Ползунки из Белого дома

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Клебанов покрывает криминальные подвиги торговца подгузниками

© "Московский комсомолец", origindate::07.12.01" Секретная жизнь самого секретного министра России"

Ползунки из Белого дома

Александр Хинштейн

Converted 12365.jpg

Генеральный директор РАСУ Владимир Симонов

“Извините, — голос в трубке лязгнул металлическими нотками. — Министр принять вас не сможет”.

“Как же так? Он ведь обещал?!”

Металл усилился: “Не сможет. Компетентные органы не рекомендовали министру с вами встречаться”.

От неожиданности я едва не подпрыгнул в кресле. Вот те на. Наверное, если бы Басаев или Хаттаб сослались на “компетентные органы”, я и то удивился бы меньше. С таким же успехом скинхеды могут апеллировать к Московской хоральной синагоге...

“Компетентные органы” давно и плотно интересуются министром Симоновым.

Это очень интересный министр. Министр, тайком выезжающий за кордон... Министр, владеющий десятком коммерческих структур (в том числе иностранных)... Министр, ставящий на “счетчик” своих зарубежных партнеров и стращающий их русской мафией... Министр, загоняющий счета “оборонки” в американские банки... Министр, не имеющий “допуска”...

И при этом — руководитель одного из самых секретных и стратегически значимых ведомств страны. Ведомства, от которого напрямую зависит безопасность России... [...]

Имя этого министра вряд ли скажет что-то широкой публике. Его ведомство не избаловано особым вниманием журналистов, да и сам он предпочитает находиться в тени.

Между тем ведомство это — далеко не последнее в государстве, а после событий 11 сентября в Америке и вовсе перешло в разряд ключевых. Называется оно РАСУ — Российское агентство по системам управления.

***

ИЗ ДОСЬЕ “МК”: Российское агентство по системам управления (РАСУ) — федеральный орган власти, курирующий самый стратегически важный участок ВПК: радиоэлектронику и системы управления.

В ведении РАСУ — системы противоракетной и противовоздушной обороны, радиоэлектронной борьбы, контроля космического пространства, радиоизмерительная техника военного назначения и многое другое. Совместно с Минобороны РАСУ формирует государственную программу вооружений и государственный оборонный заказ.

Под десницей агентства — 764 предприятия и организации общей численностью 450 тысяч человек. С момента создания в 1999 г. РАСУ возглавляет генеральный директор Владимир Симонов. Он напрямую подчинен вице-премьеру Правительства РФ по ВПК Илье Клебанову.

* * *

Кто только не управлял нашим многострадальным государством: кухарки, завлабы, банкиры... Специалисты по высоким температурам руководили милицией. Освоители недр — госбезопасностью.

Однако бывших торговцев подгузниками до последнего времени у нас, кажется, еще не было...

91-й год будущий министр встретил в кресле третьесортного научного сотрудника. За 20 лет работы в НИИ вакуумной техники им. Векшинского он сумел дослужиться лишь до начальника отдела, и на этом карьера его застопорилась. Жизнь как песок утекала между пальцами. Но наступили реформы. Коммерческая лихорадка охватила страну.

Это было лихое, бесшабашное время, когда миллионные состояния делались за один день. Когда, скупив у забулдыг мешок ваучеров, любой недоучившийся пэтэушник мог стать хозяином гигантского завода. Это было время таких, как Симонов: неудачников, авантюристов.

Он бросается в коммерцию. Одну за одной учреждает коммерческие структуры — всевозможные ЗАО, АОЗТ, ООО, ТОО. Словно вакуумный пылесос, всасывает все, на чем можно только заработать (одна из его фирм — ООО “Рикъ” — импортирует, например, распашонки, ползунки и детские колготы из Восточной Европы). Но много ли наживешь на трикотажных колготах?

В 94-м Симонов увольняется из НИИ. Он жаждет большего...

“В 1995 г. избран президентом ЗАО “Московский научно-технический центр, — говорится в справке, размещенной на официальном интернет-сайте РАСУ. — В 1996—1998 гг. работал заместителем председателя Федерального фонда развития электронной техники. С января 1999 года — генеральный директор “Центральной компании Межгосударственной финансово-промышленной группы “Электронные технологии”.

Звучит красиво. Этакий вестник науки и техники. Особенно если не знать, что ЗАО “Московский научно-технический центр”, несмотря на звучность названия, — это обычная коммерческая структура, учрежденная вдобавок фирмами самого же Симонова. А с межгосударственной ФПГ “Электронные технологии” (тоже чисто коммерческой) и вовсе связана скандальная история, едва не стоившая нашему герою свободы.

В двух словах: в 98-м, в рамках Российско-Белорусского Союза, учреждается программа “Союзный телевизор” — дабы возродить телевизионную промышленность и вытеснить иностранщину.

Исполком Союза перечисляет 320 тысяч долларов в симоновскую МФПГ “Электронные технологии”. Деньги эти должны уйти в Воронеж, на завод телевизоров “ВЭЛТ”. Но уходят почему-то в другую симоновскую структуру — ОАО “Российская электроника”, оттуда перекачиваются в никому не известную фирму ООО “Совмедимпорт” и исчезают навсегда. Все “платежки” подписывал лично Симонов.

Уже потом, когда ГУВД Москвы возбудит дело о мошенничестве, вскроются многие интересные подробности. Окажется, что на момент операции МФПГ “Электронные технологии” вообще не существовало в природе (Минэкономики зарегистрирует ее лишь в августе 99-го).

Окажется, что директор “Совмедимпорта” с грозной фамилией Лютый и слыхом не слыхивал о своем директорствовании, и экспертиза признает его подпись на договорах поддельной.

Окажется, что фактический владелец “Совмедимпорта” Кабаев — близкий друг Симонова: настолько близкий, что, став министром, Симонов даже назначит его начальником отдела агентства по внешнеэкономическим связям.

Много всего интересного окажется еще, только вряд ли это имеет теперь какое-то значение. Денег в Воронеже по-прежнему нет. Уголовное дело прекращено. Связываться с министрами — себе дороже...

* * *

...От Праги до маленького городка Упице — 2 часа езды. Обычный чешский северный городок: неизменная ратуша в центре, пятиэтажки — наследие социализма, цветочные клумбы у подъездов.

Струйка дыма над трубой кирпичного трехэтажного дома видна издалека. Значит, внутри кто-то есть. Пробуем заговорить с хозяевами, но, услышав фамилию “Симонов”, они сразу же захлопывают дверь. Министр Симонов оставил о себе здесь недобрую память...

На доме — табличка: “улице Безручова, 204”. Именно этот адрес значится в учредительских документах фирмы “Дасот”. Фирмы, учрежденной еще в 93-м году шестью физическими лицами: эстонцем, словаком, чешкой и тремя русскими. Собственно, чешская учредительница — Дагмар Шпелдова — это и есть владелица домика с трубой, остальные же имена вряд ли вам что-то скажут, кроме одного: Владимир Симонов.

Ошибки тут быть не может: д-р Симонов Владимир Валентинович — написано в документах, которые каждый желающий может получить в регистрационной палате (информация о фирмах в Чехии — открытая), — Москва, Сумской проезд, 21/1. (Адрес точный: я проверял.) А еще в них написано, что по состоянию на ноябрь 2001 года д-р Симонов из числа учредителей фирмы не выходил.

Не покинул он и другую коммерческую структуру — “Чарли”, зарегистрированную в соседнем с Упице городе Трутнове, в местечке Бойиште, 53. Учредители все те же: Дагмар Шпелдова, д-р Симонов.

Мы специально поехали в местечко Бойиште — больше, впрочем, похожее на подмосковный дачный поселок. Но, сколь ни пытались, отыскать 53-й дом так и не смогли — его попросту не было. Никто из местных о фирме “Чарли” никогда не слышал...

— Не так давно, — рассказывает Иван Пейскар, детектив из частного сыскного агентства “Ди Ай Севен”, — к нам обратился один клиент. Он хотел узнать, есть ли у его должника какие-то предприятия и собственность в Чехии. Должника этого звали Владимир Валентинович Симонов...

...Не суть важно, как мы познакомились с паном Пейскаром. Главное, что без его помощи нам вряд ли удалось бы найти фирмы министра, разбросанные по чешскому захолустью.

Раньше Пейскар работал в полиции. В уголовном розыске Праги. Надпоручик — по-нашему старший лейтенант. Но платят в полиции мало, вот и пришлось переквалифицироваться в частные сыщики...

— Мы проверили, нашли две фирмы — “Дасот” и “Чарли”, в которых Симонов является учредителем. По документам “Дасот” должна производить текстиль и верхнюю одежду, “Чарли” — вести гостиничный и туристический бизнес, но в действительности ничем подобным они не занимаются. Похоже, создавали их для чего-то другого.

— Для чего?

Пейскар недовольно хмурится. Он опасается, что неточно сформулированная фраза вызовет судебный иск.

— Чтобы ответить на этот вопрос, надо смотреть, какие операции совершались с их банковскими счетами, а по закону у нас нет такого права. Но, думаю, дело здесь нечисто... Тем более фигура компаньона Симонова — Дагмар Шпелдовой — нам хорошо известна. На ее имя открыто еще более десяти фирм — это довольно распространенный бизнес. Гораздо удобнее регистрировать компанию на чешского гражданина: тогда фактический владелец никакой ответственности нести не будет...

Сколько раз на примерах своих героев я убеждался: никогда нельзя оставлять следов на бумаге! Документы, как и рукописи, не горят. Когда-нибудь, рано или поздно обязательно всплывают...

Эти попавшие в мои руки факсимильные сообщения Владимир Симонов отправлял своей чешской партнерше — Дагмар Шпелдовой — давно. Одно — в ноябре 94-го. Другое — весной 95-го.

Из текста сообщений трудно что-либо понять, кроме двух вещей: Симонов требует от Шпелдовой, которую ласково именует Дашей, возврата какого-то долга и сулит ей большие неприятности, если этот долг она не вернет.

Письма эти настолько увлекательны и красноречивы, что позволю себе их процитировать.

“Напоминаю порядок погашения долга, — пишет в первом послании будущий министр, — основная часть — из твоего собственного капитала; 30% — из твоего собственного капитала, остальная часть — из совместного бизнеса”. И дальше: “счетчик включен”. Конкретно и просто.

Судя по всему, Шпелдова долг не возвращает. Тон Симонова меняется. “Информирую, что 3—4 мая 1995 г. буду в Праге, специально (здесь и далее подчеркнуто самим министром. — А.Х.) для встречи с Вами. Главный вопрос Ваш долг . Кратко — верните деньги, тогда новый уровень.

Приезжаю один (в следующий раз, наверное, Симонов приедет с “вышибалами”. — А.Х.). Мне кажется, вы не понимаете, что значит долг перед русскими сейчас ”. (Как не понять: на дворе 95-й год, Запад напуган “русской мафией”, как когда-то был запуган “советской угрозой”. — А.Х.) “Кстати, австрийский должник Ферер обвинен австрийским судом в злостном мошенничестве (воровстве), хотя деньги вернул, но не во время”. (Намек прозрачен: от Чехии до Австрии — рукой подать. — А.Х.)

И концовка: “Я надеюсь на конструктив, но если... то ЭТО ФИНИШ ”.

Кто не знает, что автор депеш — будущий министр, светило российской науки и техники, вполне может подумать, что пишет их член то ли солнцевской, то ли ореховской преступной группировки, вдобавок плохо владеющий русским языком (я насчитал в тексте не одну ошибку). “Счетчик включен”. “Финиш”. “Долг перед русскими”.

Обратись пани Шпелдова тогда в полицию, сидеть бы нашему герою не в министерском кресле. Совсем в другом месте. Но... Шпелдова в полицию не пошла: может быть, побоялась. А может, ей самой было, что скрывать; создание подставных фирм — бизнес весьма специфический...

* * *

...Мало кто знает, что Чехия давно уже превратилась в транзитную зону для перекачки денег из России на Запад. Открытые границы, либеральное законодательство — все это не может не привлекать отечественный криминал.

В последнее время, правда, порядки в Чехии стали ужесточаться: Запад обеспокоен валом российской преступности, которая, захлестывая страну, плавно перетекает в Европу.

Чехи ввели визовый режим. Начали ревизию банковских счетов. Активизировались спецслужбы — и Интерпол в том числе.

— 90% фирм, открытых русскими в Чехии, — рассказывает представитель Интерпола в Праге Игорь Моравец, здоровяк с сиплым голосом, — никогда не занимались тем видом деятельности, который указывали при регистрации. Зачастую они использовались просто как “боковики” — для перекачки денег. Занимаются этим не одни только бандиты. Если бы я назвал вам фамилии людей, которые здесь “засветились”, у вас глаза бы на лоб полезли. Эти фамилии на слуху у всей России...

— А фамилия Симонов? Владимир Симонов? — я стараюсь ничуть не выдать охватившего меня возбуждения. — Такой человек не проходил?

Моравец серьезнеет:

— Извините, я не имею права отвечать на конкретные вопросы, — но по “чертикам”, промелькнувшим в его глазах, я понимаю, что попал в точку, ведь все передвижения российских сановников на Западе не остаются без внимания спецслужб. Хорошо, если только Интерпола. А если и контрразведки?

Лучшего повода для вербовки не придумать: министр-секретоноситель, имеющий фирмы за рубежом, — не просто за рубежом, в стране НАТО.

Секретоноситель, приезжающий с нелегальными поездками (а в Чехии Симонов бывает регулярно, но о своих появлениях российское посольство не извещает, хотя и обязан: случится, не дай бог, ЧП, новый “Курск” — как его разыскать?!).

Секретоноситель, нарушающий российские законы (он ведь не получал разрешение Центробанка на открытие счетов за рубежом).

Надо быть полным дураком, чтобы не использовать такую восхитительную возможность.

Дураков в спецслужбах НАТО, а уж тем более в ЦРУ, не держат...

* * *

Наших сановников губит не жадность. Не казнокрадство. Не профнепригодность.

Глупость — вот основная их беда. Глупость и мания величия. Им кажется, что они — неприкасаемы, что схватили они уже бога за бороду, и потому никакие правила и законы, обязательные для простых смертных, на них не распространяются.

Счета в Швейцарии, открытые на свое имя (помните громкий скандал с “Мабетексом”?). Кредитная карта президента Ельцина. Все это — звенья одной цепи, как и чешские фирмы министра Симонова. И не только, впрочем, чешские...

Нынешним летом депутат Госдумы Иван Никитчук направил запрос премьеру Касьянову. Он просил рассеять его сомнения относительно фигуры гендиректора РАСУ Симонова.

Но вместо Касьянова депутату ответила Лубянка. Цитирую письмо начальника Управления “П” (контрразведка на объектах промышленности) генерала Грошева:

“— По данным Московской регистрационной палаты, в настоящее время Симонов В.В. действительно является соучредителем ряда российских коммерческих структур (ООО “Рикъ”, ЗАО “Финкан”, ЗАО “Торий-01”, ТОО “Ивирсъ”, ТОО “Стинс”, ТОО “Сиком”, АОЗТ “РИКА”.

— В 2000 году по инициативе Симонова В.В. на подведомственные РАСУ предприятия оборонно-промышленного комплекса было разослано письмо (№СВ-1314 от 25.04) с рекомендациями об открытии счетов в АКБ “Электроника” и осуществлении с его помощью всего спектра банковских операций. При этом собственниками 39,73% уставного капитала АКБ “Электроника” являются российские фирмы ООО “Вега-127” и ООО “Компания Апелла-1”, 100% акций которых принадлежит американской корпорации “Marcos Foudation Corp.”.

— Симонов В.В. был назначен на должность Генерального директора РАСУ, не имея допуска к работе со сведениями, составляющими государственную тайну. В настоящее время указанный допуск находится на стадии оформления в ФСБ России”.

Допуска у министра Симонова нет до сих пор, хотя ежедневно он имеет дело с государственными тайнами. (Как тут не вспомнить историю годовой давности, когда своим приказом он уволил директора ижевского завода “Купол” — головного производителя зенитных ракетных комплексов малой дальности “Тор” — лишь за то, что тот выехал за рубеж, не согласовав это с РАСУ, и тем самым нарушил режим секретности.) И вряд ли когда-нибудь будет, ибо на Лубянке отношение к нему однозначное...

Сразу после ответа депутату Никитчуку ФСБ направила письмо аналогичного содержания в правительство (№3213-3в). Вице-премьеру Клебанову — куратору ВПК и непосредственному начальнику Симонова.

Как вы думаете, какова была реакция Клебанова? Он пришел в негодование? Потребовал от Симонова объяснений: худо-бедно участие министра в коммерческих структурах — это уголовное преступление (статья 289 УК - “Незаконное участие в предпринимательской деятельности”).

Клебанов не отреагировал НИКАК. Он просто спрятал документ в свой объемный сейф, утаив его от Касьянова.

Клебанову легче стать соучастником преступления, чем лишиться такого замечательного подчиненного, как Симонов.

И в этом-то и кроется разгадка всей тайны: как случилось, что мелкий коммерсант, не имеющий ни малейшего опыта руководящей работы, фигурант уголовного дела, вознесся в одночасье на Олимп власти, продолжая при этом торговать ползунками?

Клебанов. Именно ему обязан Симонов своим назначением. И именно Клебанов прикрывает сегодня Симонова от всех нападок, ибо за годы совместной работы они превратились уже в единое целое, в сиамских близнецов, оторвать друг от друга которых физически невозможно.

Где и как они познакомились, подружились, теперь уже трудно установить. Известно, например, что одна из симоновских фирм — ООО “Рикъ” — экспортировала крупные партии монокуляров “Гном”, производимых на заводе “ЛОМО”, где до 97-го года директорствовал Клебанов. В свою очередь, ЛОМО еще в 94-м получила огромный валютный кредит в Промстройбанке из рук первого зампреда Михаила Новикова, ближайшего друга и соратника Симонова (Новиков — соучредитель большинства симоновских фирм, включая чешскую “Чарли” и поставщика клебановских монокуляров “Рикъ”).

А еще известно, что в 96-м году Симонов и его соратник Новиков стали членами совета директоров банка “Электроника” — того самого, принадлежащего на 40% американцам, банка, куда министр загоняет теперь счета секретных заводов и предприятий. Председателем совета был Клебанов.

Факт этот многое расставляет на свои места, ибо стараниями Симонова ничем не выдающийся банк (по числу активов он находится в четвертой сотне) перевоплощается сейчас в “домашний” банк “оборонки”. (Сомневаюсь, чтобы происходило это без ведома Клебанова.)

Он не только в директивном порядке переводит туда счета. Он идет дальше — ставит под контроль банка всю свою отрасль.

В специально созданном Общественно-экономическом совете РАСУ руководитель “Электроники” Романов назначается зампредом (сам Симонов, понятно, во главе). На предприятие “Антей” — головного разработчика зенитных ракетных комплексов ближнего боя — внедряет начальника отдела кадров банка Хорошильцева: под угрозой увольнения гендиректора “Антея” Свирина (об этом пишет, в частности, депутат Никитчук). Примерно то же происходит и с другим “столпом” ПВО — ЦКБ “Алмаз”.

Причина этому не столько в симпатиях Симонова (хотя в обычном бизнесе “симпатии” эти называются “откатом” и оцениваются зачастую в 10% от поступивших в банки средств), сколько в холодном расчете. Дело в том, что одним из учредителей “Электроники” выступает Федеральный фонд развития электронной техники — очередное “детище” министра (как вы помните, он работал в нем в 1995—1998 гг.). И теперь, получая из бюджета деньги, с каждой суммы все без исключения предприятия РАСУ обязаны перечислять 1,5 процента на счет этого самого фонда. В банк “Электроника”.

В банк, на 40% принадлежащий американцам, и... возьмитесь за спинку стула, иначе упадете... который Симонов умудрился включить в число структур, подведомственных РАСУ! Постановление правительства, им подготовленное (№ 879), так прямо и называется:

“перечень акционерных обществ, в отношении которых РАСУ осуществляет единую государственную политику в сфере проведения работ по разработке, производству, ремонту и утилизации продукции военного и гражданского назначения” (уф!). И в этом длинном списке из почтовых ящиков, секретных заводов почетным 455-м пунктом значится — АКБ “Электроника”.

Комментарии излишни...

* * *

...Я мог бы привести еще массу примеров того, как Симонов превращает государственное ведомство — РАСУ — в свою коммерческую структуру. Точнее, еще в одну.

Как симоновский компаньон, соучредитель двух его фирм Сергей Соха, с подачи министра был введен в состав совета директоров РАСУ и избран гендиректором подконтрольного агентству ОАО “Русьэлектроника-НВ” - холдинга, под “крышу” которого переданы сегодня все предприятия и институты, создающие элементную базу — основу электронной техники ВПК.

Как на тендере, проведенном РАСУ, право поставлять компьютеры для отрасли выиграл зеленоградский завод “Квант”, руководит которым уже знакомый нам Сергей Кабаев: это он, вместе с Симоновым, “облегчил” бюджет на 320 тысяч долларов, а потом стал начальником отдела внешнеэкономических связей агентства.

Много еще всего: фактов более чем достаточно, ведь какая в сущности разница, на чем делать деньги — на зенитных-ракетных комплексах или ползунках.

Именно за этим и пришел Симонов во власть: не ради мигалки или “вертушки” с золоченым гербом на диске. Когда в твоих руках миллиардные денежные потоки, никакие “вертушки” уже не нужны.

А тем временем отрасль, возглавляемая Симоновым, уверенными темпами идет ко дну. 85 процентов зенитно-ракетных комплексов, которые защищают сегодня российское небо, через 2—3 года устареют. Их надо срочно менять, но менять не на что: РАСУ денег на разработку и производство новых систем не дает: на этом ведь не заработаешь... Все попытки предприятий-разработчиков выйти на экспорт, чтобы на вырученную прибыль сделать хоть что-то, блокируются.

“Тяжкое горе ожидает ту страну, которая не может защитить себя от ударов с воздуха”, — сказал когда-то маршал Жуков.

Через пару лет, быть может, слова эти нам еще придется вспомнить. У Симонова с Клебановым — большой опыт “реформирования”. На заводе “ЛОМО” — альма-матер вице-премьера — это знают отлично.

Когда-то “ЛОМО” был гигантом военной оптики, флагманом оборонного комплекса. После директорствования Клебанова ни одного процента акций у государства не осталось: все ушло в частные руки — на Кипр, в Израиль.

Лиха беда начало...[...]