чтобы понять, что Беляков, похоже, имеет вполне конкретную заинтересованность в решении вопроса по комбинату с позиций претендентов на его активы.

Аудитор Счетной палаты должен в принципе быть лицом беспристрастным и объективным, а в случае с Беляковым мы наблюдаем полное пренебрежение данными принципами. Поражает, что все делается открыто, даже с некоторым вызовом. Наглость и бесцеремонность действий государственного чиновника здесь превысила все допустимые рамки. Не очень люблю употреблять жаргонизм "беспредел", но в данном случае это слово наиболее точно передает смысл происходящего. События очень напоминают коррупционную схему, причем своими действиями Беляков бросает тень на очень достойное ведомство. Убежден, что правоохранительные и судебные органы проявят высокую сознательность и не останутся в стороне от ситуации с Беляковым, поскольку в противном случае это может стать сигналом для остальных представителей бюрократического корпуса устроить "праздник непослушания" и творить все, что им вздумается без оглядки на закон и принятые правила.

- То есть, Вы считаете, что за проверкой Счетной палаты могут стоять чьи-то корыстные интересы и их реализация выведет отрасль из зоны государственного контроля? Не слишком ли это категоричное и смелое утверждение, учитывая, что идея передачи комбината в область поднимается на уровне губернатора и в ее поддержку уже высказалась Комиссия СФ по взаимодействию со Счетной палатой?

Давайте называть вещи своими именами, отбросив ложную политкорректность и наивный пиетет перед высокими чинами. В эпоху повальной коррупции в госорганах и ежедневных скандалов по поводу серьезных злоупотреблений чиновников разных уровней чины, звания и ведомственный статус вовсе не гарантируют обязательного соблюдения законности и верности государственным интересам.

Буквально на днях в одной из калининградских газет я ознакомился с текстом официальной резолюции Комиссии СФ по взаимодействию со Счетной палатой по итогам заседания, посвященного ситуации на янтарном комбинате. Данный текст, по сути, базируется на безграмотных и недостоверных сведениях, изложенных Беляковым в акте проверки комбината, а местами дословно повторяет его положения. Тем самым члены комиссии вслед за аудитором Беляковым фактически признали, что "дважды два это пять". То ли не разобрались и проявили недопустимую халатность, то ли сознательно пошли "на поводу" у сторонников отчуждения янтарной отрасли у государства. Что их к этому подтолкнуло - другой вопрос. Пусть с ним разбираются компетентные органы.

Надо верить фактам, а факты говорят о том, что в отношении Калининградского янтарного комбината развязана массированная кампания с привлечением мощного административного ресурса, конечной целью которой является передел собственности предприятия. Счетная палата здесь, а вернее ее представитель Беляков, похоже выступает одним из основных операторов. К сожалению, в эту же кампанию, как это видно на конкретном примере, включились и некоторые сенаторы.

- В правительстве Калининградской области разработана программа развития янтарной отрасли региона, реализация которой, по заверениям калининградских чиновников, вернет области славу мировой янтарной столицы. Скажите, привлекались ли Вы, либо другие члены Консультативного совета к ее разработке и вообще как Вы оцениваете документ?

Как бездарную агитку, изобилующую орфографическими ошибками. Из правительства области слышны лишь общие фразы. Из конкретики можно выделить только два предложения - передать комбинат в область и создать янтарную биржу, то есть, то же самое на чем настаивает и Беляков. Все остальное - толстый слой дешевого пафоса и пропагандистской мишуры на этих двух стержневых идеях, мягко говоря, сомнительного свойства.

Естественно ни нас, ни представителей янтарного комбината к разработке каких-либо программ отраслевого развития никто не привлекал. Никакой экспертной дискуссии не было. Круглых столов либо научно-практических конференций не проводилось. Специальные правительственные комиссии по проблемам предприятия, насколько мне известно, также не создавались. А следовательно, говорить о наличии у региональных властей взвешенного подхода к проблемам комбината, учитывающего все мнения и точки зрения, не приходится. То, что выдается за программу, не может иметь реальной практической ценности, поскольку представляет мнение людей предельно далеких от отрасли. Министр промышленности Калининградской области, если мне не изменяет память, пришел во власть из ритейлерского бизнеса и его супермаркеты торгуют отнюдь не янтарем. Представьте, что готовить программу развития зравоохранения было бы поручено специалисту-аграрию, при том, что представители медицины и страхового бизнеса к ее разработке допущены бы не были. Вы бы не боялись потом лечиться?

