Платиновые оборотни

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Платиновые оборотни

"Эта история произошла до выборов. И по-хорошему писать о ней надо было еще в ноябре. Но не хотелось, чтобы подобную “комедию нравов” посчитали еще одним предвыборным “сливом”. Она заслуживает большего. По нескольким причинам. Во-первых, есть люди, которые оказались в тюрьме по очевидно сфальсифицированным обстоятельствам. Во-вторых, узнав ее, яснее представляешь, насколько уже изменилась страна и какие опасности нас ждут даже не в будущем, а в самом что ни на есть настоящем.

Мышеловка
     6 ноября неизвестный гражданин позвонил снизу в редакцию журнала “Эксперт”. Искал он специального корреспондента Юрия Чайникова. Гражданин срочно требовал Чайникова вниз — он привез документы для тестя журналиста, который работает на Дальнем Востоке. Тот-де просил передать ему бумаги через зятя.
     Когда Чайников спустился в холл издательства, звонивший ему человек мирно сидел в кресле. Юрий Сергеевич сел рядом и тем самым попался окончательно. Неизвестный поставил (!) около него пакет и тут же, откланявшись, удалился. Ему надо было спешить. А Чайникову спешить было уже некуда: не успел он взяться за ручки полиэтиленового пакета, как тут же был закован в наручники. Блестящая операция хабаровских оперативников по разоблачению “оборотней в пиджаках” вошла в заключительную фазу. В пакете ведь было сто тысяч долларов!
     С двух дня до девяти вечера обалдевшего журналиста непрерывно допрашивали в прокуратуре Северного округа Москвы. Следователи менялись, но темп допроса не спадал. Как потом он написал в жалобе на имя генпрокурора Устинова: “Некоторые угрожали мне физической расправой, в случае если я не дам “нужные показания”.
     “Нужные показания” заключались в том, что Чайников “знал, что в пакете должны были быть деньги, предназначенные для последующей передачи моему тестю Крупецкому С.Л. и гражданину Севрину В.Г.”. При этом Юрию Сергеевичу “гарантировали”, что он будет просто свидетелем. Всего лишь надо дать, как говорят юристы, “заведомо ложные показания”.
     По большому счету, если вдруг оказываешься в театре абсурда, если тебя берут “тепленького”, на глазах у сослуживцев в наручниках везут в кутузку, на тебя давят семь часов подряд “матерые волкодавы”, то за обещание вернуться домой можно подписать все что угодно. Однако Чайников не подписал. И именно поэтому его пришлось отпустить.
     Впрочем, в судьбе его тестя, Сергея Крупецкого, это ничего изменить не могло. В Москве было возбуждено уголовное дело и выписан ордер на арест. А всего через три часа (!) Крупецкий был найден и задержан в поезде ХабаровскВладивосток. “Сняли” его аж в городе Уссурийске. Что и говорить — сумасшедшая оперативность. Несмотря на разницу в часовых поясах, найти человека даже не дома, а в поезде — высокий класс! Одна беда: поверить в такую оперативность практически невозможно. Легче поверить в то, что Крупецкого “заранее” вели и ждали формальной отмашки из столицы.
     Позвонить ему в поезд — что за документы привезли — Чайников физически не мог. Поэтому более удобного случая для возможной провокации и представить невозможно. Как только стало понятно, что “цель” собралась ехать из Хабаровска во Владивосток, к заранее определенному в “посредники” журналисту и отправляется “неизвестный”. Ну а дальше — дело техники.
     Не успели Крупецкого “в кандалах” вернуть в Хабаровск, как все местные газеты протрубили об аресте крупного федерального чиновника, обвиненного во взяточничестве. Тут же была проведена пресс-конференция. Оперативность силовых структур продолжала потрясать.
     А еще через три дня, не дожидаясь даже формального предъявления обвинения, министр внутренних дел, лидер “Единой РоссииБорис Грызлов заявил, что его подчиненные наконец-то разоблачили “оборотней в пиджаках”. Грызлов заявил, что вымогалась взятка уже не в 100 тысяч, а в один миллион долларов (меньше несолидно). А передано было, по мнению министра, почему-то 200 тысяч. Несостыковки объяснить просто: вникать в сложнейшую ситуацию у него не было времени — предвыборная кампания. После заявления рейтинг “Единой России” поднялся еще немного. А граждане Крупецкий и Севрин уже просто не могли выйти на свободу. Во всяком случае, до 7 декабря.
“Амур” почти не виден
     Впрочем, пора разобраться, кто такие эти обвиняемые и почему трудно поверить, что им предлагали миллионные или хотя бы стотысячные взятки.
     В августе 2002 года Сергей Крупецкий, бывший вице-губернатор Краснодарского края и старый товарищ полпреда в Дальневосточном округе Константина Пуликовского, был назначен руководить Департаментом государственного контроля (ДГК) Министерства природных ресурсов по Дальневосточному округу. ДГК — специфическая структура. Она была создана в федеральных округах с единственной целью — помешать местным царькам бесконтрольно раздать природные ресурсы. Не секрет, что во многих регионах губернаторы обзавелись бойцами, которые из квот на лов рыбы, вырубку леса, добычу ископаемых научились “добывать” многие миллионы и для себя, и для губернаторов. Правда, при этом нарушая все нормы природопользования, оставляя после себя пустыню. Местные силовики и прокуроры, как правило, не имеют к ним претензий. Во-первых, они стараются дружить с губернаторами. Во-вторых, местные воротилы часто не обходят своим вниманием и их.
     Масштаб проблемы оказался столь угрожающим, что для наведения хотя бы видимости порядка в природопользовании и были сформированы департаменты госконтроля. Что очень важно — ДГК не дают никаких разрешений. Они могут только выявлять нарушения и рассылать информацию об этом во все заинтересованные структуры. Прежде всего полномочным представителям президента. Их задача — вовремя поднять тревогу.
     В июне-июле уже этого года Крупецкий на свою голову организовал комплексную проверку артели старателей “Амур”. Это и стало первым шагом к аресту. Артель “Амур” получила за 10 лет около 100 лицензий на добычу природных ископаемых, вырубку леса, самое разнообразное использование природных ресурсов. Глава и владелец артели Виктор Лопатюк давно стал для жителей Хабаровского края вторым человеком после губернатора Ишаева.
     Чтобы понять, что это значит, можно привести простой пример. По факту грубого нарушения лесного законодательства со стороны “Амура” прокурор Аяно-Майского района Ракин возбудил уголовное дело. Ущерб государства из-за самовольной вырубки около 500 кубометров леса превышал миллион рублей. Тогда прокуратура края срочно проводит специальную надзорную проверку. Артель объявляется чистой как стеклышко, дело закрывается, прокурору района положительные выводы аттестационной комиссии, полученные перед этим, срочно меняются на отрицательные. Когда же летом ДГК подтвердил выводы Ракина и он снова возбудил уголовное дело, то выскочку из “глухомани” моментально выставили из органов.
     Лопатюку в Хабаровске принадлежат заводы, гостиницы, дома и торговые центры. Его артель построила огромный хоккейный стадион “Платинум арена” со сметной стоимостью 57 миллионов долларов (везде в мире подобные дворцы не обходятся дороже 40). Излишне спрашивать, кто является президентом хоккейного клуба “Амур”.
     У генерального директора артели устойчивая слава самого близкого к губернатору человека. По сути, именно он воплощает проекты, которые глава края считает значимыми. Сотрудники аппарата полпреда считают, что, уводя значительные суммы в совершенно непрозрачный “региональный карман”, таким образом подобные бизнесмены уходят от федеральных налогов. То есть предприятие может недоплачивать что-то в бюджет, но за это по неформальным договоренностям строить стадион или дорогу. Хорошо и лидеру, который показывает, как заботится о населении. Хорошо и предприятию, которое не платит налогов и зарабатывает на строительстве. Плохо только бюджету. Но это уже дело десятое. Схемы такие работают не только в Хабаровске. И везде, прежде чем что-то потребовать, губернатор должен что-то дать. Ведь иначе денег взять неоткуда.
Платина из госрезерва
     Итак, летом орган федеральной власти, возглавляемый Крупецким, очевидно, влез куда не надо. Проверка артели выявила более двух десятков нарушений законодательства о недрах, лесного, водного, экологического законодательства. По докладу самого Крупецкого, после проверки стало можно утверждать, что Лопатюк и его “старатели” могли бесконтрольно использовать любые природные ресурсы на территории Хабаровского края. Они имели карт-бланш. И все те руководители краевых структур, которые должны были осуществлять контроль, почему-то стояли перед Лопатюком навытяжку.
     Между тем среди многочисленных нарушений одно выглядело просто фантастическим. По абсолютно сфальсифицированным документам (так утверждается в отчете ДГК) территориальные органы управления государственным фондом недр (ГУПР) без всяких мотивировок просто переписали 5 тонн платины из госрезерва на баланс “Амура”.
     В переводе на русский это означает: в 2002—2003 годах артели было незаконно передано месторождение Уоргалан, содержащее более 5 тонн запасов платины высокого качества. Месторождение до этого считалось госрезервом, и рыночная стоимость залегающих в нем “утвержденных балансовых запасов” платины — 100 миллионов долларов. На практике реальная добыча металла в полтора-два раза превышает балансовые оценки. И на самом деле речь идет о 150—200 миллионах долларов. Но 100 миллионов признаны официально. Тоже неплохие деньги. Не зря же хоккейная арена называется “Платинум”. 
     Этот вывод проверки ДГК стал подобен взрыву бомбы. Понимая, что может быть дальше, Крупецкий сразу разослал полученные выводы всюду, куда мог: в Генеральную прокуратуру, в прокуратуру Дальневосточного округа, в Министерство природных ресурсов, полпреду президента. Уже после этого, “изучив доводы сторон”, руководитель ДГК подписал постановление о приостановке деятельности артели “Амур” по разработке Уоргалана. ГУПР по Хабаровскому краю, где в это время появился новый руководитель Севрин, должен был отменить свои предыдущие решения о передаче платины из госрезерва. Что и было сделано.
     Дальше все развивалось очень быстро и, по сути, автоматически. 100 миллионов долларов просто так никто не отдаст. Сначала два месяца краевая прокуратура, вместо того чтобы разбираться, как такое могло случиться, буквально ищет обоснования “законности” передачи месторождения. Прокурор края Малиновский, не замечая документов ДГК, предупреждает Крупецкого о незаконности приостановки разработки Уоргалана. Зам. прокурора края Подласенко в представлении на имя Севрина доказывает последнему, что 100 миллионов долларов “подарены” Лопатюку на законных основаниях. Редкий случай, когда прокуроры так заботятся о бизнесменах.
     В это же время сам Лопатюк пишет заявление, что Крупецкий и Севрин потребовали у него 2 миллиона долларов за “отзыв постановления ДГК”. За дело энергично берется все тот же Подласенко. И никого уже не волнует, что все запретительные решения уже приняты, и несчастный Крупецкий, даже если захочет, не может их отменить. Что о деле он сам лично уведомил всех, кого мог, рассчитывая укрепить собственную безопасность. Никого не волнует, что решение вопроса в интересах “взяткодателя” просто не входит в компетенцию “вымогателей”.
     Два миллиона ловко превращаются в 100 тысяч — больше использовать в качестве реквизита для “маски-шоу” просто жалко. Деньги, конечно, тоже немалые, но на взятку за 100-миллионное дело не тянут. Правда, надо проверить, не пошли ли остальные расходы на организацию столь впечатляющей оперативности и слаженности совместных действий силовиков разных ведомств и разных регионов, а также на организацию пиар-поддержки. 
     Чайникова задерживают в Москве, он не дает показаний — но это уже не важно. Ком невозможно остановить. Крупецкий и Севрин арестованы, им десять дней не могут предъявить обвинения. Допускаются десятки нарушений УПК — в это время в Хабаровске идет одна пресс-конференция за другой.
     Ну а дальше все вообще превратилось в дурной фарс. Борис Грызлов с облегчением рапортует стране о новом успехе в борьбе с коррупцией. Ему давно нужен был именно такой успех — а то перед своими неудобно сажать только милиционеров. Полпред Пуликовский в ярости звонит в Москву — его уговаривают помолчать. Выборы... Правда, президент отменяет поездку в Хабаровский край. Жестче дезавуировать министра, лидера партии — неудобно.
     В этом деле как в капле воды отразилось множество проблем. Зачем региональным баронам, в данном случае в Хабаровске, всегда нужны именно демонстративные победы — понятно. Их могущество держится на страхе — все должны бояться совать нос в их дела. Они давно привыкли под дымовой завесой “березо-ходорковских” делить региональные богатства как считают выгодным для себя. В данном случае федералам надо было очень жестко дать понять, что в эту вотчину лезть просто опасно. Ведь любого можно посадить. Тем более что коррупция в силовых структурах растет прямо пропорционально их возможностям решать дела. Это тоже новые реалии момента.
С нашей центральной властью все сложнее. Она по-прежнему не едина. Силовики не имеют привычки думать о законе, и над ними, по сути, нет никакого контроля. Но самое страшное — власть проявляет такой цинизм, что ни о какой “диктатуре закона” и говорить не приходится. Ради тактических целей можно позволить себе все. Это потихоньку переходит из раздела “дурной привычки” в сущность государственной политики. И легко от этого уже не избавиться."
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации