Пенсионный олигарх

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© "Профиль", origindate::02.06.2003, Фото: "Коммерсант"

Пенсионный олигарх

Социалка считается работой для камикадзе. Чиновники здесь долго не живут. Однако из этого правила есть исключение. Глава Пенсионного фонда России Михаил Зурабов сохраняет свой пост уже четыре года. Он прекрасно ладил с прежним президентом России, мирно сосуществует с действующим и, похоже, сам не собирается на пенсию. А все потому, что политикой Михаил Юрьевич не интересуется, главное и единственное в его жизни -- бизнес. Бизнес, правда, довольно специфический: всю свою коммерческую жизнь Зурабов провел при государственных деньгах.

Простой советский инженер

Converted 14497.jpg В современной России вряд ли можно кого-то удивить стремительным вхождением во власть чиновников, чей политический (как, впрочем, и финансовый) капитал появился едва ли не чудом. Подарок судьбы, ничего не попишешь.

Один из таких подарков судьба преподнесла нынешнему главе Пенсионного фонда России Михаилу Юрьевичу Зурабову. По-иному его стремительный взлет объяснить сложно, поскольку в молодости глава ПФР особым талантом и целеустремленностью не отличался.

Михаил Зурабов родился 3 октября 1953 года в Ленинграде. Окончив школу, поступил в Ленинградский институт водного транспорта. То ли молодой человек мечтал стать капитаном, то ли выбрал такой институт, в который проще всего было поступить. Однако легкость поступления могла обернуться низким качеством образования. Зурабов всерьез задумался о собственном будущем и вскоре перевелся в Москву, в Институт управления им. Серго Орджоникидзе (ныне Государственная академия управления), который благополучно закончил в 1975 году, получив достаточно редкую по тем временам специальность экономиста-кибернетика.

Кстати, за ним в этот институт (и на ту же кафедру экономической кибернетики) поступил и его младший брат Александр, который сейчас возглавляет совет директоров "Аэрофлота". На кафедре о братьях вспоминают охотно -- не всякий выпускник института управления залетает так высоко. Воспоминания вполне лакированные: хорошо учились, активно участвовали в работе студенческих научных кружков и т.п.

Не исключено, что Михаила Зурабова действительно первое время интересовала наука. В течение следующих трех лет своей жизни он работал ассистентом на кафедре экономической кибернетики, а потом даже поступил в аспирантуру, да не куда-нибудь, а во Всесоюзный научно-исследовательский институт системных исследований, в лабораторию будущего академика Станислава Сергеевича Шаталина.

Однако на сотрудников ВНИИСИ Михаил Юрьевич произвел не столь сильное впечатление, как на преподавателей кафедры экономической кибернетики института управления. Одни из них дипломатично отмечают его уживчивый характер и способность легко стать душой любой компании. Другие высказываются несколько жестче: "Серая мышка. Любил теоретизировать, писал смутно, говорил еще смутнее. Никакого таланта, но действительно компанейский". По воспоминаниям сотрудников ВНИИСИ, младший научный сотрудник Зурабов провел в лаборатории Шаталина всего полгода. После этого он держался в стороне от фундаментальной науки.

Коллеги по лаборатории поговаривают и о том, что в действительности карьерой своей Михаил Зурабов обязан некоему влиятельному родственнику, занимавшему высокий партийный пост. Что ж, некоторые моменты карьеры будущего главы Пенсионного фонда заставляют думать, что здесь не обошлось без чьей-то заботливой и сильной руки.

Взять хоть такой эпизод. Срок аспирантуры молодого ученого истекал, а диссертации не наблюдалось даже на горизонте. Его карьера оказалась под серьезной угрозой. Из сотрудника престижного ВНИИСИ он превратился в преподавателя одного из московских техникумов. Однако уже через год устроился на работу инженером в трест "Оргтехстрой", где наконец защитил кандидатскую диссертацию. А спустя еще год перешел во Всесоюзный научно-исследовательский и конструкторский институт монтажной технологии Министерства атомной промышленности и энергетики СССР, где быстро вырос с должности старшего научного сотрудника до заведующего лабораторией.

Атомная энергия бизнеса

Атомная тема в судьбе будущего председателя Пенсионного фонда на долгие годы стала одной из доминирующих. Еще во время работы в институте монтажной технологии он познакомился с другим известным российским атомщиком, Евгением Адамовым, в недавнем прошлом министром атомной промышленности РФ, а тогда -- заместителем директора Курчатовского института. Познакомились они при весьма драматических обстоятельствах -- в Чернобыле, в 1986 году. Адамов участвовал в ликвидации последствий аварии, а Зурабов как-то раз приехал на Чернобыльскую АЭС в качестве представителя одного из проектных институтов Минатома. Нельзя исключить, что во многом благодаря этому знакомству Михаил Юрьевич стал заместителем директора по экономическим вопросам другого атомного треста -- "Моспромтехмонтаж".

На дворе был уже 1988 год, и вот тут-то и оказалось по-настоящему востребованным экономическое образование Зурабова. Руководители атомной промышленности СССР в те времена были заняты созданием Конверсбанка, который, по официальной версии, должен был поддерживать советские конверсионные программы, то есть, попросту говоря, обеспечивать участие начальства в прибылях отрасли.

Замдиректора одного из структурных подразделений Минатома, да к тому же еще хороший знакомый влиятельного Евгения Адамова не мог оказаться в стороне от этого процесса. В 1990 году Зурабов возглавил совет директоров Конверсбанка. На этой должности он и заработал первые деньги в качестве бизнесмена.

Страховка не подвела

Вскоре он отошел от непосредственного руководства Конверсбанком, оставив там надежные тылы в лице младшего брата Александра, возглавившего наиболее перспективное банковское управление валютно-финансовых операций. Сам же Михаил Юрьевич сделался генеральным директором Московской акционерной страховой компании ЗАО МАКС, основным направлением деятельности которой стало обязательное медицинское страхование. Любопытно, кстати, что в число учредителей компании входил и Евгений Адамов.

Обязательное медицинское страхование было одним из самых выгодных участков на российском страховом рынке. Правда, в начале 90-х пускали сюда далеко не всех. Однако Зурабову и здесь повезло.

Дело в том, что его покровители из Минатома пользовались услугами не одного только Конверсбанка. Немало перепадало и, к примеру, "МЕНАТЕПу", который в свое время был известен самыми тесными связями с правительством Москвы. Если же учесть, что младший брат нынешнего руководителя Пенсионного фонда несколько лет спустя получил высокий пост в "МЕНАТЕПе", легко можно представить, каким именно образом страховая компания МАКС получила доступ к вожделенным медицинским деньгам.

Но на этом удачи Михаила Зурабова не закончились. На него обратил самое пристальное внимание мэр Москвы Юрий Лужков. Посетив как-то раз компанию МАКС, он был так поражен ее выдающимися достижениями на ниве страхования, что компания получила еще несколько господрядов, в том числе на льготное страхование жилья.

Но самой большой удачей было все же не это. 11 февраля 1997 года компания МАКС подписала один из главных в своей истории договоров -- с Министерством РФ по атомной энергии. Согласно этому договору МАКС становился генеральным страховщиком любых страховых интересов предприятий Минатома, тем самым обеспечивая себе доступ к немалым финансовым ресурсам, которыми располагало министерство.

Точно оценить размер бюджета, который контролировал Минатом, а значит, и величину доходов компании МАКС довольно затруднительно. Большая часть сведений, связанных с "атомными" деньгами, была и остается засекреченной. Министерство всегда ссылалось на то, что эта информация имеет стратегическое значение для обеспечения государственной безопасности. Судить о доходах министерства можно лишь по косвенным данным. Например, в 1996 году по контракту с США, касающемуся продажи обогащенного урана с отправленных на утилизацию ядерных боеголовок, оно получило $8 млрд. Любопытно, что в то же самое время на Горбатом мосту у Дома правительства в Москве вместе с шахтерами стояли атомщики. И те и другие требовали выплатить зарплату. Почему Минатом им не платил? Вероятно, это тоже "информация, имеющая стратегическое значение".

Семейный подряд

В общем, и московская, и атомная золотые жилы были благополучно освоены. Настало время переходить на новый уровень. И здесь Зурабову снова помогли связи с Евгением Адамовым.

Весной 1998 года Адамов вошел в правительство Сергея Кириенко в качестве министра по атомной энергии. Новый министр, известный своей близостью к окружению президента Бориса Ельцина, выхлопотал своему протеже Зурабову замечательную должность. Будущий глава Пенсионного фонда стал заместителем министра здравоохранения Олега Рутковского. Причем курировал он, естественно, столь дорогую его сердцу систему обязательного медицинского страхования.

Назначение, правда, было обставлено некоторыми неприятными для Михаила Юрьевича деталями. Вице-премьер Олег Сысуев, сообщая журналистам о новом замминистра здравоохранения, специально оговорил, что должность, на которую пригласили Зурабова, вводится лишь на месяц.

Однако судьба вновь совершила приятный поворот. На посту замминистра Михаил Юрьевич остался аж до октября 1998 года, пережив, таким образом, самого премьера. Сказался, видимо, компанейский характер нового чиновника, который сумел органично влиться в ближайшее окружение первого президента России. Между прочим, в то время в кремлевской администрации ходили слухи, что экс-руководитель здравоохранительного ведомства Татьяна Дмитриева ушла со своего поста только потому, что отказалась принимать к себе в первые замы упорно навязываемого ей Зурабова, который при Рутковском стал своего рода некоронованным правителем министерства. Понятно, что сразу найти замену столь важной фигуре было не так-то просто, а потому Михаил Юрьевич не ушел в отставку вместе с остальными членами кабинета.

Зурабов не только пережил правительство Кириенко, но и ухитрился остаться в обойме высоких государственных деятелей после того, как новый премьер Евгений Примаков начал чистку кабинета министров. В октябре 1998-го будущий глава Пенсионного фонда был отправлен в отставку, однако уже в ноябре получил новое назначение. На этот раз он стал советником президента по социальным вопросам. Причем когда Ельцин несколько месяцев спустя в ходе реорганизации администрации президента уволил большинство своих советников, этой печальной участи избежали только двое из них -- Татьяна Дьяченко и Михаил Зурабов.

С "правильными" людьми Михаил Зурабов дружил, разумеется, не только по причине своего открытого характера и искренней сердечной склонности. Дружба здесь удачно сочеталась с бизнесом. Компания МАКС продолжала пополнять список именитых клиентов. К Минатому присоединились "Росэнергоатом" и Государственный таможенный комитет, "Русский алюминий" и, наконец, ОАО "Аэрофлот", компания, находившаяся тогда под контролем Бориса Березовского.

В должности советника президента по социальным вопросам Зурабов благополучно пережил неспокойные времена Примакова, который, будучи премьер-министром, доставил немало хлопот некоторым влиятельным бизнесменам из окружения Ельцина. В прессе встречались сообщения о том, что Зурабов едва не разделил судьбу Березовского, против которого было возбуждено уголовное дело по обвинению в финансовых махинациях. Однако все обошлось. Примакова сменил Степашин, относившийся к "семейному" бизнесу куда более лояльно. Создались все условия для дальнейшего карьерного роста Михаила Зурабова. В июне 1999 года он был назначен на должность главы Пенсионного фонда России, бюджет которого на тот момент составлял ни много ни мало 224,5 млрд. рублей.

Любопытно, кстати, что практически одновременно хорошую должность получил и младший брат руководителя Пенсионного фонда. Александр Зурабов стал заместителем генерального директора по финансово-экономическим вопросам все той же компании "Аэрофлот". Получился своего рода семейный подряд: один брат управлял "Аэрофлотом", а другой страховал риски этой компании.

Сам себе реформатор

Власть в стране скоро поменялась довольно радикальным образом. Одни из старых друзей председателя Пенсионного фонда полностью утратили свое политическое влияние (Татьяна Дьяченко). Другие стали фигурантами крупных скандалов и лишились высоких постов (Евгений Адамов). Третьи и вовсе отправились в эмиграцию (Борис Березовский). Однако Михаил Зурабов и здесь устоял. Характерно, что даже смена руководства Минатома, случившаяся в марте 2001 года, его никак не затронула, а страховая компания МАКС по-прежнему осталась генеральным страховщиком Министерства по атомной энергии.

Ничего удивительного в этом, конечно, нет. Во-первых, друзья еще остались. В их число входит, например, глава президентской администрации Александр Волошин. Зурабов с Волошиным даже отдыхают вместе. Благосклонностью обоих приятелей пользуется Приэльбрусье.

Во-вторых, бюджет Пенсионного фонда, в который перечисляется от 2% до 6% официальной зарплаты каждого работающего гражданина России, в настоящий момент составляет более 800 млрд. рублей. Причем от года к году он растет. Чиновник, распоряжающийся таким бюджетом, по определению обладает огромным запасом прочности.

К этому надо добавить и потенциальный политический вес Михаила Юрьевича. В России, как известно, значительную и наиболее активную часть электората составляют люди пенсионного возраста. А их политические симпатии целиком и полностью зависят от того, с какой регулярностью выплачиваются пенсии. Теперь представим: неугодный Кремлю или самому Зурабову губернатор хочет переизбраться на следующий срок. Задержка пенсии в этом регионе на месяц -- и проблема решена. Понятно, что с той же эффективностью схема может действовать и в обратном направлении.

Наконец, пенсионная реформа в полном соответствии с давними российскими традициями поручена самому же Михаилу Юрьевичу. И пока она проходит таким образом, что не создает ни малейшей угрозы его положению. Чиновники Пенсионного фонда прилагают все усилия к тому, чтобы в ближайшие годы или десятилетия ни один пенсионный рубль не ускользнул от их внимания. А сам Зурабов, по слухам, использует все доступные средства для того, чтобы убедить депутатов Госдумы правильно голосовать по вносимым им законопроектам.

Мы, конечно, не допускаем мысли о том, чтобы обвинить Михаила Юрьевича Зурабова в каких-то неблаговидных намерениях относительно денег российских пенсионеров. Однако обращает на себя внимание один любопытный факт. Те, кому поручена пенсионная реформа, явно стараются растянуть удовольствие от ее проведения. Реформа длится и разрастается. Между тем каждый ее этап сопровождается отчаянной борьбой лоббистов из управляющих компаний, негосударственных пенсионных фондов и прочих структур, заинтересованных в доступе на рынок пенсионного страхования. Председатель Пенсионного фонда России находится в самом центре всех этих увлекательных и лакомых процессов.

Короче говоря, Михаил Зурабов на глазах превращается в настоящего олигарха, однако олигарха какого-то нового, пока еще невиданного разлива. Это не бизнесмен, который приватизировал государственную власть, а чиновник, который довел до совершенства свой бюрократический бизнес.