Последний полет Руцкого

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"С Руцким надо было переспать, чтобы понять, что он импотент!"

Оригинал этого материала
© Собеседник, origindate::26.10.00

Последний полет Руцкого. На этот раз его сбил не "стингер"

Владимир Воронов
Фото: НТВ

Converted 11112.jpgЗа четыре года своего губернаторства Александр Руцкой не надоел хуже горькой редьки, наверное, только самому себе и своей очередной жене. Впрочем, последнее утверждение могут и оспорить. Еще пару лет назад знакомая курянка, в свое время с энтузиазмом отдавшая голос Александру Владимировичу, в сердцах бросила:

«С Руцким надо было переспать, чтобы понять, что он импотент! Усищи — во! Говорит много, красиво, непонятно, даже движения ласковые, а кайфа никакого, не говоря уж о плоде».

Генерал и сыновья

Довольно быстро после воцарения Руцкого куряне поняли, что сделали что-то не то: молочных рек в кисельных берегах не наблюдалось, а за АОЗТ «Руцкой & sons» они явно не голосовали. Примерно через год-два семейство Руцких (сам АВ, его братья Владимир и Михаил, сыновья, а также и мама), не мудрствуя лукаво, попыталось взять под свой личный контроль почти все: нефтепереработку, торговлю (особенно медикаментами), сельхозпродукцию. Последнее к 1998-му вылилось в натуральную продразверстку: колхозники-совхозники месяцами корячились на полях, а вместо денег получали мини-пайку натурой, остальную продукцию по приказу губернатора у хозяйств силой изымали и куда-то увозили. Сам губернатор объяснял это тем, что колхозы-совхозы сильно задолжали государству и частным кредиторам, поэтому их продукция и идет в счет погашения долгов.

Для лучшего контроля над процессом изъятия продовольствия почти в каждый район Александр Владимирович поставил своих глав администрации, как правило, отставных военных — бывших своих сослуживцев по ВВС. «Летуны», как их тут же прозвали на селе, в проблемах земных смыслили, мягко скажем, мало, зато быстро обрастали хорошей автотехникой и вообще богатели на глазах нищающих селян.

Другой смелой новацией семейства Руцких стал запрет на торговлю возле вокзала: по приказу губернатора милиционеры ретиво стали гонять от поездов старушек, торгующих снедью. Потому как бабушки, оказывается, не только не платили налоги, но и, о ужас, нарушали губернаторский указ, запрещавший вывоз сельхозпродукции за пределы области. Последнее распоряжение привело к тому, что Курская область осенью 1998-го оказалась затоварена дешевой картошкой, капустой, луком, морковью и прочими дарами земли: селяне косяками стояли по обочинам дорог в надежде, что проезжие купят хоть что-то, пусть даже и за копейки. А вывезти и продать своими же руками и на собственных огородах выращенное — ни-и-зя! Губернатор не велит.

Сам же губернатор вовсю занимался воплощением своей идеи фикс: сооружал жуть как нужный курянам и всему мировому человечеству мемориал в ознаменование 55-летия Курской битвы. К 55-летию так и не соорудил, силенок не хватило. Но Триумфальную арку, тут же прозванную в городе «Сашкиными воротами», все же воздвиг. В беседе с вашим корреспондентом г-н Руцкой в сентябре 1998-го поведал, что «подобных Триумфальных арок всего четыре — в Курске, Риме, Париже и... Лондоне!» (Насколько известно, никаких Триумфальных арок в Лондоне нет. Может, АВ попутал с ней Трафальгарскую колонну?)

А еще Александр Владимирович очень гордился своей титанической работой по выпрямлению (или выкруглению?) трамвайных путей в городе и заботой о подрастающем поколении, особенно детдомовском. Помню, как в беседе со мной он с умилением рассказывал, как привез им коровок и еще какой-то живности: пусть, мол, занимаются делом — чистой воды идея то ли работных домов, то ли военных поселений.

Видимо, готовясь к внедрению оных, курских студентов уже выучили маршировать строем и отвечать на приветствие губернатора в полном соответствии с уставами советской армии. Да и вообще административная шагистика в городе все время должна была напоминать: уставу внутренней, гарнизонной и караульной службы АВ отдал лучшие годы своей жизни. А первый вопрос, адресуемый ранее незнакомому посетителю, обычно звучал так: «В армии служил?»

Одной из последних игрушек губернатора была идея усовершенствования... наградной системы Курской области. Александр Владимирович с умилением демонстрировал образцы вычеканенных чуть ли не из драгметалла знаков типа «Заслуженный мелиоратор области» или «Почетный ветеринар» и воодушевленно повествовал, как сильно это поднимет производительность труда...

В его глазах читался вопрос Муму: «За что?!»

С 1997-го между губернатором и прокурором области Николаем Ткачевым развернулась настоящая война: прокурор опротестовывал одно незаконное распоряжение Руцкого за другим, а тот издавал все новые и новые опусы, все так же далекие от понятий законности. Потом неприятности начались у губернаторских замов: один за другим они попадали под прицел прокуратуры за разного рода финансовые шалости, в народе без затей именуемые воровством и казнокрадством. Потом залетели и братья, Михаил и Владимир. По всему выходило, что клан Руцких не только зело жаден, но еще и плохо умеет скрывать эту слабость. Во всяком случае, нарытого прокуратурой вполне хватило бы, чтобы без труда попытаться снять Руцкого вполне законными средствами. Или предоставить это избирателю. Но, видимо, Кремль, мало рассчитывая на вконец затурканных курян, сделал ставку на чисто византийскую методу.

Почему Руцкой попал в опалу к Путину — пока загадка. Однако без ведома Владимира Владимировича его никак не могли вывести из игры. А вывели его весьма интересным образом: придравшись к тому, что он якобы не указал в своей декларации среди личного имущества автомобиль «Волга», областной суд за несколько часов до голосования снял действующего губернатора с дистанции. А жалобу на Руцкого подал, и это самое интересное, соперник — генерал госбезопасности Виктор Суржиков, недавний начальник УФСБ по Курской области.

Уже одно это недвусмысленно показывает: Кремль мало интересовали невинные (на фоне, скажем, тех же Лужкова, Рахимова или Наздратенко) шалости Руцкого, просто именно ему суждено было стать 1-м «опущенным» губернатором. А Курску — полигоном по отработке новой боевой тактики «законного» прихода к власти в регионах чекистских генералов.

Еще полгода назад Руцкой и Путин взаимно источали елей и умильно пожимали друг другу руки. Курский губернатор едва ли не первый повесил в своем роскошном кабинете портрет новоиспеченного президента, демонстрируя его всем телегруппам: «Во, какой я послушный и благонадежный!» Он же был среди тех губернаторов, кто первым выказал поддержку административным новациям Кремля. Казалось бы, свой в доску и послушно-дрессированный, а тут такой облом! В глазах рванувшегося на ТВ Александра Владимировича читается немой вопрос Муму: «За что?!»

Действительно, оснований ждать столь подлого удара в спину от Владимира Владимировича у Руцкого вроде бы не было, как не было и информации о том, что Кремль сделает ставку на кого-то иного. Да и на кого было ставить, не на кондового же коммуниста Михайлова?

И тут запахло керосином

Однако команда курского губернатора совсем не обратила внимания на то, что среди кандидатов появилась малоизвестная в области, но весьма символическая фигура генерала Суржикова. Опытный администратор-царедворец, коим считает себя Александр Владимирович, тотчас должен был понять: дело пахнет керосином, ибо дисциплинированные чекистские генералы без команды сверху «фас!» такие штучки не выкидывают. И для Руцкого выдвижение действующего гэбиста должно было послужить тревожным сигналом. Но, увлеченный схваткой с явно балаганной фигурой твердолобого адепта КПРФ, реального противника он проглядел. Впрочем, это довольно характерно для Александра Владимировича: стратегия явно не входит в число любимых предметов душки-пилота, последние несколько лет увлеченно занимавшегося устроением личной жизни.

В идеале Руцкого надо было отстранять от должности еще два-три года назад президентским указом. Или, что куда честнее и юридически безупречнее, выказать ему монаршее недовольство перед выборами. Однако кремлевские мудрецы предпочли свой вариант. И все же почему именно безобидный для Кремля Руцкой стал первой фигурой для показательной порки? А именно потому, что он безобиден и уж точно не способен на ответный удар: бей своих, чтобы чужие боялись. Без проблем убрав со своего пути слабого губернатора, Кремль как бы продемонстрировал куда более крутым свою силу и возможности. Так что решающая схватка чекистов с губернаторами еще впереди. Многие ли из последних переживут эту суровую зиму?