По особо влажным делам

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Следователь Каримов решает политические задачи

Оригинал этого материала
© "Новая газета", origindate::11.08.2003

Старший следователь по особо влажным делам

Александр Морозов

Генеральная прокуратура, видимо, не чуждая новым политическим веяниям, по примеру коллег из МВД несколько почистила свои ряды. Высоких постов лишились прокурор Москвы Михаил Авдюков, два его заместителя и прокурор Московской области Эдуард Денисов. В прокурорской среде будут долго гадать: почему начали именно с них? Неужели для показательной порки не нашлось фигур более одиозных? Например, следователя по особо важным делам Салавата Каримова, который ведет [page_13367.htm так называемое дело «ЮКОСа»], хотя всем, и прокурорам в том числе, понятно, что никакой судебной перспективы это расследование не имеет. Как не имели судебной перспективы другие нашумевшие дела, которыми занимался Каримов...

Известность, причем весьма скандальную, следователю Салавату Каримову принесло [page_9876.htm дело «Медиа-Моста»], когда был арестован Владимир Гусинский. Отсидев в Бутырках трое суток, он получил свободу только в обмен на согласие продать свой холдинг. Когда же, выйдя из камеры, Гусинский решил было взять свое слово обратно, Каримов попытался арестовать его снова, да только тот был уже далеко.

Тогда в тюрьму сел начальник финансового управления «Медиа-Моста» Антон Титов.

Заполучить Гусинского из Испании Салавату Каримову так и не удалось. Испанский суд отказался выдавать беглого медиамагната, усмотрев в его деле политическую подоплеку.

Очередную оплеуху следователю Каримову и всей Генпрокуратуре отвесил центральный офис Интерпола в Лондоне, откуда официально заявили, что впредь не будут задерживать Владимира Гусинского по требованию российских прокуроров, поскольку политикой Интерпол не занимается.

Формально из дела «Медиа-Моста» Каримов вышел победителем. Но победа оказалась настолько сомнительной, что для сохранения лица российских пинкертонов Черемушкинскому суду Москвы даже пришлось пойти на хитрость.

25 декабря 2002 года, в день оглашения приговора Антону Титову, судья сообщила журналистам, что вердикта сегодня не будет. А когда репортеры разошлись, огласила свое решение. Титова оправдали по обвинению в отмывании денег и осудили на три года за мошенничество, но тут же амнистировали и выпустили на свободу в зале суда.

Зачем два года держать человека в СИЗО, если он все равно подпадал под амнистию?

Для обычного следователя ответ на этот вопрос ясен: незачем. Но Салават Каримов — следователь не обычный. Перед ним ставят не юридические, а политические задачи. Видимо, для этого его и вытащили из Башкирии.

В 1997 году в Башкирии по подозрению в совершении двойного убийства был арестован директор самого крупного уфимского рынка Тагир Мухамедьянов. Об этом деле написали все газеты — арестант был личностью известной. Особую пикантность истории придавало то, что убийства были совершены им на почве ревности: и погибшие, и сам Мухамедьянов были одной, нетрадиционной, сексуальной ориентации.

Несмотря на то что арестант написал явку с повинной, некоторое влияние в городских властных структурах он сохранил. Поэтому, когда подследственный подал жалобу на милиционеров, обвинив их в выбивании из него признательных показаний, прокуратура отнеслась к этому весьма серьезно.

Проверку заявления поручили следственному отделу уфимской прокуратуры, который и возглавлял в то время Каримов. А дальше произошло следующее. Каримов выделил Мухамедьянову, который в тот момент находился в больнице, милицейскую охрану! В сопровождении этой охраны тот добрался до аэропорта и улетел в Турцию.

Усадить убийцу на скамью подсудимых удалось только после того, как его объявили в розыск. Бывший директор получил свои 17 лет, а Салавату Каримову на коллегии республиканской прокуратуры объявили строгий выговор с понижением в должности.

Однако Каримов оказался непотопляемым. Несмотря на решение коллегии, с должности его так и не убрали. А зря. Потому что очень скоро с ним снова произошла странная история.

Отдел Каримова расследовал громкое дело в отношении банды уфимского вора в законе Альберта Галимова по кличке Галим. Сам Галим уже находился под стражей: ему было предъявлено обвинение в убийстве. Однако до суда это дело не дошло. За день до истечения срока содержания Галима под стражей уголовное дело исчезло из сейфа прокуратуры. Причем ни двери, ни решетки, ни сам сейф взломаны не были. В итоге вор в законе оказался на свободе, а Салавату Каримову снова объявили выговор.

Тут-то про него и вспомнил его старый знакомый — начальник следственного управления Генпрокуратуры Владимир Лысейко. Выбора у Каримова не было. Либо увольняться с позором, либо принимать предложение о переводе в Москву.

После «Медиа-Моста» Салавату Каримову поручили [page_12920.htm дело министра путей сообщения Николая Аксененко]. Того даже не пришлось арестовывать — он сам все отдал и ушел на почетную пенсию, особо не сопротивляясь. В вину Аксененко вменялось хищение в особо крупных размерах. Оказалось же на поверку, что он всего лишь увеличил фонд заработной платы, то есть воровать не воровал, но платил хорошие деньги своим сотрудникам.

Расследование тянется уже без малого два года. Очевидно, что до суда дело не дойдет. Да и зачем? Ведь основная политическая задача выполнена.

Затем Каримову дали не менее шумное [page_11288.htm дело руководителя «Сибура» Якова Голдовского]. Следствие обвиняло его в выводе активов. Голдовского арестовали, потом выпустили под залог. Но за время его отсидки в «Сибуре» полностью сменилось руководство — что, видимо, и требовалось. А под конец расследования «Газпром» вообще отозвал свои претензии к Голдовскому...

Странно, конечно, что очищать свои ряды Генпрокуратура начала с руководителей столичной прокуратуры, которые, кстати, никогда не были замечены в «расследовании» политических дел. А впрочем, почему странно, если сама «чистка» имеет заметный политический оттенок? Хотя бы потому, что соответствует политическому моменту и установкам. Как и борьба с неугодными олигархами...