Парковка на крови

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Жертвы Красного колеса снова могут попасть под колесо

1266568703-0.jpg Представители Дома Романовых и Русской православной церкви настаивают на экспертизе обнаруженных в Петропавловской крепости человеческих останков с многочисленными следами насильственной смерти. А официальное следствие равнодушно констатирует «отсутствие события преступления» .

Палачи не оставляют расписок

Следственный отдел по Петроградскому району Следственного управления при прокуратуре РФ по Санкт-Петербургу отказал в возбуждении уголовного дела по факту обнаружения человеческих останков у стен Петропавловской крепости — «ввиду отсутствия события преступления». Государственный музей истории Петербурга (ГМИ) также пока не находит достаточных оснований причислять выявленные археологами останки полтура десятков жертв со следами пулевых ранений к бесспорным свидетельствам преступлений красного террора. Признавая, что в целом ряде мемуарных свидетельств территория у Головкина бастиона указывается как место массовых расстрелов и захоронений казненных в 1917–1921 гг., руководство ГМИ ссылается на то, что «документальных подтверждений этих фактов на сегодняшний момент не найдено».

— Еще в 1994 году «Мемориал» получил схожий ответ на свое обращение в региональное управление ФСК: «Сведениями о местах расстрелов и захоронений граждан, осужденных к ВМН в период с 1917 по 1937 год, управление не располагает». Как видим, с тех пор позиция хранителей материалов официального делопроизводства не изменилась. И что? Будем из этого делать вывод о том, что до середины тридцатых массовых расстрелов не было? — недоумевает сопредседатель петербургского ВООПИиК Александр Марголис.

Тюрьма Трубецкого бастиона вошла в систему тюрем ВЧК с декабря 1917 года. Уже к 1918 году здесь содержалось не менее 500 заключенных, многие из которых тут же, на Заячьем острове, были убиты и сброшены в расстрельные ямы. По меньшей мере наивно ожидать, чтобы палачи позаботились о тщательном протоколировании совершенных ими преступлений и сбережении этих документов в архивах.

— По екатеринбургскому расстрелу тоже не было ни актов, ни протоколов, — напоминает Александр Марголис. — Но разве это помешало всему миру признать Ипатьевский дом местом убийства царской семьи?

Да пропади она пропадом, эта стоянка!

Декабрьская находка петербургских археологов вовсе не стала сенсационной (как поторопились окрестить ее некоторые журналисты). За последние двадцать лет в ходе тех или иных земляных работ тут постоянно натыкались на человеческие кости. В 2007 г. после судебно-медицинской экспертизы очередных таких находок специалисты пришли к выводу: «Расположение найденных останков позволяет с большой долей вероятности утверждать, что погребенные являются частью более многочисленного захоронения».

Сопоставляя полученные данные и мемуарные свидетельства, указывавшие именно на укромный закуток между забором тогдашних построек Монетного двора и Головкиным бастионом как на место исполнения казней, нетрудно было определить локацию археологических изысканий, необходимых для внесения окончательной ясности в историю первого острова Архипелага ГУЛАГ. Но, видимо, директору музея Александру Колякину идея устройства автостоянки показалась более актуальной и привлекательной.

Еще на стадии утверждения этого циничного плана Александр Марголис предупреждал господина Колякина о недопустимости такого сооружения на лобном месте. Однако не был услышан ни руководством крепости, ни чиновниками КГИОП, которые на протяжении всех последних лет ни разу не проявили должного интереса к чудовищной жатве, год из года собираемой на Заячьем острове, и согласовали проект парковки в марте 2008 года.

Теперь, когда вся эта позорная история оказалась предана широкой огласке, директор музея открещивается от проекта, представляя его как некое сырое предложение, не более того. «Да пропади она пропадом, эта стоянка!» — в сердцах заявил Александр Николаевич на созванной им самим пресс-конференции. Господин Колякин пытался уверить представителей СМИ в том, что начатые (и, с его слов, уже завершенные) работы направлены были исключительно на противоаварийное укрепление Кронверкской куртины. При этом, путаясь в собственных показаниях, заявлял о том, что все строительные работы приостановлены. Вопрос о том, так завершены или приостановлены и что в таком случае означает строительная техника у Кронверкской протоки и занятые укладкой тротуарной плитки рабочие (обнаруженные журналистами непосредственно по пути на пресс-конференцию), не получил внятного ответа: «Не знаю, не видел… И вообще, я же не строитель! Не разбираюсь я в их терминологии!» За все время общения с прессой, длившегося без малого три часа, Александр Колякин если и порадовал чем журналистов, так это перлами вроде «рад бы врать, да грехи не пускают».

Развивая тему спасения души, директор музея поклялся сделать все возможное, дабы не пополнить ряды «христопродавцев», реализующих коммерческие проекты на костях. Объявил о намерении создать в ГМИ собственное археологическое подразделение, чтобы обследовать планомерно весь остров. И выразил готовность «пойти с протянутой рукой» — поскольку «денег на это взять неоткуда».

Дело государственной важности

Более информативным было выступление заместителя директора по научной работе Юлии Демиденко. Юлия Борисовна сообщила о состоявшемся 10 февраля расширенном заседании ученого совета ГМИ — с участием археологов, представителей КГИОП, Государственного Эрмитажа, ВООПИиК, НИЦ «Мемориал» и Международного фонда имени Д. С. Лихачева. Совет принял решение о создании в феврале-марте этого года межведомственной рабочей группы, которой надлежит составить план археологического обследования территории между Головкиным бастионом и Кронверкской протокой.

По мнению Александра Марголиса, границы территории предстоящих раскопок ясны — на планах крепости начала ХХ века четко обозначена трасса забора, отделявшего тогда участок Монетного двора. Культурный слой тут неглубок — всего метр-полтора. К тому же современные методы проведения археологической разведки дают возможность работать прицельно, используя специальные приборы, реагирующие на скрытые в земле органические останки. Все это, по убеждению историка, позволит обследовать территорию предполагаемого лобного места за один полевой сезон и едва ли потребует непомерных финансовых вложений. Вопрос о выделении нужных средств необходимо поставить перед федеральным правительством, которому также надлежит принять решение о дальнейшей судьбе найденных на Заячьем острове жертв красного террора и возможном создании мемориала. Александр Марголис предложил ученому совету включить в состав межведомственной комиссии авторитетных историков, авторов известных трудов о красном терроре — доцента Илью Ратьковского, профессора Анатолия Смолина.

По оценкам руководителя археологических работ на территории крепости Владимира Кильдюшевского, у Головкина бастиона необходимо обследовать территорию площадью не менее 3 тысяч кв.м:

— Совершенно очевидно, что тут расстреливали очень многих. И я думаю, что здесь находится еще не одно захоронение. Нужно уже поставить точку над «и» и покаяться перед жертвами красного террора. Это будет благо для всего народа, в том числе для идеи национального единства, — убежден ученый.

На нет и суда нет?

Владимир Кильдюшевский классифицирует обнаруженную в декабре братскую могилу как «массовое захоронение жертв красного террора, расстрелянных, скорее всего, в зимний период, примерно в декабре 1918 — январе 1919 года». Он допускает, что среди них могли быть и великие князья Георгий Михайлович, Дмитрий Константинович, Павел Александрович и Николай Михайлович Романовы, казненные в крепости на исходе января 1919 года. Однако подтвердить это сможет только судебно-медицинская экспертиза. Ожидается, что на днях останки передадут в областную следственно-криминалистическую лабораторию — их, по словам Кильдюшевского, согласился взять на исследование профессор, член-корреспондент РАН Вячеслав Попов, проводивший экспертизу екатеринбургских царских останков.

Но вот кто оплатит эту весьма дорогостоящую экспертизу, пока не ясно. Следственный отдел по Петроградскому району СУ при прокуратуре РФ по Санкт-Петербургу отказал в возбуждении уголовного дела «в связи с отсутствием события преступления», сославшись на положение ст. 78 УК РФ — предусматривающее освобождение от уголовной ответственности по истечении 15 лет со дня совершения преступления. Следователь Димитриев пришел к заключению о «невозможности на данном этапе установить причину смерти людей», удовлетворившись поверхностным осмотром обнаруженной археологами могильной ямы и подписанной археологом Кильдюшевским справки о предварительной датировке захоронения — «не позднее 20-х годов ХХ века». Очевидно, пулевые отверстия в поднятых из земли костях и обнаруженные тут же стреляные гильзы не сильно заинтересовали следователя, зафиксировавшего, что он не нашел «данных, свидетельствующих о преступлении, в связи с отсутствием признаков насильственной смерти».

После такого заключения вопрос проведения экспертизы останков стал как бы частным делом — найдутся доброхоты, соберут средства, будет дан ход. А на нет и суда нет… С такой постановкой вопроса не согласны ни в НИЦ «Мемориал», ни в фонде Лихачева. Исполнительный директор последнего Александр Кобак заявил на ученом совете, что фонд берет дальнейшее развитие ситуации под свой контроль, ибо считает это делом чести и делом государственной важности, затрагивающим репутацию нашей страны в глазах всего мира. Президент фонда имени Лихачева, почетный гражданин Петербурга Даниил Гранин готовит соответствующее обращение к министру культуры РФ Александру Авдееву. А НИЦ «Мемориал» — заявления в Генеральную прокуратуру и возглавляемый Александром Бастрыкиным следственный комитет. Предполагается, что эти обращения и заявления будут иметь характер открытых писем.

Обеспокоены все, кроме Смольного

Во вторник стала известна позиция представителей Российского Императорского дома Романовых и Русской православной церкви.

Дом Романовых призвал к всестороннему и гласному исследованию обнаруженных в Петропавловской крепости останков, часть которых может принадлежать и четверым расстрелянным на Заячьем острове великим князьям. Как заявил РИА «Новости» директор канцелярии Дома Романовых Александр Закатов, трое из них — Павел Александрович, Дмитрий Константинович и Георгий Михайлович Романовы «канонизированы Русской зарубежной церковью» и «после ее воссоединения с Московским патриархатом являются «по крайней мере местночтимыми святыми». Так что речь может идти об идентификации не просто останков, но святых мощей.

— Великая княгиня Мария Владимировна (глава Императорского дома) внимательно следит за тем, что происходит с обнаруженными останками, и призывает к открытости и честности, — подчеркнул глава канцелярии Дома Романовых.

В первую очередь, по его словам, необходимо «соблюдение всех правовых и процессуальных норм, когда мельчайшие детали положения останков фиксируются, когда все сфотографировано и запротоколировано — чтобы ни у кого не возникало никаких сомнений», и «помимо генетической экспертизы, необходимо еще установить все исторические обстоятельства, чтобы исключить возможность любых фальсификаций».

Глава Синодального отдела по взаимоотношениям церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин также высказался за самое тщательное изучение всех обстоятельств этого дела:

— Поскольку речь идет о жертвах беззаконников и, возможно, о людях, оставивших важный след в российской истории, исследование данного вопроса, на мой взгляд, должно производиться гласно, с готовностью к самому широкому общественному обсуждению итогов этого исследования, — заявил представитель Московского патриархата РИА «Новости».

По сведениям «Новой», ситуация с найденными в Петропавловской крепости останками жертв красного террора уже привлекла самое пристальное внимание и главы РПЦ патриарха Кирилла, а также доведена до сведения президента Дмитрия Медведева.

Тем временем руководство культурной столицы России по-прежнему «не замечает» разворачивающейся у стен Петропавловской крепости позорной истории.

Оригинал материала

«Новая газета СПб» от origindate::19.02.10