Последнее дело Устинова?

Материал из CompromatWiki
(перенаправлено с «Последнее Дело Устинова?»)
Перейти к: навигация, поиск


Генеральным прокурорам в России хронически не везет

1079615328-0.jpg И как это нынешнему Генеральному прокурору Устинову все удается? Взял да посадил в Бутырскую тюрьму олигарха Гусинского — хоть и на три дня. Другого всемогущего олигарха, Березовского, Генеральный попросту вынудил бежать из России. Теперь он посадил за решетку — и, похоже, уже отнюдь не на три дня — третьего олигарха, Ходорковского… А ведь предшественники Устинова на этом посту — Степанков, Казанник, Ильюшенко и, наконец, Скуратов — при первой же попытке `навести порядок наверху` сгорали, как свечки: их тут же вынуждали уйти в отставку. В чем тут дело? Не разделит ли в ближайшее время Устинов судьбу своих предшественников? Свою позицию на сей счет излагает хорошо осведомленный работник Прокуратуры России. Правда, он просил не называть его имени — не хочет рисковать карьерой.

Беда теоретиков…

Начну с причин, по которым сняли с должности предшественников Устинова. Из пяти прокуроров в истории новой России двое — Казанник и Скуратов — были теоретиками (остальные — выходцы из системы). Жизнь показала, что теоретики у нас в Прокуратуре не приживаются — и во многом потому, что приходят в уже сформировавшуюся систему и к тому же без команды. И система очень быстро подминает их под себя. Тот же Казанник, ученый, юрист-эколог, в жизни не держал в руках ни одного уголовного дела и в практическом плане не представлял себе, как расследовать преступление, как проводить следственные действия. Пришел он с благородными идеями, что будет наводить в Прокуратуре порядок. А как на практике это реализовать и самое главное — с кем, даже не представлял себе. И в итоге стал заложником аппарата Прокуратуры.

Вспоминаю такой случай. Захожу я к Казаннику в кабинет по какому-то вопросу и вижу: сидит Генеральный прокурор и сам пишет доклад к заседанию годовой коллегии, что-то подсчитывает, куда-то звонит, перепроверяет. Такую работу Генеральный прокурор лично делать не должен, для этого существует аппарат помощников. Спрашиваю: «Почему вы занимаетесь этим?» И слышу в ответ: «Они меня все обманывают».

Потом, теоретики — люди совестливые, они менее поражены вирусом чинопочитания, они не понимают, почему на некоторые безобразия нужно закрывать глаза. Когда началась грязная игра с тем, чтобы поскорее сбросить в архив дело об октябрьских событиях 1993 года (на чем так настаивал Борис Николаевич Ельцин), возник конфликт. Если бы уголовное дело дошло до суда, это был бы процесс против Ельцина как нарушителя Конституции. Поэтому Генеральный прокурор должен был разыграть спектакль, выгородить Президента. Устинов бы сообразил, как это нужно сделать, какие демарши предпринять. А Казанник этого делать не стал. И на него пошел накат. Как порядочный человек, Казанник не стал держаться за место и ушел. Другой теоретик, профессор Скуратов, хотя и прошел аппаратную школу в ЦК КПСС, но, как и Казанник, за всю свою жизнь ни одного уголовного дела в руках не держал. Всем памятна история якобы с девочками, из-за которой Скуратова формально принудили покинуть свой пост. А истинная причина отставки — Генеральный прокурор повел себя чересчур независимо, за что и поплатился.

… горе практиков

Советская кадровая система имела свои определенные каноны: надо было пройти какие-то ступеньки служебного роста. Степанков их прошел — может быть, не в полном объеме, но он все-таки пришел на пост Генерального прокурора России с должности прокурора Хабаровского края, то есть имел немалый опыт самостоятельной руководящей работы. А если сумел организовать работу в одной отдельной области или крае, значит, сумеет организовать работу и в другом месте. И потом, Степанков был депутатом Верховного Совета, что тоже немало.

Трагедия Степанкова, человека из нашей системы, состояла в том, что в условиях двоевластия он не сумел достаточно четко принять чью-то сторону. А в момент жесткой политической междоусобицы достаточно лишь заподозрить человека, что он сидит на двух стульях, — его тут же отправляют в отставку. Правда, надо отдать Степанкову должное: в аппарате его все-таки воспринимали как Генерального прокурора.

А вот Ильюшенко аппарат не воспринимал вообще. Ильюшенко такой школы не прошел. Это был рядовой сотрудник аппарата, в котором таких, как он, человек пятьсот. И вот такой рядовой со-трудник вдруг становится Генеральным прокурором. Чисто психологически всегда вызывает неприязнь, когда вчерашний рядовой работник возносится на десять ступеней вверх. И отрицательных человеческих качеств в Ильюшенко было с избытком, в частности зазнайство. Генеральные прокуроры традиционно всегда сидели в кабинете Вышинского — это очень скромный, маленький кабинетик, и его никто и никогда не перестраивал. Что сделал Ильюшенко, как только стал всего лишь исполняющим обязанности Генпрока? Он себе отгрохал кабинетище, войдя в который надо долго-долго добираться до «важного тела». Десятилетиями никто не покушался на святое, а этот начал с того, что все разрушил. Аппарат Прокуратуры — коллектив очень консервативный, и Ильюшенко сразу же не восприняли и поэтому саботировали любые его указания. Во многом посадили Ильюшенко на скамью подсудимых его же подчиненные, которые добросовестно собирали на него компромат и «информировали» кого следует.

…вина желторотиков

С Устиновым тоже проблема: чтобы стать Генеральным, мало быть прокурором города Сочи. Но поскольку Устинов столько лет сидит в кресле Генерального, значит, он все-таки устраивает власть. Хотя, думаю, все очень скоро закончится его отставкой. Ведь кому-то надо ответить за провалы в работе. А за четыре года, которые Устинов находится на должности, по большому счету происходят одни провалы. Почти все нынешние громкие дела — Гусинского, Закаева, Березовского — сейчас в той или иной мере проходят перепроверку за рубежом при процедурах выдачи. При этом такие ляпсусы выявляются, такое позорище для страны, что дальше ехать некуда: Ведь нам ни одна из стран никого не выдает отнюдь не по политическим мотивам, а именно из-за качества нашей прокурорской работы. А оно предельно низкое, вообще никакое.

Все, что происходит последнее время — это чистейшая кампанейщина, государственной политики как таковой нет, а дубина закона используется для решения сиюминутных задач. К сожалению, Устинов — не того масштаба личность, которая в состоянии организовать серьезную работу и заставить своих подчиненных жестко соблюдать закон.

Возьмите историю с милиционерами-оборотнями. Когда она стала известна, разве она не нашла поддержку у людей? Да еще как нашла. Ведь все прекрасно знают, что из себя представляет наша милиция. А Прокуратура наша лучше? Что, у нас не берут взяток, у нас нагло не говорят, что восстановление вашего права будет стоить столько-то или столько-то? Устинову бы приехать, разобраться бы в какой-то ситуации, снять бы прокурора, скажем, области или края, увести его в наручниках. Люди бы вздохнули с облегчением и сказали: слава Богу, могут все-таки навести порядок и избавить нас от мерзавца. Но этого же не происходит. Напротив, тишь, да гладь, да Божья благодать. И если только сверху укажут, что надо бы с тем-то разобраться, то начинаются в лучшем случае передвижения: либо на пенсию, либо… в советники Генерального прокурора. У меня складывается впечатление, что дело Ходорковского будет последним делом для Устинова, так как оно скорее всего закончится очередным провалом: те следователи, которым его поручили, слишком молоды, и их профессиональный уровень невысок, чего нельзя сказать об адвокатах Ходорковского.

Павел Васильев

Оригинал материала

«Фельд почта»