Показания Закаева по делу Литвиненко следователю Генпрокуратуры России

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Стенограмма на 4 кассетах

Оригинал этого материала
© "Коммерсант", origindate::09.07.2007

Показания Ахмеда Закаева по делу Александра Литвиненко

В распоряжении Ъ оказалась стенограмма интервью, которое Ахмед Закаев в конце марта дал представителям Генпрокуратуры, расследующим убийство бывшего офицера ФСБ Александра Литвиненко в Лондоне. Представляем стенограмму в том виде, в котором она поступила в редакцию.

КАССЕТА №1

Детектив Роудз: Сегодня 30 марта 2007 г., и время сейчас 12.57. Это интервью записывается на пленку, меня зовут детектив Роудз, я работаю в отделе по противодействию терроризму. Детектив Велс также из этого отдела. Напротив меня сидит - пожалуйста, представьтесь.

Ахмед Закаев: Ахмед Закаев.

Р.: Спасибо. Кроме этого, присутствует переводчик, господин Фаик, и третий человек - пожалуйста, будьте добры, имя и фамилия?

Андрей Майоров: Андрей Майоров, заместитель, начальника управления по расследованию особо важных дел генеральной прокуратуры России.

Р.: Цель сегодняшней встречи - задать вам, Ахмед, некоторые вопросы в связи со смертью Александра Литвиненко. Эти вопросы мы задаем от имени и по поручению русских властей, которые ведут свое расследование по этому поводу. Прежде чем начать, нам нужно поговорить о некоторых вещах. Первое: то, что вы сюда пришли по своей воле. Если можно, подтвердите это мне.

АЗ.: Я абсолютно добровольно изъявил желание сотрудничать по расследованию убийства моего друга Александра Литвиненко.

Р.: Вы свободны уйти в любое время. Я хочу задать вам некоторые вопросы, если вы согласны ответить на них. Я буду задавать, естественно, вопросы, на которые хотела бы получить ответы русская сторона. Эти вопросы относятся к некоторым личностям. Естественно, если вы мне скажете, что вы не знаете эту личность, тогда мне нет смысла задавать дальнейшие вопросы по этому поводу. Я пройду через эти вопросы, и я попрошу нашего русского гостя, если можно, не вмешиваться, пока мы закончим эту беседу. Я выключу пленку, и, если есть вопросы, тогда мы начнем запись вторую с вашими вопросами.

АЗ.: Да, понятно.

Р.: Чтобы вам было ясно, господин Закаев, что вы не находитесь здесь под арестом или содержанием. Как мы сказали, вы здесь по своей воле и как свидетель. Ахмед, первый вопрос относится к Вам лично и немножко к вашей истории: где вы работаете и на какой позиции?

АЗ.: Я, Ахмед Закаев, министр иностранных дел Чеченской республики, временно нахожусь в Великобритании. После установления судом Великобритании о моем незаконном преследовании российскими властями правительство Великобритании предоставило мне политическое убежище, и в данное время нахожусь в Великобритании и работаю.

Р.: Если можно, укажите точно адрес вашего офиса здесь, в Лондоне.

АЗ.: Не хотел бы это комментировать.

Р.: Вы являетесь членом правления, акционером любого предприятия в этой стране? 

АЗ.: Нет.

Р.: Это включает, естественно, любые совместные предприятия как в Англии, так и за рубежом.

АЗ.: Нет.

Р.: Ваша деятельность когда-либо включала в себя распространение вредных или отравляющих материалов или веществ, включая полоний-210?

АЗ.: Нет, никакого отношения никогда не имел до смерти Александра Литвиненко. После его смерти, как было установлено, в моей машине были установлены следы полония, и она находилась под расследованием Скотланд-Ярда. Именно заднее сиденье, на котором сидел Александр Литвиненко в тот злополучный день. Это первый раз за всю мою жизнь я соприкоснулся с полонием-210.

Р.: Когда, где и при каких обстоятельствах вы познакомились с Александром Литвиненко?

АЗ.: Первый раз я заочно узнал Александра Литвиненко в 1996 г. в апреле месяце. 22 апреля был убит первый президент Чеченской республики Джохар Дудаев по указанию высшего российского руководства. 25 мая 1996 г. его вдова, жена Джохара Дудаева решила покинуть Россию и выехать в Турцию. Она была задержана российскими властями и находилась под следствием. В последующем, с 25 по 28 она находилась в руках российских спецслужб. 28 во время встречи в Кремле президент России Ельцин, Борис Николаевич, дал нам слово и обещал, что он ее освободит. Он это слово сдержал, она была освобождена, и я встречался с ней, с Аллой, в Чеченской республике, и она мне сказала о молодом офицере, который вел допрос с ней под именем Александра Волкова, а в последующем выяснилось, что это был Александр Литвиненко.

Потом второй раз, в 1998 г., я видел Александра Литвиненко по телевидению, когда он и группа других офицеров ФСБ выступили с заявлением, что руководство ФСБ создало управление по убийству неугодных для власти лиц. И они выступили с заявлением, что первый заказ они получили на убийство Бориса Березовского, секретаря совета безопасности России. После этого, третий раз я соприкоснулся с Александром Литвиненко, это уже после 1999 г., когда были взорваны дома. Александр Литвиненко выступил опять с заявлением - он в своей книге это и написал - что эти дома были взорваны при участии российских спецслужб.

После неудачной попытки взрыва дома в Рязани его аргументы были очень убедительными, и он написал книгу об этих взрывах для нас, для чеченского руководства, которое было втянуто уже во вторую войну. Было очень важно, потому что официально российское руководство началом второй войны объявило взрывом домов в Волгодонске, Буйнакске. И в 2002 г. весной я встречался с Александром Литвиненко уже здесь, в Лондоне, и после этого мы практически все время мы продолжали контакты и сотрудничали вместе. Я также являюсь председателем государственной комиссии по расследованию военных преступлений, совершенных на территории Чечни российскими оккупационными войсками. И Александр Литвиненко мною был введен в состав этой комиссии. Я являюсь председателем этой комиссии. И мы очень продуктивно работали с Сашей, он нам помог очень сильно.

Он обладал очень огромной информацией. Практически с помощью Александра Литвиненко мы установили лиц, непосредственно руководивших операциями в Чеченской республике. Эти операции и преступления, совершенные российскими карательными органами на территории Чечни, международными правозащитными организациями квалифицируются как преступления против человечности. И конечно, работа Саши в этой комиссии была просто незаменима. И он работал также в наших информационных агентствах. Он публиковал статьи, списки российских военных и руководителей российских военных спецслужб, кто замешаны в этих преступлениях. Практически до последних дней его жизни мы работали именно в этом направлении.

Р.: Какие отношения вас связывали с Александром Литвиненко перед его смертью?

АЗ.: Вот рабочие отношения, о которых я сказал выше, и личные дружеские отношения. Он был вхож в мой дом, он был любимцем моих внуков, и все члены моей семьи его любили, уважали и очень ценили.

Р.: Может быть, вы ответили на этот вопрос, но я должен задать его еще раз. У вас были с Александром Литвиненко какие-то деловые отношения?

АЗ.: Нет. Кроме вот тех, которые я перечислил выше, у меня никаких других деловых отношений с ним не было, если речь идет об экономическом бизнесе.

Р.: Когда, где и при каких обстоятельствах вы встречались с Александром Литвиненко в октябре и ноябре 2006 г.?

АЗ.: Я в октябре месяце регулярно встречался с Александром, я не могу сказать, у меня дома, на работе, в городе. Если речь идет о 1 ноября, дне отравления Александра Литвинненко, то в этот день я его забирал из города. Я был после обеда в городе, мы с ним созвонились и после обеда поехали домой. Мы вместе приехали домой, я его высадил у себя дома, поставил машину, и все. 2 числа, он в этот вечер должен был зайти, но он в этот вечер не пришел.

На второй день утром у меня были свои дела в городе, день и вечер я был занят. Ночью, когда я ложился спать, это было где-то около 12 часов, когда я приехал домой, жена мне сказала, что Александр Литвиненко чувствует себя плохо, что Марина ей сказала, что он чувствует себя плохо. 3 числа я уже узнал, что Саша отравлен, что была "скорая помощь", и второй раз уже вечером после обеда "скорая помощь" его увезла в больницу. Когда его забирали, я его видел, мы с ним жили напротив. Я понял, что Саша серьезно болен, и Марина поехала со "скорой помощью" в больницу. Мы договорились, что она мне позвонит и скажет, где адрес, куда его повезли, и что я потом поеду в госпиталь. Но Марина не позвонила, она приехала вечером домой, и сказала, что сегодня к нему все равно не пустят, что врачи установили отравление. Как они выразились, первое заключение было "пищевое отравление". 4 ноября я посетил его в Барнет госпитале и практически с 4 числа я каждый день находился рядом с ним уже в госпитале до конца его жизни.

Р.: Я хочу вернуться к тому же периоду октября-ноября. У меня есть вопросы, которые, возможно, окажутся затруднительными для вас. Какие вопросы вы обсуждали в этот период, когда вы встречались с Литвиненко?

АЗ.: 1 ноября, когда он мне позвонил, я находился в своем колледже по обучению английского языка. Саша мне сказал, что он сегодня получит информацию о том, кто стоит за убийством Анны Политковской. Вы знаете, что после 7 октября, когда была убита Анна Политковская, это для нас был просто шок, потому что она была для нас очень близким и хорошим другом. Мы встречались буквально за месяц до ее смерти. И после ее смерти Саша пытался использовать все свои контакты и связи в силовых структурах России.

Практически вот этот период, октябрь месяц, после смерти Анны Политковской вся наша деятельность заключалась в работе, в попытке узнать, кто убил и кто заказал Анну Политковскую. И после 1 числа, после этого звонка, я был в городе, и мы созвонились, и когда мы ехали вместе обратно домой 1 ноября, с Сашей были какие-то бумаги, которые он получил, с его слов, от Марио Скарамеллы. И в этих бумагах как бы была одна из возможных версий убийства Анны Политковской. Я с самого начала поставил под сомнение эту версию. Я Саше сказал об этом. В последующем, как уже я потом узнал, это действительно, на мой взгляд, был повод для встречи с Сашей. Ничего серьезного в этих документах не было. Как в последующем уже выяснилось, там целая цепь людей была задействована по совершению убийства, отравлению Александра Литвиненко. И в этот вечер, и уже на второй день мы обсуждали эти вопросы. И после 4 числа, когда я в госпитале находился рядом с Сашей, мы обсуждали уже вопросы того, кто стоял за отравлением Александра Литвиненко.

У меня лично и у Саши самого не было никаких сомнений уже 4 числа, что он действительно отравлен. Первая версия, пока я не узнал, что Саша встречался помимо Скарамеллы с Луговым и с Ковтуном, я думал, что в отравлении мог быть замешан только Скарамелла. Но когда и узнал, что в этот день он встречался еще с Луговым, Ковтуном и еще с одним человеком, у меня не было никаких сомнений, как и у него самого, что именно эти люди и отравили Александра Литвиненко. И мы обсуждали вот эти вопросы, как, когда началась подготовка этой операции по убийству Литвиненко. Конечно, мы не предполагали в первые особенно дни, что Саша умрет. Конечно, никто не мог предположить, что он отравлен полонием-210. Любой другой тяжелый металл, мы думали, что врачи спасут его.

Р.: Ахмед, я хочу еще раз поговорить о том же периоде: октябрь, начало ноября и ваших встречах с Александром Литвиненко, Во время ваших встреч до и после вы обменялись какими-либо документами?

АЗ.: Вот эти бумаги, о которых я говорил, которые передал Скарамелла, в машине Саша передал их одному из моих помощников. И вот в дороге он и читал их. Они были на английском языке. Мой помощник читал их вслух. Но эти документы, опять-таки, они остались у Саши, ни я, ни мой помощник их не брали. И никакие другие документы я не видел, мы не обменивались никакими документами.

Р.: У вас были какие-либо конфликты или несогласия с Александром Литвиненко? 

АЗ.: Нет, не было.

Р.: Вы знали что-то о том, чем занимается Александр Литвиненко после того, как он покинул Россию?

АЗ.: Я конкретно знал о том, чем он занимается со мной в этой комиссии по Чечне. О каких-то делах он говорил, если считал нужным. Если вы спросите конкретно, что вас интересует, я вам отвечу.

Р.: Следующий вопрос. Что вы знаете или что вы можете нам сказать об этом, может быть, вы считаете, вы хотите что-то еще сказать.

АЗ.: По поводу?

Р.: Это в отношении какой работой он занимался после того, как он покинул Россию.

АЗ.: Я рассказал том, что я знаю точно, чем он занимался. Других я просто не знаю. Я знаю, что он работал у Бориса Березовского.

Р.: Александр Литвиненко был членом, руководителем, акционером какой-либо организации, предприятия в пределах Англии?

АЗ.: Я действительно не знаю.

Р.: Вы знаете адреса, имена его деловых партнеров и друзей и коллег?

АЗ.: Нет, не знаю.

Р.: Вы знаете, где Александр Литвиненко служил до того, как он уехал в Англию?

АЗ.: Знаю.

Р.: Что вы знаете об этом?

АЗ.: Что он офицер ФСБ.

Р.: Откуда вы это знаете?

АЗ.: Я уже раньше говорил об этом, но могу повторить.

Р.: Если вы согласны, с тем что вы сказали…

АЗ.: С тем, что сказал? Я считаю, что этого достаточно.

Р.: Деятельность Александра Литвиненко включала распространение и использование радиоактивных материалов, включая полоний-210?

АЗ.: Нет.

Р.: Мы переходим к вопросу о других лицах, Луговом и Ковтуне. Вы их знаете?

АЗ.: Одного знаю, Лугового. Я один раз с ним встречался, и об этом мне напомнил Александр Литвиненко, когда я был в госпитале. Когда Саша мне сказал, что он встречался с Луговым и с Ковтуном, я спросил, кто они такие. Саша мне сказал: "Одного ты знаешь - это Луговой, ты с ним встречался на юбилее Бориса Березовского, мы сидели за одним столом”. И когда я увидел его пресс-конференцию, фотографии, по телевидению, я узнал его, я его видел один раз.

Р.: Еще пара вопросов, связанных с Луговым и Ковтуном. Мы сейчас сделаем перерыв и потом продолжим.

***

КАССЕТА №2

Детектив Роудз (Р.): Время 11.44, сегодня 30 марта. Продолжение интервью с Ахмедом Закаевым. Ахмед, я напомню, что вы здесь находитесь добровольно, и вы можете уйти в любое время. Мы говорили о Луговом, не так ли? У вас есть какая-то деловая или предпринимательская связь с Луговым?

Ахмед Закаев (АЗ.): Нет.

Р.: Вы встречались с ним в октябре-ноябре 2006 г.?

АЗ.: Нет.

Р.: Какие отношения были у Александра Литвиненко с Луговым и Ковтуном?

АЗ.: Я не знаю.

Р.: Вам известно, какие встречи были у Литвиненко с Луговым и Ковтуном в октябре-ноябре 2006 г.?

АЗ.: Знаю со слов Александра Литвиненко, что были.

Р.: Что вам известно об этих встречах?

АЗ.: Знаю, что Саша говорил, что 1 числа - что Луговой, Ковтун и еще один человек, который с ними был, что он его отравили.

Р.: Вы знакомы с Еленой Трегубовой?

АЗ.: Нет, только читал. Извините, я встречался с ней на вечеринке у Бориса Березовского года два назад.

Р.: Один из вопросов как раз касался того, когда, где и при каких обстоятельствах вы встречались.

АЗ.: Я ответил.

Р.: Что вы обсуждали во время этой встречи?

АЗ.: Она сказала, что передала мне свою книгу через одного парня, и спросила, получил ли я ее. Мы говорили о книге.

Р.: Вы знакомы с Борисом Березовским?

АЗ.: Да.

Р.: Какие у вас отношения?

АЗ.: Дружеские.

Р.: У вас есть деловые отношения или совместные предпринимательские отношения?

АЗ.: Нет.

Р.: Вы знаете домашний и рабочий адреса Бориса Березовского в Лондоне?

АЗ.: Знаю.

Р.: Вы смогли бы дать нам эти адреса?

АЗ.: Нет.

Р.: Когда вы с последний раз с ним встречались?

АЗ.: Сегодня.

Р.: Что вы обсуждали?

АЗ.: Что мы едем на встречу с полицией, чтобы обсудить вопросы по поводу смерти Александра Литвиненко.

Р.: Борис Березовский был знаком с Александром Литвиненко?

АЗ.: Да.

Р.: Когда, где и при каких обстоятельствах они познакомились?

АЗ.: Это я не знаю, но я знаю, что они были очень близкими друзьями и соратниками.

Р.: Какие типа отношения у них были до смерти Александра Литвиненко?

АЗ.: Дружеские.

Р.: У них были деловые отношения?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Борис Березовский встречался с Александром Литвиненко в октябре-ноябре 2006 г. и при каких обстоятельствах?

АЗ.: Думаю, что были, но при каких обстоятельствах, я не знаю.

Р.: Кому принадлежало помещение, где Александр Литвиненко жил?

АЗ.: Не знаю. Я не обсуждал с ним этот вопрос.

Р.: Кто за эту квартиру платил, и кто платит сейчас?

АЗ.: Да, сейчас я знаю, эти Борис Березовский. Но я этого не знал до смерти Александра Литвиненко. Мы это не обсуждали.

Р.: Борис Березовский знаком с Луговым и Ковтуном?

АЗ.: Думаю, что с Луговым да, потому что я его встретил на его юбилее.

Р.: Вы знаете, где, когда и при каких обстоятельствах Борис Березовский познакомился с Луговым?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Были ли у них деловые отношения?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Речь идет о Луговом и Ковтуне. Были ли у них совместные или отдельные встречи с Борном Березовским за период октябрь-ноябрь 2006 г.?

АЗ.: Знаю, были. У Лугового были встречи с Борисом. Это я знаю со слов Бориса. Это уже было после смерти Александра Литвиненко.

Р.: Вы знаете, при каких обстоятельствах эта встреча произошла?

АЗ.: Нет.

Р.: Вы знаете, обсуждали ли Луговой и Березовский вопросы, связанные с Еленой Трегубовой?

АЗ.: Нет, не знаю.

Р.: Переходим к Скарамелле. Вы знакомы с ним?

АЗ.: Нет.

Р.: Вы знаете место работы и жительства Скарамеллы? 

АЗ.: Только из прессы.

Р.: Вы могли бы сказать нам названия этих мест?

АЗ.: Нет.

Р.: Александр Литвиненко был знаком с Марио Скарамеллой? 

АЗ.: Да.

Р.: Сколько времени они знали друг друга?

АЗ.: Я думаю, примерно год, больше года.

Р.: У них были общие деловые интересы?

АЗ.: Я знаю, что у них были отношения, но не знаю, какого рода.

Р.: Вы знаете, были ли у них встречи в октябре-ноябре 2006 г.?

АЗ.: Знаю точно, что они встречались I ноября в Лондоне.

Р.: При каких обстоятельствах эта встреча была?

АЗ.: По предложению Марио Скарамеллы, Марио Скарамелла передал те документы, о которых я говорил, где есть версия убийства Анны Политковской.

Р.: Откуда вы знаете об этой встрече?

АЗ.: Об этом мне рассказал Саша 1 ноября, когда мы ехали из города домой.

Р.: Переходим от Марио Скарамеллы к другому вопросу. Вы знаете кого-нибудь из "Эронис"?

АЗ.: Нет.

Р.: Александр Литвиненко был связан с деятельностью "Эронис"?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Вы знаете кого-то из компании "Риск Менеджмент"?

АЗ.: Нет.

Р.: Александр Литвиненко был как-то связан с этой компанией?

АЗ.: Это компания по секьюрити? Я думаю, что да, у него были отношения. Просто мы говорили об этом после его отравления.

Р.: Как Александр Литвиненко был связан с "Риск Менеджмент"?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Александр Литвиненко знал кого-то из "Риск Менеджмент"?

АЗ.: Я думаю, что знал.

Р.: Вы знаете имена?

АЗ.: Нет.

Р.: Вы знаете кого-то из русской компании "Газпром"?

АЗ.: Знаю Миллера, знаю Черномырдина.

Р.: С какого времени вы знаете этих людей?

АЗ.: Черномырдина знаю лет 15. Миллера знаю заочно, по телевидению, я с ним не встречался. С того момента, как его назначили, сняли Вяхирева и назначили Миллера, лет 5, наверное.

Р.: Какие у вас связи с этими людьми? 

АЗ.: Вообще никаких.

Р.: Александр Литвиненко был связан с деятельностью компании "Газпром"?

АЗ.: По-моему, нет.

Р.: Он знал кого-нибудь оттуда?

АЗ.: Я не знаю.

Р.: У Александра Литвиненко были знакомые в Испании?

АЗ.: Да.

Р.: Среди этих людей был человек по имени Джордж или Хорхе?

АЗ.: Я не знаю.

Р.: Что вам известно о человеке по имени Невзлин, который проживает в Израиле?

АЗ.: Я знаю, что он один из руководителей ЮКОСа, что он преследуется российской прокуратурой, что он один из партнеров Михаила Ходорковского, который сидит в тюрьме, знаю, что он очень сильно раздражает российскую власть сегодня.

Р.: Вы знакомы с Невзлиным?

АЗ.: Да, я встречался с ним.

Р.: Вы могли бы дать нам его адрес и подробности того, как с ним связаться?

АЗ.: Нет.

Р.: Когда вы с ним познакомились?

АЗ.: Года полтора-два назад.

Р.: Какие у вас отношения?

АЗ.: Никаких.

Р.: Когда вы с ним встречались последний раз?

АЗ.: Первый и последний раз у Бориса. Я только один раз его встречал.

Р.: При каких обстоятельствах произошла встреча, и что на ней обсуждалось?

АЗ.: Мы говорили об общих вещах. Это было на какой-то вечеринке в Лондоне. Я точно не помню, что это было. Нас познакомил Борис. Невзлин меня знал по телевидению, а Борис представил меня ему.

Р.: Александр Литвиненко был знаком с Невзлиным?

АЗ.: Я думаю, да.

Р.: Вы знаете, сколько времени они знали друг друга?

АЗ.: Нет.

Р.: Знаете ли вы, какие у них были отношения?

АЗ.: Нет.

Р.: Какие-либо деловые отношения?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Когда и при каких обстоятельствах они встречались в последний раз?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Что вам известно о человеке по имени Юрий Швец?

АЗ.: Он приходил ко мне домой, я его дома один раз встречал. Он приходил с Александром Литвиненко и с Михаилом... как его... можно спросить? Если вы помните? этот украинец, который записывал Кучму. Микола? Вылетело из головы. Саша, Микола и Юрий Швец приходили ко мне домой.

Р.: В отношении Юрия Швеца - вы знакомы?

АЗ.: Знакомы, но не имею никаких отношений.

Р.: Вы могли бы дать его адрес и как с ним связаться?

АЗ.: Нет.

Р.: Вы говорите, что вы с ним встречались только раз.

АЗ.: Да.

Р.: И что вы обсуждали во время той встречи?

АЗ.: Он рассказывал о Путине, о совместных годах учебы. Они вроде бы учились вместе, и были знакомы друг с другом. Так, о прошлом советском.

Р.: Когда была та встреча?

АЗ.: В 2005 г., думаю. Это было в период "оранжевой революции" на Украине, точно. 2004 или 2005? Не помню.

Р.: Александр Литвиненко был знаком со Швецом?

АЗ.: Да.

Р.: Сколько времени они знали друг друга?

АЗ.: Не знаю, сколько времени, но они знали друг друга.

Р.: Какие отношения у них были?

АЗ.: Какие-то отношения у них были, постоянные контакты между ними были. Какие - я не знаю.

Р.: Когда и где они встретились в последний раз?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Были ли у них бизнес-интересы?

АЗ.: Я не знаю.

Р.: Что вам известно о человеке по имени Юрий Фельштинский?

АЗ.: Знаю, что он соавтор книги Литвиненко "ФСБ взрывает Россию".

Р.: Вы знакомы с ним?

АЗ.: Да.

Р.: Вы могли бы предоставить его адрес н контакты?

АЗ.: Нет.

Р.: Когда вы с ним познакомились?

АЗ.: Почти одновременно, в 2002 г., как с Сашей.

Р.: Какие у вас отношения?

АЗ.: Дружеские.

Р.: Когда вы с ним встретились в последний раз?

АЗ.: Не помню. Давно.

Р.: При каких обстоятельствах была эта встреча?

АЗ.: Первая встреча?

Р.: Нет, последняя.

АЗ.: Да в городе встретились случайно.

Р.: И что вы обсуждали при последней встрече?

АЗ.: Здоровье, как кто.

Р.: Александр Литвиненко был знаком с Юрием Фельштинским?

АЗ.: Да.

Р.: Сколько времени они были знакомы?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Какие отношения у них были?

АЗ.: Они были соавторы книги, и я думаю, что у них были дружеские отношения.

Р.: Если у них были какие-то деловые отношения, то что они включали в себя?

АЗ.: Они написали совместную книгу "ФСБ взрывает Россию".

Р.: Когда они в последний раз встречались?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Что вы знаете о человеке по имени Тим Райли?

АЗ.: Ничего не знаю.

Р.: Александр Литвиненко был знаком с Тимом Райли?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Что вы знаете о человеке по имени Дэниел, сотруднике "Риск Менеджмент"?

АЗ.: Ничего.

Р.: Александр Литвиненко был связан с ним.

АЗ.: Да, знаю со слов Саши.

Р.: Сколько они знали друг друга?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Какие у них отношения?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Если у них деловые отношения?

АЗ.: Я знаю, что у них были какие-то отношения, но не знаю, какие.

Р.: Когда Александр Литвиненко и Дэниел встречались в последний раз?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Что вам известно о человеке по имени Александр Шадрин и его отношении к компаниям "Континентал Петролеум" и "Эко Три"?

АЗ.: Абсолютно ничего. Я и Шадрина не знаю.

Р.: Александр Литвиненко был знаком с Шадриным?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Что вы знаете о людях по имени Алексей Валуев и Владимир Валуев?

АЗ.: Ничего не знаю.

Р.: Александр Литвиненко был знаком с ними?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Что вы знаете о человеке по имени Аркадий Шалвович Патаркацишвили?

АЗ.: Я его знаю.

Р.: Вы могли бы дать его полные детали, место жительства?

АЗ.: Нет.

Р.: Когда вы с познакомились?

АЗ.: В 1997г.

Р.: Какие у вас отношения?

АЗ.: Да никаких. Знакомы, и все.

Р.: Когда вы с ним встречались в последний раз?

АЗ.: Не помню. Давно.

Р.: Что вы обсуждали во время последней встречи?

АЗ.: Нет.

Р.: Александр Литвиненко был знаком с ним?

АЗ.: Да.

Р.: Сколько времени?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Какие отношения у них были?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Если у них были деловые отношения, что они в себя включали?

АЗ.: Абсолютно не знаю.

Р.: Когда и где они в последний раз встречались?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Что вы знаете о Егоре Шуппе?

АЗ.: Так, это зять Бориса? Егор? Если речь идет о зяте Бориса, я его знаю. Я фамилию не знаю.

Р.: Александр Литвиненко был знаком с Егором Шуппе?

АЗ.: Я не знаю.

Р.: Что вы знаете о Руслане Фомичеве?

АЗ.: Я не знаю.

Р.: Вы не знакомы с ним.

АЗ.: Одного Руслана я знаю, у меня просто проблема с фамилиями. Если речь идет о том, который работал у Бориса, я его знаю. Я встречался и видел его.

Р.: Будем говорить, как будто это тот, которого вы знаете. Вы можете дать его адрес и контакты?

АЗ.: Нет.

Р.: Когда вы с ним познакомились?

АЗ.: Я знаю, что он работает у Бориса. Я видел его в офисе. Никаким отношений у меня с ним не было, поздоровались - и все.

Р.: Александр Литвиненко знал Руслана Фомичева?

АЗ.: Думаю, да.

Р. -Какие у них отношения?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Если у них были деловые отношения, то какого порядка?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Когда и где они в последний раз встречались?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Что вы знаете о Перевенцеве и Хомякове?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Вы с ними незнакомы?

АЗ.: Нет.

Р.: Александр Литвиненко был знаком с ними?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Что вы знаете о Владимире Воронове?

АЗ.: Я знаю, что есть такой. Я с ним встречался в офисе у Бориса Березовского. Познакомились мы там, встречались несколько раз. Никаких отношений у меня с ним нет, кроме как знакомства.

Р.: Вы знаете о том, какое отношение Воронов имел к деятельности "Континентал Петролеум"?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Вы могли бы дать все подробности Воронова?

АЗ.: Нет.

Р.: Какие у вас отношения с Владимиром Вороновым?

АЗ.: Никаких. Я знаю, что он работал у Горбачева переводчиком.

Р.: Когда и где вы встречались в последний раз?

АЗ.: Не помню.

Р.: Вы помните, что вы обсуждали во время этой встречи?

АЗ.: Нет.

Р.: Александр Литвиненко был знаком с ним?

АЗ.: Думаю, что да.

Р.: Сколько времени они знали друг друга?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Какие отношения у них были?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Если у них были деловые отношения, что в них входило?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Когда они встречались в последний раз?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Время сменить пленку. Сейчас 12.20.

***

КАССЕТА №3 

Детектив Роудз (Р.): Сейчас 12.33, мы в той же комнате. Я напоминаю, что вы находитесь здесь по доброй воле и не обязаны отвечать на вопросы, и можете уйти в любое время. Мы обсуждали имена. Последним был Воронов. Сейчас вопрос о том, знаете ли вы человека по имени Соколенко?

Ахмед Закаев (АЗ.): Нет.

Р.: Вы могли бы предоставить детали по Соколенко?

АЗ.: Нет.

Р.: Александр Литвиненко был знаком с Соколенко? 

АЗ.: Не знаю.

Р.: Это все, кто есть в моем списке. Сейчас мы обсудим даты прошлого года и место вашего нахождения. Я понимаю, что некоторые моменты мы обсуждали. Если вы не хотите что-то обсуждать или считаете, что вы уже ответили на эти вопросы, скажите. Первый вопрос: Ахмед, где выбыли 30 октября 2006 г.?

АЗ.: Дома, в Лондоне. Дома находился.

Р.: А 1, 2 и 3 ноября 2006 г.?

АЗ.: Дома, в Лондоне.

Р.: Где был Александр Литвиненко в это время?

АЗ.: Я об этом уже говорил.

Р.: Расскажите нам все, что вам известно, о тех людях, с которыми Александр Литвиненко встречался с 31 октября по 3 ноября?

АЗ.: Я об этом уже говорил.

Р.: По поводу вещей, о которых говорил Александр Литвиненко с людьми. Что вы знаете и когда вы об этом узнали?

АЗ.: Я об этом узнал, что он встречался с Марио Скарамеллой, и о чем они обсуждали, я узнал 1 числа, когда мы с ним ехали вместе. Относительно Лугового и Ковтуна, которые встречались с ним 1 числа, и, по его словам, они являлись теми людьми, которые его отравили, я узнал в Барнет госпитале 4 и 5 ноября.

Р.: Вы знаете о том, страдал ли Александр Литвиненко от какой-то болезни? Если да, то от каких заболеваний страдал?

АЗ.: Насколько я знаю, он не болел и был очень крепким и здоровым физически.

Р.: Чувствовал ли себя Александр Литвиненко хорошо 30 и 31 октября и 1, 2, 4 ноября?

АЗ.: 30 и 31 он чувствовал себя хорошо, но с 1 ночи и пока он умер, он был больной и он был отравлен.

Р.: Александр Литвиненко обсуждал с вами свое состояние здоровья? Когда и где происходили эти беседы?

АЗ.: В госпитале, я был с ним все время с 4 числа. Мы обсуждали его состояние и говорили об этом.

Р.: Вы заметили какие-либо изменения в его поведении за этот период?

АЗ.: Да. С каждым днем ему становилось хуже. Он был очень тяжело болен. На десятый день отравлениия у него начали выпадать волосы. И 23 он скончался. 22 у него была первая остановка сердца, но в эту ночь врачи его вытащили, спасли. 23, когда мы приехали в больницу, врачи нам позвонили, и мы вернулись из дома с его женой в больницу, он уже был мертв.

Р.: Вы знаете, когда Александр Литвиненко начал жаловаться на ухудшение состояния здоровья?

АЗ.: С 1 ноября ночи.

Р.: Когда вы об этом узнали?

АЗ.: Я об этом узнал 2 числа от моей супруги.

Р.: В чем выразилось ухудшение здоровья.

АЗ.: У него была беспрерывная рвота. Он не мог ничего есть, и с каждым днем эта ситуация ухудшалась.

Р.: Как это повлияло на его поведение?

АЗ.: Он до последней минуты он оставался в здоровом уме. Он перестал говорить 22 числа, только 22 ноября. До этого времени он был абсолютно в здравом уме, работал, отвечал на вопросы.

Р.: Лечили ли Александра Литвиненко, и если да, то какими препаратами?

АЗ.: Я не знаю, он был в госпитале.

Р.: Вы знаете, в каких больницах Александр Литвиненко лечился в ноябре 2006?

АЗ.: С 3 по 15 он находился в Барнет госпитале. С 15 или 16 в University College Hospital в Лондоне.

Р.: Каков был диагноз?

АЗ.: Первое, что установили врачи в Барнет хоспитале - это было пищевое отравление. За дней 10 был установлен диагноз "отравление таллием". С этого ему начали давать антидоты, тогда же его взяли под охрану полицейские, и его перевезли в University College Hospital. Потом 23 числа ночью после его смерти нам заявили, что он был отравлен полонием-210. С 23 на 24, ночью.

Р.: Вы знаете, почему диагноз менялся?

АЗ.: Врачи пытались установить, что с ним произошло, потому что симптомы не подтверждались другими. Я просто знаю, как происходил этот процесс, потому что я был рядом с ним. Насколько мне известно, полоний обнаружили в моче, которую взяли у Александра Литвиненко за 3 часа до его смерти. Заказчики и исполнители этого чудовищного преступления рассчитывали именно на это, что не будет установлен точный диагноз. Российские спецслужбы именно эти яды и такого рода методы использовали против чеченцев как на территории Чеченской республики, так и в местах лишения свободы на территории России. У нас очень много этому подтверждений, доказательств и примеров.

Р.: Когда и от кого вы узнали о диагнозе?

АЗ.: Я узнал об этом напрямую от властей Великобритании. Я думаю, что как раз-таки представители вашей структуры были дома ночью у Александра Литвиненко, где я находился с супругой и отцом Александра Литвиненко. И они нам сказали, что был обнаружен полоний-210, и что у него практически с самого начала вообще не было никаких шансов выжить.

Р.: Он покидал госпиталь после того, как его туда приняли в ноябре 2006 г.?

АЗ.: Нет. Тело его нам не отдали сразу, было сказано, что нужно провести соответствующую экспертизу, расследование. Тело для похорон выдали в специальном саркофаге, который был закрыт. И так он был похоронен.

Р.: Вы знаете, с кем Александр Литвиненко встречался в больнице? 

АЗ.: Знаю, потому что практически все время находился в госпитале.

Р.: Что Александр Литвиненко говорил о причине своей болезни?

АЗ.: Он говорил, что он абсолютно уверен, что он по указанию лично президента России Путина он был отравлен, и непосредственными исполнителями являются Луговой, Ковтун и третий человек, который с ними был в отеле "Миллениум".

Р.: Кому он это сказал в отношении своей болезни?

АЗ.: Он мне об этом говорил, своей жене и отцу, Борису Березовскому. И также я знаю, он в присутствии своего адвоката написал предсмертное письмо. Когда он был уж перевезен в University College Hospital, он смирился с мыслью, что он может умереть. Это было, когда врачи и эксперты начали высказывать по поводу, что таллий может быть радиоактивный. И когда врачи уже понимали и сказали ему, что необходима может быть пересадка костного мозга, который был полностью разрушен, тогда я знаю, что после этого он уже составил это предсмертное письмо, которое было зачитано после его смерти. Когда он говорил о том, что он может умереть, никто, конечно, еще не предполагал полоний-210. Поэтому надежда, что он выживет, все равно оставалась, потому что Саша был очень здоровый парень. Он не курил, не пил, каждый день бегал 10-11 км, это здоровое сердце было. Думаю, что именно его физическое здоровье дало британским врачам установить точный диагноз. Если бы он умер на неделю раньше, никто не установил бы точный диагноз.

Р.: Александр Литвиненко оставил какие-либо письма или заметки о своей болезни?

АЗ.: Кроме этого письма, которое было зачитано и о котором я говорил выше, я не знаю.

Р.: Кому он говорил об обстоятельствах, при которых он мог бы прикасаться к полонию-210?

АЗ.: Дело в том, что о полонии Саша не говорил вообще, потому что он не знал. Он говорил об отравлении, и об этом он говорил мне, своей жене Марине, отцу своему говорил, Вальтеру, Борису Березовскому, какие обстоятельства и непосредственно кто его отравил.

Р.: В отношении того, кто отвечает за его отравление, согласно его словам. Я понимаю, что мы об этом говорили. Как зовут этих людей?

АЗ.: Владимир Владимирович Путин, российский президент. Директор ФСБ Николай Патрушев, и непосредственные исполнители ихнего поручения - это были Луговой, Ковтун и третий человек, который с ними был. Это его слова, его убежденность.

Р.: Какие отношения были у Александра Литвиненко с этими людьми?

АЗ.: При Путине, когда он стал директором ФСБ, Александр Литвиненко был арестован, посажен в тюрьму. В последующем, когда президентом России стал Путин, Саша был вынужден бежать из этой страны. Саша писал Путину очень нелицеприятные статьи. Саша писал о Путине и о его становлении, его карьере. Саша обвинял его в очень многих преступлениях, совершенных им как до его прихода к власти в Кремль, так и уже во время своего президентства. Саша также был в контакте с Калугиным, который непосредственно и очень хорошо знал Николая Патрушева. И также Саша писал разоблачительные статьи о Патрушеве. Саша говорил о том, что при Путине был уже восстановлен отдел по политическим убийствам. Александр Литвиненко сохранил хорошие контакты со своими бывшими коллегами в ФСБ. Они ему постоянно давали информацию.

Лаборатория по изготовлению ядов при ФСБ была закрыта указам президента Ельцина, но в 2002 г. эта лаборатория возобновила свою работу уже при Путине. В 1995 г. Ельцин закрыл своим указом эту лабораторию, а в 2002 г. Путин ее открыл. После отравления Ющенко, украинского президента, Саша очень активно начал работать в этом направлении, и все об этом Саша не только писал в своих книгах. Он публиковал свои статьи, они публиковались на "Чеченпресс". И она рассказала Саше, что ее пригласили сотрудничать в ФСБ на стрельбище - у них есть помещение, где они проводят тренировку по стрельбищу. И там были 2 мишени: одна была мишень Шамиля Басаева, второй - Александр Литвиненко. И ей предложили: "В кого будешь стрелять, в Басаева или Литвиненко? Оба враги российского государства". Так что у Саши не было никаких иллюзий по поводу того, кто и кому нужно было его убить.

Р.: Возможно, вы уже отвечали на этот вопрос. Каково было мнение Александра Литвиненко о тех людях, которые заказали и исполнили его отравление?

АЗ.: Я это уже сказал.

Р.: В отношении его мнения об этих людях - откуда вы его знали?

АЗ.: От него самого.

Р.: Что вы знаете о причинах смерти Александра Литвиненко, откуда вы это узнали?

АЗ.: Я об этом уже сказал.

Р.: Во время его смерти, вы знаете, какое у него было движимое и недвижимое имущество?

АЗ.: Нет.

Р.: Где содержит Александр Литвиненко свое имущество, включая банковские счета и реквизиты?

АЗ.: Не знаю.

Р.: Кто унаследовал имущество после его смерти?

АЗ.: Я не знаю, Жена, сын - думаю, они.

Р.: Вы знаете, кто может иметь право на это имущество?

АЗ.: Думаю, что его сын и жена, которые находятся здесь, в Лондоне. Я знаю также, что у него была еще одна семья в Москве. Бывшая его жена и двое детей, я их встречал здесь на похоронах. Сашина дочка приезжала сюда еще при его жизни несколько раз.

Р.: Что вы знаете о заболеваниях Ковтуна и Лугового?

АЗ.: Только общее, то, что было в Интернете и прессе.

Р.: Последний вопрос. Вы хотите что-то добавить что-то полезное для расследования?

АЗ.: Единственное, что я хочу сказать: я готов сотрудничать как с английской полицией, так и с российской, сделать все, что от меня зависит, и быть полезным для установления истины и привлечению к ответственности людей, убивших моего друга.

Р.: Перед тем, как я остановлю запись, я хочу поговорить с представителем прокуратуры. У вас будет возможность задать вопросы позже. Я не задал все вопросы, которые здесь могли иметь отношение к тому, что говорил Ахмед. Есть ли какие-нибудь вопросы, которые вы бы хотели, чтобы я сейчас задал?

Андрей Майоров (АМ.).: Нет. В данном случае нет. Не были заданы вопросы, на предыдущие из которых следовал отрицательный ответ. Если допрашиваемый не знает кого-либо из людей, названных в вопросе, то он, естественно, не может рассказать об отношениях и так далее, других вытекающих отсюда вопросах.

Р.: Сейчас я выключу запись. Кто-то хочет что-то еще сказать?

АМ.: Я хотел бы спросить, если это возможно, у допрашиваемого.

Р.: Не сейчас, это будет возможно сделать позже.

AM.: Это будет с фиксацией на магнитофон?

Р.: Это будет то же самое, как сейчас.

АМ.: Понял.

Р.: Сейчас 13.16, и я выключаю запись.

***

КАССЕТА №4

Детектив Роудз (Р.): Это интервью записывается, сейчас 13.30. Мы находимся в специальной комнате для бесед в центральном полицейском участке Лондона. Я провожу беседу с человеком по имени...

Ахмед Закаев (АЗ.): Ахмед Закаев.

Р.: Спасибо. У нас есть также переводчик, господин Фанк, и представитель русских властей. Пожалуйста, представьтесь.

Андрей Майоров (АМ.): Андрей Майоров, заместитель начальника управления по расследованию особо важных дел Генеральной прокуратуры России.

Р.: Спасибо. Сегодня в 11 часов мы собрались здесь и начали задавать вопросы по просьбе русской прокуратуры. Эти вопросы были взяты из письма с просьбой, которая поступила к нам в команду по борьбе с терроризмом со стороны русской прокуратуры. После того, как были получены ответы на все эти вопросы, появились новые вопросы, которые представитель русский прокуратуры желает задать. С тех пор, как закончилась первая часть беседы, мы уточнили, что это за вопросы, которые будут заданы. Я обращаюсь к вам, господин: эти вопросы, которые я буду сейчас задавать, это те вопросы, которые мы с вами обсуждали?

АМ.: Да.

Р.: Ахмед, я должен дам наполнить, что вы здесь находитесь как свидетель, по своему желанию, и вы можете уйти в любой момент. Вы имеет право, чтобы при этом присутствовал адвокат. И также вы имеет право отказаться отвечать на любой вопрос. Вы удовлетворены своим статусом здесь?

АЗ.: Да.

Р.: Тогда приступим к вопросам. Первый вопрос: когда вы оказались в контакте с полонием-210?

АЗ.: Я это не знал. Как это в последующем выяснилось, что 1 числа, после отравления, я подвозил Александра Литвиненко в своей машине. И, когда после смерти Александра Литвиненко, было установлено, что он умер вследствие отравления полонием-210, английская полиция, которая проводила расследование по раскрытию этого преступления, проводили тестирование на дозу и наличие полония-210 во всех местах, где был Александр Литвиненко с I числа. И, зная о том, что I числа я его привозил домой, полицейские проверили мою машину на наличие радиоактивного вещества. В моей машине были обнаружены следы полония-210 именно в том месте, где сидел Александр Литвиненко - на заднем сиденье. И, когда я говорил о злополучном дне, когда я у меня состоялся контакт с радиоактивным веществом, я имел в виду именно 1 ноября, когда я подвозил Александра Литвиненко домой в своей машине.

Р.: Александр Литвиненко когда-нибудь подтверждал, что он является Волковым?

АЗ.: Да. В 2002 г., когда мы с ним уже познакомились очно, мы встречались и продолжали общаться, он подтвердил эту информацию, что под документами Волкова был он, Александр Литвиненко, и вел допрос Аллы Дудаевой.

Р.: Алла Дудаева говорил о Литвиненко, о его личности и характере?

АЗ.: Да, она говорила, она очень хорошо отзывалась об Александре Литвиненко. Она была поражена тем, что в этой страшной организации, которая называется КГБ, работают такие интеллигентные, приятные в общении люди, которые способны понимать чужое горе. И она лично мне говорила, что, по ее мнению, Александр Литвиненко был случайным человеком в этой организации.

Р.: При каких обстоятельствах вы встретились с Александром Литвиненко?

АЗ.: Я знаю вопрос, который был задан на русском языке, и поэтому я отвечу на него. В предыдущей беседе я говорил о наших отношениях, но не уточнил, первый раз и с какого момента я лично знаю Александра Литвиненко. И в связи с этим возник этот вопрос. Я знал Александра Литвиненко с 1996 г. заочно, когда наши службы устанавливали личность Волкова, который допрашивал Аллу Дудаеву во время ее задержания. На совещании государственного комитета обороны наш начальник службы заявил о том, что человек, который под фамилией Волков допрашивал Аллу Дудаеву с 25 по 28 мая 1996 г., был Александром Литвиненко. С этого времени я знал фамилию Литвиненко и знал его заочно. Остальное я уже сказал. Лично я с ним встречался в 2002 г. в Лондоне.

Р.: Александр Литвиненко имел опыт обращения с отравляющими и радиоактивными веществами?

АЗ.: Я об этом уже говорил и могу повторить: я не знаю.

Р.: Александр Литвиненко сам сказал вам, что его отравили Луговой и Ковтун, или это ваше предположение?

АЗ.: Нет, он сам мне сказал об этом, когда я он находился в госпитале, и я его посещал.

Р.: Он сказал, как совершено было отравление и как он пришел к такому заключению?

АЗ.: Да, он сказал мне об этом. Это произошло 1 ноября в баре гостиницы "Миллениум", где он встречался с Луговым, Ковтуном и третьим человеком, которого он тогда не знал ни по фамилии, ни по имени. Когда он пришел к ним, подошел к столу, они сидели, выпивали. Они предложили ему выпить спиртное. Я говорю сейчас то, о чем мне рассказывал Саша, и я повторяю его слова. Саша сказал: "Они знали, что я не пью спиртное". Но они ему несколько раз предложили разного рода выпивки.

Когда он отказался, они ему протянули чашку: "Выпьешь с нами хотя бы чай?". На мой вопрос: чай уже налитый был в чашку, и стоял на столе, который они ему предложили, или при нем наливали этот чай, Саша ответил, что чай был уже налитый. И он выпил, сделал два-три глотка. С этого момента у него было ощущение неприятности, что они чем-то его отравили. И когда ночью, вечерам он был дома, первый раз, когда ему стало плохо, и первый раз его вырвало, он сразу же сказал Марине, своей жене: "Марина, меня отравили, Юра и ребята, с которыми я встречался, чаем". И он попросил принести марганцовку, он выпил эту марганцовку, много литров воды. Это такой народный метод, первая помощь, экстренная помощь очистки от отравления. Вот все об этом мне рассказал Саша, уже будучи в госпитале.

Р.: В период с 30 октябри по ноябрь какими документами обменялись Березовский и Литвиненко?

АЗ.: Я уже ответил на Этот вопрос, что я не знаю.

Р.: Борис Березовский что-то говорил по поводу своих отношений с Луговым, и поддерживали ли они эти отношении?

АЗ.: Да, когда Саша уже был перевезен из Барнет госпиталя в University College Hospital, и когда уже было очевидно, что он отравлен, Саша говорил о Луговом Борису тоже, что он считает, что он это сделал. Он говорил о Юрии Луговом. После этого в разговоре с Борисом я узнал, что Юрий Луговой поддерживал отношения с Борисом, что он был в его офисе, что он поручал ему заняться охраной его дочери, которая находится в России. Что он приходил к нему в офис, и они обсуждали вопрос организации службы безопасности его дочери, которая находится в России. Исходя из вышесказанного, я считаю, что они поддерживали и деловые, и личные контакты.

Р.: В чем заключается деятельность компании "Риск Менеджмент"?

АЗ.: Я уже отвечал на этот вопрос, что я не знаю, чем они занимаются. Слово "секьюрити", которое я произнес в предыдущем ответе, было больше вопросом, который я вам хотел задать, потому что я абсолютно не знаю о деятельности этой организации.

Р.: Когда вас посетил Швец дома, кто был инициатором этой встречи? Пришел бы он сам по себе к вам?

АЗ.: Думаю, что нет, потому что он элементарно не знал, где я живу. Его пригласил Саша Литвиненко.

Р.: Чем занимался Литвиненко между 30 и 31 октября?

АЗ.: Я не знаю точно, что он делал, но я знаю, что он был дома, был в Лондоне, он не был на выезде, он был здесь. И он был здоров.

Р.: И чем он занимался 1, 2 и 3 ноября? 

АЗ.: Я уже ответил на этот вопрос.

Р.: Когда Александр Литвиненко был в больнице, кто, кроме вас, его жены, Бориса Березовского и его адвоката посещали его?

АЗ.: Члены моей семьи, моя жена и мой сын. Александр Гольдфарб, Андрей Некрасов, Ивал Эмунсен, норвежский наш друг. Вот эти люди, о которых я знаю. Может быть, кто-то его посещал в мое отсутствие.

Р.: Когда вам стало известно, что именно полонием-210 был отравлен Литвиненко?

АЗ.: После гибели Александра Литвиненко, с 23 на 24 ночью, на мой телефон позвонил представитель Скотланд-Ярда. Это было где-то в час ночи. И представитель Скотланд-Ярда сказал о том, что им необходимо с нами, со мной, с Мариной встретиться в эту ночь. Разговаривали они с моим помощником с моего телефона. Я сказал: "Какая необходимость беспокоить сегодня Марину, всех, потому что мальчик уже спал в доме, почему нельзя эту встречу отложить на утро"? Полиция сказали, что они не могут откладывать. Вы поймете нас правильно, когда узнаете, почему мы не можем это отложить. И в эту ночь, после двух часов, приехала целая группа полицейских, люди с какими-то спецприборами. И двое представителей Скотланд-Ярда сообщили мне и Марине и отцу Александра, который находился на кухне у них дома, что установлено, что Саша был отравлен полонием-210. Первый раз я услышал об этом в 2-3 часа ночи 24 ноября.

Р.: В прежней части беседы вы говорили о целой цепи людей, которые были замешаны в отравлении Александра Литвиненко. Вы могли бы назвать этих людей, которые замешаны в этом, начиная от президента Путина и кончая Луговым и Ковтуном?

АЗ.: Тех, кто я знаю, я уже сказал, и дополнительно почему и у меня, и всех, кто знает эту ситуацию, сложилось, это Лимарев. Некий Лимарев, который послал документы Скарамелле, и тем самым спровоцировал встречу Литвиненко и Скарамеллы в Лондоне по передаче документов особой важной информации по раскрытию убийства Анны Политковской. Если бы не был бы обнаружен полоний, эта операция и вовлечение в операцию, в убийство Литвиненко Скарамеллы, она была операцией прикрытия. И уже доказать, что именно Луговой и Ковтун, что отравление произошло именно в кафе "Миллениум", когда Саша встречался с ними, было бы уже практически невозможно.

Я считаю, что еще много людей было вовлечено в эту операцию. Это убийство было организовано именно тогда, когда был назначен футбол. Российская команда играла, и очень много болельщиков прибыло из России в Англию. И я думаю, что именно большой круг людей был задействован, потому что практически та информация, которая выходила в российской прессе, было очевидно, что они за нами следили, русские за нами следили. Я скажу, почему я это знаю. Потому что информация, которая писалась в российской прессе, она не могла исходить от Александра Литвиненко. Она не исходила от меня, значит, была третья сторона, которая следила за нами. Я никогда, действительно, не оставляю свою машину без присмотра. Был один или два раза, я Сашу просил, когда мне нужно было куда-то ехать, мы вместе ехали, и я его просил: "Оставайся в машине, пока я приду". И об этом написали в российской прессе. Потому что я знаю, что только люди, которые за нами следили, могли знать это.

Р.: Александр Литвиненко объяснял мотивы или цели, стоявшие за этим убийством, или вы сами пришли к этому выводу, включая дело с лабораторией по производству отравляющих веществ?

АЗ.: То, о чем я говорил выше, все исходит из слов Александра Литвиненко. Если кого-то интересует мое собственное мнение, я это могу сказать.

Р.: У вас есть доказательства, что русские спецслужбы используют, отравляющие вещества и материалы?

АЗ.: Есть. Когда я говорю "мы", я имею в виду в первую очередь себя как руководителя и государственной комиссии по расследованию военных преступлений, совершенных в результате оккупации Чеченской республики Россией. Также я имею генеральную Прокуратуру Чеченской республики, которая аккумулирует все эти доказательства и факты, как по отравляющим веществам, так и по массовым убийствам, совершенным и совершаемым на территории Чечни. И конечно, мы готовы сотрудничать с любой заинтересованной стороной по этим вопросам. Для российской прокуратуры я думаю, будет интересно знать, и я хочу обратно внимание на признательное заявление директора ФСБ Патрушева о том, что российская ФСБ прибегает и использует отравляющие вещества в своей работе. Он это заявление сделал в 2004 г., после того, как отравляющими веществами, то есть письмом, отправленным Хаттабу, он был отравлен. На вопрос журналистов о том, что и как был ликвидирован арабский доброволец, воюющий в Чечне, Патрушев ответил, что у нас есть ноу-хау, которое мы будем использовать. Ноу-хау Патрушева появилось с 1 ноября в центре Лондона.

Р.: Что вам известно о вскрытии Литвиненко и если да, то что вы знаете и откуда? 

АЗ.: Нет.

Р.: Вы сказали, что Литвиненко был отравлен 1 ноября. В предыдущей части интервью вы сказали, что на 14 ноябри он начал терять волосы, и поэтому 10 дней до того произошло отравление. И таким образом, отравление бы имело место 3 или 4 ноября. Так когда же именно произошло отравление?

АЗ.: Как я и говорил раньше, отравление произошло I ноября. Когда я говорил о 13-14 числе, когда у него начали выпадать волосы, и при этом добавил "на 10 день его отравления", я имел в виду, что после 10 дней у него началось выпадение волос. И если что-то я оговорился числами, это была просто техническая ошибка в произношении. Еще раз могу подтвердить, что факт отравления со слов Александра Литвиненко и по всем тем имеющимся у нас доказательствам и основаниям, он был отравлен именно 1 числа.

Р.: Спасибо, это все вопросы. Кто-то хочет что-то сказать перед тем, как я выключу магнитофон?

АМ.: Нет.

Р.: Тогда я выключаю запись.