Питер-УД

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Питер-УД Управление делами президента РФ преображает ландшафт Санкт-Петербурга: берет в свои руки дворцы и форты, детские дома и особняки. Эти «ландшафтные работы» называются одним отшлифованным до имперского блеска словом — «госнужды». Впрочем, нужды приходят и уходят вместе с президентами, а взятая для их удовлетворения недвижимость остается «на балансе» деловых людей. Ну, логика такая — хорошего автовладельца: запаска должна быть всегда.

" В начале ХХI века в Северной столице появился популярный экскурсионный маршрут «Петербург Путина». Он пролегал по местам, где оставил свой след нынешний руководитель страны. За прошедшую пятилетку интерес к адресам его детства, отрочества и работы с Собчаком затух, уступив место новому маршруту — «Петербург Путина-2». Он ведет от Сената—Синода к дому Лобанова-Ростовского, от особняка Половцова к особняку Шене… Прокладывает этот маршрут управляющий делами президента Владимир Игоревич Кожин — личность, несомненно, федерального масштаба, заглядывающая уже сегодня за горизонт судьбоносного 2008 года и пытающаяся, надо полагать, найти ответ на сакраментальный вопрос: а что материального и недвижимого останется под присмотром соратников В.В Путина после его ухода с поста главы государства? Действительно, что? Мы уже ответили на этот вопрос (см. «Новую» № 61), но лишь отчасти. Поэтому продолжим «инвентаризацию» несметных богатств УдП президента РФ. На этот раз — на его малой родине. 17 декабря 2002 года премьер-министр Михаил Касьянов подписал правительственное распоряжение № 1784-р о передаче в ведение Управления делами здания Сената и Синода, дома Лобанова-Ростовского (Вознесенский пр., 1), домов 4 и 13 на Исаакиевской площади. Какими государственными соображениями руководствовался тогда нынешний политический оппонент президента, остается только догадываться. Как бы то ни было, но именно с легкой руки Касьянова московские питерцы начали примерять на себя «каменные одежды» города на Неве. А потом настало время юбилея Санкт-Петербурга. Точнее — подготовки к этому славному празднику, которая запомнилась в первую голову возрождением из руин Константиновского дворца. Злопыхатели, правда, назвали реставрацию объекта евроремонтом, но это ведь дело вкуса. А вот с чем не поспоришь, так это с ударными темпами восстановления «архитектурной жемчужины» в Стрельне. Первый архитектор, Микетти, строил дворец десять лет, Растрелли — семь, Воронихин и Руска — пять, Штакеншнейдер — еще четыре года. На круг — 26 лет. Ведомство г-на Кожина справилось за год с небольшим. Да к тому же поднялись рядом с Константиновским восемь представительских коттеджей для глав стран «большой» «Ж-8» и еще 12 для лидеров государств СНГ. И вертолетной площадке нашлось место. Короче говоря, темпы, сроки, размах, ширь и удаль русской души, скорее всего, и повлияли на официальную смету «преображения» Константиновского — 280 миллионов долларов (вместо первоначально запланированных 130 миллионов). Кстати, к 200-летию Петербурга силами царского режима в городе были построены две больницы, сооружен мост, возведены 23 общественно полезных здания. В свое время мы поинтересовались у В.И. Кожина, не слишком ли велики на фоне нашей скудной жизни траты на памятник истории и архитектуры в Стрельне? Управделами президента РФ ответил буквально следующее: «Это обывательский взгляд. Да, можно было эти деньги пустить еще на что-нибудь. Но после войны, когда вся страна пухла с голоду, Петергоф тем не менее восстановили. А если бы не восстановили, то его бы и не было сегодня. Это основа национального самосознания, если хотите. Да, мы сегодня не очень богаты, но мы восстанавливаем свою историю, которая останется в веках, и не только для нас, но и для всего мира». (Сказано очень верно: см. про коттеджи для лидеров «Ж-8» и СНГ.) Впрочем, против логики «национального самосознания» действительно не попрешь. Она, эта логика, видимо, и привела управляющего делами прямиком к питерскому форту «Александр» («Чумной»). Госнуждами передачу «Чумного» на баланс УдП объяснить сложно, но поговаривают (ох, уж эти злопыхатели!), что есть планы преобразовать форт в развлекательный центр. Впрочем, мы ничего не утверждаем, ведь, скорее всего, злопыхатели — из тех, кому чуждо национальное самосознание. Хотя и без «Чумного» список питерских «приобретений» Управделами впечатляет. «На балансе» В.И. Кожина уже оказались или оформляются усадьба «Михайловка» на берегу Финского залива (здесь были база отдыха Кировского завода и яхт-клуб), санаторий «Белые ночи» близ Сестрорецка, знаменитая «Свердловка» (бывшая обкомовская больница на Крестовском острове), бывший Дворец бракосочетаний на Петровской набережной и часть помещений в доме 1 на Троицкой площади, дворец Белосельских-Белозерских на Невском, около 10 гектаров земли в границах улиц Ивашенцева, Тележной, Чернорецкого переулка и Невского проспекта. Еще к УдП отошла едва ли не четверть всего Каменного острова с уникальными особняками в придачу: особняк Половцова (наб. Средней Невки, 6), два корпуса особняка Мельцера (Полевая аллея, д. 6—8), бывшие владения Соловейчика (Полевая аллея, 1), особняк Шене (Сквозной проезд, 3), три объекта на Большой аллее (дома 20, 22 и 24) — дача Доливо-Добровольского, Сельскохозяйственные курсы и особняк Яковенко. В ноябре прошлого года, откликаясь на обращение Управделами президента РФ, правительство Петербурга издало постановление «О мерах по освобождению территории…». Господину Кожину приглянулся еще один красивый и весьма обширный участок на Крестовском — его нынче и «освобождают» от детского дома № 5, яслей-сада № 98, общежития и жилого дома. В марте 2004 года депутат городского Законодательного собрания Алексей Ковалев подготовил запрос, в котором попросил обосновать законность существования Управления делами президента — ведь в Конституции РФ о такой структуре вообще ничего не говорится. На каком же тогда основании оно занимается обеспечением деятельности всех ветвей власти? И вот 20 мая 2004 года появился указ президента РФ № 650 «Вопросы Управления делами Президента Российской Федерации». В документе, в частности, говорилось: «Управление делами Президента Российской Федерации — федеральный орган исполнительной власти (федеральное агентство), руководство деятельностью которого осуществляет Президент РФ — оказывает государственные услуги, управляет государственным имуществом и осуществляет иные функции  ». Все вышесказанное легко умещается в безбрежное понятие — «госнужды». А в стране патриотов-государственников это слово еще и пароль, открывающий любые двери. В том числе, напомним, двери особняка Лобанова-Ростовского, который ведомство Кожина получило в одном «пакете» со зданиями Сената и Синода. Теперь УдП вдруг обнаружило, что денег на приведение особняка в порядок у него нет, и объявило о намерении использовать данный объект в коммерческих целях — под пятизвездочную гостиницу. После чего дом был сдан в аренду компании «Тристар Инвестмент Холдингс». Тенденция, однако. Напомним в связи с этим: когда в январе 2003 года в Петербурге разразился скандал вокруг выселения обитателей исторических зданий на Исаакиевской площади, господин Кожин убеждал общественность в том, что это делается ради спасения архитектурных памятников: мол, посмотрите, в каком они удручающем состоянии, денег у города на их реставрацию и ремонт нет, вот мы и пришли на помощь. Но вскоре в СМИ замелькали сообщения о том, будто полученные здания Управделами намеревается использовать в коммерческих целях — то ли под фешенебельные отели, то ли под развлекательные центры. Александр Нарыкин, директор Проектного института № 1, располагавшегося в доме Лобанова-Ростовского на правах безвозмездного пользования, в январе 2003 года поведал журналистам, что Владимир Кожин обсуждал с ним проекты, связанные с дальнейшим использованием здания-памятника. Нарыкин привел слова Владимира Игоревича о том, что «есть инвестор, который готов вложить средства в создание гостиницы». Спустя год Виктор Хреков официально опроверг версии о коммерческом использовании знаменитого «дома со львами»: «Никакого развлекательного комплекса там не будет. Здесь разместятся офисные помещения Управления делами президента РФ». Как это спрягается с последующей сдачей особняка в аренду частной коммерческой фирме? Впрочем, компания «Тристар Инвестмент Холдингс» возникла в истории с домом Лобанова-Ростовского не случайно и не сегодня. А почти пять лет назад. В октябре 2001 года губернатор Владимир Яковлев «в целях развития городской инфраструктуры, привлечения инвестиций в Санкт-Петербург и в связи с подготовкой празднования 300-летнего юбилея города» согласился с предложением «Тристар Инвестмент Холдингс» «о создании гостиничного комплекса по адресу: Вознесенский проспект, дом 1, литера А». Но передать здание компании «Тристар Инвестмент Холдингс» тогда не удалось: выселяемый Проектный институт сумел в арбитражном суде отстоять свое право на пользование домом Лобанова-Ростовского. Потом институту все-таки пришлось перебраться в более скромное помещение на Фонтанке, 116. Но примечательна не столько борьба двух претендентов на здание, сколько предопределенность его участи. Оказывается, еще за год до выхода правительственного распоряжения об удовлетворении «госнужд» дом Лобанова-Ростовского было решено передать именно той компании, которой теперь Управделами сдало его в аренду. И о перестройке здания именно под гостиницу договорились еще в 2001 году, а вовсе не теперь, когда ведомству Кожина «вдруг» стало не хватать денег. На аренде дома Лобанова-Ростовского мог заработать и сам город, но благодаря «нужде президента» он имеет только упущенную выгоду. И это еще полбеды. Потому что, кроме потери денег, есть потери куда более существенные — потеря лица, например. Проект переоборудования под гостиницу здания, созданного Огюстом Монферраном, осуществляется при участии мастерской Евгения Герасимова. Архитектор Монферран вошел в историю как автор Исаакиевского собора. Архитектор Герасимов — как автор громоздкого параллелепипеда на площади Островского, обезобразившего ансамбль великого Росси. Общественные слушания по реконструкции дома Лобанова-Ростовского прошли без лишнего шума. Финансовый директор «Тристар Инвестмент Холдингс» Денис Кропоткин, представляя проект, торжественно пообещал улучшить произведение Монферрана путем надстройки еще одного этажа со стеклянным куполом. P.S. Интересно, планирует ли Управделами президента РФ взять на баланс историческую и иную недвижимость, например, в городах Золотого кольца или, допустим, в Нижнем Новгороде, Казани и Торжке? Не корысти ради, конечно, а исключительно для удовлетворения «госнужд». Татьяна СМИРНОВА, Санкт-Петербург; Виталий ЯРОШЕВСКИЙ, Москва От первого лица Князь Никита ЛОБАНОВ-РОСТОВСКИЙ, потомок владельцев особняка, известный коллекционер: — Хозяин этого дома несколько лет назад предлагал мне его купить за 3 млн долларов. И хотя тогда в особняке располагался государственный НИИ, у этого человека были вполне определенные права на этот дом. Как это получилось, я не знаю. Переговоры я вел с его юристом — сам хозяин тогда сидел в тюрьме. Я, кстати, тоже подумывал переоборудовать дом под гостиницу, но там очень высокие потолки — 5,25 м. На отопление будет уходить много денег, и надо было бы брать за номер 500 долларов и выше в сутки. По моим расчетам, затея оказывалась нерентабельной. Если бы потолки были чуть выше (5,5 м), можно было бы сделать перекрытия и соорудить второй этаж. А так… В общем, от покупки я отказался. Я, как видите, сам предполагал сделать в этом доме отель. Поэтому планы Управления делами президента меня совсем не смущают. И идея «улучшить замысел Монферрана» стеклянным куполом не пугает. Если это проект, который я когда-то имел в виду, то купол будет не виден с улицы. Единственный способ для России, как и вообще для большинства стран Европы, спасти памятники архитектуры — это отдать их в частные руки или в долгосрочную аренду. А чтобы владелец (или арендатор) заботился о памятнике, надо чтобы строение приносило ему доходы. Иного выхода нет. Так делает, например, Франция. Впрочем, у французов есть четкие и строгие законы, фиксирующие полномочия арендатора, которых, к сожалению, нет в России. Записала Елена СКВОРЦОВА ПЯТЫЙ ВИД СОБСТВЕННОСТИ: ПРЕЗИДЕНТСКАЯ Депутаты Законодательного собрания Санкт-Петербурга — о владениях Управления делами президента РФ Михаил АМОСОВ, координатор «Демократической фракции», председатель Комиссии по городскому хозяйству: — У меня этот перечень вызывает сильнейшее возмущение! Я не понимаю, почему УдП вообще должно чем-то владеть и распоряжаться в Петербурге? С какой стати господин Кожин должен быть хозяином исторических зданий, дворцов, земельных угодий и особняков? Почему он должен иметь право выгонять Государственный архив из занимаемого им здания? Он что, его строил? Я считаю: давно пора принять закон об администрации президента, который должен определить наконец, что это за ведомство. И поставить его на место, сделать не более чем президентской канцелярией и службой материально-технического снабжения. При этом у Управления делами президента не должно быть в распоряжении никакой собственности — только та, что нужна для непосредственного обеспечения деятельности президента. Между тем УдП еще во времена Ельцина «прихапало» себе все, что когда-то было у ЦК КПСС, затем, после расстрела Верховного совета, — все, что находилось в распоряжении законодательных органов, а теперь распространяет свои «владения» еще дальше, став богатейшей в стране и, по сути, коммерческой структурой… Игорь РИММЕР, фракция «Единая Россия», заместитель председателя Комитета по законодательству: — Я считаю сложившееся положение с имуществом, которым распоряжается УдП, совершенно неправильным. У администрации президента и УдП должно быть только то, что нужно для работы их чиновников и, конечно, для работы самого президента. Наверное, могут быть даже больницы и поликлиники, где они могут лечиться. Может быть, санатории, где они будут отдыхать. Но и только. Наталия ЕВДОКИМОВА, «Демократическая фракция», председатель Комиссии по социальным вопросам: — Мне очень интересно: как все это имущество используется? У нас аппарат президента такой раздутый? Или это готовятся будущие «откупные» при смене президента? Когда я вижу в этом списке 31-ю больницу — «Свердловку», — во мне все закипает! Там мы лечили ветеранов войны и блокадников, и, как только появилась информация, что президентская администрация хочет забрать ее себе, мы за нее стали бороться изо всех сил. Неужели все-таки отнимут тихой сапой? И будут лечить чиновников вместо ветеранов? Есть же предел! Чиновникам что, Петербург дают «на кормление» — бери что нравится? Что такое аппарат президента? Это не более чем его личная канцелярия. Откуда права собственника? У нас в Петербурге ни канцелярия Законодательного собрания, ни канцелярия Смольного ничем не владеют, никакими огромными ценностями… Вообще есть четыре вида собственности: государственная федеральная, государственная региональная, муниципальная и частная. Теперь что, пятый вид появился — президентская собственность? Они ее купили, эту собственность? На какие деньги? Или они чьи-то правопреемники? Или они сами себя объявили правопреемниками всего, чего захотели? Кроме того, собственник должен нести бремя расходов по содержанию имущества — платить налоги, ремонтировать, оплачивать коммунальные услуги… Хотелось бы знать: из каких средств это делается? Не из федерального ли бюджета? Борис ВИШНЕВСКИЙ, обозреватель «Новой» «НИКТО У НАС НЕ РОСКОШЕСТВУЕТ» Освоение архитектурного наследия для президентского хозяйства — объективная необходимость За разъяснениями о том, что Управление делами президента собирается делать с питерскими памятниками архитектуры, мы обратились к пресс-секретарю УдП Виктору ХРЕКОВУ. — Виктор Анатольевич, у нас есть информация о том, что в ближайшее время в ведение Управления делами президента перейдут многие объекты архитектуры в Санкт-Петербурге: усадьба «Михайловка» на берегу Финского залива, санаторий «Белые ночи»… — Вот то, что вы мне сейчас говорите, я уже два года слышу. Я не могу подтвердить эту информацию. — То есть они не передаются в ведение Управления делами президента? — Я могу сказать, что сейчас в ведении УдП этих объектов нет. Вот когда они будут переданы, если будут, то тогда мы и будем говорить. — А вот особняк Лобанова-Ростовского тоже не находится в вашем ведении? — А это где? — Это в Петербурге. — А, Лобанова-Ростовского, это, по-моему, наше, да. Но это давно уже передали. Года три или четыре назад было постановление правительства. — Скажите, а какие были основания для того, чтобы его передать? Какова была причина? — Решение правительства. — Решение правительства — это механизм. Для такого решения необходима была конкретная причина. — Вы можете спросить у правительства, какая причина. — То есть вы не знаете? — Нет, обычно мы берем здания по двум причинам. Первая причина — использование для нужд государства, для государственных целей. Вторая причина, обычно она касается Питера, — они в таком убитом состоянии, и мы их в основном приводим в порядок. — А с Лобановыми-Ростовскими какой вариант из этих двух? — Управление делами президента берет эти объекты для использования по назначению, а назначение — это обслуживание высших органов власти. В соответствующем указе президента все прописано. — А как это сопрягается с тем, что теперь этот особняк передан в управление другой компании, для того чтобы там была размещена гостиница? — Это кто вам сказал? — У нас есть такая информация. В том случае, если там не гостиница, то что же там находится? Поясните, пожалуйста. — А какая гостиница? Я, честно говоря, не в курсе. — А что там тогда находится или планируется разместить? — У нас, понимаете, около двух миллионов квадратных метров недвижимости, и я не про все знаю. Могу поинтересоваться, звоните через пару-тройку часов. (Через два часа.) — Я все узнал. Значит, действительно этот — Лобановых-Ростовских — был передан нам, потому что он был в убитом состоянии, для того чтобы мы его привели в порядок и так далее. Но как у нас бывает, выделить-то выделили, а денег не дали. — А часто так бывает? — Ну, бывает. Редко, но бывает. Кончилось это тем, что для того, чтобы памятник архитектуры сохранить, мы провели отбор, выбрали инвестора, и сейчас он действительно строит там гостиницу. — Виктор Анатольевич, вот вы сказали, что есть две причины, по которым УдП забирает себе объекты. — Да, вот это второй вариант — чтобы памятник архитектуры не превратился в руины. — Но это же частный случай? Скажите, а вот два миллиона квадратных метров площади, которые принадлежат УдП… — Это вы сказали. — А ваша цифра какова? — Нет, вы говорите, говорите. — Это же колоссальные площади. И вы говорите, что в основном их используют для того, чтобы там размещать учреждения государственной власти. Простите, но какова же должна быть численность работников этих учреждений, чтобы им требовались такие площади? — Во-первых, речь идет не только о госучреждениях. Это и пансионаты, и больницы, и так далее. Во-вторых, есть соответствующие нормы, сколько положено на человека. Никто у нас не роскошествует. — Ну вот, например, в Петербурге забирают особняк у Института проектирования, переселяют в другое здание, на Фонтанке. Скажите, неужели у Института проектирования нет потребности в площадях? — А вы знаете, что там было, кроме Института проектирования? Несколько десятков субарендаторов. — И в том числе Институт проектирования. — Да. — То есть их можно отселить и разместить там гостиницу. — Ну а почему нет? Записала Ольга БОБРОВА "
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации