Парижский антиквар

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Парижский антиквар

"Одно из самых загадочных и скандальных преступлений перестроечной России -- таинственное исчезновение в Москве в 1989 году Гарика Басманджана, известного на Западе антиквара и мецената, тесно связанного с высшим руководством нескольких государств, -- в ближайшее время может быть наконец раскрыто. Это дело, вызвавшее огромный резонанс в Европе, было приостановлено следователями несколько лет назад в связи с невозможностью найти хоть какие-то зацепки для раскрытия. Однако занявшее несколько месяцев расследование газеты «Время новостей» показало, что сейчас в истории Басманджана не осталось практически никаких тайн, а официальное следствие, по всей видимости, будет вскоре возобновлено.

Загадкой исчезновения Басманджана по просьбе его родственников долго занимался известный адвокат (в прошлом сам следователь) Карен Нерсисян, собравший целое досье о том, как погиб коллекционер и почему. Нашему корреспонденту удалось найти также ряд бывших высокопоставленных сотрудников КГБ и МВД, проводивших официальное расследование, которые значительно дополнили сведения г-на Нерсисяна. При этом все делились информацией неохотно, прямо отмечая, что дело об исчезновении Басманджана слишком опасно для всех, кто пытается вникнуть в его суть, -- в нем фигурируют огромные суммы, контрабанда редких даже по мировым меркам раритетов, упоминаются фамилии очень влиятельных людей.
По нашей информации, антиквар участвовал в крупных операциях по незаконному вывозу из России художественных ценностей на сотни миллионов долларов. В них также были замешаны владельцы антикварных салонов, крупнейшие частные коллекционеры, некоторые чины Минкультуры, сотрудники спецслужб, мафиозные группировки. В один момент эта отлаженная схема дала сбой, и Басманджана убили. Газете «Время новостей» удалось найти место его гибели и здание, где было уничтожено тело антиквара.
Меценат и КГБ
Гарабед (Гарик) Крикор Басманджан эмигрировал из Армении во Францию еще в 70-х годах и открыл в Париже собственную галерею. В ней в основном представлялись работы на тот момент современных авторов из СССР, однако, как считают в спецслужбах, это было всего лишь прикрытием. Главной для Басманджана являлась торговля антиквариатом, в том числе шедеврами известных мастеров, нелегально переправлявшимися из СССР за рубеж. Уже через десять лет после эмиграции Басманджан стал миллионером. В материалах расследования указано, что его партнерами по антикварному бизнесу являлись известные адвокаты, ряд известных западных собирателей старины, в том числе с королевскими корнями, ну и конечно Басманджан знал почти всех крупных коллекционеров из СССР. Одновременно он не гнушался общением с сомнительными личностями, значившимися в базах западных спецслужб как представители «русской мафии». Таких знакомых у антиквара было много, особо тесно он сотрудничал с Олегом Азмаковым (позже сменил фамилию на Таим) по кличке Алик-Магадан, Александром Подлесным (Ярый) и авторитетом по кличке Макинтош. Несмотря на таких приятелей, в советской стране Басманджан всегда был дорогим гостем. Каждый его визит в СССР обставлялся по высшему разряду, его обычно встречали представители Минкультуры, а сам он часто жертвовал для советских галерей редкие полотна из личной коллекции стоимостью в сотни тысяч долларов.
Как теперь нам признался один из бывших высокопоставленных сотрудников КГБ, такое неожиданное расположение к Басманджану со стороны властей СССР было связано с его «особыми» отношениями с госбезопасностью. По словам отставного чекиста, сотрудничество порой приобретало сомнительные формы. В 80-х годах КГБ вел расследование о деятельности нескольких сотрудников своего 10-го отдела 2-го Главного управления (он среди прочего занимался борьбой с контрабандой антиквариата). Контрразведчиков заподозрили в том, что они сами промышляли контрабандой редких икон, картин, статуэток и т.д. Механизм был прост. Завербованные КГБ курьеры с грузом шли через границу, а чекисты, которые тогда курировали и таможню, просили сотрудников последней не досматривать «челноков», поскольку они якобы осуществляли операцию по контролируемой поставке. Таким образом за границу ушли предметы искусства на огромные суммы, даже работы Пикассо, а выручка осела у определенных сотрудников КГБ и некоторых антикваров. В спецслужбах не исключают, что среди них мог быть и Басманджан. И хотя в том деле было замешано много крупных персон, осудили всего двоих. Два года условно получил один из курьеров -- ныне это гражданка европейской страны, «светская львица» и владелица известного в Москве дома моды (он расположен на Тверской улице), десять лет тюрьмы дали контрразведчику Виктору Лапшину.
Последний визит Гарика Басманджана в Москву состоялся в конце июля 1989 года. В столицу он прилетел по официальному приглашению властей, поскольку пообещал безвозмездно передать музеям три редкие картины. Среди них было полотно Боровиковского «Портрет Д.С. Яковлевой», которое в прошлом году Министерство культуры РФ выкупило у лиц, связанных с родственниками Басманджана. 29 июля антиквар вышел из своего номера в гостинице «Москва», и после этого его уже никто не видел. Власти СССР объявили, что бросили все силы на раскрытие преступления, но успехов не добились. Причины неудачи можно уже предположить. Отставной чекист честно признался, что КГБ знал многое по этому делу, но в силу вышеприведенных причин ни с кем информацией не делился. Генпрокуратура Союза, а потом России, которая курировала дело, страдала нехваткой информации от тех же КГБ и МВД и постоянно его приостанавливала. По просьбе родственников Басманджана несколько лет назад независимое расследование исчезновения коллекционера начал проводить Карен Нерсисян. Ему удалось собрать часть материалов, которые, как он считает, в ближайшее время заставят возобновить следствие.
Охота за шедеврами
Впервые с фамилией Басманджан Карен Нерсисян столкнулся в 1990 году, уже после исчезновения антиквара. Тогда его, сотрудника правоохранительных органов СССР, отправили в Армению расследовать преступление, совершенное еще в 1975 году, -- загадочную гибель одного из самых известных в республике людей, прославленного художника Минаса Аветесяна. Он не только писал картины, которые уже в то время высоко ценились во всем в мире, но и не скрывал своей неприязни к коммунистическому режиму. Так, когда на одном из партийных съездов Аветесяну поручили нарисовать портрет Ленина к очередному юбилею вождя, он отказался, заявив, что этот человек ему просто не симпатичен. В результате Аветесян погиб.
По официальной версии, его сбила случайно выскочившая на тротуар машина. Однако, как установил Нерсисян, скорее всего это было устранение спецслужбами неугодного человека. Более того, следователь выяснил, что незадолго до трагедии у Аветесяна кто-то поджег мастерскую и, согласно документам, в огне погибло более сотни картин.
В конце 80-х годов многие его якобы уничтоженные при пожаре полотна появились на аукционах в Париже и Лос-Анджелесе. Нерсисян выяснил, что поступают они на Запад непосредственно из двух крупнейших государственных галерей Армении, которыми руководит один человек -- Карен Магранян (фамилия изменена). Вскоре следователи нагрянули с обысками в эти музеи и обнаружили немало интересного -- в запасниках хранились якобы сгоревшие картины Аветесяна, в русском отделе одной из галерей отсутствовали полотна Левитана, Айвазовского, Шагала, Кандинского, а вместо некоторых картин известных художников висели копии. Дать этому какие-то внятные объяснения никто не мог. Кроме того, в музеях оказалось несколько десятков полотен никому не известных современных армянских художников, которые значились как приобретенные Басманджаном для своей коллекции.
Ответы на эти загадки Карен Нерсисян нашел довольно быстро. По его данным, Басманджан покупал в России и других республиках СССР ценные картины, которые не подлежали вывозу за рубеж как исторические ценности. При помощи своих связей, в том числе в спецслужбах, антиквар доставлял раритеты в Армению, где к ним присоединялись полотна из местных музеев -- либо просто списанные руководством, либо замененные на копии. Для транспортировки известных картин за рубеж применялось два варианта. По одному поверх шедевров наносились работы тех самых молодых армянских художников, которые потом, после вывоза, просто смывались. По второму раритеты просто вставляли в партию из 20--30 картин начинающих авторов, а местная таможня закрывала на это глаза, поскольку с ее руководством был неплохо знаком Магранян. Прокуроры начали распутывать это дело, арестовали двух реставраторов, готовивших копии для музеев, но потом начался развал СССР. Один из высших руководителей независимой Армении оказался земляком и другом Маграняна, «картинное дело» было сразу закрыто, а Нерсисян вынужден был вернуться в Россию. Вновь он столкнулся с Басманджаном спустя много лет, когда стал адвокатом.
Топка для антиквара
По словам бывшего высокопоставленного сотрудника КГБ-ФСК, «армянский канал» не был для Басманджана единственным при поставке антиквариата на Запад. В начале 80-х годов один из самых влиятельных российских коллекционеров Роман Козинский (фамилия изменена) решил избавиться от части своего собрания. Многие принадлежавшие антиквару полотна, прежде всего голландских мастеров, были вывезены из Германии во время Великой Отечественной войны. Козинский боялся, что может начаться реституция, у него все изымут, и тогда он вообще останется ни с чем, и запланировал нелегально сбыть картины за границу. Помочь он попросил давнего знакомого, директора крупного антикварного магазина Гроздьева (фамилия изменена). Последний познакомил Козинского с Басманджаном, и француз согласился купить картины, но с условием, что ему сделают на них документы, необходимые для вывоза. Как рассказал бывший контрразведчик, чтобы решить эту проблему, Гроздьев и Козинский обратились к одному своему хорошему знакомому, высокопоставленному сотруднику Минкультуры, который за умеренную плату согласился выдать на картины, многие из которых были настоящими шедеврами, документы, где указывалось, что они не имеют художественной ценности и подлежат вывозу из страны. А с такими сопроводительными бумагами и связями Басманджана в спецслужбах отправить полотна на Запад уже не составляло большого труда. Вскоре совместный бизнес Басманджана и Козинского пошел настолько успешно, что последний стал предлагать партнеру полотна из других собраний, в первую очередь фламандскую живопись. Француз в свою очередь привлек к этому проекту заграничных знакомых, в том числе Алика-Магадана и Макинтоша. Они не только обеспечивали безопасность участников сделок, но и находили состоятельных инвесторов, готовых вкладывать деньги в покупку в СССР антиквариата, который в последующем можно было бы с выгодой продать на международном рынке. По данным наших собеседников, выручку Басманджан помимо пополнения свой коллекции частично вкладывал в экспорт леса из СССР в Европу и поставки в СССР компьютеров, цена которых тогда достигала 100 тыс. долларов за штуку.
Карен Нерсисян, которого несколько лет назад наняли для расследования исчезновения Басманджана его родственники, выяснил, что многие дела в СССР французский антиквар поручал Александру Адамовичу. Этот человек имел обширные знакомства в разных кругах Москвы, а его жена Фредерик Сюзанн-Адамович занимала один из постов в посольстве Франции в Москве. Бывший сотрудник КГБ рассказал, что они проверяли возможность переправки г-жой Сюзанн картин, икон и т.д. по дипломатическим каналам, но никаких доказательств этого собрать не удалось. Также в «московскую команду» Басманджана входил Владимир Подложкин (фамилия изменена), который вначале был простым водителем Адамовича, а потом сам занялся антиквариатом, начал общаться с другими коллекционерами (по некоторым данным, и с Козинским). Среди его знакомых также был замечен ряд столичных мафиози, включая Алика-Магадана. Как нам сообщили в спецслужбах, до недавнего времени Подложкин числился одним из самых влиятельных и опасных дельцов теневого российского антикварного рынка.
В 1989 году хорошо отлаженные Басманджаном каналы по поставке антиквариата и импорту оргтехники неожиданно начали давать сбои. При странных обстоятельствах в аэропорту Шереметьево умер Адамович, ожидавший там партию компьютеров от антиквара (официальная причина смерти -- инфаркт). Место погибшего занял Подложкин, но роль рядового исполнителя в операциях на миллионы долларов его якобы не устроила, и он, по нашей информации, сумел напрямую наладить контакты с заграничными партнерами, в частности с Аликом-Магаданом. Басманджан же практически перестал получать прибыль с антикварных поставок.
К тому же, по словам Нерсисяна, Подложкин отказался расплачиваться с французом и за несколько партий компьютеров, поставленных в Россию. Как рассказал газете «Время новостей» бывший сотрудник КГБ, одновременно у Басманджана возникли проблемы и с иностранными партнерами. Он привлек для покупки в СССР одной очень ценной картины крупную сумму от западных инвесторов. Картину предложил Козинский, а помощь в поставке оказывал Подложкин. Однако полотно, за которое уже были уплачены большие деньги, оказалось не подлинником, а качественной копией, выполненной еще в XVIII веке. Понятно, зарубежный инвестор потребовал от Басманджана возврата денег.
По информации экс-сотрудника КГБ (которую нам подтвердил проводивший свое расследование г-н Нерсисян), летом 1989 года Басманджан решил лично разобраться с этими проблемами и вылетел в СССР. Тогда в Союзе находились все нужные ему люди -- Азмаков, Подложкин, Козинский и т.д. Официальным же поводом его визита была организация нескольких выставок костюмов царской семьи и обсуждение вопроса о передаче Минкультуры трех картин из своей коллекции. Прибыв в Москву, Басманджан первым делом навестил мать Адамовича, которой, как выяснил адвокат, прямо заявил, что считает виновником своих бед Подложкина и намерен «разобраться с этим негодяем». На следующий день антиквар принимал у себя в гостинице известного армянского режиссера г-на Кочара, его брата и сестру. Во время беседы в номере отеля раздался звонок. С собеседником Басманджан говорил жестко, потом извинился перед гостями и сказал, что ему надо «отъехать на час» для деловых переговоров. У выхода из гостиницы антиквар сел в машину, и больше его никто не видел. До последнего времени считалось, что следствие зашло в тупик.
Однако, как удалось выяснить газете «Время новостей», дальнейшая судьба Басманджана была установлена КГБ и МВД. Как рассказал нам отставной чекист, водитель отвез антиквара в один из музеев, расположенных на улице Петровка (неподалеку от здания ГУВД Москвы). Там его уже ждали четыре человека. Оперативникам удалось точно установить, что среди них были Подложкин и предположительно Азмаков и Подлесный. Кто был четвертым, пока точно не известно. По словам одного из представителей МВД, Басманджан на этих переговорах говорил грубо, высказал своим знакомым все накопившиеся претензии, а когда завязалась ссора, кинулся на них с кулаками. Силы были неравны, и в результате Басманджана зверски избили. Как утверждает г-н Нерсисян, антиквара сразу и убили. По версии же наших собеседников из КГБ и МВД, антиквар был еще жив, и преступники продержали его у себя еще несколько дней, а расправились только тогда, когда исчезновение француза получило широкую огласку. В чем не сомневаются и в спецслужбах, и г-н Нерсисян, так это в том, как бандиты поступили с телом Басманджана -- его сожгли в котельной того самого музея на Петровке. Позже эта котельная, по словам отставного сотрудника КГБ, фигурировала еще в пяти уголовных делах, связанных с исчезновением преступных авторитетов и крупных предпринимателей.
В живых никого не осталось
Почти у всех участников этой истории судьба сложилась печально. Роман Козинский, по нашей информации, умер через несколько лет после гибели Басманджана. Олег Азмаков и Александр Подлесный были в свое время арестованы в Израиле по подозрению в похищении Басманджана, однако за недостаточностью улик их отпустили. Потом они проходили в базах ФБР как главные подозреваемые в убийстве в 1994 году в США одного из самых известных российских боксеров Олега Каратаева. В результате Подлесного арестовали в Канаде по обвинению в другом убийстве, и сейчас он отбывает крупный тюремный срок. Азмаков долгое время занимался бизнесом на Украине, где его называли одним из главных местных мафиози. Несколько лет назад Алик-Магадан вместе с охранниками выехал из Киева на очередную деловую встречу и таинственно исчез. Не менее трагически сложилась судьба некоторых оперативников, занимавшихся этим делом. Так, сотрудника МВД РФ Анатолия Свириденко (сыщик участвовал в расследовании исчезновения Басманджана и был одним из первых, кто вышел на котельную, где сожгли антиквара) нашли на железнодорожном полотне на границе Брянской и Калужской областей. Милиционеры выяснили, что Свириденко выпал на ходу из вагона, однако произошло ли это в результате несчастного случая или сыщику кто-то «помог», так и не ясно. В пользу последней версии говорит такой факт: в руке сыщик зажимал удостоверение, которое, очевидно, кому-то предъявлял перед гибелью.
Странная история происходит и с собранием самого Басманджана. Картины из его коллекции, хранившиеся во Франции, в последние годы все чаще оказываются у различных антикваров, в галереях, музеях, появляются на аукционах. Даже Минкультуры РФ недавно приобрело ряд произведений из собрания Басманджана. Однако, как выяснил корреспондент газеты «Время новостей», и на территории бывшего СССР сейчас находится огромное количество работ из коллекции Басманджана. Это старинные картины, вывезенные им из Франции в конце 80-х годов на выставки и не возвращенные назад в связи с гибелью, а также работы советских художников, купленные антикваром и оставленные на хранение в частных руках. Стоимость оставшихся в СНГ полотен из собрания Басманджана оценивается в миллионы долларов, а хранятся они (официально -- временно) среди прочего в Эрмитаже, Третьяковской галерее и т.д. Причем родственники антиквара активных действий по возврату имущества Басманджана до сих пор не предпринимают."
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации