Причины и следствия "Киргизского" скандала (часть 2)

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


«Э-э-э!… Этот Вайншток оч-чень хитрожопый!… Он да-авно на место Вагита целился!…»

1079540843-0.jpg Объём собственной добычи сырой нефти в южной части Киргизии около 50-60 тыс. тонн в год. Нефть перерабатывается на прямогонном заводе совместной компании; при отсутствии в данном случае каталитического крекинга выход светлых нефтепродуктов невелик, а качество нефти таково, что мазут имеет высокое содержание серы и не обладает экспортными кондициями.

Месячная потребность Киргизии в нефтепродуктах, сверх производимых на её территории, составляет 30-40 тыс. тонн. Особо следует отметить, что это количество включает в себя спектр ГСМ — бензины, масла, авиационный керосин, а также дизтопливо, без которого хозяйственная жизнь республики была бы невозможна.

Ввозная пошлина на бензин в 1998-1999 гг. достигала 75 долл/тн., на сырую нефть 15 долл/тн., и кроме того, там была очень большая торговая накрутка. ТЭЦ в Киргизии рассчитаны на работу на газе. По газу Киргизия в значительной степени зависима от Узбекистана.

При этом исторически сложившиеся непростые отношения с Узбекистаном затрудняют решение вопросов по поставкам энергоносителей. Кроме исторически возникших непростых отношений, между Киргизией и Узбекистаном имеется территориальный спор, берущий начало в советском периоде — часть территории юга Киргизии для удобства хлопкоробов была передана в административное управление Узбекистану. В постсоветский период эта территория (клин около 25 км. шириной) возвращена не была, Узбекистан объявил её своей территорией, оборудовал гос. границу, и теперь при поездках на юге жители дважды пересекают её.

Цены на нефтепродукты в последние годы в Киргизии были очень высоки, даже в 1997-1998 гг., во время максимального падения цен на нефть на внешнем рынке.

К началу 1999 г. в Киргизии завозом и торговлей нефтепродуктами занимались несколько организаций различных форм собственности; -при этом крупнейшей являлась организация ГАК «Киргизгазмунайзат» (по тогдашнему киргизскому правописанию, «Кыргызгазмунайзат»: -мунай – нефть; зат — газ (тюркск.)) — далее возможна аббревиатура КМЗ.

Генеральным директором КМЗ являлся некий Джайсанбаев Шалхар Самарханович. Его заместителем некоторое время был некий Кольбаев Юсуп. Эта организация, по данным источников, действовала в том числе под патронажем бывшего вице-премьер-министра Киргизии Силаева Бориса Ивановича (ныне покинувшего Киргизию и обосновавшегося в России, и даже, по слухам, в Москве), а также бывшего вице-президента Киргизии Феликса Кулова, который к тому времени был мэром Бишкека. С Феликсом Куловым и Кольбаев, и Джайсанбаев работали ещё в то время, когда Кулов работал на юге Киргизии, будучи губернатором Чуйской области (1993-1997 гг.). В 1997 – 1998 гг. Ф. Кулов работал министром национальной безопасности Кыргызской Республики.

Б. Силаев, при этом, по данным источников, уже в течение длительного времени активно лоббировал интересы ЛУКОЙЛа в Киргизии и способствовал созданию системы поставок на территорию Киргизии ГСМ российского производства. Заметим, что ближайшими заводами со значительными объёмами производства являются Ферганский (Узбекистан) и Шымкентский (Казахстан).

Шымкентский, или, по-старому написанию, Чимкентский завод называют также «Шымкентнефтеоргсинтез» (ШНОС). Кстати, и Шалхар Джайсанбаев, и его его заместитель Юсуп Кольбаев ранее имели непосредственное отношение к филиалу «ЛУКОЙЛ-Кыргызстан».

По некоторым источникам того периода, именно Феликс Кулов лоббировал назначение Джайсанбаева на должность генерального директора ГАК «Кыргызгазмунайзат», и Джайсанбаев на этом посту был фактически в ранге министра.

Не исключено, создание «Кыргызгазмунайзата» было инспирировано именно для дистанцирования брэнда «ЛУКОЙЛа» от непосредственной ответственности за дальнейшие аферы. Ну не согласились руководители ЛУКОЙЛа, ну что ты будешь делать!…

После создания КМЗ была быстро создана схема взаимодействия между КМЗ и российскими производителями, в том числе с участием подконтрольных той или другой стороне инофирм. Так, для ухода от налогов почти 100% ГСМ российского производства завозились, позиционируясь как стабильный газовый конденсат, широкая фракция лёгких углеводородов (ШФЛУ), газ нефтяной сжиженный и т.д.

Есть основания полагать, что поступавшие сортовые ГСМ реализовывались как прошедшие переработку на упомянутом прямогонном заводе, — конечно, прошедшие переработку только по бумагам.

Весной 1998 года Кольбаев был убит в Киргизии. Жена Кольбаева напрямую обвиняла Джайсанбаева в организации убийства. Она же предупреждала 01 декабря 1998 г. представителя власти о том, что Джайсанбаев хочет бежать из Киргизии, но тот спокойно уехал 04 декабря 1998 г. И, по киргизским источникам, находился с декабря 1998 г. по крайней мере некоторое время в Москве, «в гостях у Сибнефти».

Несмотря на то, что есть значительный объём материала и для анализа действий Джайсанбаева именно в Киргизии, и для анализа ситуации в Киргизии того периода, ограничимся пока замечаниями. Феликс Кулов имел очень большие политические амбиции, вплоть до президентских. Его работа в ранге министра национальной безопасности КР ( 1997-1998 гг.) — совпадает по времени с периодом активной работы КМЗ и Джайсанбаева в должности генерального директора КМЗ.

Джайсанбаев на посту гендиректора КМЗ действовал совершенно безоглядно, и об этом свидетельствовали как киргизские источники, так и данные последующего расследования депутатской комиссии Жогорку Кенеш (парламента) Киргизии.

Однако в силу ряда обстоятельств, в том числе, думается, не в последнюю очередь из нежелания каким-то образом «обижать» Россию и портить с нею отношения, — о российских участниках афер, и о роли российской стороны в этих аферах, в целом в киргизской прессе, и в том числе в сообщениях представителей следственных органов, говорится скорее намёками.

«Система – это комплекс элементов, находящихся во взаимодействии».

Итак, при наличии в Киргизии подразделения «ЛУКОЙЛ – Кыргызстан» 29 января 1997 г. распоряжением президента Акаева была создана ГАК «Кыргызгазмунайзат».

После создания 27 января 1997 г. «Кыргызгазмунайзата» события стали разворачиваться очень быстро. КМЗ уже 25 февраля 1997 г. подписывает Контракт №11 между КМЗ и компанией «Levette Investments, Inc.», зарегистрированной в Нассау, Багамы; — как видно, всё уже было готово для этого; — о том, что «Levette Investments, Inc.» обязуется обеспечить заключение договоров и поставку сжиженного газа и углеводородного сырья в Кыргызскую Республику общим количеством до 80 000 тонн в 1997 г. и до 180 000 тонн в 1998 г.

«Levette Investments, Inc.» в контракте указывает банковский счёт в Цюрихе, Швейцария. КМЗ в контракте указывает два счёта, — в Bank of New York (The), США, и счёт в АКБ «Меркюри» в Бишкеке.

От КМЗ подписал контракт Джайсанбаев Ш. С. От «Levette Investments, Inc.» подписал контракт некий Меликов В.В. (на листах подпись латиницей V. Melikov).

«Levette Investments, Inc.» по этому контракту обязалась оказывать КМЗ услуги по поиску сжиженного газа и углеводородного сырья, обеспечивать финансирование, производить оплату в СКВ договоров поставок. Какая добрая компания «Levette Investments, Inc.»!

Но эта «добрая компания» по этому контракту должна была получать ещё и 16% от цены поставленной продукции, — и ещё за поставленную продукцию, — вернее, валюта должна ежемесячно перечисляться на счета, указанные «Levette Investments, Inc.» То есть, — отгрузка в адрес КМЗ должна была осуществляться без предоплаты самим КМЗ.

Впрочем, она оказалась не такая уж добрая, потому что по показаниям источников, до отправки за нефтепродукты всё же платили деньги привлечённые сторонние плательщики. Попросту говоря, те, кого сумели подставить организаторы афер. Ну что ж, «Levette Investments, Inc.», наверное, действительно «помогла». И даже перевыполнила план. Она, эта «Levette Investments, Inc.», зорким взглядом с Багамских островов нашла кое-что у АОЗТ «ДАКО» (Россия, город Ревда Свердловской области), и вот 05 апреля 1997 г. в Екатеринбурге, если верить бумаге, были подписаны договоры между АОЗТ «ДАКО» и КМЗ:

Договор № 27СУ-97 на поставку и передачу в полное хозяйственное ведение КМЗ 240 000 тонн сырья углеводородного для производства этилена;

Договор № 28СГ-97 на поставку и передачу в полное хозяйственное ведение КМЗ 180 000 тонн стабильного газового конденсата;

Договор № 29Ш-97 на поставку и передачу в полное хозяйственное ведение КМЗ 24 000 тонн широкой фракции лёгких углеводородов (ШФЛУ);

Договор № 30Т-97 на поставку и передачу в полное хозяйственное ведение КМЗ 56 400 погонных метров труб, в том числе 3265 тонн диаметром 1020 мм.

Кстати, трубы диаметром 1020 мм, — это трубы для магистральных трубопроводов. Это самый мутный договор, заметим. И ещё добавим, — разные названия продукции, что отражено даже в номерах и названиях договоров, — просто чтобы не путать интересы разных лиц и разных группировок, организовывавших эти поставки. Зорким взглядом с Багамских островов «Levette Investments, Inc.» нашла в России для КМЗ ни много, ни мало, — 101 железнодорожный эшелон различных углеводородов!

Подписал договоры от «ДАКО» Данилов А.В., и в договорах указан счёт в Уральском банке Реконструкции и развития, Екатеринбург, и валютный счёт в Bank of New York. От КМЗ подписал договоры Джайсанбаев Ш.С., и указал счета в АКБ «Меркюри» и в Bank of New York. Здесь надо сделать замечание. Пока оставим в стороне все эти «ДАКО», многочисленные «Хинг-Шинги», вынырнувшие впоследствии, и лиц, работавших под разными флагами в России и в Киргизии, отправляя в Киргизию нефтепрродукты, и махинируя с нефтепродуктами и деньгами на территории Киргизии.

Это всего лишь исполнители, отправители, — и в разговорах они сами это признавали. Задействованы в этой истории как организаторы гораздо более серьёзные люди, с гораздо более серьёзными интересами.

И ещё. Из того, что на бумаге написано, что договор подписан в Екатеринбурге, или из того, что какой-то там «Хинг-Шинг» зарегистрирован в Китае, следует только то, что этот «Хинг-Шинг» зарегистрирован в Китае, а на том договоре написано, что он заключён в Екатеринбурге.

Важно то, что летом 1999 г. С.Евлахов, работавший тогда под началом С. Вайнштока в ООО «ЛУКОЙЛ – Западная Сибирь», сам заявлял: «Мы работали с «Киргизгазмунайзатом»!…

Чтобы дальнейшее стало яснее, напомним, что от источника известно, — на Омский НПЗ производились незаконные, неучтённые, «левые» поставки нефти от ООО «ЛУКОЙЛ – Западная Сибирь», и производилась незаконная, неучтённая переработка этой нефти, — и отгрузка в Киргизию продуктов переработки, с позиционированием ГСМ как безакцизных ГСМ!

Нельзя полностью исключить того, что ж.д. маршруты переадресовывались неоднократно, во всяком случае по бумагам. Отпавлялись ли ГСМ в том числе из Уфы, — и как отправлялись, в счёт зачёта взаимных обязательств, или иначе, — это тоже вопрос к следствию.

Но зная содержание контракта между «Levette Investments, Inc.» и КМЗ, а также информацию источника о незаконных поставках нефти, её незаконной переработке и отправке незаконно позиционируемых как безакцизные ГСМ сортовых нефтепродуктов, мы можем сделать несколько важных выводов:

1. «Levette Investments, Inc.» не оплачивала вообще никакие нефтепродукты для КМЗ, поскольку это были неучтённые продукты. Это просто отмывка. Это фактически краденая нефть и незаконные сделки с продуктами переработки. А упоминаемые в контракте 16% сверх цены поставленной продукции, — это, по всей вероятности, плата за незаконную переработку. Продукция в адрес КМЗ отправлялось, по всей вероятности, путём переадресовки ж.д. эшелонов, либо по более сложной схеме.

2. При том, что по данным киргизских источников, торговля ГСМ на территории Киргизии производилась КМЗ по очень высоким ценам, — налоги и акцизы за ввозимые ГСМ в бюджет республики не платились под разными предлогами. По совершенно достоверным данным, часть поставлявшихся с Омского НПЗ нефтепродуктов эшелонами загонялась на территорию Киргизии контрабандным путём, и совершенно точно известно, кто это делал. Если учесть данные источника, что отправлялись в Киргизию сортовые ГСМ, соответствующие ГОСТу, то при ставке акцизного налога в размере 75 долларов США за тонну ввозимых «бензинов, лёгких и средних дистиллятов и прочих бензинов» (см. соответствующие нормативные акты КР), при условии, что было поставлено по договорами №№ 27, 28 и 29 от 05 апреля 1997 г. с АОЗТ «ДАКО» всего 444.000 тонн углеводородов, можно предположить, что прямой ущерб бюджету Киргизии только по неуплаченным акцизам составляет более тридцати трёх миллионов долларов США.

3. Убытки России только по этому делу составляют неизмеримо большую сумму, так как фактически нефть, поступавшая в переработку, была украдена из недр. Если допустить, что поставлялись в Киргизию только светлые нефтепродукты, которые являются лишь какой-то частью всех продуктов переработки, и принять эту часть равной 25%, то было украдено и направлено в незаконную переработку только по «киргизскому делу» около двух миллионов тонн нефти. Есть основания полагать, что тяжёлые фракции переработки реализовывались также незаконно, в том числе за наличный расчёт.

И ещё одно важное замечание. На основании показаний источника, есть основания полагать, что в аферы были вовлечены в том числе сторонние лица в России, которые привлекались соблазном заработать больше, чем в других сделках, с условием оплатить «отправляемые в Киргизию нефтепродукты». То есть они как бы участвовали в некоей программе. Источник показал, что были лица, которые «…вкладывали последние деньги…».

Ну, последние, не последние, но таким образом организаторы подстраховывались, имея у себя сразу после отправки деньги, а на руках привлечённых плательщиков оставив бумажки каких-нибудь договоров. Хотя, в принципе, интересы этих людей конечно же ущемлены, и им надо обращаться с претензиями в том числе и к организаторам.

Итак, по разным данным, в том числе по данным источников, с российской стороны к афере имели непосредственное отношение следующие лица: С. Вайншток, С. Евлахов (оба – «ЛУКОЙЛ – Западная Сибирь»), по должности С. Кашин (начальник Департамента нефти Сибнефти), и по показаниям источников и по должности Ю.Суханов (начальник Департамента нефтепродуктов Сибнефти).

За компанией «Levette Investments, Inc.» стоят именно организаторы аферы. Появившиеся впоследствии фирмы, такие, как «Пироль» («Пиройл»), «Инвестал» (и даже несколько «Инвесталов»), имеющие «претензии» к правительству Киргизии, — это всего лишь клоны «Levette Investments, Inc.»! А сама эта «Levette Investments, Inc.» наверняка давно почила в бозе…

Однако ещё несколько замечаний про КМЗ и работу с «ДАКО». 10 июня 1998 г. между «ДАКО» и КМЗ был подписан Договор № 5. По этому договору «Кыргызгазмунайзат» стал считаться «Покупателем» по нескольким договорам 1996 г. ( За СП «ТАИС» по Контракту № 1Д-96; за СП «ТАИС» по Договору № 18ГФ-1173; за МП «Вектра» по Договору № 15А; за ГПО «Чуйгазмунайзат» по Договору № 42Д-96.

См. Договор № 5 и соответствующие договоры и контракт.

По Договору № 5 (п. 3.1) КМЗ признавал задолженность перед «ДАКО» в размере 18 938 259-74 (Восемнадцать миллионов девятьсот тридцать восемь тысяч двести пятьдесят девять долларов США, 74 цента), в том числе пеня 15 518 270-64 (Пятнадцать миллионов пятьсот восемнадцать тысяч двести семьдесят долларов США, 64 цента).

В Договоре №5 предусматривается (в п. 4.5), что задолженность перед АОЗТ «ДАКО» будет перечисляться на расчётный счёт «ДАКО» в Republic National Bank of New York.

Смысл этого Договора №5 состоит в том, что на вновь созданное государственное предприятие были повешены старые долги в том числе частных фирм. И на вновь созданное государственное предприятие, которое де-факто и де-юре не могло иметь никакого отношения к предшествующим поставкам, была начислена пеня в размере более пятнадцати с половиной миллионов долларов! Это внутреннее дело Киргизии, как относиться к тому, что на государственное предприятие начисляется такая пеня, — к тому же при подобных обстоятельствах.

Почему такое происходит, — могут быть только мысли и предположения. Доводилось слышать в… бане, что такое часто делается для того, чтобы отмыть таким образом государственные средства в личный карман. Но в Киргизии есть свои органы власти, — пусть они разбираются.

Ещё раз напомним, что упоминаемый в Договоре № 5 город Сургут

(пункт 6.3), по данным источника, не имел к поставлявшимся ГСМ никакого отношения. Омск, возможно Уфа, с использованием схемы замещения, — вот откуда, по данным источника, поставлялись ГСМ. И при этом использовались поддельные сертификаты «Сургутнефтегаза»!

Вообще сказать, с учётом того, что поставки ГСМ фактически осуществлялись Сибнефтью, а Б. Березовский, даже находясь на посту исполнительного секретаря СНГ, продолжал курировать свой бизнес, всех причастных к аферам КМЗ можно назвать «людьми Березовского».

И хотя силы за аферистами, в том числе российскими аферистами, стояли очень большие, но есть основания полагать, что и в России нашёлся по крайней мере один влиятельный человек, который увидел все политические угрозы и поддержал Акаева в его активных шагах против созданного в Киргизии положения.

По сумме прямой и косвенной информации, полученной от источников, можно предполагать, что этот же человек через своё влияние использовал, или способствовал использованию внутренних противоречий в т.н. Семье для атаки на на С. Вайнштока и С. Евлахова, а также на Б. Березовского.

Этот человек, который явно никогда не признает такого своего участия в разоблачении афер «киргизского дела» и последующих событиях, но на которого косвенно, но настойчиво указывали автору анализа, — глава ЛУКОЙЛа Вагит Алекперов. Впрочем, снизим градус патетики. Один из знающих источников, много лет проработавший в нефтянке, прямо сказал: «Э-э-э!… Этот Вайншток оч-чень хитрожопый!… Он да-авно на место Вагита целился!…»

Как бы то ни было, примерно с ноября 1998 г. в киргизской прессе стали появляться статьи с критикой высоких цен на ГСМ, а также с критикой Ш. Джайсанбаева и стиля работы КМЗ. За Джайсанбаевым заинтересованно присматривала и вдова Юсупа Кольбаева, которая в начале декабря 1998 г. заявила, что Джайсанбаев хочет бежать из Киргизии. Он действительно выехал в начале декабря 1998 г., и, по данным источников, с того времени находился в Москве, «в гостях у Сибнефти». В середине января 1999 г. президент А. Акаев подписал указ об отстранении Джайсанбаева с поста директора КМЗ (УП 7 от 15 января 1999 г.). В киргизской прессе появилась статья, в которой Джайсанбаев обвинялся в том, что он сбежал с украденными не то 18, не то с 18, 5 миллионами долларов. Джайсанбаев начал названивать из Москвы друзьям в правительство примерно с такими словами: «Да я не сбежал, да я в Москве!… Какие восемнадцать миллионов долларов?… Да это мне бюджет должен двадцать пять миллионов долларов!…» Друзья отвечали, что сами ничего понять не могут, но советовали не дёргаться и подождать, пока они всё узнают, — так как акция по централизации поставок ГСМ готовилась в аппарате президента в глубокой тайне, и не было никаких утечек на этот счёт.

Здесь надо отвлечься, и сказать два слова о российских делах.

2 февраля 1999 г. сотрудники Генпрокуратуры РФ, МВД и ФСБ провели обыски в московском офисе Сибнефти и в частной охранной фирме «Атолл». Были изьяты материалы, подтверждающие факт слежки за многими известными лицами, а по телевидению сообщалось, что изъятые материалы подтверждают и факт слежки за Б. Ельциным и членами его семьи. Была также изъята спецтехника для прослушивания. Но тогда же, 2 февраля 1999 г., Б. Ельцин, выйдя из больницы, подписал указ об освобождении с поста Генерального прокурора Ю.Скуратова.

История с отставкой очень мутная. Однако сообщалось, что

Б. Березовский шантажировал Т. Дьяченко угрозами опубликовать в России или за рубежом записи её телефонных разговоров, что сулило ей неприятности, и Т. Дьяченко настояла на отставке Ю. Скуратова, будировавшего тему «Атолла».

Вернёмся к Киргизии. 23 февраля 1999 г. вышел Указ А. Акаева «О неотложных мерах по обеспечению нефтепродуктами республики», а 9 марта 1999 г. его же распоряжение о создании ГП «Мунай».

Около этого периода, как в деталях рассказал источник, Акаев вызвал к себе вице-премьер-министра Б. Силаева, и сказал ему кратко и ясно: «Ну, что?… Поворовал ты уже достаточно!… Если хочешь спокойно жить в Киргизии, тебя не должно быть ни видно, ни слышно!…» Б. Силаев сразу согласился с предложением, от которого невозможно было отказаться. Ирония в том, что Б. Силаев же подписал Постановление №141 и Постановление №158 в поддержку решений Акаева по созданию ГП «Мунай», а также ряд других документов на эту тему.

Именно по требованию А. Акаева в начале марта 1999 г. Б. Ельцин освободил от должности исполнительного секретаря СНГ Б. Березовского, — «…за регулярные действия, выходящие за рамки полномочий исполнительного секретаря СНГ». В сообщениях указывалось и на то, что «… Б. Березовский, находясь на этом высоком посту, действовал исключительно в интересах своего бизнеса…» Простыми словами это означает — «проводил свою политику»…

Что касается Джайсанбаева, то по киргизским источникам того времени, он был убит в Москве. Сообщения официозной киргизской прессы, что он периодически звонит в МВД республики, во внимание не принимались. Настроение в кругах, причастных к работе с ГСМ в самой Киргизии, выражалось такими словами: «Ну ё….ная эта Сибнефть!…» По более поздней опубликованной информации, Джайсанбаева якобы видели в Москве, что он якобы спокойно живёт в Алма-Ате, что он имеет там бизнес, что он побывал в Киргизии на похоронах родственника.

Летом 1999 г. в Бишкеке была арестована группа бывших подчинённых Ф.Кулова, с применением спецтехники прослушивавшая телефонные разговоры в том числе А. Акаева, — как сразу сообщило местное телевидение, — «с целью захвата власти в республике». В Киргизии началось следствие по делу Ф. Кулова, которое закончилось его арестом, закрытым судом и приговором в начале 2001 г. к семи годам лишения свободы с конфискацией имущества.(В начале 2002 г. по просьбе Ф. Кулова приговор был пересмотрен, и он был приговорён уже к 10 годам лишения свободы.)

А в России летом 1999 г. продолжились разборки по «киргизскому скандалу» и по аферам ряда лиц с «левой» нефтью и «левой» переработкой. А заодно и по некоторым другим делам. Скандал в «узком круге» был грандиозный!

В первых числах августа 1999 г. Т. Дьяченко посетила офис Сибнефти в Москве. Свидетель ажиотажа, творившегося в офисе Сибнефти в ожидании визита, живописал его исключительно непечатными выражениями. По некоторым данным, тогда и состоялись разборки между Семьёй и Сибнефтью, — и за «Атолл», и за планы по России, и за планы по Киргизии.

А по итогам разборок на более низком уровне в российских «частных» Компаниях, естественно, решили, что оставлять на своих местах лиц, имеющих прямое или косвенное отношение к «киргизскому скандалу», невозможно, и необходимо дистанцироваться от этих лиц.

И, к тому же, как и было сказано, есть основания полагать, что именно это и являлось одной из целей В. Алекперова — в отношении С. Вайнштока и

С. Евлахова.

Есть, как было сказано выше, даже прямые подтверждения именно такой интерпретации версии участия В. Алекперова в «киргизском скандале», но как бы то ни было, С. Вайншток из ЛУКОЙЛа был изгнан, а ООО «ЛУКОЙЛ — Западная Сибирь» преобразовано в ОАО.

Вообще, вопрос об изгнании С. Вайнштока из ЛУКОЙЛа был решён ещё ранее июня 1999 г., так как именно около июня 1999 г. на Когалымском телевидении было записано интервью с Вайнштоком, в котором он заявил, что будет работать в Транснефти. Однако это интервью было показано по телевидению не сразу, а около октября 1999 г., когда С. Вайншток уже утвердился на новой должности. Интересно то, что в этом интервью С. Вайншток пустился в пространные расуждения о том, что он гуманист, и вот нынче достиг такого понимания природы, что даже жалеет, что когда-то давал указания травить комаров в окружающих Когалым болотах. Рассуждая о том, что вот он переходит на новую работу, в Транснефть, он прозрачно намекнул, что его рано списывать со счетов, так как из истории известен случай…

И он рассказал известную историю о том, что как-то раз собрался Конклав избрать Папу, и кардиналы долго не могли придти к единому мнению, кому же быть Папой. И в итоге решили избрать самого слабого здоровьем, из соображений, что всё равно тот скоро помрёт… А вот он-то всех и пережил!…

Но до перехода С. Вайнштока в Транснефть надо было ещё сожрать тогдашнего президента Транснефти Д. Савельева, (человека «Киндер-сюрприза», как о нём несколько раз отзывались источники), и как раз ранее июня 1999 г. и началась подковёрная борьба, чтобы освободить для С. Вайнштока место в этой государственной Акционерной Компании, раз уж за аферы выгнали из «частной». Понятно, что в Сибнефти никак не могли принять его к себе, — там думали, как бы избавиться от Ю. Суханова!… (О Ю. Суханове от источников известно то, что он родственник какого-то крупного чиновника из МПС. Более того, источник сообщал, что сама Сибнефть была создана при содействии МПС. Однако приходит в голову и другая мысль, — а не родственник ли он того Суханова, у которого в своё время работал Б. Ельцин, изгнанный с постов в перестроечное время?…)

Есть прямая информация источника, что источник вместе с

Ю. Сухановым побывал на даче у В. Жириновского, в поисках помощи. Последовал даже трогательный рассказ о том, как хозяин дачи презентовал источнику свою книгу о «последнем броске на юг». Однако эту информацию автор воспринял с полным недоверием, — источник хороший мужик, но общей отсидки у него было очень много, — хоть и по бензиновым делам.

Однако как бы то ни было, но выступивший около июня 1999 г. по какому-то поводу в Государственной Думе В. Жириновский ни с того, ни с сего вдруг заявил: «А вообще, кто такой Савельев?… На таком денежном потоке сидит!… Да кто он такой?!…».

Д. Савельев позже публично заявлял, что был вызван Р. Абрамовичем и в ультимативной форме получил требование оставить свой пост. Но он проявил стойкость и не согласился. А ведь «левые» прокачки не могли осуществляться без ведома Д. Савельева! Но куда ж девать С. Вайнштока?

Подковёрная деятельность продолжилась, и в сентябре 1999 г.

В. Калюжный, бывший тогда министром топлива и энергетики, (и про которого источники однозначно говорили, что он «человек Сибнефти», и даже называли сумму в семь миллионов долларов, за которую был куплен для него министерский пост, с пояснением: «Да это недорого!»…), подписал приказ о снятии Д. Савельева и назначении С. Вайнштока на должность президента АК Транснефть.

Все помнят телевизионные репортажи с Полянки, толпы милицейских полковников…полковников… полковников… Все помнят, что для С. Вайнштока дверь была вскрыта пилой-болгаркой… И никто не понимал, — почему, как?…

Позже, уже глубокой осенью 1999 г., С. Вайншток забрал в АК Транснефть С. Евлахова, который вначале работал там, помнится, начальником департамента нефти, а затем стал вице-президентом Транснефти. «Сладкая парочка» воссоединилась. А до того, после изгнания С. Вайнштока, в «ЛУКОЙЛ – Западная Сибирь» С. Евлахов «…уже ничего не решал», — по его собственному признанию.

Вспоминая разборки осени 1999 г. в головном офисе ЛУКОЙЛа по поводу их афер, С. Евлахов жаловался: «Чуть ведь меня не выперли тогда!…», — имея в виду «чуть не выперли из узкого круга». Но со временем он обшустрился на новом посту в Транснефти, и стал заявлять: «Да я!… Да я государственный человек!…»

Ю. Суханова тоже выгнали, — из Сибнефти, — но человек проверенный, человек Семьи, кое-что умеет, — и после манёвров его пристроили вице-президентом по нефтепродуктам в госкомпанию Славнефть.

Интересная ситуация, когда государственные организации становятся отстойником для проштрафившихся работников «частных» Компаний!

А в ЛУКОЙЛе, без всякого прямого вопроса, высокопоставленный сотрудник этой Компании в конце 2000 г. высказался так по поводу участия в «киргизском скандале» С. Вайнштока и С. Евлахова: «Это всё они!… Это всё Вайншток с Евлаховым!… Это всё их дела!…»

Есть ещё несколько интересных аспектов того скандала.

Поэтому чуть дальше мы рассмотрим ту историю под несколько иным углом, а пока дополним анализ информацией в отношении тех или иных лиц.

Во-первых, совершенно достоверно известно, что спецслужбы Киргизии знают о скандале всё, как бы они уклончиво не говорили, что «пока не удаётся», «но мы работаем» и так далее. А уж в Казахстане от вполне знающего человека на прямой вопрос в об отношении к С. Вайнштоку автор настоящего анализа получил ответ, что: «Да Вайнштока мы в любой момент!…», — и последовал красноречивый, но неприличный жест.

Можно почти со стопроцентной уверенностью утверждать, что все махинации с переадресовками ж.д. маршрутов, буде они были, известны спецслужбам Казахстана.

Не потому ли вопрос о разделе дна Каспийского моря решался в своё время Назарбаевым тогда, когда он парился в бане с Ельциным, и Ельцин сдал всё, что только можно было!

По данным источников, С.Евлахов, ещё будучи в ООО «ЛУКОЙЛ – Западная Сибирь», активно работал с некоей Мелиховой (Меликовой) Натальей Евгеньевной, (Москва, «Финпромтрейдинг»). Со слов источника, она могла получать у С. Евлахова огромные объёмы нефти без предоплаты. (Почему-то вспомнилась подпись V. Melikov на Контракте №11 между ГАК «Кыргызгазмунайзат» и «Levette Investments, Inc.». Впрочем, взаимосвязи может и не быть, — мало ли похожих фамилий)

По информации источника из спецслужб, вскоре после перехода С. Евлахова в Транснефть упомянутая Мелихова (Меликова) однажды ночью позвонила некоему А. и попросила его срочно привезти в Транснефть 15 тысяч долларов. Тот поехал в свой офис, взял рубли, поменял в ночном обменнике и привёз к зданию Транснефти на Полянке. В 4 часа утра вышла Мелихова, забрала деньги и пояснила, что надо рассчитаться с сотрудниками, которых оставили выполнить срочную работу. Есть основания полагать, что именно в эту ночь эта сладкая компания подчищала «хвосты» по своей бурной предшествующей деятельности. Но, как в песне поётся, ничто на Земле не проходит бесследно. С. Евлахов и сам осторожно признавал, что в Транснефти «…я занимался… случаями… «левых» прокачек…».

Зная сложившиеся порядки в нефтяной отрасли, можно с уверенностью сказать, что это означает, — «свои» «левые» прокачки он скрывал, а «чужие» в документах Транснефти находил, — с целью последующего давления и шантажа других Компаний и лиц, причастных к тем прокачкам.

Заметим, что «левые» прокачки, по имеющейся информации, скрываются путём «размазывания» прокачанных «левых» объёмов по балансу нескольких нефтяных Компаний. Есть, впрочем, и другой способ. И если Вы услышите вопли о том, что «такое невозможно!…», «многоступенчатая система учёта и контроля!…», — улыбнитесь. Такое не только возможно, — такое делалось, и, вполне вероятно, делается и поныне «узким кругом». Другой вопрос, — где и когда «стреляют» отмытые деньги. На что они работают. Против кого и против чего они работают.

Любопытно, однако, то, что упомянутый А., доставивший 15 тысяч долларов в Транснефть, горделиво заявлял: «Да у нас связи до Волошина восходят!…»

В личной беседе с высокопоставленным российским чиновником тот высказался о деятельности С. Вайнштока на посту президента АК Транснефть как об антигосударственной, а повышение тарифов за прокачку в конце 2000 г. назвал волюнтаристским решением. С его слов, С. Вайншток и С. Евлахов «…и в Новороссийске создали криминальный беспредел на заливке танкеров!…».

Ю. Суханов на постах в НК Славнефть с ходу отметился какими-то многомиллионными аферами с нефтепродуктами, о чём неоднократно сообщалось в прессе.

Но ещё несколько слов – уже о «мелкой сошке».

Скандальной в тот же период 1997-1998 гг. была деятельность в Киргизии некоего Виктора Шевчука, (International Bancorp of credit & commerce, Inc., зарегистрированной в Лас-Вегасе, штат Невада, США, (см. Договор о факторинге от origindate::16.03.97 г., счёт в National Westminster Bank), — организовавшего к тому же компании «Хинг Шинг Компани ЛТД» и «Хинг Шинг» в Бишкеке, «Хинг Шинг» в Китае и «Хинг Шинг Компани ЛТД» в Ингушетии).

По показаниям ген. директора АОЗТ «ДАКО» Кодь В.Н., В. Шевчук завозил в Киргизию нефтепродукты эшелонами контрабандным путём, загоняя эшелоны ночами с территории Узбекистана на южную часть Киргизии.

Известно, что делал он это в том числе с Николаем Лехоном

(г. Омск), который тесно сотрудничал с Виктором Радулом (г. Омск), брат которого, тоже Радул, работал в аппарате губернатора Омской области Л.Полежаева и был близок к нему. (И сейчас работает, и сейчас близок!… )

Кстати, по киргизским источникам, В. Шевчук незаконно вывозил с территории Киргизии наличную валюту, — известен по крайней мере один случай с 800 тыс.долларов.

По Протоколу №1 от origindate::16.03.97 г. к Договору факторинга от origindate::16.03.97 г. «International Bancorp of credit & commerce, Inc.» финасировала (финансировала ли) поставки в Киргизию по договору между ООО «Практик УБД»-«Кыргызгазмунайзат» поставку до 10 тыс. тонн в месяц газового конденсата. Интересно то, что в этом Протоколе №1 мелькает такая МГТРК (телерадиокомпания) «МИР».

Суммируя изложенное, можно сказать, — нет никакой загадки «киргизского скандала»; — или, если угодно, — скандала «Кыргызгазмунайзата». Все участники известны.

Это, с российской стороны, Б. Березовский, С. Вайншток, С. Евлахов, Ю. Суханов. Это компания «Levette Investments, Inc.», за которой скрываются главные организаторы со своими интересами. Прочие всплывшие со своими «претензиями» к правительству Киргизии «Пироли» и «Инвесталы», — просто клоны, которым «переданы права», в том числе от российских соучастников.

Да какие там «права»!… Сказано ведь, — вся поставлявшаяся продукция была из «левой» нефти! Из нефти, сворованной из недр России! Хотя, по данным источника, есть и те лица, которые пострадали, не зная о махинациях. Надо полагать, что их интересы должны быть защищены.

Органам безопасности Киргизии совместно с российскими ФСБ, МВД, ГРУ и Генпрокуратурой надо привлечь Интерпол и до конца раскрутить это дело, и выяснить, ко всему, куда и как продавались тяжёлые фракции перегонки, так как общая сумма ущерба России только по этой афере может достигнуть сотни миллионов долларов, как не ста пятидесяти – двухсот миллионов! А там заодно выяснится много интересного о других делишках таких лиц, как Б. Березовский, и прочих! И станет очень даже ясно, как им удавалось «зарабатывать» по 1-2-3 миллиона долларов в день!

Конечно, можно предположить, что за «претензиями» могут в настоящее время стоять и лица в Киргизии, заинтересованные в том, чтобы под «благовидным» предлогом приватизировать тот же «Кыргызтелеком»…

Интересно то, что С. Евлахов однажды на вопрос с намёком по поводу «долгов» угрюмо ответил: «Жулики в Киргизии!… Брали, брали, а платить не хотят!…» Но затем спохватился и быстро добавил: «Но я там ни за что не расписывался!…» Вот такой он умный. Да ещё на государственном посту. Как и С. Вайншток. «Государственные люди», что тут скажешь! Эти «государственные люди», как заявил один из источников,

«… сейчас, конечно, хуже живут… Но имеют кое-что…, — с процента потерь на транспортировку…» Этот процент, заметим, — небольшой. Но если учесть прокачиваемые объёмы!…

(Продолжение следует)

Копии договоров Контракт №1 Д-96 стр.1 между «Кант-Ойл» и СП «ТАИС»

Контракт №1 Д-96 стр.2

Договор 28 /СГ-97 между АОЗТ «Дако» и ГК «КМЗ»

Договор 28 /СГ-97 между АОЗТ «Дако» и ГК «КМЗ» стр.2

Договор 28 /СГ-97 между АОЗТ «Дако» и ГК «КМЗ» стр.3

Договор 28 /СГ-97 между АОЗТ «Дако» и ГК «КМЗ» стр. 4

Договор 28 /СГ-97 Приложение №2

Договор 28 /СГ-97 Приложение №3