Полковника никто не слышит

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Полковника никто не слышит

" Аслан Масхадов - одна из самых загадочных фигур первой и нынешней чеченских войн. Русские генералы именуют его бандитом, примерно то же несется из уст Ястржембского. А вот президент России пока вроде блюдет в отношении теперь уже бывшего президента Чечни нейтралитет. И это верно: если в нынешней Ичкерии и можно еще с кем-то с "той стороны" вести диалог, то только с Масхадовым. Иных вменяемых политиков не просматривается. А что, собственно, нам ведомо о нем? В сентябре исполнится пятьдесят. Жена Кусама, дочь Фатима, сын Анзор... Нынешний Масхадов, конечно, не чета прежнему: на немногочисленных фотографиях мы видим его осунувшимся, небритым, переутомленным. Власть его в Чечне сегодня не просто иллюзорна - она практически отсутствует.

...Лично мне довелось пересекаться с Масхадовым трижды. В начале декабря 1994-го начальник главного штаба вооруженных сил Чечни не производил особого впечатления: молчаливый, подтянутый седой человек с симпатичным, но очень уж хмуро-неулыбчивым лицом - этакий типичный служака старой закалки. А вот в июне 1995-го, когда вновь довелось наблюдать Масхадова во время переговоров в Грозном, внешне это уже был совершенно иной человек: появились раскованность, уверенность матерого вояки. 
Третье наше рандеву произошло при довольно экзотических обстоятельствах. В январе 1996-го, пробираясь с фотографом к осажденному Первомайскому, мы были задержаны на блокпосту у Гудермеса. Так и не придумав, что с нами делать, омоновцы, не мудрствуя лукаво, сдали нас... боевикам - посадили в машину, которая привезла прямиком в один из их штабов. Откуда нас ночью отправили по инстанции. Доставили в Новогрозненский, посадили под надзор, а утром предложили... взять интервью у Масхадова! Правда, лицом к лицу с начальником главного штаба несложно было заметить, что столь неожиданной встречей с журналистами он озадачен не меньше: сидит себе с радиотелефоном, руководит операцией по вызволению отряда Радуева, а тут ему на голову сваливаются журналисты. 
Впечатления от той часовой беседы: спокойный, уверенный профессионал, вежливый, ни разу не сорвался на "ты" или матерную связку. 
Кстати, Новогрозненское всю ночь бомбили, но ни одна бомба не упала в той части села, где был штаб Масхадова. А буквально в километре-полутора от масхадовского КП - позиции танкового полка, сам видел: при желании федералы запросто могли бы раздавить военное руководство чеченцев. Но... 
Как дела, служивый? Аслан Алиевич Масхадов родился 21 сентября 1951-го в глухом казахском ауле Шакай. В родные края Масхадовы вернулись в 1957-м. Стоит ли говорить, что шансов поступить в вуз после школы чеченцы, как и прочие репрессированные народы, имели минимальные? Аслану выпал счастливый билет: он сумел попасть в Тбилисское высшее артиллерийское училище, каковое и закончил в 1972-м. 
Несколько лет он тянул положенную лямку в одном из самых тяжелых округов - Дальневосточном. Ни единой ступеньки служебной лестницы не перескочил, от командира огневого взвода до начальника штаба артдивизиона прошел все. И служил примерно, иначе не направили бы в академию. В 1981-м Масхадов получил второй диплом - артиллерийской Академии имени М.И.Калинина. 
Но звезда артиллериста Масхадова по-настоящему взошла в Венгрии, в Южной группе войск: командир дивизиона, командир полка. Подполковник оказался настолько перспективным служакой, что его прочили на место замначальника штаба группы войск по артиллерии. А это уже прямой путь к практически недостижимым для чеченца генеральским погонам. 
Но в 1989-м карьерные мечты пришлось забыть: доблестная Советская армия, собрав манатки, покинула Венгрию. Масхадовскую часть перебросили в ПрибВО - поселок Северный, вильнюсский район Жирмунай. Карьера еще движется, но уже заметно медленнее: командир полка самоходных артиллерийских установок, начальник штаба ракетных войск и артиллерии Вильнюсского гарнизона, заместитель командира 7-й дивизии. 
Во время январских событий 1991-го Масхадов, исполняя приказ, послушно вывел свои самоходки и солдат туда, куда приказали. От участия в кровопролитии возле Вильнюсского телецентра, впрочем, Бог его упас. Любопытно, что при этом комполка сумел сохранить с местными властями настолько хорошие отношения, что офицеры его подразделения быстро решили квартирный вопрос. Эти квартиры, кстати говоря, офицеры потом без проблем продали, когда пришел черед покидать и Прибалтику. В общем, о подчиненных Аслан Алиевич заботиться умел. 
Зато как он их гонял на полигонах, в тренажерных классах и на плацу! Полк Масхадова считался "дурным". Дабы подчиненные не манкировали обязанностями, Масхадов подключил к воспитательно-боевому процессу... жен: их стали приглашать на занятия, создали женсовет, который охотно песочил нерадиво относившихся к службе мужей. Результат, говорят, был потрясающий: масхадовский полк считался лучшим в округе по боевой подготовке. Что подтверждают и два ордена на парадном кителе полковника: "За службу Родине в Вооруженных Силах СССР" 2-й и 3-й степеней. Этими регалиями, полный кавалер которых котировался на уровне Героя Советского Союза, тогда не очень-то разбрасывались. 
Упрямый Аслан Обстоятельства ухода только-только получившего полковничьи погоны Масхадова из армии затянуты легкой дымкой недосказанности. Сам он как-то обмолвился, что родина позвала. Но однополчане утверждают иное: причина в личном конфликте с новым комдивом, неким Фроловым. Сыр-бор разгорелся из-за желания комдива побыстрее вывести дивизию из Литвы на новое место дислокации - в Ленинградский военный округ. Где вместо благоустроенных квартир уютного военного городка офицеров ждали чистое поле и натуральное болото. Объяснявшийся по сему поводу с Фроловым Масхадов нарвался на оскорбление. И тут же подал рапорт об увольнении. 
Интересно, что за десять лет, прошедшие со дня ухода полковника Масхадова из армии, ни один из бывших его сослуживцев не кинул в него камень, поведав хоть какую-нибудь сокровенную гадость. А уж как старались особисты, перекапывая личное дело и опрашивая сослуживцев в поисках завалящего компромата: ни-че-го. 
Александр Лебедь в 1996-м заметил: "Он был отменным офицером. Я справлялся - о нем хорошо отзываются и бывшие сослуживцы, и бывшие подчиненные". 
Отставной, но полный сил и нерастраченной энергии 40-летний полковник возвратился в родную бурлящую Чечню. Где его никто не ждал. От щедрот душевных Джохар Дудаев не пожалел для пока еще незнакомого ему полковника совершенно никчемный пост начальника ГО республики: какая уж там гражданская оборона, когда автомат в каждом доме, танк во дворе и зенитка на околице аула! А за человека держат лишь того, у кого есть свой отряд головорезов и участок "трубы"... 
Нравилось ли ему происходящее в родных краях (кои, впрочем, за четверть века он навещал в лучшем случае раз в год - во время отпуска)? Сомнительно: слишком уж должны были задевать его, военную косточку, тот бардак и произвол. Но Масхадов не политик - служака: приказали - сделал. 
Глухо как в танке В марте 1994-го Масхадов - уже начальник главного штаба чеченских вооруженных сил. Что тоже не слишком серьезно - хотя бы потому, что реальные рычаги управления старается держать в руках Джохар. Да и армия та была своеобразной: оружия горы - осталось от Советской армии, небритые парни в пулеметных лентах крест-накрест, ни дисциплины, ни единоначалия - как есть, махновцы. Танки есть, но нет ни единого танкиста; пушки-гаубицы и даже установки залпового огня в наличии, да один артиллерист на всю Чечню - сам Масхадов, десятки полусгнивших без ухода учебных самолетов и лишь один пилот - Джохар. Оттого так и бахвалился в ноябре 1994-го Павел Грачев: двумя парашютно-десантными полками да за два часа сметем... 
В ноябре-декабре 1994-го российская авиация подвергла бомбардировкам Грозный и ряд сел. Во время позорного для Грачева и Квашнина новогоднего штурма Грозного (именно Квашнин планировал операцию) Масхадов навязал российским войскам сражение в самых невыгодных для них условиях - в густонаселенном городе, где почти невозможно было использовать преимущества регулярной армии. И армия двинулась в мышеловку, в мясорубку. Когда улицы Грозного заполнились телами российских солдат, Масхадов вышел на связь с командованием федеральной группировки с предложением: прекращаем огонь, чтобы вы могли вынести с поля боя своих погибших товарищей. В ответ Масхадову предложили капитулировать. 
Соавтор К лету 1995-го война выходит из-под всякого контроля, да по-иному и быть не могло: у партизанщины свои правила. Имя Масхадова вновь появляется в прессе после басаевского рейда в Буденновск. Сам Масхадов как-то обмолвился, что, дескать, у Басаева, может, другого выхода не было - нужно было показать народу России, что в Чечне идет настоящая война, что там убивают людей. А вот к Радуеву и к его кизлярскому походу Масхадов отнесся с плохо скрываем отвращением. 
Что не мешает ему, ставшему в феврале 95-го дивизионным генералом (знаков различия он не носит, в отличие от любивших пощеголять "бригадных генералов" Радуева и Басаева), реализовать себя на привычном профессиональном поприще: захват Гудермеса в декабре 1995-го, захват Грозного в марте 1996-го. 
Именно Масхадова считают соавтором финальной разработки, приведшей к падению Грозного и заключению Хасавюртского мира. Уже потом было много шума про украденную победу, про то, что можно и нужно было боевиков зажать, дожать, догнать и загнать, про "предателя Лебедя". 
...Но кто должен был дожимать - голодные солдатики, клянчившие хлеб и сигареты у местных жителей? Или не кажущие носа из Ханкалы штабисты и чекисты? Или "толкавшие" патроны и стволы боевикам прапорщики-интенданты? Или омоновцы, озабоченные сбором дани на блокпостах? Так что в августе 1996-го некому было "дожимать", кроме блокированной и ожесточенно отбивавшейся бригады ВВ да летчиков. Но авиация, как известно, еще ни одной войны пока сама не выиграла. 
Худой мир Мир принес Масхадову проблем больше, чем война, поскольку если и умеет полковник что-то делать, так только воевать. Когда Россия дотянулась до Джохара, формальным преемником которого стал Яндарбиев, и без того хрупкое согласие между полевыми командирами испарилось: каждый видел себя на вакантном кресле. И в настороженно затаившемся Кремле вздохнули с явным облегчением, когда выбор большинства пал на Аслана: "Хорошо не Басаев! С этим-то хоть говорить можно!" 
Смущала, правда, странная связка: президент Масхадов и вице-президент Ваха Арсанов. Про последнего, не особо отличившегося на войне, но содержавшего большой отряд, ходили нехорошие слухи: "Ваха людей ворует..." 
Так, выиграв войну и выборы, Масхадов уже в самом начале своего президентского пути попадает в ловушку без выхода: самый умеренный из чеченских лидеров оказывается заложником фанатиков идеи национальной независимости и просто бандитов. И заложником некоторых московских чиновников, которые вели свою игру, дергая за веревочки: деньги, нефть, труба. В одном из интервью автору этих строк Масхадов сказал: "Особенно мне не понравилось, когда Березовский вдруг вручил лично Басаеву миллион долларов..." 
Власть Масхадова съеживается до пределов президентского офиса, из Москвы и мусульманских стран полевикам-оппозиционерам идет денежный поток, процветает бизнес на людях, причем вице-президент Арсанов здесь явно не из последних. Басаев вербует недовоевавших пацанов, Хаттаб их готовит, Удугов несет околесицу, перестрелки на границах не прекращаются, генерала Шпигуна крадут прямо в грозненском аэропорту. А федеральные части тихо, но верно подтягиваются к границе... 
На безвластье Стать чеченским Де Голлем Масхадову не довелось, потому как беспредела возможной гражданской войны он, боевой офицер, страшился больше, чем российского вторжения. До какого-то момента он еще надеялся обуздать распоясавшихся "героев войны", образумить. Да куда там! Не спасают ни шариатские суды, ни вошедшие в обиход телесные наказания, ни публичные казни. Правозащитник Сергей Ковалев вспоминает, как пенял Масхадову на эту средневековщину: "Аслан в диалоге очень аккуратен. Но мне показалось, что внутренне он эти шариатские нововведения не одобряет. "Девушке, которая носит короткую юбку, полагаются бичи",- заметил он. Выдержал паузу и добавил: "Если бы мою дочь или сестру кто-нибудь тронул, я бы убил этого человека". И было видно, что действительно убил бы..." 
Масхадов боится обнажить клинок против бывших боевых товарищей, но оружие поднимают они сами: в июне 1998-го радуевские отряды попытались захватить грозненский телецентр и мэрию, в перестрелке погиб едва ли не единственный надежный соратник Масхадова - директор службы национальной безопасности Лече Хултыгов. В марте 1999-го мощный управляемый фугас снес с обочины джип Масхадова прямо в центре Грозного. Аслан уцелел лишь чудом. Последний удар нанес Басаев, войдя в. То, что Масхадов не имел отношения к той авантюре, факт доказанный. Как факт и то, что он не смог воспрепятствовать Шамилю Басаеву, превратившемуся в удельного князя. В Чечню снова вернулась война и потянула за собой Масхадова, который был вынужден уйти из политики, ибо война политику исключает. 
И тем не менее он сегодня единственный легитимный руководитель в Чечне. Масхадов вновь и вновь публично заявляет о своей готовности к политическим переговорам, способным привести к миру. Правда, в последнее время за интервью Масхадова в российской прессе Министерство печати стало наказывать журналистов предупреждениями. И не является ли подобное поведение государственных органов свидетельством того, что российской стороне мир пока не нужен? 
Хотя по идее с Масхадовым имеет смысл договариваться как раз для установления первоначального мира - стабилизирующего периода. Не завозить же туда сразу кого-нибудь из стоящих над схваткой вроде Хасбулатова - не примут чистенького московского. Хасбулатов и подобные ему могут принести пользу уже после относительной стабилизации, когда будет не до беготни с автоматами, а настанет время дележа политического и финансового влияния. (Кстати, для периода стабилизации не годятся ни Гантамиров, ни Кадыров. Для большого числа чеченцев, так или иначе лояльных идее чеченской независимости, но которым обрыдла война, эту идею олицетворяет именно Масхадов.) 
С другой стороны нынешний мир - это не Хасавюрт. Тогда чеченцы выглядели победителями, а сейчас их солидно погромили, и мир должен быть на условиях Москвы. Путину мир на Кавказе нужен обязательно, однако такие конфликты легко начать, но трудно закончить. Видимо, в Кремле хотят еще больше ослабить сопротивление и при этом заложить какие-то основы мирного строительства. Но в таких делах настает момент, когда сила сопротивления, достигнув определенного уровня, больше не уменьшается, а мирное строительство в условиях военного бардака превращается в тотальное воровство и грабеж. 
Наверное, Путину кажется, что момент для заключения мира еще не настал, возможно, он будет тянуть до президентских выборов. Но под выборы никуда не денется и будет с этим заканчивать. Тогда, возможно, и понадобится Масхадов - поэтому его стараются сильно не обижать в нашей пропаганде, наоборот, в общественном мнении дистанцируют его от непримиримых, а кроме того, не прекращают неофициальных контактов. "
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации