Президент, "Семья" и олигархи

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Президент, "Семья" и олигархи Очередной передел собственности ведет к распаду России

" Начало XXI века Российская Федерация встретила как средняя по масштабам экономики страна, которая к тому же имеет значительную внешнюю задолженность, безнадежно отсталые и стремительно деградирующие основные производственные фонды. Таковы реальные итоги "десятилетия реформ", грозящие разломом нашей страны по этническим, религиозным и прочим "линиям напряжения".

Пресс-конференция президента В.Путина, состоявшаяся в Кремле накануне итальянской встречи "Большой восьмерки" (G-8) и после встречи с руководителем КНР Цзянь Цземинем, была призвана продемонстрировать "городу и миру" уверенность в себе, открытость и демократичность российского лидера, а также обозначить те позиции, с которых он намерен вести, или по крайней мере начать, переговоры в Генуе. 
Однако попытка переломить негативные тенденции в развитии народного хозяйства, предпринятая Кремлем за последний, конъюнктурно благоприятный, год, обнаружила несовместимость проводимой им либерально-монетаристской идеологии с достижением обозначенных целей. Похоже, результатом "нового курса" окажется лишь новый передел собственности между группировками правящей "элиты" - на фоне и за счет дальнейшего снижения уровня жизни у подавляющего большинства населения России. Еще совсем недавно одной из главных задач российских реформ считалась "деидеологизация". Предполагалось, что пустоту, образовавшуюся в сознании людей после краха идей "развитого социализма", заполнят либерально-рыночные ценности. Однако этого не произошло - видимо, потому, что генетически большинство населения России не склонно к индивидуализму и замкнутости, что в русской культуре непопулярно материальное накопительство и преобладает мотивация долга - в отличие от мотивации пользы, доминирующей на Западе. Поведение людей оценивается нашим обществом не столько по результату, сколько по соответствию принятым нормам - не "эффективностью", а "правильностью". Личное богатство среди русских никогда не будет абсолютной и безусловной ценностью. 
Вопреки расхожим на Западе мнениям о русском варварстве и жестокости, в отечественной истории не было ничего, подобного "охоте на ведьм" и другим массовым казням, Варфоломеевской ночи, законам об огораживаниях и прочим "подвигам" жителей Европы. Иное дело, что русские летописи всегда называли зло злом, а европейцы даже истребление аборигенов на всех материках считали и считают их "приобщением к цивилизации", а себя - "самыми цивилизованными" в мире. При этом русский народ продемонстрировал высочайшую способность к выживанию в самых неблагоприятных условиях, готовность к концентрации и мобилизации всех ресурсов в руках мощной государственности. Поэтому степень доверия к государственной власти у русских изначально высока, и является одной из составляющих "смысла жизни", лишиться которого для русского гораздо тяжелее любых физических испытаний. 
Именно поэтому активный отклик на "либерально-рыночные реформы" продемонстрировало подавляющее меньшинство граждан Российской Федерации, в основном представители ряда так называемых "национальных меньшинств", в сознании которых, напротив, материальное благополучие обладает безусловной ценностью и стремление к нему подчиняет практически все формы жизнедеятельности. Большинство же попало в состояние "идеологического вакуума", что привело к проявлениям массовой деградации и криминализации общества. Вместе с тем результаты исследований, проведенных на протяжении 90-х годов Российским независимым институтом социальных и национальных проблем, свидетельствуют, что российское население по-прежнему обладает фундаментальным "аксиологическим ядром", слабо изменившимся даже под влиянием тотальной пропаганды "либерально-рыночных" ценностей. 
В рамках этой аксиологической модели взаимоотношения между человеком и государством строятся принципиально иначе, нежели в Западной Европе, где государство прежде всего гарантирует защиту интересов личности. В России же государство призвано обеспечивать общественную справедливость, что почти автоматически предполагает активную роль государства в экономике и сильную систему социальной защиты. Не случайно в "перестроечной" пропаганде столь значительное место было уделено "борьбе с незаконными привилегиями партийно-советской номенклатуры" и "экономике дефицита", а вопросы невмешательства государства в частную жизнь, гарантии политических и гражданских прав человека играли в основном вспомогательную роль. 
Возможно, нынешнее почти всеобщее равнодушие, аполитичность и неопределенность идеологических предпочтений объясняются как раз тем, что люди не распознают ни в деятельности политических партий, ни в практике властей стремления обеспечить общественную справедливость. Определенные надежды на личность В.В.Путина, обеспечившие ему массовую поддержку и избрание президентом РФ в период 1999-2000 годов, во многом были вызваны продемонстрированной им готовностью "защищать справедливость" в широком смысле этого понятия. Однако уже в октябре 2000 года, по данным ВЦИОМ, несмотря на высокий рейтинг поддержки президента (около 70%), 66% опрошенных были обеспокоены отсутствием у Путина идеологической программы. 
Такая ситуация свидетельствует о неустойчивости достигнутой консолидации общества, а также о "низком пороге" для его хаотизации в результате разнонаправленных действий ряда внешних и внутренних сил. Обострение противоречий между группировками правящей Россией "элиты" вызвано именно "идеологическим вакуумом", в условиях чего их интересы сосредоточились прежде всего на новом витке передела собственности, а также на связанном с этим вопросом определении курса кредитно-финансовой, налоговой и бюджетной политики государства. 
Краткий курс истории приватизации Глава Счетной палаты С.Степашин недавно заявил, что 90% российских предприятий приватизированы с нарушением законодательства, однако, по его словам, ревизия итогов приватизации невозможна, поскольку это приведет к подрыву российской экономики. Причиной подобной ситуации он назвал то, что "задача создания в стране среднего класса" в условиях отсутствия многих необходимых законодательных актов оказалась невыполненной. Однако, по мнению экспертов, для формирования "среднего класса" следовало реализовать механизм именной приватизации. Кстати, Верховный Совет России, в своем большинстве выражавший интересы именно советского "среднего класса", настаивал именно на таком механизме, приняв с этой целью Закон РФ "Об именных приватизационных счетах". Вместо этого была проведена "анонимная" приватизация в интересах коррумпированных и криминогенных слоев, которые впоследствии и стали "высшим обществом" России. Механизм приватизации через неименные ценные бумаги ("ваучеры"), реальная стоимость которых может колебаться в тысячи раз в зависимости от административного или силового ресурса их владельца, была в сжатые сроки разработана по заказу вышеназванных слоев рядом специалистов, чьи имена хорошо известны. 
В качестве "идейного" обоснования такого механизма Ельцину внушали, что опорой его власти может быть только класс сверхкрупных собственников, заинтересованных в диктатуре. Один из ближайших советников "всенародноизбранного" терпеливо объяснял ему, что радикальные реформы может провести только диктаторский режим (впрочем, он его стыдливо именовал "авторитарным", хотя в качестве примера приводил Пиночета). Параллельно, объясняя необходимость передачи собственности в руки криминальных элементов, Ельцину просто "морочили мозги" ссылками на "теорию первоначального накопления" Прудона-Маркса, согласно которой крупные капиталистические состояния были сделаны исключительно бандитами на основе награбленного. Авторитет Маркса был в глазах Ельцина непререкаем, а в рациональную суть аргументации pro и contra он всегда предпочитал не вдаваться. 
Согласившись с аргументацией сторонников опоры на криминальные круги, Ельцин еще в конце 1991 года принял ключевое политическое решение отказаться от попыток создания в России "среднего класса" и передать всю собственность узкому кругу лиц, включая собственную семью. Поскольку Верховный Совет в целом не мог согласиться с ограблением и люмпенизацией советского "среднего класса", приватизацию начали проводить с нарушением закона. 
В обход Закона РФ "Об именных приватизационных счетах" был издан указ президента, на основании которого и были выпущены пресловутые ваучеры. Поскольку их реальная ценность прямо зависела от властного и силового ресурса обладателя, собственность фактически стала распределяться соответственно объемам этого ресурса, для "простых" граждан составлявшего от 10 до 30$ (за эту сумму и продавались ваучеры "с рук"). А у скупщиков стоимость ваучеров возрастала порою в тысячи раз - пропорционально их влиянию на узкую группу чиновников Госкомимущества во главе с А.Чубайсом. В результате по каналам, которые контролировались родственниками Ельцина, было распределено до 25% всей приватизированной собственности. Через них были сформированы такие крупные "олигархи", как Березовский, Абрамович, позже Мамут и др. Чиновники Совета министров получили в целом самый крупный куш - 30-35%. "Группе Чубайса" досталось 10-15% собственности, криминальные структуры получили 20-25%. И, наконец, "средние и мелкие собственники", преимущественно представители "нацменьшинств", используя механизмы коррупции в чиновничьих кругах, также получили 10-12% собственности. Две последние цифры в сумме отражают степень утраты контроля над ситуацией со стороны официальных властей. 
Так создавались "олигархи" - социальная база авторитарного режима Ельцина. Средний класс после изъятия сбережений путем организованной Е.Гайдаром гиперинфляции стремительно люмпенизировался, уже к середине 1993 года перестав быть реальной политической силой. В течение полутора лет социальная база демократии была ликвидирована и возникли условия для установления диктатуры, что и произошло в результате переворота 21 сентября-4 октября 1993 года. Однако прошедший период показал бесперспективность выбранного курса. "Олигархи" проявили себя на редкость неэффективными собственниками, а "криминальная Россия" стала объектом жесткого внешнего давления (включая сюда и феномен Чечни). Второй этап приватизации (залоговые аукционы) характеризовался уже прямым проникновением в российскую экономику иностранного капитала - пока спекулятивного. 
В 1998 году возможности поддержания подобного статус-кво рухнули. Начался третий этап передела собственности - на фоне массового роста радикальных настроений среди неимущего и малоимущего населения (от коммунистических до религиозных), в силу чего новое перераспределение собственности представляется не только неизбежным, но и не гладким, не "эволюционным", чреватым социальными потрясениями. Пока, правда, этот процесс не выходит за рамки российской "элиты" и выглядит в значительной степени управляемым - прежде всего из Кремля, куда на волне "постреволюционного синдрома" пришли в значительной мере "обойденные" в ходе первых двух этапов представители "силовой обслуги". Их попытки "наверстать упущенное" объективно входят в противоречие с интересами групп "старой" олигархии, собственно, и выдвинувшей на вершину власти "полковника Путина". 
В этих условиях самой "естественной" линией поведения "президентской группы" является поэтапное завоевание ею все новых и новых "степеней свободы", в первую очередь экономических, и новая структуризация имеющихся "групп интересов". Отсюда более понятными становятся и постоянное лавирование нынешнего курса Кремля на внутриполитической и международной арене, где в полной мере проявился "вяжущий" стиль путинских "силовиков", и причины их неослабевающего давления на В.Гусинского с группой "Мост", и попытки разрубить или развязать "чеченский узел", и многие другие "знаковые" приметы последнего времени. 
Бои неместного значения Говоря о поэтапном усилении "путинской группы", следует отдавать себе отчет, что подобное усиление чрезвычайно условно, поскольку сама эта группа в значительной степени еще не оформлена как самостоятельная структура и во многом "выстраивается" вокруг личности второго президента РФ, причем в этом процессе активно участвуют все группировки российской "элиты", созданные в годы правления Ельцина. Особенно ярко эти обстоятельства проявились в ходе "инаугурационного" ареста, экстрадиции в Швейцарию и возврата в Россию бывшего "кремлевского завхоза", а ныне - исполнительного секретаря российско-белорусского союза П.П.Бородина. 
Внешние обстоятельства этого дела достаточно хорошо известны. Однако, якобы по словам адвоката Кузнецова, защищавшего Бородина, перелом в деле "Пал Палыча" произошел только после того, как лично Путину были направлены материалы, из которых следовало, что Кузнецову известен человек, который находится в одной из итальянских тюрем и готов дать показания относительно зарубежных счетов нынешнего российского президента. В результате дело "Мабетекса" было закрыто, а с Бородина, по крайней мере в России, сняты обвинения в даче и получении взяток. Иначе говоря, обозначено существование канала эффективного давления, если не прямого шантажа на "хозяина Кремля". 
Несмотря на то, что сегодня подобные сведения являются не более чем бездоказательными домыслами или активной дезинформацией, их активное распространение дополняется слухами о намерении "Пал Палыча" восстановить свои позиции в управлении кремлевским хозяйством. В частности, коржаковская газета "Стрингер" утверждает, что нынешний управделами президента В.Кожин может в ближайшее время уступить свой пост экс-коллеге из Генпрокуратуры, а ныне высокопоставленному чиновнику Администрации президента Н.Хапсирокову. Так или иначе, но история с "Мабетексом" и Бородиным лишила В.Путина возможности использовать важный рычаг давления на "семью" Б.Ельцина. 
Однако следует заметить, что группировка П.Бородина всегда занимала в ельцинском окружении несколько обособленные позиции и была достаточно тесно связана со столичной финансово-промышленной группой (ФПГ) Ю.Лужкова. А эти обстоятельства, в свою очередь, вызывали нападки той части "семьи", которая ориентировалась на Б.Березовского (Т.Дьяченко, В.Юмашев, Р.Абрамович). Вокруг фактически созданного Бородиным Межпромбанка сформировалась группа по-своему ярких и интересных, но чрезвычайно "конкретных" деятелей, к которым можно отнести О.Сосковца, А.Коржакова, Н.Хапсирокова, А.Егиазаряна и др. Через эту "сферу влияния", собственно, пришел в Кремль и сам Путин, а потому отношения президента с этой группировкой несколько отличаются от заявленного принципа "равноудаленности". Эта группа, скорее всего, может рассматриваться как своеобразный стратегический резерв верховного главнокомандующего. 
Второй "неравноудаленной" от Кремля ФПГ ряд экспертов называет группу "Альфа", плотно связанную с ведущими инвестиционными корпорациями США, которые числятся среди "друзей демократической партии". Возможно, именно с учетом последнего обстоятельства через "Альфу" и близкого к ней советника президента А.Илларионова пока разрабатываются и осуществляются самые масштабные демарши Кремля, направленные на обретение тех самых "степеней экономической свободы", острую нехватку которых испытывает в настоящее время "команда Путина". Так, Илларионов открыто потребовал от ЦБ и его руководителя В.Геращенко "привести в соответствие с экономическими реалиями курс рубля", то есть, по сути, открыть дорогу к девальвации отечественной валюты, инфляции и связанным с ней переделом собственности. Данное обстоятельство объясняют в первую очередь значительными долгами данной группы, при этом часть долгов должна быть "слизана" девальвацией, а остальное - покрыто ростом маржи между экспортными и внутренними ценами на нефтепродукты, производство которых за последние годы стало основным приоритетом "Альфы". 
Очень важным представляется тот факт, что президент лично выступил гарантом по ряду сделок близких к нему финансовых корпораций. Наиболее известным является посредничество Путина в открытии крупного кредита для Тюменской нефтяной компании (ТНК), входящей в группу "Альфа", со стороны американского Эксимбанка (Eximbank). А "неудобный" альфовцам министр топлива и энергетики В.Калюжный отправился заново открывать и осваивать для России прикаспийский регион. 
Наконец, именно интересами "Альфы", стремящейся ликвидировать дефицит корпоративных СМИ, некоторые аналитики склонны объяснять согласованную атаку налоговых и правоохранительных органов на медиа-империю В.Гусинского, хотя это предположение, если вспомнить давнюю историю взаимоотношений А.Коржакова с"Мостом", выглядит, по меньшей мере, экстравагантным. Однако именно представители "Альфы" оказались категорически против решения руководства Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) вмешаться в ситуацию на стороне Гусинского и даже поставили вопрос о смещении А.Вольского с поста президента РСПП. Иными словами, степень реальной близости Путина к Авену, Фридману и Ко нельзя переоценивать. Эту группу по ряду причин президентской "команде" было выгодно обозначить как "свою", однако ее интересы вовсе не являются приоритетными для Кремля. 
По крайней мере, "Альфа" лишилась контроля над важнейшим для ее интересов Челябинским таможенным узлом, а на встрече членов правительства (вице-премьеров А.Кудрина и В.Христенко, министра экономического развития Г.Грефа, а также руководителей Минтопэнерго) с "нефтяными генералами", состоявшейся в начале февраля, Кремль, по сути, обнародовал планы повышения экспортных пошлин на нефть и условия конкурсного доступа к "трубе", которая по-прежнему остается главным источником бюджетных поступлений. Учитывая возможное падение мировых цен на нефть, "Альфа" может оказаться заложником собственной стратегии переноса активности в сферу производства энергоносителей. "Передел" этого рынка является приоритетом "президентской группы" после того, как она установила контроль за третьим по экспортному потенциалу (после цветных металлов) сектором отечественной экономики, объединив "Росвооружение" и "Промэкспорт" в "Рособоронпром". Об этом свидетельствует и "смена караула" в РАО "Газпром" и - хотя бы отчасти - возбуждение недавно уголовного дела против компании "Сибнефть" (Р.Абрамович) за неуплату налогов. Впрочем, здесь могут скрываться и более "глубокие" мотивы - например, все более отчетливое противостояние "путинской команды" и "семьи". 
"Семейная" экономика весь период 2000-2001 года находилась как бы в "президентской тени", однако ее совокупная мощь заметно возросла. Так, МДМ-банк за прошлый год удвоил свои активы. Началась и перегруппировка финансовых структур "семьи", что выразилось в создании банковской группы так называемых Обществ взаимного кредита (О.В.К.). Очевидно, что "семья" проводит основательную подготовку к новому этапу передела собственности как крупных госкомпаний, так и менее удачливых финансово-промышленных группировок. При этом в "семейной сфере влияния" по-прежнему находятся важнейшие посты премьер-министра и главы Администрации президента, осуществляющей реальный контроль над Госдумой. 
Так, недовольство представителей "семьи" утратой доли в экспорте вооружений почти сразу было проявлено через запрет, наложенный Думой на приватизацию крупных предприятий до принятия государственной программы приватизации, что нанесло серьезный удар по планам околопрезидентских ФПГ и близких к ним членов правительства (в частности, министра финансов и вице-премьера А.Кудрина), заинтересованных в немедленной конвертации в собственность своих "административных ресурсов". Наряду с делом "Мабетекса" практически прекращено активное расследование по "Аэрофлоту", хотя официально объявлено о продлении сроков следствия. Фактически впустую закончилась атака "экономической полиции" президента и Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг (ФКЦБ) на Профессиональную ассоциацию регистраторов, трансфер-агентов и депозитариев (ПАРТАД), в которой ведущие позиции принадлежали "семье". После нескольких месяцев полемики лицензия этой важнейшей для фондового рынка организации была обновлена и, хотя руководители ПАРТАД, слишком прочно ассоциированные с "семьей", вынуждены были покинуть свои посты, реальная расстановка сил практически не изменилась. Серьезные проблемы, судя по всему, испытывает в Газпроме и А.Миллер, сменивший по инициативе "президентской команды" Р.Вяхирева. 
Грефу не удалось также настоять на своем в прениях вокруг реформы железнодорожного транспорта. В итоге программа реструктуризации отрасли приняла вид, в большей степени устроивший главу МПС Н.Аксененко. 25 апреля этот проект был одобрен на заседании Государственного совета. Губернаторы поддержали идею создания РАО "Российские железные дороги" с передачей в руки частных компаний значительной части подвижного состава. Впрочем, структура ценообразования на транспортные услуги железной дороги до сих пор малопрозрачна, тарифная сетка не сбалансирована, что в значительной степени разрушает единое экономическое пространство России, на котором большая часть перевозок осуществляется именно рельсовым транспортом. 
Не нашла поддержки также идея пенсионной реформы, поскольку Пенсионный фонд, возглавляемый близким к "семейной" группировке М.Зурабовым, намерен всячески затягивать переход к накопительной системе пенсионного обеспечения, справедливо полагая, что перекладывание пенсионного налога с корпораций на плечи самих граждан приведет к резкому уменьшению активов фонда. Однако согласованное давление правительственных "либералов" и представителей крупного и среднего бизнеса, объединенных в РСПП, делает шансы "накопителей" достаточно высокими. Впрочем, для "президентской команды" в данном вопросе непосредственного интереса нет, и ее позиция здесь объясняется общими "либерально-монетаристскими" установками. Точно так же никаких дивидендов, кроме временного политического союза с "группой Чубайса", не принесет Кремлю и успех чубайсовской модели реструктуризации РАО "ЕЭС России". 
В этих патовых условиях все большее значение для Путина приобретает "внешний фактор". Следует обратить внимание, что бурный рост долларовых активов и собственных капиталов наблюдался на протяжении 2001 года у всех банков, тесно связанных с президентской группировкой. Источником подобного роста без особого риска ошибиться можно назвать все тот же полугосударственный Eximbank США, тесно связанный и с демократическим, и с республиканским истэблишментом Штатов. В декабре 2000 года он объявил об открытии кредитных линий основным российским банкам, фактически не оговорив условия предоставления этих кредитов. Операционным филиалом Эксимбанка сделан государственный Внешторгбанк РФ, обязанный предоставлять гарантии Exim'у по кредитам на организацию экспорта американских товаров в Россию. 
Беспрецедентным решением (подобного рода предложения никогда не были характерны для американских кредитных учреждений) воспользовались российские банки-резиденты, один перечень которых позволяет говорить о новом качестве американского проникновения в отечественную экономику. Это близкие к Центробанку Сбербанк, Внешэкономбанк, Внешторгбанк, Моснарбанк и Московский международный, а также Межпромбанк (группа П.Бородина), МДМ-банк (Мамут-Дерипаска), Альфа-банк, Газпромбанк, АФК "Система" и "Балтийская финансово-промышленная группа". Несколько преувеличивая, можно сказать, что подобный выбор партнеров говорит о готовности американцев на определенных условиях (нейтрализация российско-германской программы "долги в обмен на инвестиции", свертывание контактов с Ираном и т.д.) кредитовать "путинскую Россию", контуры которой обозначены выше. 
О том, что дело обстоит именно так, свидетельствует попытка М.Касьянова "модифицировать" договоренности Путина с канцлером ФРГ Г.Шредером. Российский премьер заявил, что в счет германской части внешнего долга РФ немцы получат возможность создавать в России небольшие перерабатывающие предприятия. Ответ, впрочем, не заставил себя ждать - заместитель министра финансов ФРГ Кайо Кох-Везер пригрозил России исключением из "большой восьмерки", обосновывая это ее отказом платить Парижскому клубу. Отсюда становится очевидным, что очередной крен России в сторону США уже не вызовет единодушных аплодисментов даже на Западе, не говоря уже о Китае, Индии или Иране. 
Закрывая тему Exim'а, следует указать на многозначительное совпадение по времени ухода из Белого дома администрации Клинтона-Гора и решения о выделении кредитных линий российским банкам. Кроме того, львиная доля "американской помощи" досталась банкам, тесно связанным с ЦБ и "группой Геращенко", а следовательно, имеет право на существование версия о том, что "Геракл", озабоченный известным провалом в борьбе за назначение аудитора Центробанка и планами подчинения ЦБ органам государственной власти, предпочел, действуя через Эксимбанк, консолидировать вокруг себя большую часть банковского сообщества. 
В целом же Центробанк вступил в достаточно острый конфликт с ближайшим окружением президента, требующим не только снижения валютного курса рубля, но и отказа от обязательных продаж экспортной выручки, а также легализации вывоза капитала из страны, что в целом должно создать условия для рублевой инфляции и передела собственности в пользу "новых" властных структур. Знаковым стал инцидент, когда Счетной палате было отказано в проверке жалобы одного из работников ЦБ, утверждавшего, что в одном из звеньев главного банка страны "отмываются" крупные деньги. Не вдаваясь в возможную оперативную подоплеку подобного заявления, следует указать, что его расследование могло вывести аудиторов Счетной палаты на один из скрытых механизмов финансирования всей центробанковской группировки и связанных с ней, в том числе "семейных" компаний. Такая реакция Геращенко, значительно усилившая позиции сторонников сужения независимости ЦБ, показала, что он не имеет никаких серьезных опор в "элитном" сообществе и вынужден балансировать между противоборствующими сторонами (в частности, между "семьей" и близкой к Путину группой "Альфа"). Так, МДМ-банк (Р.Абрамович, А.Мамут) всерьез претендует на контроль над "росзагранбанками", которые, по слухам, управляют значительной частью "семейных" денег (через ранее приобретенные активы) и внешнего долга РФ. Впрочем, "внутренняя слабость" Геращенко вовсе не распространяется на его позиции в международном банковском сообществе, а потому его уход с поста руководителя ЦБ способен вызвать серьезную валютную атаку на рубль и привести к резкому снижению стоимости российских ценных бумаг. 
Однако "курс на инфляцию" по-прежнему находит мощную поддержку в главных экспортных отраслях российской экономики, а также среди госаппарата, к уреплению которого Путин прикладывает серьезные усилия. Так, в декабре 2000 года было увеличено денежное довольствие сотрудников "силовых" структур, полностью "ушедших" под президента после 27 марта 2001 года: военнослужащих, работников МВД, уголовно-исполнительной системы Минюста, прокуратуры и судебных органов, таможенников и налоговых полицейских). Кроме того, была повышена зарплата служащих местных органов федеральной исполнительной власти, а также сотрудников посольств и консульств. По мнению большинства наблюдателей, президент в ближайшее время должен будет поставить вопрос о кодификации "новых правил игры", включая пересмотр Конституции, а в этих условиях ему понадобится предельно лояльный и консолидированный госаппарат. Следовательно, расходы на его содержание будут резко увеличены. Однако при отсутствии внятной государственной идеологии подобные лояльность и дисциплина, основанные только на материальном факторе, выступают не более чем узаконенной формой коррупции, что ставит под сомнение реальную управляемость госаппарата. Вдобавок, финансовые возможности "президентской команды" и ее "знаковые проекты" ("умиротворение" Чечни, повышение социальных выплат, развитие "оборонного" сектора промышленности) оказываются, в конечном счете, полностью зависимы от конъюнктуры на мировых рынках энергоносителей и финансов, которая сегодня определяется вовсе не Российской Федерацией. О реальной "степени свободы" нынешнего Путина можно судить по его отношениям с "олигарх-аутсайдерами". 
Братья-олигракхи Еще недавно игравшие центральную роль во всех политических и экономических комбинациях "ельцинской" России, "первые среди олигархов" В.Гусинский и Б.Березовский с приходом Путина оказались выбиты с привычных позиций и вынуждены осваивать новые для себя социально-политические ниши. Одной из таких ниш является роль "народных трибунов" типа древнеримских братьев Гракхов, "защитников демократии и прав обездоленного большинства", что предполагает как минимум наличие собственных каналов информации. Поэтому одним из наиболее значительных "переделов собственности" последнего периода стала схватка за НТВ. 
Кульминацией этой схватки стала сложная операция с задержанием в районе Сотогранде (Испания) хозяина медиа-империи "Мост" В.Гусинского, что потребовало координации интересов российских и испанских спецслужб на высшем уровне (Гусинский был арестован после телефонного разговора Путина с главой испанского правительства). Это весьма примечательно, хотя испанский суд признал "дело Гусинского" политическим и отказался выдать последнего российским властям. Тут же налоговая инспекция Центрального округа г.Москвы известила о том, что ею направлен иск в московский арбитражный суд о ликвидации неплатежеспособных компаний, входящих в "Медиа-МОСТ" - прежде всего ОАО "Телекомпания НТВ". 
По мнению экспертов, за очередным ужесточением атаки на В.Гусинского, помимо очевидных политических мотивов (компенсировать закрытие дела по "Мабетексу"; нанести удар по главному рупору "либеральной оппозиции"; продемонстрировать новую политику исполнительной власти в области СМИ), могли стоять и не афишируемые широко причины. В частности, скандал вокруг "Медиа-МОСТа" на фоне прекращения дела "Мабетекса" и явной неспешности, проявляемой Генпрокуратурой по расследованию дела "Аэрофлота", вызвал негативный эффект в восприятии путинской "антикоррупционной" политики как внутри страны, так и за рубежом. А сверхсогласованные действия правоохранительных и налоговых органов против "Медиа-МОСТа" привели к резкому падению его акций - настолько резкому, что "Дойче банк" отказался от их продажи, предусмотренной трехсторонним договором между ним, "Газпромом-Медиа" и "Мостом". Напомним, что речь шла о двух крупных пакетах ценных бумаг (19% и 25%+1 акция). Иными словами, Путину здесь оказали очередную "медвежью услугу" (не следует, кстати, думать, будто предложенное в свое время Б.Березовским название "прокремлевской" фракции Госдумы не имеет второго и третьего, ассоциативных, уровней смысла). 
В ходе "схватки за НТВ" в оппозиции к Путину оказались Союз журналистов России и Общественный совет НТВ, возглавляемый М.С.Горбачевым, обвинившие Кремль в ликвидации независимых средств массовой информации и подавлении общественного мнения. Горбачев даже обратился с личным посланием к испанскому королю, протестуя против ареста В.Гусинского, что нанесло таранный удар по всем аргументам российской Генпрокуратуры, поскольку на Западе моральное реноме Горбачева остается уникальным по влиянию и даже не подлежит обсуждению. Аналогично действовали также лидеры фракций "Союза правых сил" и "Яблока" Б.Немцов и Г.Явлинский, которые пользуются определенным "правом слова" в информационном пространстве западных СМИ. 
Свою игру получил и Б.Березовский, который нашел, что сложившаяся ситуация как нельзя лучше подходит для заявления о новых политических планах - в частности, о создании под эгидой олигарха некоего "Международного фонда гражданских свобод", который должен сыграть роль координирующего центра в борьбе с новым авторитарным режимом в России. есть все основания полагать, что в случае продолжения репрессивно-бюрократической политики в стране Фонд Березовского может оказаться для инициатора его создания таким же надежным инструментом политической выживаемости, как НТВ - для Гусинского. Впрочем, та "дружеская поддержка", которую оказал Березовский "команде Киселева", частично ушедшей на его ТВ-6, и увольнение В.Третьякова с поста главного редактора "Независимой газеты", которую возглавили Т.Кошкарева и Р.Нарзикулов, свидетельствуют о сохранении им достаточно прочных позиций в информационном пространстве России, включая даже телеканал ОРТ. Отсутствие сколько-нибудь внятной реакции официального Кремля на самые провокационные заявления "беглого олигарха" лишь подтверждает такое предположение. 
Основной мишенью для "социальной антирекламы" политики Путина со стороны братьев-олигракхов, судя по всему, должна оказаться структура бюджетных расходов, предусматривающая освобождение государства от любой "социалки", где особое место займет реформа жилищно-коммунального хозяйства, а также эксцессы, связанные с реализацией нового земельного законодательства. Иными словами, уже в ближайшей перспективе президент, реализующий в стране либерально-монетаристские идеи, утратит выраженную поддержку большинства населения. 
Перспективы противостояния Уже первые усилия "либералов" показали готовность к отпору со стороны их противников, в чьих рядах выделяются региональные элиты, отраслевые лобби, естественные монополии, социальный блок, а также весьма значительная, хотя не проявленная до конца часть депутатов Госдумы левой и левоцентристской ориентации. Все они не согласны с предложениями по дерегуляции экономики, по сокращению непроцентных государственных расходов, прежде всего на реальный сектор и социальную сферу, а также с ликвидацией таможенных барьеров перед импортом. Позицию этого лагеря выразил мэр Москвы Ю.Лужков, заявивший на 3-м Всероссийском съезде товаропроизводителей, что правительство равнодушно к их проблемам. Лужков не преминул заметить, что не видит среди участников съезда своих основных идейных противников в правительстве, Грефа и Кудрина. При этом он призвал российских товаропроизводителей защищать собственные интересы и предъявить кабинету министров требования повысить покупательную способность населения и инвестиции в реальный сектор. 
Очевидно, что в случае продолжения Путиным нынешнего курса, российский президент очень быстро окажется в прямой зависимости от "внешнего фактора", очень напоминающей "прозападную" зависимость М.Горбачева в 1989-91 годах. Разница лишь в том, что фокусом западной политики времен "перестройки и гласности" было как раз уничтожение возглавляемого Горбачевым СССР, а сегодня на первый план выступают глобальный финансово-экономический кризис и противоречия между Европой и Америкой. Поэтому Путин не может рассчитывать даже на сотую долю того внимания к своим внутренним проблемам, которое имел на Западе Горбачев, впрочем, даже при этой поддержке уступивший лидерам союзных республик во главе с Б.Ельциным. 
Путин не просто повторяет концептуальные ошибки Горбачева, он повторяет и концептуальные ошибки Ельцина, сделавшего ставку на крупный капитал и политический авторитаризм. Итогом его усилий может стать быстрый распад Российской Федерации на разного рода и объема ассоциации ее нынешних "субъектов" - в зависимости от степени близости интересов региональных и отраслевых "элит", а также обломков "естественных монополий", чье существование, собственно, и служит сегодня экономической базой единой России. Чтобы избежать подобного сценария, Путину необходим отказ от "либерально-монетаристской" идеологии и возврат, как минимум, на левоцентристские позиции, заявленные им в ходе своей президентской кампании. "
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации