Паша Цветомузыка и Женя Красавчик

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Нынешний начальник Красноярского РУБОПа Коноваленко по кличке Женька Красавчик лично принимал участие в организации убийств неугодных Быкову людей

Оригинал этого материала
© "Новая газета", origindate::15.02.01

Паша Цветомузыка и Женя Красавчик

Пресс-конференция в «Новой газете»

Юлия Латынина

Converted 11389.jpg

Люди воскресают из мертвых довольно редко, мне известны два примера: Лазарь и Павел Струганов — авторитетный красноярский предприниматель, больше известный как Паша Цветомузыка.

История его воскрешения, кажется, известна уже всем. В пятницу 29 сентября СМИ объявили об убийстве Павла Струганова и его товарища Исменидирова в Москве. В следующую среду в Красноярске по обвинению в этом убийстве был арестован бывший председатель совета директоров КрАЗа Анатолий Быков. Когда-то Струганов считался его правой рукой.

Впоследствии выяснилось, что в промежутке между средой и пятницей Быкова навестил киллер, которому Быков заказал убийство Струганова. Киллер, хороший знакомый Быкова, рассказал ему об исполненном заказе и любовно зафиксировал все комментарии Анатолия Петровича на принесенную с собой спецаппаратуру.

В результате Быков сел, а Струганов воскрес.

Повод, по которому журналисты собрались на пресс-конференцию Струганова в редакции «Новой газеты», как мне кажется, очень прост.

Есть две России. Есть официальная Россия: там издают указы, поднимают производство и ведут международные переговоры. И есть другая Россия — в которой бандиты приказывают министрам и являются партнерами олигархов.

Благодаря несогласию, происшедшему между Толей Быковым и Пашей Цветомузыкой, у публики появилась редкая возможность взглянуть, как устроена другая Россия. Потому что есть такое подозрение, что именно та, зазеркальная Россия — настоящая. А все, что мы наблюдаем на экране, начиная от невыплат зарплат рабочим и кончая сытыми рожами министров, есть лишь рябь от спрута, который плавает за зеркалом.

То, что Струганов сам не ангел, понятно. Когда зашла речь о его официальном статусе и наш обозреватель Анна Политковская поинтересовалась, где его трудовая книжка, кто-то из журналистов пошутил: «У Быкова». Думаю, что каждая запись в этой книжке — сюжет для крутого детектива...

Однако случаи, рассказанные Стругановым, создают такое впечатление жуткой подлинности, что им веришь без всяких протоколов. Это — не придумывают. А рассказывал он не столько о Быкове, сколько о тех красноярских милиционерах, которые повязаны с Быковым не только деньгами, но и кровью. Как отметил сам Паша Цветомузыка, «если бы речь шла о противостоянии криминального авторитета Струганова и удачливого предпринимателя Быкова, мы бы как-нибудь разобрались без огласки».

Вот только две истории, рассказанные Стругановым.

Жил-был бизнесмен Исаев. У Исаева был конкурент, и этот конкурент ходил под Быковым. Быков вызвал Исаева к себе и велел Исаеву отдать свой бизнес его подопечному. Храбрый Исаев в ответ брякнул: пусть Быков занимается алюминием, а он, Исаев, будет заниматься своим делом. Такие слова Анатолию Петровичу не понравились, и Быков приказал решить вопрос с Исаевым.

Однако Исаев тоже понял, что брякнул лишнее, и очень берегся. Изловить его было нелегко. Поэтому поступили с ним, по словам Струганова, так. Исаева остановила официальная милицейская машина, оперативник, который сидел в ней, вывел Исаева из автомобиля и посадил в автомобиль к бойцам Быкова.

Оперативника этого, по словам Струганова, звали Евгений Коноваленко. Это нынешний начальник Красноярского РУБОПа. «Кличка его у наших была Женька Красавчик», — добавил Паша Цветомузыка.

А вот другой эпизод.

Одним из людей, убитых по приказу Быкова, был, по словам Струганова, Андрей Инин, младший товарищ Анатолия Петровича. Несмотря на молодой возраст, он легко подчинял себе людей, и Быков понял, что со временем Инин может вырасти в соперника. «Когда Быков приезжал на стрелки решать вопросы, как-то так получалось, что с Ининым тоже советовались», — сказал Струганов.

По приказу Быкова несколько парней заманили Инина и его друга в нанятую квартиру и стали их расстреливать. Одну из жертв убили сразу; в Инина выпустили всю обойму, однако жизненно важные органы не были задеты. Истекающий кровью Инин закричал: «Что вы делаете, вы пошли против Толи!» Когда ошеломленные убийцы сказали ему, чью волю они выполняют, Инин попросил: «Добейте меня». Добивать было нечем, его затащили в ванную и утопили.

На этом дело не кончилось. Убийцы подогнали к дому джип Инина и погрузили в него оба трупа, однако за джипом следили менты, и когда джип с трупами поехал, за ним тронулась «наружка». Было два или три часа ночи. Убийцы в панике бросились звонить Анатолию Петровичу. Через некоторое время в машину «наружки» позвонил высокий милицейский начальник и приказал: «Чего вы тут зря бензин жжете! Езжайте домой». «Наружка» была снята. Трупы благополучно уехали.

Частично эти обвинения уже прозвучали в самом Красноярске: Красноярская гостелерадиокомпания прокрутила несколько интервью Струганова с Ариной Шараповой. В них Струганов сказал, что РУБОП получил от Быкова приказание — посадить Пашу Цветомузыку, а посадив, заставить изменить свои показания против Быкова.

В ответ РУБОП заявил, что Струганов сам пытается стать на место Быкова, а его глава Евгений Коноваленко сказал, что ходит в бронежилете, опасаясь за свою жизнь. «Пусть снимет бронежилет и наденет каску. А то у него с головой что-то», — посоветовал Струганов. Такой вот вышел диалог между Пашей Цветомузыкой и Женей Красавчиком.

Увы, в споре начальника РУБОПа и человека, которого называют криминальным авторитетом, логика на стороне криминального авторитета. Да и стремление занять пустующий трон Быкова приводит к нападкам на РУБОП только в одном случае — если этот пустующий трон тщательно охраняется именно РУБОПом. В противном случае с милицией легче договориться.

Сам же Струганов на вопрос о том, пытается ли он занять место Быкова, ответил так: «Делить в крае уже нечего. Алюминиевый завод у «Русала», уголь — у Генералова. Эти люди не ищут поддержки у криминальных структур, и отобрать у них криминал ничего не может».
       И лопнуть мне на этом месте, если, трезво констатировав сей факт, Паша Цветомузыка не вздохнул.