Провинциальный смотритель, или смотрящий

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

Провинциальный смотритель, или смотрящий

"И если затяжная борьба с губернаторами федеральным Центром ведется с переменным успехом, но достаточно давно, то местечковое милицейское начальство, конвертировавшее свою должность в «зеленые», начинают беспокоить только сейчас. С позором ушел со службы бывший начальник милиции Московской области Юхман, и, судя по всему, на подходе еще несколько фигурантов коррупционных скандалов, приватизировавших закон в отдельно взятом субъекте Федерации. Да и не только закон – подмявших почти весь местный бизнес и с удовольствием обслуживающих олигархов и криминальные структуры.

       Зона рискованного бизнеса
       Город, в котором очередной удельный князь ухитрился проштрафиться настолько, что слетел с хлебной должности начальника областного УВД, от Москвы недалеко. Тридцать шесть часов в скором поезде «Арктика», мимо карельских лесов и маленьких поселков с загадочными названиями Африканда и Кондопога. Две тысячи километров от Ленинградского вокзала до заполярного редколесья — и вот он, Кольский залив. Мурманск. Край земли.
       Кстати, среди окрестных финнов и норвежцев заполярная столица нашего Северо-Запада считается центром цивилизации. Они туда на отдых приезжают. В той же Норвегии, несмотря на теплый Гольфстрим, за Полярным кругом крупных городов нет. 
       Говорят, что заполярные норвежцы здорово напоминают наших хуторян. Такие же наивные. Любят погулять. А в трех часах езды от крошечного норвежского Тромсе — Мурманск со своим полумиллионом жителей. Многоэтажные дома, прямые, широкие проспекты, рестораны, гостиницы, казино. И все это помножено на ошеломляющую российскую дешевизну. Рай для простодушных потомков суровых викингов.
       Одного такого заезжего норвежца, совершенно ошалевшего от природного российского гостеприимства гостиницы «Полярные зори», мы каждое утро видели в тамошнем бистро. Судя по сильно потрепанному внешнему виду, скандинав гулял давно и со вкусом. От типичного российского бомжа его отличали только неисчерпаемый кредит, приличные часы и совершенно иностранная физиономия. 
       Норвежца, несмотря на его буйный нрав, гостиничный персонал любил. К нам, столичным журналистам, администраторы, напротив, относились сдержанно. Хамить, конечно, не хамили, но место наше обозначали четко. Не интуристы. И не новые русские. Зато на вопросы о местном удельном князе отвечали охотно. Да, говорят, есть тут такой генерал Плугин. Вернее, был. Не из наших, северных. Приезжий, с Юга. Откуда-то из Рязани. Работал в Мурманске начальником милиции, а потом уволился. Из-за друга своего погорел. Из-за Вахи.
       Служили два товарища
       Ваха — это полковник милиции Александр Васильевич Белкин. До недавнего времени — заместитель начальника криминальной милиции УВД Мурманской области. Негласный, но всесильный куратор милицейских кадров. Покровитель коммерсантов. Гроза непокорных ветеранов УВД. «Серый кардинал» правоохранительных органов Мурманска. Боевой товарищ начальника Мурманского областного УВД генерала Плугина. Ныне — заключенный местного следственного изолятора.
       Они вместе с первой чеченской. В Чечне Плугин, еще полковник, был заместителем министра внутренних дел, начальником криминальной милиции. А Ваха, в ту пору Асхабов, командовал уголовным розыском. Белкиным он стал после войны. 
       Карьера начальника чеченского угро Вахи Сеидхановича Асхабова оборвалась после Хасавюрта. Войска вывели, и десять тысяч «промосковских» милиционеров растворились на необъятных просторах. Некоторым удалось закрепиться в Москве. Ваха с несколькими коллегами по чеченскому уголовному розыску уехал в Мурманск, с Плугиным. К тому времени бывшего республиканского замминистра назначили главой УВД Мурманской области. 
       Сначала Плугин поставил Асхабова заместителем начальника Мурманского городского УВД. А тот, чтобы не злить лишний раз ксенофобов из отдела кадров, съездил в Павлов Посад и женился на тамошней жительнице с нейтрально-великоросской фамилией. В Мурманск бывший глава чеченского угро приехал Вахой Белкиным и уже на месте окончательно «обрусел». 
       Малая земля, или Неподнятая Целина
       Новое место службы друзьям понравилось. Это только со стороны заполярный Северо-Запад выглядит краем земли. Для знающего человека Мурманск — не хуже Клондайка. Неприветливость климата с лихвой компенсируется исключительно удачной географией. От городской черты до натовской границы — неполных два часа хорошей дороги. Под боком — незамерзающий порт: рыба, сейнеры и увлекательная лотерея распределения квот дозволенного вылова. Рядом — большая металлургия Мончегорска и Ковдора с их никелем и молибденом. Связь с остальной Россией ограничена единственным федеральным шоссе, аэропортом и железной дорогой. По сути — готовая независимость. От начальства. От закона. Важно только наладить жизнь. А рецепт успеха изобретен тысячи лет назад: «разделяй и властвуй».
       Мурманчане — народ спокойный настолько, что некоторые принимают это спокойствие за мягкость. До экспрессивности бывших плугинских подчиненных им далеко. Правда, безропотно освобождать места под приезжую команду местные отказались категорически. А раз так — значит, нужна зачистка. Те, кто подходил по возрасту, были отправлены на пенсию. Особо упрямых и шибко непонятливых пугнули уголовными делами. Посадить милиционера просто, было бы желание. Коренные мурманчане это понимали прекрасно. Плугин — тоже.
       Опыт кадровых чисток Плугин приобрел еще до Чечни. Правда, тогда «вычистили» его самого. Уж больно странно он смотрелся в кресле начальника управления по борьбе с организованной преступностью Рязанской области. «Корешил» с подозрительными людьми. Симпатизировал, по некоторым данным, отдельным представителям легендарной группировки «слонов». А те, пользуясь беззубостью плугинских подчиненных, развернулись так, что вошли в криминальную историю страны в качестве самой большой и кровавой банды. 
       Когда аховые подробности плугинских скандалов дошли до Москвы, начальник рязанской милиции был отправлен на пенсию. Самому Плугину неожиданно повезло. Копаться в контактах со «слонами», против ожидания, никто не стал. После вполне закономерного понижения его поставили заниматься борьбой с организованной преступностью всея Руси. А так как в ГУБОПе Плугин ни с кем не ссорился, через некоторое время опального полковника реабилитировали вчистую. Если, конечно, назначение в Чечню можно считать поощрением по службе.
       Зато потом все плугинские злопыхатели, как говорится, «утерлись». В Рязань бывший командир УБОПа вернулся генералом. Заехал из Мурманска, погостить. Все как у людей — свита, джип, ординарец. Обожание в глазах старых друзей. «Лада» в подарок на свадьбу сына от накачанных граждан, очень похожих на подзабытых «слонов». Не визит дружбы, а настоящие именины сердца. Одна неприятность все-таки случилась — после очередного «обмыва» нового звания генеральский джип перевернулся. Плугин угодил в реанимацию, командир рязанского СОБРа скончался на месте. Отдувался за катастрофу замначальника местной пожарной охраны. Его вместо Плугина записали в водители…
       Гвардейцы кардинала
       …По большому счету начало разгрома прежних, «доплугинских» милицейских кадров Мурманска началось с увольнения на пенсию начальника отделения милиции по охране рыбного порта Алика Гаджиева. Тот в свое время наотрез отказался организовать сбор денег на лечение пострадавшего в Рязани шефа, за что, собственно, и поплатился. 
       Одной кадровой заменой, кстати, тут не обошлось. Рыбный порт — точка для Мурманска ключевая, поэтому Плугин не поленился разогнать весь ОМОРП, учредив вместо него специальный отдел в структуре управления по борьбе с экономическими преступлениями. Замначальника новой конторы, имеющей отношение к экспорту рыбы, стал сын Плугина Роман.
       После увольнения Гаджиева милицейские «головы» «полетели» с легкостью осенней листвы. «Ушли» замначальника УВД Артамонова, уволили командира ОМОНа Штольца. Спровадили начальника криминальной милиции. Начисто упразднили, рассорившись с мэром, городской отдел внутренних дел. 
       Вместо неуступчивых ветеранов на пост заступали проверенные кадры. Большей частью «чеченские» однополчане, с редкими вкраплениями соратников Плугина по борьбе с рязанской оргпреступностью. Местные же кадры подбирались по принципу лояльности. 
       Отдельные плугинские протеже умудрились навсегда войти в фольклор столицы русского Заполярья. Один только непотопляемый начальник Октябрьского ООВД Горельцев стоит всего карельского эпоса «Калевала». Его Плугин «поднял» из простых инспекторов по делам несовершеннолетних.
       К моменту знакомства с генералом Горельцев уже обладал «неполным служебным соответствием» и дружным презрением бывших коллег. Зато в Октябрьском ООВД бывший защитник детворы прижился на удивление хорошо. Пил, гулял, дебоширил. Просыпался в коридоре собственного отделения с извечным для всех пьющих вопросом: «Где это я?» Едва спьяна не соблазнил на расстеленном российском флаге молоденькую следовательницу, да так, что она написала заявление в прокуратуру о попытке изнасилования. Кстати, сразу после прокурорского разбирательства по поводу служебных амуров следовательница получила выговор, а Горельцев — внеочередное звание полковника и орден за отличную службу по охране общественного порядка. Плугин, к слову сказать, представил его на традиционные «Заслуги перед Отечеством», но в Москве даже прежнее начальство МВД решило с этим повременить.
       И правильно поступило. Через некоторое время любвеобильный начальник Октябрьского отделения организовал милицейский налет на клуб «КиК», где за день до этого охрана задержала вусмерть пьяного горельцевского оперативника. Ее, эту самую охрану, долго потом лупцевали в милицейских подвалах. Охранники, к слову сказать, на это сильно не обижались. Побои — это ерунда. Был у мурманской милиции времен Плугина свой, фирменный метод обработки правонарушителей. Особо несознательным задержанным, как бы это помягче сказать, засовывали в зад обычную милицейскую дубинку… 
       Зато своих Горельцев не трогал. Даже издал неофициальный указ — не принимать заявления от граждан по поводу происшествий в ресторане и гостинице «Арктика». Ее директор, господин Габриэлян, после ряда скандалов и самоподрыва собственного заместителя (тот неосторожно мастерил бомбочку в метре от габриэляновского кабинета) был поставлен председателем фонда содействия правоохранительным органам «Правопорядок». Говоря проще, сборщиком добровольных пожертвований от дружески настроенных коммерсантов Мурманска. Все официально, в порядке сознательности. На разные там милицейские надобности. Фильм, к примеру, про Плугина снять. Или водочную этикетку с его портретом выпустить. 
       Разгром
       Белкин, к слову сказать, вел себя скромно. Во всяком случае, в самопропаганде или там, не дай бог, насильничестве замечен не был. После разгона городского отдела Белкин стал заместителем начальника отдела собственной безопасности УВД Мурманской области. А неофициально за ним закрепили решение кадровых вопросов. 
       Кадры решают все, это еще Сталин заметил. Проблемы недостаточного финансирования, как выяснилось, тоже. Вскоре после приезда Белкина некоторые мурманские милиционеры узнали о своих новых обязанностях. Неимущие участковые, кроме хороших показателей, должны были приносить ежемесячно по четыре тысячи рублей. Зажиточные сотрудники УБЭПа — все восемь. И разово, по нескольку тысяч, за каждое новое звание и должность.
       Пересаженная на скудную северную почву традиция восточного бакшиша развивалась плохо. Не такие уж богатые в Мурманске участковые, чтобы начальству деньги тысячами таскать. Зато с другими методами подъема собственного благосостояния проблем не было. Все как у людей. Защита коммерсантов от лишних проблем, в просторечии именуемая «крышеванием». Облагодетельствованные милицией предприниматели сейчас наперебой дают об этом показания. Милицейская «крыша», оказывается, была дорога и ненадежна. Или, скажем, безвозмездная аренда джипов — «покататься». Один такой внедорожник, одолженный у коммерческого банка, по плугинским надобностям заехал аж в Казань, вернувшись на Север только к приезду московской комиссии. Или, к примеру, снаряженная подчиненными генерала экспедиция по доставке в Центральную Россию партии дорогого отделочного камня… 
       Но это так, баловство. Основные источники доходов, по мнению некоторых осведомленных мурманчан, выглядят гораздо серьезнее. По сути, под генеральским контролем оказались все наиболее доходные статьи мурманского теневого бюджета. Взять, к примеру, местное водочное производство. Раньше спирт для него поступал с предприятий Северо-Запада. Теперь из Рязани, где местная некоторая часть производства горячительных напитков контролируется все теми же «слоновьими» структурами. Плугин, кстати, после переориентации спиртовых потоков стал председателем областной межведомственной комиссии по пресечению незаконного производства этилового спирта и алкогольной продукции. Читай: по борьбе с конкурентами. 
       Или нефть. До назначения Плугина область получала ее с Киришского НПЗ, что в Ленинградской области. После — из той же Рязани. Далековато, зато прибыльно. В ОАО «Мурманскнефтепродукт» замом по безопасности «для лучшего контакта с фирмами-поставщиками» был назначен рязанец Вьючков. А самое неприятное, что с недавних пор Мурманск, связанный с остальной Россией только посредством аэропорта, автодороги и «железки», оказался наводнен недорогим героином. Местные наркоманы почему-то называют его «басаевским»… Как и странные доллары, появившиеся на Кольском полуострове.
       Погорело удельное княжество генерала Плугина, как водится, на мелочи. «Прокололся» осторожный Ваха. Оказывается, кроме всего прочего, он обзавелся дополнительным комплектом паспортов и удостоверений, влез, оставив массу следов, в историю с перегоном «левых» джипов, а к тому же слупил с государства компенсацию за якобы разрушенный дом в Чечне. Да еще выяснилось, что более четырехсот преступлений было, как говорят милиционеры, «замылено» — в целях улучшения отчетности. А чуть только московская комиссия копнула поглубже, всплыли уж совсем неприятные вещи, говорить о которых следователи пока отказываются… 
       После ареста Вахи Плугин и его первый заместитель Балакин дружно подали в отставку. Естественно, по болезни. Из «органов», правда, их не уволили. Сейчас мурманскими милиционерами руководит другой плугинский зам — полковник Пупенок. Может быть, со временем бывшая вотчина Плугина опять станет обычным российским городом. Во всяком случае, легендарный мурманский милиционер Горельцев уже которую неделю сидит на больничном…
       P.S. Будем надеяться, что усилия, предпринятые новым руководством МВД, в скором времени позволят гражданам России вновь воспринимать сотрудников милиции как своих защитников, а не как рэкетиров, наделенных неограниченными полномочиями. Мы со своей стороны постараемся в этом помочь. Так, нас весьма заинтересовала связь бывшего мурманского милицейского начальства с ныне действующим рязанским. Как обстоят дела в ведомстве генерала Перова, читайте в следующем расследовании.
"
631e1fcac8dc17991f13cb1db2038ef8.gif

Ссылки

Источник публикации