Происхождение "Единой России"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Оригинал этого материала
© SmartMoney, origindate::01.10.2007

Происхождение "Единой России"

Медвед всея Руси. Как Березовский, Абрамович и Путин спасали Россию от московского мэра и бывшего премьер-министра

« Мемуарист-большевик не может и не должен просто рассказывать факты, он должен твердо стоять на генеральной линии партии.
Лазарь Каганович »

Илья Жегулев

Converted 25215.jpg

Сегодня на своем VIII съезде «Единая Россия» определит состав нового думского большинства. Политологи спорят только о том, с каким счетом партия власти победит на декабрьских выборах в парламент: 45%, 50%, кто больше? За место в списке борются губернаторы, министры и миллиардеры. Трудно поверить, что восемь лет назад главу МЧС Сергея Шойгу две недели уговаривали возглавить никому не известное движение «Единство»…

В тот осенний вечер директор ВНИИ МВД Александр Гуров хотел пораньше уйти с работы: пятница, а у него на даче стройка в разгаре. Но тут раздался звонок. «Звонят из отдела кадров, говорят, вас хотят в депутаты выдвигать», — доложила секретарша. Опытному милиционеру стало не по себе. «У меня сердце екнуло, думаю: елки зеленые, в какие, к черту, депутаты», — вспоминает Гуров. С испугу он решил затаиться и попросил передать, что ушел и с ним нет связи. Но, пригрозив секретарю санкциями, кадровик дозвонился до Гурова, и уже через час тот был на Старой площади, где его встретил первый замглавы администрации президента Игорь Шабдурасулов. «Захожу, сидит очень приятный на вид человек, улыбается», — вспоминает Гуров.

— Ну что, Александр Иванович, на выборы пойдем? — спросил Шабдурасулов.

Гуров не знал, что ответить. Милицейскую карьеру под хвост политике? К тому времени он считал свое назначение замглавы налоговой полиции делом решенным: документы на повышение были готовы, он уже успел пройти в Кремле удачное собеседование.

— Да нет, я же уже в замминистры иду, — решился отказаться Гуров.

— Замминистра? — улыбнулся Шабдурасулов, подошел к сейфу и достал папку. — Вот дело ваше, — он внушительно похлопал по папке, глядя на ошеломленного Гурова. — Соглашайтесь, Александр Иванович.

Сам Шабдурасулов, теперь президент ледового комплекса Katok.ru на Рублевке, такие подробности не помнит. В любом случае Гурову нечего было бояться папки. «Я ни в коем случае не давил на Александра Ивановича, это не мой метод, да и дела его у меня не было, разве что биография», — заверяет Шабдурасулов.

Как бы то ни было, уже через несколько дней, 3 октября 1999 г., Александр Гуров сидел в президиуме учредительного съезда «Единства». Он вошел в число лидеров нового избирательного блока наряду с номерами первым и вторым в избирательной тройке — главой МЧС Сергеем Шойгу и трехкратным олимпийским чемпионом по греко-римской борьбе Александром Карелиным. «В зале сидят люди, корреспонденты, задают вопросы: мол, вы-то чего туда попали? Никто не понимает, что происходит. Какие перспективы? Мы же не партия, мы же никто», — вспоминает ставший третьим в тройке «Единства» Гуров. Так начиналась история главной партии современной России.

В горячечном бреду

Converted 25216.gif

К осени 1999 г. в России уже была сформирована партия власти, только Кремль она совсем не устраивала. Съезд блока «Отечество — Вся Россия» (ОВР) мало чем отличался от нынешних съездов «Единой России» — те же Юрий Лужков и Минтимер Шаймиев в президиуме. «Это был съезд победителей. Они чувствовали себя богами, — рассказывает присутствовавший на съезде в Колонном зале Дома союзов политтехнолог Павел Растянников. — Все были уверены, что они побеждают на парламентских, а затем и президентских выборах». Но блок ОВР был прямым противником Кремля образца 1999 г. Основатели блока — крепкий хозяйственник Лужков и Евгений Примаков, экс-премьер с репутацией спасителя страны от экономического коллапса, — уже думали, как делить портфели после ухода Бориса Ельцина, а губернаторы один за другим присягали им на верность, не видя никакой другой силы, равной им по влиятельности. Шабдурасулов вспоминает, что даже правительство почти единодушно готово было поддержать своего бывшего патрона Примакова. «Внутри исполнительной власти было много скрытых, а иногда и явных наших оппонентов, которые уже пошли к ОВР, просто им было неловко или они боялись сказать об этом открыто», — говорит он.

Местом рождения «Единства» можно считать Центральный военный клинический госпиталь имени Вишневского, куда в конце лета 1999 г. попал с гепатитом Борис Березовский. «Все события развивались на почве моего тяжелого физического состояния. Я оттуда пытался убедить всех в необходимости создания нового политического движения», — рассказывает изгнанник.

Шабдурасулов, которому пришлось сыграть основную роль в избирательной кампании «Единства», вспоминает, что мало кто верил в идею олигарха, «было достаточно много скепсиса по этому поводу». В госпитале Березовского навещали Александр Волошин, Роман Абрамович и Владислав Сурков, и каждому он твердил про блок, который должен выступить против ОВР. Его название тоже было придумано в больнице — «в горячечном бреду», по выражению самого Березовского. «У меня была температура 39, но в такой момент соображать как раз лучше. Сначала я стал думать о символе этого движения. Мне представлялись Волга-река, береза… в конечном счете я остановился на медведе». Березовский решил сделать это аббревиатурой, расшифровав название как «МЕжрегиональное ДВижение ЕДинство». Получился МЕДВЕД. А мягкий знак к нему приделали ради соблюдения правил, тем более что образ Медведа тогда не был известен даже самым продвинутым интернет-пользователям. Потом, уже в ходе кампании, простое и пафосное «Единство» отодвинуло МЕДВЕДа на задний план.

Как только Березовский выписался из больницы, на даче у Волошина собрался совет, на который приехали Путин, Сурков, Волошин, Абрамович и дочь Ельцина Татьяна Дьяченко. «Я еще раз продекларировал создание движения. Все, кроме Абрамовича, восприняли это как бред. Они не верили, что за короткое время можно создать политическое движение, которое может победить на парламентских выборах в декабре. Слишком мало времени», — рассказывает Березовский.

Переговоры грозили зайти в тупик, и тогда слово взял Абрамович.

— А что нужно для этого?

— Ничего, — выпалил Березовский. — Ничего, кроме одного. Чтобы Шабдурасулова назначили замглавы администрации по избирательной кампании.

— Почему? — удивился Волошин.

— Саша, я до тебя не могу дозвониться. Как с тобой решать серьезные вопросы, когда ты так занят?

Увидев, что нужно так мало, Путин, Волошин и Дьяченко, по словам Березовского, обещали подумать: «Они сказали, раз ты ничего не просишь, кроме этого, попробуем решить». Прошло почти три недели, прежде чем Шабдурасулова назначили первым заместителем главы администрации. В том числе из-за того, что не сразу согласился сам Шабдурасулов, в то время гендиректор ОРТ: «Мне казалось, что многое уже упустили в связи со значительным ростом активности блока Лужкова-Примакова. Я не хотел этим заниматься и активно отказывался». Решающим стал звонок Шабдурасулову лично от Ельцина. «Я ничего не стал обсуждать, сказал: хорошо, если вы считаете это необходимым, то я готов», — вспоминает Шабдурасулов.

Спасатели отечества

Converted 25217.jpgКуда стране еще один центристский блок — вдобавок к ОВР? Оказалось, ниша есть. Еще в конце 1998 г. глава «Имидж-контакта» Алексей Ситников с помощью экспертной сети, в которую входили 6200 экспертов по всей стране, выяснял, что «многие региональные группировки не смогли реализовать свои интересы через какую-либо существующую политическую силу». После этого Ситников решил провести еще одно, как можно более масштабное, социологическое исследование, изучить едва ли не каждый избирательный округ. Было опрошено 350 000 респондентов из 204 округов и для каждого округа выявлена своя стратегия избирательной кампании. Соцопрос выявил качества, которыми должны обладать политики, чтобы понравиться людям. Исследования показали, что электорату не хватало людей военной выправки, которые мало говорят, а больше делают. Именно таких и стал подбирать Шабдурасулов для первой тройки: «Нужно было найти face. У меня была идея: крепкий хозяйственник, солдат и Родина-мать». Но найти нужную женщину не удалось, и в итоге остановились на тройке Шойгу-Карелин-Гуров. Получился идеальный союз борцов — борца со стихией, борца на арене и борца с преступностью.

По задумке Шабдурасулова только эта тройка и составила весь центральный список избирательного блока, хотя у остальных партий после тройки шло еще от 12 до 20 человек. Так получилось в основном из-за нехватки времени. «Даже процессуально оформить всю эту историю мы еле успевали», — признает автор кампании.

Тройку удалось сколотить с большим трудом. «Ни один из троих просто так не согласился участвовать в кампании. У каждого были свои причины и основания, дискуссии были очень жаркие. Были и бессонные ночи, — рассказывает Шабдурасулов. — Особенно сложно было уговорить Шойгу. Он ставил на карту многое — и пост, и карьеру».

Шойгу уламывали две недели. А преодолеть сопротивление Гурова помогло неожиданное появление в кабинете Шабдурасулова старого знакомого.

— Что на меня-то вы глаз положили? Я давно из политики ушел, да и особо не успел здесь примелькаться, — надеялся Гуров избежать избирательной разнарядки.

— Нам нужны люди, которые не запятнаны, это первое, — начал объяснять Шабдурасулов. — Второе: они что-то сделали для государства. Шойгу разработал теорию спасательной службы и создал саму МЧС. Карелин — непобедимый борец. У тебя есть теория борьбы с оргпреступностью. Наступает период, когда надо не болтать, а делать.

«И тут вдруг заходит Андрюха Черненко», — рассказывает Гуров, не рассчитывавший встретить на Старой площади давнего знакомого. Бывший замминистра МВД, только что уступивший пост руководителя аппарата правительства Дмитрию Козаку, положил руку на плечо Гурову и сказал:

— Слушай, надо побороться, ты смотри, кто идет в Думу, одни бандиты.

Гуров сдался.

Стенка на стенку

Фактическим началом публичной избирательной кампании был не учредительный съезд блока, а открытое обращение к гражданам России 39 губернаторов, в котором они заявили, что не собираются участвовать в «примелькавшихся политических блоках», но хотят «привести в Думу честных и ответственных людей». Это не было прямой поддержкой «Единства», зато письмо демонстрировало, что не все региональные лидеры в восторге от Лужкова и Примакова. Документ готовился в Кремле, а затем губернаторов уговаривали его подписать. Ключевую роль в этом нелегком деле сыграл первый вице-премьер и министр путей сообщения Николай Аксененко. Мало кто мог похвастаться такими же связями на региональном уровне, как глава железнодорожной «вертикали». «Нам удалось убедить значительное число губернаторов, которые в отличие от сегодняшних дней были существенно более независимыми фигурами», — рассказывает Шабдурасулов, объехавший полстраны в поисках поддержки блока. Для начала было неплохо и то, что 39 регионов обещали не мешать «Единству».

Партии, без которых нельзя было учредить блок, тоже набирали по сусекам. Вели переговоры с девятью, в итоге вошло семь, в том числе Народно-патриотическая партия ветерана-афганца Франца Клинцевича, «Поколение свободы» защитника прав секс-меньшинств Владимира Семенова и вовсе экзотическое движение мусульман «Рефах» («Благоденствие»). Зато в координационный совет блока вошли популярные телеведущие Леонид Якубович и Валерий Комиссаров.

По словам Шабдурасулова, несмотря на нехватку времени, отбор был жесткий: через сито администраторов кампании прошло три состава. Главным и, по сути, единственным критерием отбора было отсутствие в списках людей с уголовным прошлым. «Очень много времени потратили на проверку по линии МВД и ФСБ всех наших кандидатов, за редчайшим исключением. Надо отдать должное ребятам, которые работали с нами по линии силовых органов: были выделены замы, которые этим занимались, они провели колоссальную работу», — рассказывает Шабдурасулов, который гордится, что криминальных кандидатов не допустили в Думу.

Генерал до дыр

Созданный на пустом месте блок в октябре начинал кампанию с рейтингом меньше 5% — действовавшего тогда барьера для прохождения партии в Думу. На выборах 19 декабря 1999 г. список «медведей» набрал 23,3% — чуть меньше, чем у занявших первое место коммунистов, но все равно ошеломляющая победа. Конечно, в это внесли свой вклад и ежедневные показы спасателя Шойгу в эфирах ОРТ и РТР, и воскресные «серебряные пули» телеведущего Сергея Доренко, рассказывавшего о недугах Примакова и коррупции в Москве. Но Гуров призывает не упрощать. «Нельзя держать народ за дураков. В регионах многие программ Доренко и не видели. Там вообще никто толком не понимал, кто такие “Единство”», — рассказывает Гуров, объездивший треть России. «Шойгу, Карелин, Гуров два месяца больше в самолетах и поездах жили, чем дома», — говорит Шабдурасулов. Страну поделили на троих: Шойгу ездил спасать беженцев в Чечне, Карелин — открывать спортивные соревнования, Гурову достались центральные, чаще всего «красные» регионы.

Ради имиджа борца с преступностью директору НИИ пришлось достать из шкафа парадный мундир. «Все время в форме генерала ездил с погонами. Форму затер по поездам по этим до дыр», — вздыхает Гуров. В то время участникам тройки вполне позволялись экспромты, и Гуров вовсю критиковал сложившуюся действительность. «Ко мне приходили на встречи и коммунисты, и сторонники других партий. В Иванове даже пришли баркашовцы, говорят: слушай, ты правильно выступаешь».

В критике коррупции действующей власти Гуров в конце концов увлекся. «Я рассказывал, как импортные квоты по табаку, по мясу и водке порождали крупное взяточничество. Несколько интервью дал про это — ничего не вышло. Потом спросил почему. Сказали, мол, превысил планку», — вспоминает депутат.

Гурову доверяли, но, чтобы не случилось казусов, в его свите возникли крепкие ребята в штатском. Когда Гуров спросил штабистов, кто это, его успокоили: социологи. «Социологи» с тех пор не пропускали ни одной поездки с Гуровым. Отказаться от поездок все равно не получалось: в регионах агитировать за «Единство» все равно было некому. «Приезжаешь — там несколько человек, которые сами до конца не понимают, для чего они там созданы, — рассказывает Гуров. — Давали мне официальные бумаги с указанием, на какие вопросы обратить внимание, а я их даже не читал. Приходилось использовать свой опыт, опираться на данные, которые я брал в местной милиции». Зато совсем без сбоев прошел визит Гурова в Санкт-Петербург, который организовывал лидер местного «Единства», предприниматель и начинающий политик Борис Грызлов. «Боря организовал восемь встреч за один день. Нигде такой организации не видел. Везде ждали, перекурить некогда было в буквальном смысле — только в машине. К концу дня оказался просто без ног», — восхищается Гуров.

После свадьбы

И все же ресурсов Кремля, раскрученных лиц тройки и мастерства отдельных партфункционеров было недостаточно, чтобы совершить чудо. К ноябрю рейтинг «Единства» довели до 10-11%. Политологи уже снисходительно обещали новой силе 20-30 мест в Думе. Но 24 ноября премьер Владимир Путин открыто заявил, что будет голосовать за блок своего друга Сергея Шойгу. «Как гражданин», — уточнил тогдашний преемник. Избиратели поверили гражданину Путину, а глава ЦИКа Александр Вешняков не усмотрел в словах премьера никаких нарушений избирательного законодательства — виноваты СМИ, которые растиражировали частное заявление главы правительства.

Победив и обеспечив Кремлю мощную думскую фракцию, «Единство» перестало нуждаться в своих формальных лидерах. Сергей Шойгу, сохранив высокие позиции в партийном руководстве, сосредоточился на привычной работе в МЧС. Александр Карелин ограничился ролью куратора спортивной и молодежной политики сибирских «единороссов». Первый партийный пост, связанный с реальной властью, — главы парламентской фракции — занял способный петербуржец Борис Грызлов. Его порекомендовал глава аппарата правительства Дмитрий Козак, осуществлявший роль неформального связного между «Единством» и премьером, а вскоре и президентом Путиным.

От политической конструкции, которую придумал Борис Березовский и проектировал Игорь Шабдурасулов, вскоре мало что осталось. Большинство губернаторов-инициаторов «письма 39-ти», которое так помогло «Единству» на первом этапе создания, мало что выиграли. И калининградский губернатор Леонид Горбенко, и приморский — Евгений Наздратенко, и курский — Александр Руцкой потеряли власть в первый же год правления нового президента. Глава Тверской области Владимир Платов — единственный из губернаторов, вошедший в списки «Единства», в 2005 г. получил пять лет за финансовые нарушения (позже приговор смягчили до трех лет условно). Зато бывшие враги — мэр Лужков и номер третий в списке ОВР президент Татарстана Минтимер Шаймиев — теперь среди руководителей «Единой России». После ухода Ельцина и победы Путина двум партиям власти стало нечего делить, и уже в 2001 г. они слились в экстазе вокруг нового Кремля.

«Революции всегда пожирают своих детей», — говорит Гуров, теперь рядовой депутат-«единоросс». Очередную думскую кампанию он начинает на даче под Красногорском — в этом году большой урожай яблок. Гурову не помешают звонки из Кремля — лидеров «Единой России» и так хватает.