Президент В Переплёте

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Больше прижизненных книг, написанных о Путине, было только про Сталина

1141123977-0.jpg Приходит в российскую глубинку нищему посылка с гуманитарной помощью от правительства. Внутри — телевизор, радиоприёмник, пачка газет и консервы. Включает мужик телевизор — по всем телеканалам Путин, настраивает радио, и там голос Путина, пролистывает газеты — везде Путин. Пригорюнился мужик и крепко задумался: «А стоит ли открывать консервы?»

Как и в любом анекдоте, в этом содержится некая «правда-матка» (так и хочется прибавить: «сермяжная»). Действительно, столько прижизненных книг, столько написано про ныне действующего президента, сколько ни о каком главе страны не писалось. Ну, разве что о Сталине. Оппозиционеры стали поговаривать уж о новом культе личности, тем более что аккурат к 50-летию ХХ съезда КПСС, этот самый культ осудившего, вышел очередной бестселлер, посвящённый путинскому гению. Член Общественной палаты Алексей Чадаев разразился опусом в два пальца толщиной исключительно о президентских посланиях. Но на самом деле всё намного сложнее. Как всякий глава большой азиатской страны, Путин благосклонно внимает хору льстецов, но, будучи по менталитету человеком европейским, он оставляет нишу и для умеренной критики в свой адрес.

Пока Владимир Путин не стал президентом, он был мало кому интересен. Большинство россиян просто не знали о его существовании, даже высшее чиновничество слышало о нём разве что потому, что он был некоторое время главой ФСБ. Именно поэтому в ответ на знаменитый вопрос иностранного журналиста: Who is Mister Putin? — повисла неприлично долгая пауза, а сам вопрос стал крылатой фразой. Было очевидно, что такое положение вещей необходимо срочно исправлять.

Вешняков увидел в книге «От первого лица» элементы предвыборной пропаганды

Первые книги о Путине не могли отличаться глубоким анализом. Первопроходцем стал простой по форме сборник интервью с первым лицом государства и первой леди, а также с друзьями семьи и коллегами Владимира Путина. Назывался он «От первого лица. Разговоры с Владимиром Путиным». Все интервью носили мемуарный характер. То, что было сказано президентом и им же одобрено, и разошлось тиражом 15 тыс. экземпляров. Не очень большой тираж, но это ведь был пилотный проект коммерсантовских журналистов Андрея Колесникова, Натальи Геворкян и Натальи Тимаковой.

Не лишним будет вспомнить, что газета «КоммерсантЪ» принадлежала тогда Борису Березовскому и он же, как уверяли СМИ, был автором политтехнологического фокуса: «Превращаем отставного офицера в президента России». Это потом Владимир Путин загнал бывшего покровителя за Ла-Манш. Увы, благодарность не входит в число королевских добродетелей. На книжной ниве президент это доказывал дважды. «От первого лица» была переведена на иврит и издана в Израиле. При поддержке кого бы вы думали? Леонида Невзлина, бывшего тогда членом Совета Федерации. Знал бы Невзлин тогда, в 2002 году, что случится с ним через пару лет…

Словом, у книги «От первого лица» была не простая судьба. Она должна была выйти в свет в марте 2000 года, аккурат перед выборами президента, и была «зарезана» Центризбиркомом. Вешняков увидел в книге элементы предвыборной пропаганды, а значит, чтобы появиться на прилавках, книга должна была чётко обозначать заказчика в исходных данных (то есть кандидата) и быть оплаченной из его избирательного фонда. В итоге первый тираж скупил сам главный герой. А страна смогла познакомиться с книгой только после того, как он победил на выборах.

Как бы то ни было, эта первая ласточка показала, что в обществе есть реальный дефицит информации о президенте и любая книга со словом «Путин» на обложке будет продаваться на ура. То есть результат удовлетворил и издателей, и самого президента, Андрей Колесников надолго стал придворным журналистом и уже настрочил книг пять на ту же тему. Следующий кирпичик в строительстве бумажной путинианы был практически близнецом «От первого лица». Свой сборник интервью с Путиным, его женой и его друзьями журналист-известинец Олег Блоцкий назвал без затей: «Владимир Путин. История жизни». Страшно подумать, сколько президентского времени ушло на «воспоминания».

Компенсируя вторичность своего сборника, Блоцкий выступал в телевизионных передачах, рассказывая, как он работал с президентом и какой он живой и человечный. И пошутить может, и расстроиться, и чаем напоит, и спросит: «Сколько ложек сахара положить?» Словом, это было из серии «Я видел живого Ленина», и, честно говоря, эти рассказы были много интереснее интервью.

Книга «Немец» в Кремле» сразу стала бестселлером

Западные издатели также оценили бренд «Путин». Чемпионом по путинской литературе стала Германия, что неудивительно, учитывая биографию президента Путина. Первую книгу о втором российском президенте написал Вольфганг Зейферт. Его восхитила путинская идея сильного государства. В Германии Зейферта обвинили в некритичном подходе и срочно издали контркнигу. Александр Рар написал почти исторический труд о Путине «Немец» в Кремле», который сразу стал бестселлером: книгу переиздают в ФРГ и даже переводят на русский язык до сих пор.

И всё же Рар сдержан в своей критике, чего не скажешь о другом немце — Борисе Райтшустере. Название его книги «Владимир Путин. Куда он ведёт Россию?» звучит уже не так безобидно, как Who is Mister Putin? Соответственно и ответ у Райтшустера звучит довольно пессимистично.

Тем не менее на Западе поняли, что российский президент харизматик такого масштаба, каких в Европе уже не найдёшь днём с огнём. Был на наших региональных выборах нехитрый приём: кандидат публиковал где только можно свои фотографии с Путиным и кричал, что он человек президента. Удивительно, но в Европе пытались действовать по той же схеме. Так, весной 2005 года опять же в Германии Гернот Эрлер опубликовал книгу «Россия становится государством Путина: борьба за власть и модернизацию». Будучи соратником Герхарда Шрёдера по партии, немецкий «русовед» пытался скорее защитить курс канцлера, направленный на дружбу с Россией перед лицом надвигающихся выборов, чем отстаивать репутацию Путина. Но что для немца хорошо, то русскому — смерть. Соответственно и наоборот. Словом, идея выдать Шрёдера за человека Путина провалилась, канцлер выборы проиграл.

В Китае также укрепляют авторитет собственной власти, кивая на русского президента. В 2000 году трио авторов — Юй Суй, Сюй Синь и Пань Дэли — выпустило совместный труд «Путин: можно ли возродить Россию». Нехитрую мысль этой книги можно свести к тому, что Путин любит Китай: он почти сразу после прихода во власть объявил Китай одним из приоритетных партнёров на Востоке, пошёл слух, что его дочь учит китайский. Руководство обеих стран подвергалось нападкам за авторитаризм. А на самом деле сходство в том, что обе страны проводят независимый внешнеполитический курс (в первую очередь от США) и делают ставку на сильное государство. Китайцам Путин мил потому, что развитие России от Ельцина к Путину — это развитие от разрухи и хаоса к упорядочению и возрождению. И Путин в отличие от предшественника не связан с развалом СССР и не вступал в жёсткую конфронтацию с «истинной политической партией» (имеются в виду коммунисты).

На букварь с портретами Вовы Путина деньги пошли из партийного бюджета

На самом деле писать про Путина не самое безопасное занятие, но в конечном итоге оно окупается. Показательна в этом смысле судьба чиновника Виктора Зубкова. Этот давний знакомый Путина возглавлял питерское отделение «Единства» и к 300-летию Санкт-Петербурга решил издать букварь с рассказами о Вовочке Путине, деньги на это дело пошли из партийного бюджета. Либеральная общественность закатила по этому поводу форменную истерику. Путин тогда верно оценил общественное недовольство таким перебором и публично осудил букварь. Но через год президент предложил чиновнику тёплое место в первой столице — пост первого замминистра финансов, возглавляющего Службу финансового мониторинга.

С Путиным для «дошкольников и учеников младших классов» вообще случалось немало скандалов. Понятно, что если хочешь, чтоб человек всю жизнь нёс президента в своём сердце, то начинать его туда внедрять надо смолоду. В этом смысле гениальная вещь сказки: их читают и родители, и бабушки, и дедушки, причём по нескольку раз. В детстве любимые сказки я помнила наизусть, так же, наверное, как и моя бабушка.

Видимо, понимая всё это, кремлёвская администрация заказала у издательства с говорящим названием «Русская семья» «Сказки про нашего президента». Издание получилось в лучших русских народных традициях: яркие рисунки, мало текста и большой шрифт — хоть ребёнка учи читать по такому. А сказки — про доброго, храброго и скромного президента-батюшку, который спасает зверей, побеждает дракона и освобождает от чар злого колдуна Людмилу Прекрасную, впоследствии — «президентскую жену». И хотя ни разу в книге не встречается фамилия Путина, прототип главного героя очевиден из иллюстраций. Да и история прихода во власть в качестве преемника до боли знакома по документальным биографиям каждому. Заинтересовались?

Не спешите искать «Сказки про нашего президента» на прилавках: тираж в продажу не пустил заказчик. Говорят, кого-то даже уволили за эти сказки. С большим трудом нам удалось раздобыть один из выживших сигнальных экземпляров.

Президенту помогали волшебный воробей и другие звери

Лет эдак 60—70 назад за такое авторам и издателям припаяли бы вредительство. Потому как под «билибинской» лубочностью был закамуфлирован жестокий стёб. Начать хотя бы с того, что на титульном листе сообщалось, что всю эту пропутинскую ахинею собирали по сёлам и деревням, городам, поездам и самолётам. Да и в самих сказках красной нитью проходило: Путину постоянно помогают волшебный воробей или другие спасённые им звери и лишь перед внешней аудиторией он — герой.

Но идея сказочного президента на этом не умерла. В 2005 году издательство «Амфора» выпускает в продажу книгу Дмитрия Быкова «Как Путин стал президентом США: новые русские сказки». По сравнению с ней первые сказки выглядят лепетом невинного дитяти. Перечень сказочных сюжетов говорящий: «Единство» насмерть схватилось с «Отечеством», Доренко грыз Лужкова, Киселёв поливал Ельцина, вокруг НТВ бушевали конфликты, бежали Гусинский и Березовский и т.п., разумеется, по традиции добро побеждает зло, а книжка заменит детям старое «Что такое хорошо и что такое плохо».

Появлению сказок Быкова препятствовать не стали: иногда наш президент позволяет над собой посмеиваться. Со временем появилось даже особое направление — путинский юмор. Существуют отдельные сборники крылатых фраз Владимира Владимировича. Самый известный — «Путинки», выпущенный издательством «Эхо Вук» 40-тысячным тиражом. Это 200 изречений президента, сделанных им за период с 1999 по 2004 год. Видимо, издателей вдохновил цитатник Мао. Но цитатник — книга серьёзная, а «Путинки» — нет.

В числе общеизвестных «террористов в сортире» и «обрежем так, что больше не вырастет» есть и не слишком распространённые, зато очень смешные. Например:

«Татар любить надо, а не обижать».

«На нашем телевидении много насилия и того, что называется «секс».

«Сейчас получается, что если у человека есть фуражка и сапоги, то он может обеспечить себе и закуску и выпивку».

«О чьих правах вы говорите? Имена? Явки? Фамилии? (Ответ на вопрос о правах человека в Чечне.)

«Я прекрасно знаю, что во всём виноват, даже если не виноват. Это в полной мере относится и ко всем, кто сидит сегодня в зале. Вы тоже виноваты, даже если не знаете, о чём идёт речь». (Из обращения к губернаторам на заседании Госсовета.)

«Это умные люди (российские генералы) и уж тем более не глупее своих коллег в других странах».

По слухам, ВВП зачитывается интернет-сериалом про себя

Но самый комичный Путин — это, конечно, Владимир Владимирович ТМ — самое очевидное выражение «брендовости» Путина (ТМ — «торговая марка»). Максим Кононенко создал целую эпопею смешных историй про Путина. До поры до времени Владимир Владимирович ТМ обитал в Интернете, но в прошлом году появилась бумажная версия кононенковского детища, тираж новинки — 50 тыс. экземпляров.

А у интернетовского Владимира Владимировича ТМ жизнь продолжается. Сейчас на повестке дня доклады президенту об олимпийских успехах нашей сборной. По слухам, Путин сам зачитывается этим сериалом. В журналистской среде гуляет история, что Кононенко продал права на свой сайт какому-то олигарху. А олигарху присоветовал сделать эту покупку не кто иной, как замглавы администрации президента Владислав Сурков.

Есть в этой истории что-то скользкое, вроде как наградили любимого шута. С другой стороны, президент не только не боится стать мишенью остроты, но и умеет эту остроту по заслугам оценить. Между прочим, эти авторские анекдоты бывают довольно злыми. Например, один из них описывает, как в преддверии 300-летия Санкт-Петербурга мэр города Владимир Яковлев предлагает Владимиру Владимировичу ТМ переименовать родной город во Владимир Ленинградской области.

Книга Чадаева рекомендована для партийной учёбы

Только на шестой год правления Путина страна дозрела до серьёзного анализа путинских идей и его роли и значения в отечественной истории. Таковую попытку сделал вышеупомянутый Алексей Чадаев, опубликовавший свой труд «Путин. Его идеология». Здесь уже и речи нет о биографии ВВП, рассматривается лишь президентство Путина, точнее, его официальные послания. Но, прочтя сей опус, понимаешь, что это всё тот же пиар, с которого и начиналась путиниана, только в новой обёртке. Чадаев говорит об идеологии Путина, о её изначальной нечёткости и постепенном формировании через эти самые послания. Первое ощущение от книги, будто автор хотел привлечь внимание к сказанному президентом, если даже кто-то по каким-то причинам это сказанное пытался пропустить мимо ушей. В сущности, похоже на «апологию Путина»: каждый пункт его идеологии вроде бы критикуется, но тут же показывается правота Путина, и на самом деле он мессия, а у мессИи мИссия — построить демократию и передать её народу.

Единственный оригинальный момент в книге — критика Общественной палаты. На новоиспечённый орган пока мало кто нападал, тем более что Чадаев — сам его член. Увы, это больше объясняется личностью самого автора, нежели ролью ОП.

Чадаев — весьма молодой человек и при этом креатура самого авторитетного кремлёвского политтехнолога Глеба Павловского (он, кстати, написал к книге предисловие, в котором рекомендует её «для систем партийной учёбы». Каких конкретно партий — непонятно. Может быть, для «Единой России», а может быть, и для «Наших»). Сама Общественная палата тоже порождение Глеба Олеговича, туда он и пристроил своего соратника. Либеральные острословы, естественно, оттоптались на этом факте, и теперь Чадаев демонстрирует независимость мышления, называя создание ОП самым недемократичным шагом Путина и попыткой восстановить институт аристократии. С одной стороны, вроде как фронда, а с другой — вроде и сам как аристократ, даром что в фамилии маловато букв «а».

Конечно, описать все книги про президента невозможно. Мы постарались упомянуть те, которые высвечивают Путина если не своим содержанием, то хотя бы историей своего появления.

Виталия Царик

Оригинал материала

«Версия» от origindate::28.02.06