Побочный эффект «АстраЗенека»

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


В погоне за сверхприбылью западная фармацевтическая компания травит россиян сомнительными медикаментами

1286866652-0.jpg Прием некачественных лекарственных препаратов входит в первую десятку причин преждевременной смерти наших сограждан. Как отмечал в свое время глава упраздненного ныне Росздравнадзора Николай Юргель, масштаб этого бедствия заставил специалистов ввести термин «фармацевтическая преступность» . Причем, опасность для здоровья может представлять не только продукция заведомо нелегальных производителей, но и медикаменты таких известных участников рынка, как международная биофармацевтическая компания «АстраЗенека»

Первыми о появлении новых чудодейственных лекарств от своих врачей узнают пенсионеры, самая доверчивая часть пациентов. Вслед за представителями старшего поколения к аптечным кассам тянется молодежь. Спонтанная, на первый взгляд, реакция потребителей в действительности становится результатом продуманной стратегии продвижения товара, участниками которой становятся коррумпированные эксперты, чиновники и сотрудники лечебных учреждений. Расплачиваться за рост аптечных продаж, как показала история одного препарата компании «АстраЗенека», приходиться рядовым гражданам, причем валютой здесь становится их собственное здоровье.

Отголоски масштабного международного скандала, связанного с препаратом «Крестор», только недавно докатились до России. Продвигать этот медикамент англо-шведская фармацевтическая компания «АстраЗенека» начала в начале «нулевых», атаковав, в первую очередь, рынок США. Рекламные проспекты обещали чудеса в полном смысле этого слова. «Крестор» является важнейшим средством выбора для больных, которые не могут достигнуть рекомендуемого уровня холестерина только с помощью диеты или физических упражнений», — заявил Джеймс Блазегто, исполнительный директор департамента стратегического развития компании «АстраЗенека», представляя новое лекарство перед сотрудниками Управления по контролю за пищевыми продуктами и лекарственными препаратами США (FDA). Коммерсанта горячо поддержали некоторые эксперты, сославшись на «тщательный анализ результатов клинических исследований безопасности препарата и применения препарата в рутинной практике».

Скандал разразился только после того, как чудодейственный «Крестор» был назначен 4,3 миллионам пациентов. Тревогу подняли активисты американского Общества защиты прав потребителей. Оказывается, «Крестор» имел целый «букет» побочных эффектов, включая провоцирование диабета и почечной недостаточности. Хуже того, в целом ряде случаев применение этого разрекламированного медикамента вело к возникновению страшного заболевания рабдомиолиза, при котором практически необратимому разрушению подвергается мышечная ткань человека.

Понятно, что после такого поворота продажи «Крестора» покатились под гору. Компания столкнулась с необходимостью продвигать препарат, в разработку и создание производства которого были вложены немалые деньги, на новых, еще не освоенных рынках. Аптечные сети Евросоюза для новой экспансии «Крестора» подходили мало: здешние чиновники от фармакологии внимательно отлеживали отраслевые новости, и повторения скандала на подведомственной территории категорически не желали. Зато страны третьего мира, включая Россию, к заокеанской лекарственной новинке отнеслись благожелательно. На прилавки московских и питерских аптек «Крестор» попал без особых затруднений. Продвижением препарата компания занялась по собственной методике, сделав поправку на российскую специфику. Принятые на Западе нормы Compliance, своеобразного этического кодекса, регулирующие взаимоотношения врача, пациента и фармацевта, и наличием которых так гордятся западные производители, были отброшены за ненадобностью. Главный упор руководители «АстраЗенека» сделали на материальном стимулировании. Причем, щедрые денежные вливания предназначались не только чиновникам, курирующим рынок фармакологических препаратов и ведущим ученым, но и простым врачам, пользующимся доверием пациентов.

Банальная программа подкупа, стараниями опытных менеджеров «АстраЗенека», имел вид солидного бизнес-плана. Низшим звеном продвижения препарата в регионах становились медицинские представители, рекрутируемые компанией из числа обычных врачей городских и районных клиник. Следующий уровень пирамиды продвижения сомнительного препарата опирался на так называемых KOLов (key opinion leaders — ключевые лидеры мнений (англ.)). Их роль, за соответствующее вознаграждение, играли авторитетные исследователи в области лечения сердечно-сосудистых заболеваний, сотрудники профильных лечебных центров.

На высшем уровне стояли «светила» отечественной кардиологии, которые, впрочем, весьма скептически оценивали «лечебный потенциал» препарата. Каждый участник этой рекламной сети играл свою, тщательно продуманную роль. Медпредставители «работали» с врачами, объясняя им все плюсы новой «панацеи» от атеросклероза, инфаркта и инсульта. Кардиологи из местных больниц и поликлиник, в свою очередь, занимались непосредственной работой с пациентами, буквально «впаривая» им «незаменимый» «Крестор». Исследователи, проводя клинические испытания лекарства, неизменно высоко оценивали его эффективность, закрывая глаза на побочные эффекты, а затем разрабатывая перспективные курсы лечения, ориентировали практиков на применение продукции «АстраЗенека». Руководители клиник включали «Крестор» в списки централизованных закупок медикаментов.

Конечно, в некоторых случаях столь тонкий и глубокоэшелонированный подход бывает излишним. В ряде регионов, благодаря царящей там простоте нравов, продвижение препаратов осуществляется посредством обычного подкупа должностных лиц. Немыслимым, с точки зрения цивилизованного бизнеса, направлением деятельности занимался лично Юрий Мочалин, занимающий в российском представительстве «АстраЗенека» пост директора по работе с органами власти. Подобное кадровое решение руководителей международной компании трудно назвать случайным. В своей сфере Мочалин имеет довольно репутацию жадного и неразборчивого в средствах человека, а потому часто меняет работу. В его трудовой книжке есть записи из совершенно разных компаний: от небольшого индийского производителя дженериков индийской Ranbaxy до мирового лидера в области производства инсулинов Novo Nordisk, скандинавской Nycomed и французского гиганта Sanofi Aventis. Понятно, что такой кандидат на руководящую должность вряд ли станет озадачиваться этическими вопросами, продвигая в регионах сомнительную продукцию своей компании. Тем более, что жизненные принципы директора по GR наилучшим образом совпадали с планами «АстраЗенека».

Конечно, на новом месте работы господин Мочалин не обошелся без серьезнейших проколов. Так, его бурная деятельность уже привела к исключению целого ряда препаратов «АстраЗенека» из списка жизненно необходимых и важнейших лекарственных средств (ЖНВЛС), утверждаемого правительством Российской Федерации. Тем не менее, в целом расчет руководства международной фармацевтической фирмы оказался точен. «Крестор» был взят на вооружение большинством российских кардиологических и сосудистых клиник. Практикующие врачи, назначая препарат больным, ссылаются на мнение отдельных авторитетов и целых экспертных коллективов. Ведущие российские кардиологи, в свою очередь, наперебой рассказывают о «сенсационных в области кардиологии» результатах масштабного международного исследования «Юпитер». А препараты «АстраЗенека», которые стоят на порядок дороже, чем лишенные страшных побочных эффектов аналогичные медикаменты других производителей, активно вытесняют конкурентов с торговых прилавков и полок домашних аптечек. Стоит ли говорить, что менеджеры компании, отвечающие за работу с KOLами, и подготавливающие презентации для выступления на всевозможных конгрессах, школах и конференциях, «забывают» о совсем незначительной детали: что данные о повышении риска заболеваемости диабетом на фоне приема «Крестора» являются одним из выводов этого исследования. Но зачем же засорять какими-то побочными эфектами столь успешный доклад о «неоспоримых преимуществах» препарата…

Предварительные итоги продвижения препарата «Крестор» на российском рынке можно подвести уже сегодня. Фактически, стараниями «АстраЗенека» Россия оказалась на положении «дойной коровы», вынужденной покупать за бешеные деньги лекарства, которые в Европе относятся к разряду недорогих. Патологическая ненависть «АстраЗенека» к прочим фармакологическим компаниям и полное отсутствие моральных сдержек в борьбе за место на рынке лекарственных средств привело к обострению конкурентной борьбы и новому витку роста цен на медикаменты. Но главный скандал у компании еще впереди. Побочные эффекты применения «современного» и «чрезвычайно эффективного» препарата «Крестор» сказываются не сразу. А значит, в ближайшее время врачебное сообщество страны будет вынуждено зафиксировать резкий рост числа заболевших тяжелыми формами диабета, всплеск смертности от почечной недостаточности, и появление невиданного раньше заболевания рабдомиолиз, в считанные недели убивающего человека в результате острого некроза скелетных мышц.

Российские чиновники крайне болезненно относятся к скандалам, связанным с распространением через аптечные сети поддельных лекарств. Но в данном случае, речь идет о вполне легальном препарате. И это пугает. Любая реакция государства на последствия применения «Крестора» будет запоздалой. Зато руководство отечественного Минздрава и Роспотребнадзора может сделать соответствующие выводы, раз и навсегда предупредив возможные рецидивы подобных «фармакологических экспансий». Правда, начинать работу по ужесточению контроля за рынком медпрепаратов надо уже сейчас.

Компания «АстраЗенека» явно обеспечивает себе задел на будущее, готовясь к вступлению в силу с 1 января нового закона «Об охране здоровья граждан РФ». Отныне, прежние методы продвижения сомнительных препаратов можно будет сдать в архив: законодатель категорически запрещает проводить рекламные и пропагандистские мероприятия для докторов, все эти «школы», «курсы» и «конференции», за счет заинтересованного фармпризводителя. А потому, компания любыми путями пытается распространить «зону поражения» «Крестора» на все, без исключения, больницы Российской Федерации, добившись включения препарата-убийцы в список «Жизненно-необходимых важнейших лекарственных препаратов» (ЖНВЛП).

Оригинал материала

«The Moscow Post « от origindate::11.10.10