Проблемные банки: кто проглядел?

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Ce36c1a9674.jpg У ЦБ все больше претензий к аудиторам


Зачистка банковской системы выявила не только масштабный вывод активов, но и то, как банки умело его скрывают. У ЦБ все больше претензий к аудиторам, которые дают положительные заключения на отчетность проблемных банков. РБК составил антирейтинг таких аудиторов.


Безоговорочные лидеры


«Сейчас попались все, — иронизирует представитель крупной аудиторской компании, — даже в банках, отчетность которых годами проверяли компании из большой четверки аудиторов, вскрылись фальсификации и вывод активов». Зампред ЦБ Михаил Сухов в начале года приводил примеры: одна аудиторская компания не заметила в четырех банках «дыру» на 62 млрд руб., другая в трех банках не увидела «дыру» на 30 млрд руб. Из 82 банков, признанных в 2013–2015 годах банкротами, у 69 банков были безоговорочные положительные аудиторские заключения, сказал РБК зампред ЦБ Василий Поздышев. ЦБ предложил Росфиннадзору (регулятору рынка аудиторов) сделать список этих компаний публичным.


РБК составил рейтинг аудиторов, выдавших положительные заключения банкам, для которых это заключение стало последним (о методике — см. справку «Как мы считали»). У некоторых аудиторских компаний, вошедших в топ, расходы оказались в сотни раз меньше выручки. Представители ЦБ говорили, что некоторые аудиторы не ведут реальной деятельности и фактически продают свои печати.


Слово аудитора: все сложно


Объяснения аудиторов, почему «дырявые» банки могут получать от них положительные заключения, сводятся к трем утверждениям.


Во-первых, банк в момент проверки может быть хорошим, а потом из него можно быстро все украсть. В последнее время довольно распространена схема, когда кто‑то покупает небольшой региональный банк, переводит его в Москву или регистрирует там филиал, привлекает вклады населения под большой процент и направляет деньги на кредитование фирм-однодневок, приобретение «ценных» бумаг и т. п. — буквально через шесть — девять месяцев этих банков уже нет, рассказывает генеральный директор ЗАО «Екатеринбургский аудит-центр» Владимир Бойков (четвертое место в рейтинге РБК).


Во-вторых, аудиторы не так уж много и могут: если клиент недобросовестный, у него много способов обмануть аудитора, а у того мало шансов это увидеть. Задача аудитора состоит в том, чтобы, изучив бизнес компании и ее отчетность, проверить, соответствует ли отчетность требованиям стандартов — международных или российских, рассуждает партнер Deloitte Михаил Райхман: «Это как врач, который ставит диагноз на основании той информации, которая у него есть». Аудитор не может проверить контрагента банка. Он вправе обратиться с запросом в депозитарий или компанию, которая является заемщиком банка, получить оттуда информацию, но доказать, что она достоверна, зачастую очень сложно. «Как правило, мы не можем заглянуть к контрагенту банка внутрь, лично и детально проверить качество его активов», — говорит руководитель группы «Финансовые институты» компании Deloitte Сергей Неклюдов. Аудитор может заметить неправильно отраженные на балансе активы или обязательства, но уличить банк в том, что тот целенаправленно не учитывает какие‑то обязательства, например как это было в случае с Мособлбанком, практически невозможно, по крайней мере в рамках классического аудита, считает замгендиректора по работе с кредитными организациями «Финэкспертизы» Наталья Борзова.


Что все же может аудитор, кроме проверки документов?


Провести расследование в отношении сотрудников компании. Если обнаружатся злоупотребления со стороны сотрудников, то аудитор сообщает о них руководству и акционерам. «Мы смотрим на реакцию акционера и уже после разговора с ним принимаем решение о продолжении или прекращении дальнейшего сотрудничества», — говорит Неклюдов. Также аудитор иногда проводит физический осмотр залогов по кредитам, если сомневается в их подлинности или адекватной оценке. Аудитор может проверить, насколько адекватна оценка активов на балансе. Разница в оценках аудитора и руководства может быть, но она не должна быть существенной. «К разным ситуациям мы применяем разные индикаторы. Например, такое отклонение может составлять не более 5% от прибыли до налогообложения, но это лишь один из возможных критериев», — отмечает Райхман, добавляя, что если мнение аудитора существенно отличается от оценки руководства, то аудитор указывает на это в своем заключении.


Третье оправдание аудиторов такое: а куда смотрит ЦБ? У него‑то возможностей больше. «Регулятор в лице Банка России несет ответственность за непрерывную деятельность банков, — рассуждает Ольга Горина из «Интерком-Аудит» (седьмое место в рейтинге РБК). — Именно у ЦБ есть огромные ресурсы, как кадровые, так и административные, для полного контроля за банками по всем направлениям». «Кураторы от ЦБ могут сидеть в конкретном банке несколько месяцев, и лучше, чем они, никто не может быть осведомлен о том, что происходит в банке. Объемы информации, которые есть у ЦБ, несопоставимы с тем, что есть у аудиторов. Те в своих заключениях делают оговорки, но ЦБ не сразу применяет какие‑то меры», — сетует один из опрошенных аудиторов.


Например, банк «Пушкино» на отчетность за 2012 год получил заключение аудитора с оговоркой. Компания «Центр оценки и аудита» указала на то, что банк утрачивает капитал. Это «влечет необходимость принятия мер к его повышению в целях устранения неопределенности в отношении принципа непрерывности деятельности», было сказано в аудиторском заключении. Но ЦБ отозвал лицензию у «Пушкино» только в сентябре 2013 года.


Есть и четвертое оправдание, о котором аудиторы умалчивают, хотя оно и очевидно: опасность потерять клиента. Неклюдов говорит, что Deloitte всегда учитывает репутацию клиента, его акционеров и руководства: «Многие компании у нас отсеиваются именно по причине сомнений в репутации, и в последнее время таких случаев становится больше».


Deloitte аудировала отчетность Пробизнесбанка, лишившегося лицензии в августе. Свое последнее заключение, которое было безоговорочным, она выдала на отчетность по МСФО за 2014 год, но после этого не продлила контракт. В 2015 году российскую отчетность Пробизнесбанка аудировала компания «Фэшн аудит», которая была ликвидирована в сентябре. Deloitte отказалась комментировать РБК конкретных клиентов.


Слово регулятора: все хорошо


В Минфине, который регулирует рынок аудиторов, с обвинениями ЦБ не согласны. «Утверждение о «сговоре и недостоверности аудиторских заключений» не соответствует действительности. Факты признания аудиторских заключений заведомо ложными (а такое признание возможно только по суду) практически отсутствуют», — сказал РБК представитель Минфина. Правда, он признает, что встречаются и недостатки: «В ходе внешнего контроля качества работы аудиторских организаций саморегулируемые организации (СРО) аудиторов и Росфиннадзор (подчиняется Минфину) выявляют недостатки в работе. Если качество работы аудиторской организации не соответствует законодательству и профессиональным стандартам, ее лишают права оказывать аудиторские услуги».


В реестрах аудиторов, которые ведут саморегулируемые организации, а Минфин их сводит, сейчас более 4 тыс. аудиторских организаций и 714 индивидуальных аудиторов. Для того чтобы стать аудитором, необходимо получить аттестат и вступить в одну из саморегулируемых организаций (после этого тебя включают в реестр). Согласно данным Росфиннадзора, в этом году служба проверила около 200 аудиторов и только четырем из них вынесла предписания о приостановлении членства в СРО на определенный срок (от 30 до 90 дней). В прошлом году таких компаний было пять.


Ссылки

Источник публикации