Впрочем, чего удивляться - основной рупор "реформаторов отрасли" Георгий Боос посетил поселок Янтарный лишь однажды, в начале текущего месяца или спустя более чем полгода после вступления в губернаторскую должность. А с руководством предприятия он вообще никогда не встречался. Напомню, что в течение всего этого времени он активно выступал с различными заявлениями, касающимися комбината.

Вот у меня здесь газетная статья, в которой Боос парирует упреки. Читаем: "С точки зрения прозрачности ведения янтарного бизнеса я могу судить о том, как деградирует рынок янтарных изделий в регионе, не выезжая на предприятие. Тут даже не требуется глубокий анализ, настолько все очевидно". Как говорится, "приз в студию"! Конечно же, ситуация в отрасли столь проста, что в ней может разобраться даже малый ребенок, не говоря уже о губернаторе, который осязает флюиды проблем на расстоянии. Этак ему можно и в регионе не появляться - сиди себе в Москве, управляй областью в удаленном режиме. Ну и стоит ли после этих слов всерьез воспринимать разговоры о какой-то программе отраслевого реформирования и верить в продуманность продвигаемых губернатором идей?

Взять главную из них - передачу Калининградского комбината в ведение области. Вразумительной аргументации, кроме "сейчас плохо, а я сделаю хорошо" не представлено. Думаю потому, что придумать логическое, экономическое и правовое обоснование целесообразности подобной передачи крайне сложно, поскольку его в принципе нет. Зато Боос уже проговорился о своих истинных намерениях - признался, что после передачи в региональную собственность предприятие транзитом будет отправлено в частные руки. Вот вам и ответ на все вопросы - губернатора интересует не отрасль, а имущество предприятия и доступ к янтарной разработке. Ясна и схема: передача комбината в область и его приватизация под контролем областных чиновников. Читай - самого Бооса. Кто возьмет весь российский янтарь, думаю, тоже понятно - те, кто будет контролировать приватизацию, а также дружественные им коммерческие структуры. А вот что с этим янтарем будет дальше совершенно не ясно. Ясно только одно - осуществление данной схемы может оставить Россию без янтарной отрасли.

- Ваша позиция по поводу передачи предприятия области ясна. А идея создания янтарной биржи? Внешне она выглядит вполне рациональной.

Янтарная биржа в том виде, в каком ее предлагают создать областные чиновники - есть не что иное, как легализация преступного промысла и прямой возврат в эпоху тотальной криминализации отрасли. Заявляя о необходимости организовать биржу и допустить на нее альтернативных продавцов сырья, Боос и Власенко дают понять, что готовы поощрять незаконную разработку янтаря и хищения с комбината. Лицензией на добычу обладает только комбинат, а потому все так называемые "альтернативные продавцы" - это 100%-й криминал. Кому кроме "янтарной мафии" выгоден такой порядок оборота янтаря-сырца?

Так к слову напомню господам Боосу и Власенко, что помимо "черного янтаря" в Калининградской области еще есть потоки контрабанды, наркоторговля, проституция, актуальна проблема автоугонов, ставших целой криминальной индустрией: Если следовать логике привлечения средств в бюджет путем легализации теневых сфер, то эти так называемые "отрасли" тоже можно смело легализовать и передать под контроль областных чиновников, которые будут выдавать квоты, лицензии, организовывать биржевые аукционы. Тем более, что имеется соответствующий мировой опыт: печально знаменитый колумбийский кокаиновый король Пабло Эскобар например отмывал прибыли от наркоторговли путем реализации масштабных инвестиционных программ с благословления и при поддержке губернатора одной из крупных провинций - строил дешевое жилье для малообеспеченных слоев и "подземку" для колумбийских трудящихся. До определенного времени все были довольны и счастливы. Вопрос лишь в том, насколько подобный "колумбийский опыт" применим для Калининградской области и янтарной отрасли в частности, и как к нему отнесется руководство страны, правоохранительные органы и ваши соседи из Евросоюза. Меня, например, очень удивляет, что подобные вещи могут обсуждаться ответственными российскими чиновниками на полном серьезе, публично, без страха быть подвергнутыми обструкции и потерять свои должности. С их стороны это или высшая степень дилетанства, или проявление крайних форм правового нигилизма, но в любом случае - показатель полной профнепригодности. За дилетанство губернаторов пока еще не судят, но тут, наверное, возможен прецедент.

- Вы упомянули про "янтарную мафию", однако некоторые склонны полагать, что это скорее некий миф. Недавно в том же духе высказался и губернатор Боос:

Ну да, теневой рынок янтаря, конечно же, был стихийным, неорганизованным и "бесхозным", а десятки криминальных трупов, которые находили в карьерах ежегодно - это, вероятно, жертвы "птичьего гриппа". И, наверное, именно для борьбы с этим недугом в калининградском УВД несколько лет назад был создан специальный отдел. То, что Георгий Боос отрицает существование янтарной мафии как явления, ставшего в свое время объективной реальностью не только для Калининградской области, но и для сопредельных государств, наводит на очень грустные размышления. А не является ли сам губернатор заложником интересов этого криминально-коррупционного сообщества? Ему, кстати, не мешало бы внимательнее присмотреться к своему окружению - там достаточно фигур, напрямую причастных к функционированию теневого рынка янтаря и освоению финансовых и сырьевых потоков предприятия. Во всяком случае, губернатор сейчас повторяет именно их избитые идеи, которые уже неоднократно озвучивались на публичном уровне задолго до его появления в регионе.

- В России сосредоточено 90% мировых запасов янтаря, но при этом янтарная отрасль находится в глубоком упадке, а мировой янтарной столицей считается польский Гданьск. Как могло сложиться такое положение вещей?

Толчком к становлению янтарного рынка Польши и Литвы стал системный кризис в российской янтарной отрасли и формирование в начале 90-х масштабной схемы хищений и контрабандного увода "солнечного камня" из России за рубеж. Именно на этом дешевом "криминальном" российском сырье взросли польские и литовские янтарщики, которые сейчас являются "законодателями мод" на мировом янтарном рынке. В сравнении с калининградским предприятием они получили как минимум 10 лет форы: когда производители из соседних стран вырабатывали правила игры, отлаживали рыночные механизмы и инфраструктуру, реинвестировали прибыли в развитие собственного производства, завоевывали потребителя, комбинат последовательно стагнировал и превращался в сырьевой придаток иностранных и отечественных ювелирных фирм. Грабительская приватизация, вывод активов, уничтожение собственного ювелирного производства, перенос реального центра хозяйственной деятельности из легальной в нелегальную сферу, отсутствие инвестиций в техническое перевооружение поставили комбинат к 2003 г. на грань экономического краха. Свои силы к этому, кстати, приложили и некоторые областные чиновники, которые в свое время оказывали административное прикрытие деятельности "янтарной мафии".

Ситуация стала выправляться только с введением на предприятии внешнего управления. Новое руководство сумело избавить комбинат от опеки ОПГ, поставить заслон массовым хищениям, чем фактически "прихлопнуло" нелегальный рынок янтаря и вернуло реальную, а не мнимую монополию на добычу янтаря государству. Уже одно это является несомненным и неоспоримым достижением, важность которого с точки зрения перспектив элементарного выживания комбината сложно переоценить. Заслуги нового руководства в деле декриминализации предприятия признаны высшими чинами МВД России. Но помимо этого антикризисный менеджмент реально занялся экономикой и социальной сферой. Возрождено ювелирное производство, в среднем в два раза была увеличена отпускная цена на продукцию комбината, которая вышла тем самым на рыночный уровень. За период внешнего управления предприятием уплачено более 200 млн. рублей налогов, комбинат стал единственным хозяйствующим субъектом в области, находящимся в процедуре банкротства и не имеющим текущих задолженностей перед бюджетом. В 3 раза вырос фонд оплаты труда, средний размер зарплаты на добывающем производстве превышает средние показатели оплаты труда по региону. Упрекать руководство комбината в бездействии и неэффективности в этих условиях - значит, как минимум, предвзято оценивать его достижения. Я пристально наблюдаю за ситуацией и могу констатировать, что команда внешнего управляющего сделала все зависящее от нее для стабилизации обстановки на предприятии.

Да, проблемы остаются. Одна из самых острых - практически полная изношенность основных производственных фондов. Для ее решения необходимо дополнительное финансирование, предусмотренное, кстати, федеральной целевой программой развития Калининградской области, но по непонятным причинам не предоставленное комбинату. Своими силами с этой проблемой комбинату справиться очень сложно. Руководство предприятия - не волшебники, они просто грамотные специалисты, профессионалы, которые путем оптимизации экономической политики изыскивают средства и направляют их туда, где они наиболее необходимы в данный момент - в поддержание текущей хозяйственной деятельности предприятия, на зарплату работникам и удовлетворение налоговых требований. На остальное денег пока не хватает. Комбинат объективно не настолько рентабелен, чтобы решить все проблемы одним махом - то есть, модернизировав производство и расплатившись с кредиторами, победно выскочить из банкротства.

- У чиновников областного правительства иное мнение относительно возможностей предприятия. Они считают, что априори комбинат суперрентабелен и при правильном подходе к управлению может прокормить чуть ли не всю область. Недавно Георгий Боос заявил, что отрасль способна приносить миллиардный доход в бюджет, сравнив янтарь с нефтью.

Если почтенный глава региона не знает, что такое янтарь, я готов его просветить. Ну, во-первых, янтарь это не нефть, хотя и имеет органическую природу, будучи окаменевшей древесной смолой мелэоценового периода. Во-вторых, - это не золото, не алмазы, не изумруды и не рубины. Янтарь является относительно недорогим ювелирно-поделочным материалом, цена которого и, соответственно, прибыли от добычи и продажи которого не сопоставимы и никогда не будут сопоставимы с прибылями от той же нефтедобычи или добычи золота и драгоценных камней. Кроме того, емкость янтарного рынка ограничена. Утверждать обратное - значит либо заведомо лгать, либо демонстрировать свою полную некомпетентность в данном вопросе.

Надежды на то, что янтарная отрасль сама по себе станет панацеей для региональной экономики опять же наивны. Их могут питать только люди, оторванные от реальности и витающие где-то в заоблачных далях. Так, в прошлом году комбинатом было добыто около 200 тонн янтаря - это наиболее высокий показатель с 2001 года. Объем реализованной продукции составил 126 тонн. За вычетом всех налогов прибыль предприятия не превысила 3 млн. долларов. Это по сырью. Что касается переработки, то она с учетом всех субъективных факторов, сложившихся в Калининградской области на сегодняшний день, способна добавить к стоимости от силы 20%. В России такая дешевая нефть? И что, на эти средства губернатор собирается реализовывать свои грандиозные замыслы по превращению области в янтарную Мекку, туристический рай, город-сад или что там еще напридумывали его "пиарщики" для помпезной презентации сомнительных идей обывателям?

Хотя, впрочем, как знать - Георгий Боос отличается необычайной прозорливостью и способностью предугадывать события, а это очень редкие качества. Думаю, время покажет, не пытается ли калининградский губернатор, публично сравнивая янтарь с нефтью и проповедуя идеи каких-то неведомых кластеров, снова ткнуть сановным перстом в бездонное небо, как это произошло с его скептическими оценками политических перспектив Владимира Путина после назначения последнего российским премьером в 1999 году. Тогда, помнится, господин Боос везде заявлял, что Путин фигура несерьезная, а "Единство" чисто пиаровый проект. В итоге, конечно же, "Отечество" одержало убедительную победу на выборах, а Лужков стал президентом страны. Только непонятно, что делает теперь Боос среди "медведей".

- Но Вы же не станете спорить, что оборот рынка в той же Польше составляет около 200 млн. долларов? Опять же представители областного правительства говорят о необходимости повышения объемов добычи и цен на янтарь. Это наверняка может положительно сказаться на доходах комбината.

Указанные показатели оборота по янтарной отрасли Польши формируются за счет продаж ювелирных изделий, в первую очередь - янтаря в серебре. Поляки перерабатывают около 100 тонн янтаря-сырца в год, получая около 25 тонн "солнечного камня" в виде заготовок и полуфабрикатов. При средней цене 0,8 доллара за грамм их стоимость составляет 20 млн. долларов. Таким образом получается, что в продажной цене готовых изделий, оборот которых колеблется в районе 200 млн. долларов, доля янтаря - не более 10%. Откуда остальные 180 млн. долларов? Охотно поделюсь.

В Польше функционируют тысячи частных фирм, занятых переработкой янтаря и имеющих литейное оборудование для работы с серебром. Это не какие-то там полукустарные камнерезные мастерские, а полноценные производственные мини-комплексы. В свою очередь, серебро в Польше не имеет статуса драгметалла и, соответственно, ювелирная продукция из него не подлежит специальному лицензированию. Там не знают таких проблем, как пробирный надзор, трудности провоза изделий через границу и прочих "препон" административного плана. Таким образом, польские переработчики раскрепощены - имея технологические возможности и благоприятные условия развития производства, они способны оперативно создавать новые модели изделий и быстро реализовывать их на рынке, чутко реагируя на спрос и изменение конъюнктуры.

Большинство ювелирных фирм, работающих с янтарем, сосредоточено в районе Гданьска. Фактически это своеобразное отраслевое сообщество, участники которого ведут постоянный маркетинговый мониторинг, активно обмениваются опытом и находятся в курсе последних веяний ювелирной моды. С другой стороны между ними существует жесточайшая конкуренция, приучившая их к аккуратности исполнения обязательств. Доход производителей зависит от сбыта, иными словами - от оптовиков, которые не прощают срывов поставок и пренебрежения рыночными правилами. Это уже устоявшаяся система, существующая благодаря наличию четкой и отлаженной инфраструктуры. Способность многочисленных производителей непрерывно обновлять свой ассортимент и мгновенно выполнять заказы тысяч оптовиков и есть залог "польского феномена". Причем взаимодействие переработчиков с оптовиками происходит в режиме "он-лайн" - обычной практикой является рассылка производителями фотографий новых моделей по электронной почте или самих образцов изделий почтой DHL.

Примерно та же ситуация складывалась в Германии, Дании и Чехии, где во главу угла тоже была поставлена способность производителей мгновенно реагировать на спрос. Однако собственная янтарная отрасль в этих странах последнее время приходит в упадок. Поляки попросту "давят" местных переработчиков, не выдерживающих конкуренции с недорогой, но при этом качественной польской продукцией.

Польские производители торгуют не янтарем, они торгуют качеством, дизайном, моделями и коллекциями. Их деньги - в маркетинге, логистике, эффективности законодательного регулирования, в репутации предприятий, в конце концов. Разговоры, что дешевый российский янтарь сейчас приносит сверхприбыли польским ювелирам сродни разговорам о том, что российский металл обеспечивает доходы швейцарских часовщиков.

Есть другой сегмент - Литва. Там ставка сделана на дешевые изделия из янтаря, а не на комбинированную "ювелирку". Высокие прибыли достигаются за счет предложения больших объемов дешевой продукции, что в свою очередь обеспечивается высокой производительностью фирм-переработчиков при сопоставимых с российскими затратах на рабочую силу. Показательный симптом - некоторые калининградские производители, имеющие свои магазины, сейчас закрыли свои производства и торгуют литовскими поделками. Впрочем, по моим прогнозам в ближайшие годы этот бизнес у Литвы перехватят китайцы.

Ну и на что в этих условиях могут рассчитывать российские производители? Вывоз из Калининградской области драгметаллов и, в частности, серебра законодательно запрещен. То что вывозится - вывозится контрабандно. Кроме того, в регионе вряд ли найдется более пяти производителей, у которых имеется свое литейное оборудование. Местные переработчики оторваны от рынка, не способны адекватно реагировать на спрос и не то, чтобы даже идти в ногу с янтарной модой, но даже держать ее в поле зрения. И с таким багажом реформаторы отрасли из областного правительства собираются переиграть поляков? Пусть сначала материализуют пару тысяч фирм, обладающих литейным оборудованием и огромным штатом из опытных дизайнеров и грамотных технологов, создадут мощную инфраструктуру, очертят правила игры, изменят российское законодательство, например в части признания серебра драгоценным металлом, решат проблемы с таможней и прочее прочее прочее: А уж потом рассуждают о неоправданном разрыве доходов российских и польских янтарщиков. Россия отстала от рынка и наверстывать упущенное ей придется очень и очень долго. Это объективный факт.

Предложения же увеличить добычу и цены на янтарь, в качестве меры, якобы способной выправить ситуацию, в этой связи даже не стану комментировать. Настолько они оторваны от реалий. Понимаете, огульно заявлять, как это делает Боос, что вот "мы сейчас придем, наведем на предприятии порядок, сделаем из него "конфетку" и вернем региону славу янтарной столицы" - это пустая популистская болтовня для обоснования своих очевидных претензий на обладание имущественными активами. Ценность этих фраз нулевая. Это все равно, что обещать сейчас сделать Тольятти законодателем мировой автомобильной моды и завалить мировой рынок ВАЗовскими моделями, потеснив немцев и японцев. Нельзя вот так вот просто прийти и взять рынок. Желание, конечно, замечательное, но абсурдное. Так и хочется сказать: "Господа, прежде чем рваться наводить порядок на комбинате, наведите его сначала в своих головах".

- К комбинату есть и другие претензии. Например, существует мнение, что большая часть янтаря-сырца отправляется на экспорт, причем по ценам ниже внутренних. Это создает искусственный дефицит сырья в России и душит отечественных производителей янтарных изделий. Как в этой связи вы относитесь к предложению ввести экспортные пошлины на янтарное сырье или квотировать поставки зарубежным потребителям?

В России нет дефицита на янтарное сырье, а высокая доля экспорта вполне объяснима. Емкость рынка янтарных изделий в России не превышает 3 млн. долларов. На фоне Польши это - капля в море. Если пустить большую часть добытого сырья на внутренний рынок, отечественный потребитель просто не "переварит" такое количество янтаря. Неизбежный результат - затоваривание складов и вынужденное снижение отпускных цен.

В этой связи все жалобы на "неравный подход" можно расценивать как спекулятивную игру на понижение стоимости сырья, в чем заинтересована часть российских переработчиков, "поднявшихся" на дешевом "левом" янтаре, украденном с карьеров, и не привыкших платить за сырье рыночную цену. Другими сторонниками протекционистских мер в отношении российского потребителя выступают те, кто вывозит янтарь нелегально, поскольку в этом случае они смогут потеснить легальных экспортеров.

Объективных оснований для введения вывозных пошлин и квотирования экспортных поставок нет. Более того, для предприятия эти меры могут иметь очень тяжелые последствия. Главным конкурентом Калининградского янтарного комбината являются украинцы. С учетом того, что с Украины на рынок ежегодно поставляется 30-40 тонн янтаря-сырца, любые ограничения российских поставок спровоцируют увеличение поставок украинского янтаря. Таким образом, ограничив экспорт, Россия добровольно отдаст часть рынка своим конкурентам.

Вообще мне бы хотелось скорректировать расхожие представления о 90%-й российской доле в общемировом объеме янтарных ресурсов. По оценкам Консультативного Совета в Калининградской области добывается около 60% янтаря. Остальное добывает Украина и Польша. Нет у России преимуществ и по запасам. Так в Польше расположено месторождение, по объемам запасов в 6 раз превышающее месторождение в России. Слой залегания янтаря там довольно глубок - около 60-70 метров, но это сопоставимо с глубиной залегания янтароносного слоя на Приморском месторождении в Калининградской области, которая составляет 50-60 метров. Вкладывать деньги в разработку своего месторождения полякам до сих пор было не выгодно, но длительный сбой или существенное удорожание поставок российского сырья может вызвать общий рост цен на янтарь и изменить представления о рентабельности добычи, подстегнув освоение Польшей собственных запасов. Как это скажется на положении Калининградского янтарного комбината объяснять, думаю, не стоит.

- И последний вопрос: что Вы думаете по поводу перспектив янтарной отрасли в России?

Если честно, ничего хорошего в обозримом будущем. В последнее время у янтарного комбината появляется много доброжелателей, легко раздающих рецепты экономического и финансового счастья, но понятие "добро" здесь, к сожалению, чаще всего следует воспринимать в его втором, имущественном значении. Пока у региональных чиновников сильны отеческие инстинкты в отношении привлекательных промышленных объектов, пока губернатор фонтанирует утопическими идеями и их всерьез обсуждают СМИ, пока отдельные аудиторы Счетной Палаты пишут фантастические рассказы под видом официальных отчетов и их с интересом читают сенаторы, и вообще, пока судьбу российской янтарной отрасли стремятся решать дилетанты, говорить о каких-то отраслевых перспективах вообще бессмысленно. Когда в дело вмешивается политический фактор и частные интересы чиновников, то уже не до экономики.

Но даже в случае благополучного исхода нынешнего раунда борьбы за предприятие, а под ним я понимаю прекращение спекулятивного торга по поводу активов комбината и наказание всех виновных в учиненном административном "беспределе", положение российской янтарной отрасли еще долгое время будет оставаться незавидным. Глубина кризиса очень велика, время быстрой реанимации упущено. Сейчас важно не дать погибнуть тому, что есть. Объективные экономические предпосылки таковы, что предприятию нескоро удастся выйти из положения сырьевого придатка и занять действительно достойное место в мировой янтарной индустрии, как бы этого не обещали и не прогнозировали новоявленные благодетели. Перефразируя известную поговорку, скажу: "Господи, спаси комбинат от навязчивых "друзей", а со своими проблемами он когда-нибудь разберется сам".