Посвящение в заговор

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Посвящение в заговор Специальному корреспонденту "РГ" удалось откровенно поговорить с участником нападения на Нальчик

"Сейчас жизнь двадцатисемилетнего кабардинца Залима Улимбашева раскололась надвое. В прошлом остались работа в Москве, должность помощника адвоката, перспектива карьеры столичного юриста. В будущем - следствие, суд, тюрьма... А между этими половинами был миг, вместивший столько событий, что теперь рваные края этой жизни Залима, рассеченные событиями 13 октября, уже не склеить. Встреча с давнишним другом в Нальчике, поездка на чужую дачу, шашлыки, посвящение в заговор, облава, уход от погони, стрельба, двухдневное метание по лесам, на завтрак, обед и ужин - вода из ручья, и, наконец, задержание. Лицом в землю... Его привезли с черным пластиковым пакетом на голове, в наручниках. Этот антураж придавал ему зловещий и грозный вид одновременно. Но когда люди с пистолетами в кобурах на поясе сняли с задержанного пакет и наручники, передо мной вдруг предстал обыкновенный паренек, упитанный, холеный, с густыми ухоженными черными волосами. Когда люди с пистолетами вышли и он начал свой рассказ, сразу заметил - хорошая речь, неплохое образование, живой ум. Его складную "песню", наверное, надо делить надвое, тем более что другие подельники уже рассказывают о нем много интересного - то, что сам Залим отрицает. Но это в принципе логично, зачем человеку себя "топить", он оправдывается как может. Таких парней задержаны десятки. Наш собеседник задержан, но пока террористом не признан. Ему даже не предъявлено обвинение. Для чего мы предоставили ему слово? Чтобы попытаться понять, что за люди устраивают кровавые атаки на своих же соседей? Как молодые парни оказываются в компании боевиков? Российская газета | Вы житель Нальчика? Залим Улимбашев | Да, прописан в Нальчике, но давно живу в Москве. В Нальчик приехал восьмого октября. РГ | Зачем, для участия в теракте? Улимбашев | Нет, жениться. РГ | У вас здесь невеста? Улимбашев | Жена. Но она не здесь. Я женился в Москве, и жена осталась там, а здесь надо было вторично на ней жениться по мусульманским традициям. Правда, первые дни, как приехал, вообще не до чего было. Чинил машину, ездил на автосервис. РГ | Тогда вообще не понятно, как вы здесь-то оказались с мешком на голове? Может, вас по ошибке задержали? Улимбашев | Я 12 октября повстречал своего давнего знакомого Анзора Багова. Я с ним познакомился еще года два назад в Москве в мечети на Третьяковской, он подрядчиком работал на стройках. Месяца два не виделись, а тут встретились часа в четыре дня. Он предложил вечером поехать на дачу на шашлыки, обсудить текущие вопросы. Я согласился, взял у него тысячу рублей, чтобы купить мяса, и договорился с ним вечером снова встретиться. РГ | Что было дальше? Улимбашев | Мы встретились в тот же день, 12 октября, примерно в половине десятого вечера на улице Кирова. Багов пришел не один. С ним были человек пять-шесть. Я знал только двоих - двух его младших братьев, 25-летнего Заура и 17-летнего Аслана. Остальные стояли в темноте, и я их лиц не видел. Я сказал, что мясо купил, они сели ко мне в машину, и мы поехали на дачу в Долинск. Приехали на дачу Азрета Шаваева (в ночь на 13 октября он сумел убежать с дачи от милицейской засады, бродил по лесам 4 дня и потом сдался. - Авт.) РГ | Ну теперь понятно. Это на ту дачу на Белой речке, где ОМОН за пару часов до нападения на Нальчик бандитских групп провел спецоперацию? Улимбашев | Ну да. РГ | До шашлыков-то хоть дело дошло? Улимбашев | Нет. Там никто жарить шашлыки не собирался. Правда, и спецоперацию менты не проводили. Так случайно получилось. Сосед по даче заметил скопление людей, то есть нас, подумал, что это бомжи или шантрапа дома "чистит", и в полночь позвонил в милицию. Его там послали, тогда он стал стрелять в воздух из охотничьей двустволки. Потом снова позвонил в милицию. Тогда Инал велел нам расходиться, чтобы утром быть готовыми снова встретиться. Но тут приехал ОМОН и начался бой. А так бы мы напали утром на Нальчик вместе с другими группами. Точнее, они бы напали. РГ | А ты что, не собирался нападать? Улимбашев | Когда я понял, что они затевают, то решил, что в семь часов утра приеду и откажусь. РГ | А когда ты понял, что они затевают и кто такой Инал? Улимбашев | Я понял это сразу, как зашел на дачу. Одна из комнат была завалена оружием. Там было все: пистолеты, автоматы, гранатометы, мины. Даже самодельные гранатометы, их еще называют "лом". Инал там распоряжался как один из старших. Он потребовал, чтобы все взяли себе позывные. Сказал, что сам будет называться Дон. Потом спросил, все ли знают, для чего нас собрали. Я один сказал, что не в курсе. Тогда Шаваев ответил, что введет меня в курс дела утром - перед самой операцией. Потом мы вдвоем с Мурадом Атоевым сели в мою машину и поехали за батарейками для раций к Талибану. РГ | Кто такой Талибан? Улимбашев | Это Расул Кудаев. У него такая кличка, потому что его американцы несколько лет назад в Афганистане захватили, потом держали на Гуантанамо и в конце концов выдали в Россию. (Кудаева задержали через три дня после нападения на Нальчик у него дома. - Авт.) РГ | Ну привезли вы эти батарейки, и что? Улимбашев | А потом ОМОН приехал. Шаваев сразу крикнул всем разбирать оружие. Мы втроем - с Зауром Баговым и еще одним - задними дворами убежали к лесу и там прятались до утра. Потом узнали, что началось нападение на город и стали пробираться в Нальчик. РГ | Для чего? Воевать? Улимбашев | Ну, чтобы раствориться, там спрятаться. РГ | И как, удалось? Улимбашев | Нет. На окраине города мы нарвались на засаду. По нам из кустов стали неожиданно стрелять. Как потом сказали, там солдат-срочников в "секреты" посадили, чтобы никто не пришел на помощь нападавшим из лесов и сельских районов. Но стреляли они плохо, в нас не попали. Мы стали стрелять в ответ. Один остался нас прикрывать, а мы с Зауром ушли снова в лес. Целый день слонялись по горам, а четырнадцатого зарыли оружие и вышли на дорогу, чтобы попытаться пройти в город как простые граждане. Но нас на посту ГАИ сразу положили вниз лицом. Там уже усиление было, всех проверяли. Там и солдаты дежурили. Один из них пошел за обочину и нашел автомат Заура. РГ | А дальше? Улимбашев | Они спросили меня: "А ты что был без оружия?" Я ответил, что у меня был пистолет. Они снова пошли в лес и через некоторое время нашли мой пистолет. РГ | То есть у тебя только пистолет был? Зачем ты его взял, если не хотел нападать? Ты сам стрелял? Улимбашев | На даче, когда сказали хватать оружие, я схватил, не знаю зачем. Там уже бой шел, наши палили с крыши, из окон по ментам. Я когда дворами из дачи побежал, то два раза выстрелил, чтобы меня не преследовали. А потом в городе, когда в засаду попали, тоже два раза в кусты выстрелил. РГ | Ты понимал, что совершаешь преступление? Тебе это было надо? Нас в джамаате Баксанского района человек сорок было. Возглавлял Аслан Хамуков, работавший администратором на Покровском рынке Москвы Улимбашев | Я понимал и хотел отказаться, но не успел. События сложились таким образом, что я не смог дать задний ход. Там же все не в один день начиналось. Всем Астемиров командовал. Нас еще в Москве в мечетях собирали, разговаривали. Там мы объединились в свой джамаат. Астемиров и Мукожев запрещали нам многое. Например, я женился, а в Нальчике доверенным лицом должен был стать Астемиров. Когда Мукожев выступал, то его проповеди слушать приезжали люди из отдаленных сел, а в обычные мечети уже не ходили. У него дар такой ораторский. Я сейчас понимаю, что нас просто использовали. РГ | Что значит использовали? Почему тысячи других жителей Нальчика не использовали? Улимбашев | Это еще несколько лет назад началось. И вообще все постепенно происходило. Сначала в Москве чеченцы, студенты, избили нашего студента - кабардинца Тагира. Мы, московские кабардинцы, кто ходил в мечеть на Третьяковке, собрались и пошли бить чеченцев. РГ | Несколько лет назад, в Москве? Улимбашев | Да, человек сорок нас собралось, и мы поехали в Сокольники. Прямо к зданию РГСУ. Там чеченцев человек двести учились, но на нас вышли человек шестьдесят. Один чеченец достал нож. Дрались мы недолго, приехала милиция, и нас разогнали. После этого мы и решили объединиться в джамаат. Это просто так сейчас называется, джамаат - община. Раньше были такие дворовые команды пацанов. Ну и тут также, только на земляческой и мусульманской основе. Нас в джамаате Баксанского района человек сорок было. Возглавлял Аслан Хамуков, работавший администратором на Покровском рынке Москвы. Мы ходили в мечети, читали религиозные книги. РГ | Какие книги? Улимбашев | Какие в мечети давали. Например "Книгу единобожия" Бадра. РГ | Так она же запрещена к печати, потому что считается экстремистской. Улимбашев | Ну не знаю. Она была старая, потрепанная. Не новое издание, там даже библиотечный штамп стоял. РГ | Ты понимал, в чем разница между традиционным исламом и тем, к чему вас призывали? Что у традиционного ислама пять столпов: вера - шахада, добровольное пожертвование - закят, пятикратная молитва - салят, пост в рамадан - сауи и паломничество в Мекку - хадж. А шестой столп - джихад - признает только ваххабизм, или, как его еще иногда называют в Саудовской Аравии, салафизм, где он является официальной религией? Улимбашев | Знал. Но Астемиров и Мукожев нам объясняли, что надо бороться с неверными, тем более мы видели, что нас бьют. Мы потом еще несколько раз дрались с чеченцами. Мы были все пацаны, земляки, мы чувствовали, что мы вместе - сила. РГ | Чем вам чеченцы не угодили? Улимбашев | Они в Нальчике к нашим женщинам приставали, один из районов Нальчика называли Нохчи-сити и вообще беспредельничали, мы там их били, а они нас - в Москве. РГ | Как ты сам сейчас оцениваешь события 13 октября? Улимбашев | Нас просто подставили. Я потом узнал, что многие получили по две тысячи долларов за нападение. Сам Астемиров получил 500 тысяч долларов. Так пацаны говорили. РГ | Ты тоже получил две тысячи долларов? Улимбашев | Я ничего не получил. Платили только руководителям групп. Там же все было организовано по ваххабитским методикам. Группа - человек десять. Каждый знает только своего непосредственного эмира. Это чтобы, если арестуют, нельзя было размотать всю цепочку подполья. Мы этого не знали, а когда узнали, было поздно. Нас просто использовали, а мы по-пацански подчинялись. РГ | Ты пересмотрел сейчас свои взгляды? Кто для тебя сейчас враги? Улимбашев | У меня сейчас один враг - Астемиров."
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации