Палия Не Взяла Контрразведка

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Генпрокуратура: «никакие пиаровские акции обвиняемому не помогут».

1092748978-0.jpg В Верховный суд России поступило обращение Тюменской облдумы о проверке законности привлечения к уголовной ответственности экс-гендиректора «Нижневартовскнефтегаза» Виктора Палия. Он обвиняется Генпрокуратурой в хищении $9 млн при строительстве санатория «Сосновая роща» в Ялте. Облдума считает, что следствие нарушило закон, не спросив ее согласия на привлечение депутата Палия в качестве обвиняемого.

Уголовное дело против Виктора Палия было возбуждено Генпрокуратурой 2,5 года назад. Первоначально ему инкриминировалось умышленное занижение цены на нефть, поставляемую американской компании Ramoil Management Co., которая затем перепродавалась по «более высоким ценам». В результате обвиняемый Палий якобы похитил через посредников $35 млн. Однако вскоре следователь Генпрокуратуры Петр Щавель потерял интерес к этому эпизоду и занялся другим — о якобы имевшем место хищении Виктором Палием $9 млн при строительстве санатория «Сосновая роща» в Ялте.

Сам подследственный не признавал ни одного из этих обвинений. По поводу занижения цены на нефть он заявлял следствию, что «Нижневартовскнефтегаз» никогда самостоятельно ее за границу не поставлял. Что же касается хищений при строительстве санатория, то господин Палий, по его утверждению, не вмешивался в работу службы капитального строительства, которая без его участия принимала выполняемые работы и оценивала их стоимость. Недавно по делу была проведена строительно-техническая экспертиза, признавшая, что ряд оплаченных работ на строительстве «Сосновой рощи» не были учтены в контрактах с заказчиком, к тому же цены были явно завышенными. Однако адвокаты обвиняемого Михаил Бурмистров и Эдуард Хайретдинов, ознакомившись к экспертизой, оценили ее как непрофессиональную и обратились к генпрокурору Владимиру Устинову с просьбой назначить новую экспертизу, которая должна ответить на вопрос, давал ли лично гендиректор «Нижневартовскнефтегаза» Палий распоряжения о завышении объема и стоимости строительно-монтажных работ.

Тем временем Тюменская облдума, депутатом которой является Виктор Палий, добилась в Конституционном суде получения официального разъяснения о том, что 28 июня 2002 года, когда было вынесено постановление о привлечении его в качестве обвиняемого, действовал закон, обязывающий прокуратуру запросить на это согласие облдумы. В случае если бы она отказала, прокурор должен был разрешить этот спор в коллегии облсуда. Депутаты Тюменской думы считают, что Генпрокуратура, нарушившая этот порядок, обязана теперь аннулировать предъявленное господину Палию обвинение. Однако два судебных органа в Москве — Басманный и Московский городской суд — признали, что «грубых нарушений УПК не усматривают». Тогда облдума обратилась к председателю Верховного суда Вячеславу Лебедеву с просьбой проверить законность этих решений. В думе надеются, Верхрвный суд отменит их в порядке надзора. В Генпрокуратуре же уверены, что эти судебные решения «устоят» и следствие, недавно продленное до лета нынешнего года, пойдет своим чередом.

Между тем, по словам Виктора Палия, попытки арестовать его без всякого согласия облдумы предпринимаются и по сей день. Так, недавно офицеры управления «М» департамента экономической контрразведки ФСБ России представили в Генпрокуратуру документ, якобы свидетельствующий о том, что господин Палий решил сбежать за границу. Это была копия авиабилета, выписанного на его имя по маршруту Киев—Ларнака—Киев с открытой датой возврата. Правда, в этом билете латинская транскрипция фамилии пассажира Палия была написана неправильно. К тому же билет был выдан по внутреннему российскому, а не по заграничному паспорту. Обвиняемый потребовал очной ставки с кассиром некоего ЗАО «Аэроклуб», которая выписала указанный билет. Но следствие решило замять этот факт. А после того как господин Палий пожаловался на «фабрикацию документов» директору ФСБ Николаю Патрушеву, в Генпрокуратуру был вызван его адвокат Михаил Бурмистров и у него срочно взяли подписку о неразглашении материалов следствия, «чтобы никуда больше от имени клиента не писал». Комментировать промежуточные итоги расследования в прокуратуре отказались, заметив лишь, что «никакие пиаровские акции обвиняемому не помогут».

Екатерина Заподинская

Оригинал материала

«Коммерсант»