Портфель сенатора Вавилова

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


На деньги от продажи "Северной нефти" он создал собственный офшорный фонд для инвестиций в зарубежные компании

1145517977-0.jpg Богатые люди всегда желанные инвесторы. Как утверждают специалисты по личным финансам, состоятельный человек либо отдает свои деньги в управление банкирам (швейцарским, британским, российским), либо доверяет их кому-то из близких людей, которые более или менее разбираются в финансах.

Сенатор от Пензенской области Андрей Вавилов сам неплохо разбирается в финансах: он проработал замминистра в российском Минфине с 1992 по 1997 год. Затем он оказался среди владельцев компании «Северная нефть». Она прославилась тем, что получила в 2001 году лицензию на месторождение Вал Гамбурцева, заплатив $7 млн, в то время как другой претендент, ЛУКОЙЛ, обещал около $100 млн. А в 2003-м владельцы «Северной нефти» продали ее государственной компании «Роснефть», выручив $600 млн. На долю Вавилова пришлось, по оценкам, не менее половины. Часть полученных денег Вавилов решил инвестировать в фондовый рынок, причем не через банк, а самостоятельно. «Банки, которые предоставляют услуги [по управлению капиталом], обычно продумывают все не очень тщательно, поэтому все надо делать самому,— объясняет сенатор,— У меня получилось что-то вроде маленького хедж-фонда».

Что имеется в виду? Вавилов зарегистрировал офшорный фонд, который работает со сложными финансовыми инструментами — фьючерсами, форвардами и опционами. Специально под одного инвестора — Вавилова — создаются структурированные финансовые продукты вроде тех, которые предлагают своим клиентам банки и инвестиционные компании.

В точном соответствии с теорией инвестирования у Вавилова есть доходная часть портфеля и страховая (менее рискованная). Во что вкладывает сенатор? Доходную часть составляют сейчас среди прочего инвестиции в австралийские ценные бумаги и французский индекс САС-40. Страховую — нефть и английский индекс FTSE 100. Российский фондовый рынок, который многие инвесторы считают Клондайком,— не обязательный элемент в программе Вавилова. «Индекс РТС в портфеле есть, но его доля сопоставима с остальными emerging markets,— рассказывает сенатор.— Например, австралийский рынок, на котором также торгуются акции в основном сырьевых компаний, дает примерно такой же доход».

В одиночку с такими задачами не справиться даже бывшему замминистра финансов, поэтому Вавилов подобрал небольшую команду управляющих. На сенатора работают его бывшие коллеги по Минфину, с которыми он знаком больше 10 лет. Но последнее слово при принятии инвестиционных решений — за обладателем капитала. Его личного времени на это уходит немного: иногда всего несколько минут в день. Но если на рынке происходят серьезные изменения, Вавилов и его управляющие совместно обсуждают, что делать, по многу часов. Непосредственно управляют портфелем ценных бумаг два человека. Если аналитической работы много — привлекаются специалисты со стороны. Как принято в большинстве управляющих компаний, в зависимости от результата инвестиций менеджеры получают денежный бонус. Портфель Вавилова, по его словам, обеспечивает примерно такую же годовую доходность, что и российский рынок в среднем за несколько лет. Однако вложения сенатора менее рискованны. За последние 10 лет индекс РТС в среднем рос на 30% в год. Неплохо. Хотя Андрей Мовчан, президент Renaissance Capital Asset Management, комментирует эту доходность так: «Пока для оценки стратегии слишком мало данных — большинство мировых рынков на подъеме. Чтобы понять ее эффективность, нужно протестировать ее и на падении».

Андрей Вырковский

Оригинал материала

«Русский Forbes» №5, май 2006