Прослушка Чубайса, Илюшина и Зверева (1996)

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


© "Мрсковский комсомолец", origindate::15.11.1996, Комментарий- Стрингер

Голосуй или ...

Анатолий Чубайс: «Но мы же их туда послали эти коробки носить с миллионами!»

Александр Хинштейн

Converted 11007.jpgКомментарий «Стрингера»:

1. Руководитель избирательного штаба Анатолий Чубайс, первый помощник президента Виктор Илюшин, один из лидеров избирательного штаба, высокопоставленный сотрудник «Группы Мост» Сергей Зверев (в статье он проходит как помощник президента Сергей Красавченко).

2. Место: «Президент-отель».

3. Время: суббота, 22 июня, вечер.

4. Накануне второго тура президентских выборов сотрудниками Службы безопасности президента при попытке выноса из Белого дома коробки с полумиллионом долларов наличными были задержаны активисты предвыборного штаба Ельцина Евстафьев, Лисовский и Зверев. В беседе обсуждается вопрос, как спасти задержанных от правосудия.

5. Последствием встречи стали отставки начальника СБП Коржакова, руководителя Главного управления охраны Барсукова и советника президента по спорту Тарпищева. Публикация разговора последствий не имела.

Разговаривать руководители государства начали еще на улице или в коридоре. Запись начинается с полуслова. Но, анализируя дальнейший ход беседы, рискну предположить, что речь шла о возможной эвакуации Лисовского или Евстафьева за границу. Предложение о помощи было, похоже, сделано Чубайсу кем-то из зарубежных друзей.

ЧУБАЙС: ...Ну, тогда, говорит, у нас для вас другой вариант. У вас находится Ростропович в гостях. Ростропович едет на машине в Финляндию, вы, говорит, садитесь к нему в машину, ничего не оформляете, а мы поможем вам доехать нормально. Вам уже заказан самолет из Хельсинки в Турцию. И спокойно полетите в Турцию. Все будет нормально. Только одно главное. Вам нужно будет прожить в Турции месяцев 4-5, поэтому возьмите побольше денег с собой, чтобы все было нормально и не было проблем. Иначе ваша жизнь на волоске. Вас схватят буквально у трапа самолета.

ИЛЮШИН (смеется): Это класс!

ЧУБАЙС: Это было за сутки до ареста моих ребят. Это все кусочки мозаики, которые сейчас...

ИЛЮШИН: Я не уверен, что Борис Николаевич сочиняет. Приказ Бориса Николаевича не будет... (неразборчиво)...прекратить.

ЧУБАЙС: Я же говорю, что тут язык совершенно однозначный. Только в лоб ему (Коржакову или Барсукову? - А.Х.) сказать, что либо заткнетесь, ребята, либо посадим. Все. У нас материалов столько с документами, что хватит лет на 15 каждому. Про все воровство, про все убийства, про всю кровь, которая за ними стоит. В полном объеме. И лежит в достаточно надежных местах. И во многих местах это лежит. Если с любым из нас что-то происходит, мгновенно эти материалы публикуются. Схему я лично проработал до мельчайших деталей, сделал два месяца назад, потому что я знал, с кем имею дело. А сейчас картина такая: либо они затыкаются, либо посажу совершенно однозначно. Можете от меня лично им передать в качестве привета. (Значит ли это, что в скором времени в печать выльется крутая волна компромата на Коржакова и Ко? Или же все ограничилось скандальной расшифровкой откровений Бориса Федорова, опубликованной «Новой газетой»? Посмотрим... - А.Х.)

ИЛЮШИН: Я к этой роли не подхожу, потому что я этого делать не буду. А Березовский сможет это сделать? Он же с ними там вроде в контакте, дружит?

КРАСАВЧЕНКО: Да нет. Березовского сажать вообще не должны. Он там хорошо (неразборчиво) в контакте.

ЧУБАЙС: Сергей, поговори с двумя. (С Коржаковым и Барсуковым. - А.X.)

КРАСАВЧЕНКО: Ясное дело. Вот здесь нас в штабе познакомить.

ЧУБАЙС: Это дает возможность.

КРАСАВЧЕНКО: Как ему сказать? Что иначе Чубайс вас посадит?

ЧУБАЙС: Да. Вот все, что я сказал здесь, перескажи ему.

КРАСАВЧЕНКО: А почему ты сам ему это не скажешь? (Чубайс и Красавченко говорят что-то неразборчиво.)

ЧУБАЙС: Могу и сам сказать.

КРАСАВЧЕНКО: Ну, тогда они пожалеют. Мы вот здесь даже не посредники и не парламентарии.

ЧУБАЙС: Ну и что?

КРАСАВЧЕНКО: Меня пошлют.

ИЛЮШИН: Да. Ребята, похоже, зарвались настолько уже... Так, ну что мы это дело закончим тогда. Сами скажите...

ЧУБАЙС: Ладно.

КРАСАВЧЕНКО: Он же здесь...

ЧУБАЙС: Раз пять говорил (неразборчиво). Естественно. Ничего я не отдам. Могу готовить.

ИЛЮШИН: Я так понимаю, что если меня выгонят с работы, то завтра я буду за кремлевской стеной и не войду никуда. А у них-то какие силы, если они освобождены от занимаемой должности? С помощью чего они реализуют? Лично сами занимаются, что ли? Или у них все это оружие функционирует под их руководством?

ЧУБАЙС: Во-первых, конечно, продолжает функционировать без их руководства. Во-вторых, Виктор Васильевич (Коржаков. - А.X.), есть слух, что в июле он возвращается на место... Тот же Крапивин, скажем... (Юрий Крапивин - начальник Федеральной службы охраны, преемник Коржакова. - А.Х.)

ИЛЮШИН: По указанию Черномырдина?

ЧУБАЙС: Вряд ли. По показанию.

ИЛЮШИН: Но что там было, да... Что делать, с шефом (с Ельциным. - А.Х.) разговаривать надо.

КРАСАВЧЕНКО: Неохота бы. Шеф (неразборчиво) в понедельник...

ЧУБАЙС: В любом случае (неразборчиво) должны сделать все, чтобы получить эти данные. Просто святое дело.

КРАСАВЧЕНКО: Это нужно нанести последний удар.

ЧУБАЙС: Все прекрасно понимал Аркадий Евстафьев! Прекрасно понимал, чем он рискует! Абсолютно и ясно. Даже вопросов не ставил. Абсолютно надежный парень. Ясно (неразборчиво) вчера коробку с миллионом долларов.

ИЛЮШИН: Лисовский?

ЧУБАЙС: Аркадий. Про Лисовских (неразборчиво) в этой схеме. Как раз Лисовскому лучше дистанцироваться. Евстафьев вел... Было сказано: давай вперед, если мы (неразборчиво) считаем человеком. Ясно, что он обязан голову положить, но чтобы все это...

ИЛЮШИН: Я шефу сказал, когда вчера с ним разговаривал. Я говорю: «Борис Николаевич, вот сейчас, если захотеть, то около «Президент-отеля» можно поймать, как минимум, 15-20 человек, которые выносят спортивные сумки из нашего здания с деньгами». Он сидел с каменным лицом. Я говорю: «Потому что если мы будем перечислять деньги по неизвестным каналам, то выборы мы не сможем организовать. Поэтому у нас нет срывов сейчас пока, но организовать (неразборчиво) элементарно». - «Понимаю».

ЧУБАЙС: Люди за президента, мы голову подставим. В прямом смысле слова.

ИЛЮШИН: Я предлагаю так. Вы, Анатолий Борисович, с ним разговаривайте, имея в виду свои некоторые детали. Я с шефом переговорю в понедельник тоже. Уже с точки зрения общей... Я ему, во-первых, доложу, что я повстречался, - я ведь у него разрешения спросил встретиться с силовиками. Я ему скажу, что встречи состоялись, и скажу, что нужно, по нашему мнению, указание Скуратова (Генеральный прокурор РФ. - А.Х.), что этих ребят не отдавать. И защитить, естественно, контролировать действия, чтобы они не провалились все.

ЧУБАЙС: Вы во сколько у него будете?

ИЛЮШИН: Я обычно в 9 часов разговариваю с ним.

ЧУБАЙС: Мне лучше доложить после.

ИЛЮШИН: Во вторник.

ЧУБАЙС: Если будет во время вашей встречи, я бы записался позже.

ИЛЮШИН: У меня разговор с ним в 9 часов. Или по телефону, или я приезжаю.

ЧУБАЙС: А вы не знаете пока, приедете вы или нет?

ИЛЮШИН: В принципе, я могу поехать в 9 часов. Надо ехать. На эту тему разговаривать по телефону...

ЧУБАЙС: Я буду (неразборчиво) звонить в это же самое время. Физическая позиция в том, чтобы изъять у Скуратова (неразборчиво. Под?) президентский контроль.

ИЛЮШИН: У меня 24-го вообще стоит пустой день.

КРАСАВЧЕНКО: Корабельщиков сказал, что... (Один из помощников президента. - А.Х.)

ИЛЮШИН (перебивая): Отдыхать будет, да?

КРАСАВЧЕНКО: Да.

ЧУБАЙС: Он на работе будет? Вы же на работу к нему собираетесь ехать?

ИЛЮШИН: Если его на работе не будет, я попытаюсь к нему на дачу съездить. Ну вам-то на даче с ним еще легче встретиться будет?

ЧУБАЙС: Нет. Он меня шуганул последний раз. Тогда с этими чеченскими делами.

ИЛЮШИН: Ну ладно. Я с ним переговорю в понедельник либо по телефону, либо приеду.

ЧУБАЙС: Это очень важно - будет ли он на даче или на работе. На работе я с ним свяжусь по прямому, а на даче я не свяжусь. Тогда давайте в одну точку, Виктор Васильевич. То, что вы хотели сказать (неразборчиво) защитить ребят. ФСБ дать команду защитить, Крапивину дать команду защитить, чтобы они знали, что приказывает президент. А вот по генпрокурору просьба затребовать у него полный комплект документов для (неразборчиво) президенту.

ИЛЮШИН: И хранить у себя.

ЧУБАЙС (неразборчиво): Вот эту схему.

ИЛЮШИН: Тогда, я так полагаю, что дело Федорова Бориса - это дело рук ясно чьих.

ЧУБАЙС: Если в записке за семь дней до этого у Федорова написано черным по белому: Барсуков и Коржаков. Через семь дней после этого (неразборчиво). (Неясно, какое именно дело Федорова имеет в виду Илюшин. Есть два варианта: за три дня до того, 19 июня, на экс-председателя НФС было совершено покушение. Еще месяцем раньше в машине у него милиция обнаружила наркотики, арестовала, за что, собственно, Федоров и был снят с поста главного спортсмена страны. Что же касается записки, то, скорее всего, имеется в виду записка, опубликованная вскоре «Новой газетой», где Федоров напрямую обвинял Коржакова с Барсуковым в своих злоключениях. - А.Х.)

КРАСАВЧЕНКО: Он-то в каком состоянии?

ИЛЮШИН: На трубку еще прищепку не прицепили?

ЧУБАЙС: Нет, я думаю, что сейчас они (неразборчиво).

ИЛЮШИН: Самое лучшее, чтобы они сейчас тоже легли на дно и ничего не делали до 3-го числа.

КРАСАВЧЕНКО (неразборчиво): Эта ситуация с зарубежными каналами.

ИЛЮШИН: Знаете, вчера прилетел из Лондона мой знакомый. Я спрашивал, что, как там? Там о коробке с деньгами вообще речи никакой не идет, а оценивают очень крутой поступок Ельцина, который от ближайших своих помощников отказался.

КРАСАВЧЕНКО: А Игорь (вероятно, здесь и далее речь идет о президенте телеканала НТВ, активисте предвыборного ельцинского штаба Игоре Малашенко. - А.Х.) может радио (неразборчиво)?

ЧУБАЙС: Держать информацию? Я думаю, что в принципе может.

ИЛЮШИН: Борисенко, «Радио России». Их там столько сейчас самостоятельных компаний.

КРАСАВЧЕНКО: Неразборчиво.

ИЛЮШИН: Ну да. Они же все в пределах Москвы.

КРАСАВЧЕНКО: Бесполезно. Даже (неразборчиво) чистая имитация.

ИЛЮШИН: Значит, у меня будет сегодня Лазуткин. (Председатель Федеральной службы по теле- и радиовещанию РФ. - А.Х.)

КРАСАВЧЕНКО: Игорь Малашенко его знает.

ИЛЮШИН: Мы сегодня позвали сюда Лазуткина, Лаптева (председатель Комитета по печати РФ. - А.Х.) и Малашенко.

ЧУБАЙС: Это хорошо... Если бы держать эту информацию дня три до выборов, дальше она уже неинтересная. Акцент пропадает.

ИЛЮШИН: Неразборчиво.

КРАСАВЧЕНКО: Он это делал перед первым туром, просто система (неразборчиво). С Игорем я договорился, он даст.

ИЛЮШИН: Но это все будет?

КРАСАВЧЕНКО: В 10 утра стоит запись. А это все записано, все смонтировано. Не только президентом.

ИЛЮШИН: Отрабатывать надо новое. (Все смеются. Далее собеседники включают на полную громкость телевизор. Иногда понятны только отдельные обрывки фраз.)

ИЛЮШИН: Там этот лидер «Наш дом - Россия» обращался с просьбой направить людей... Там надо обрезать до максимума...

КРАСАВЧЕНКО: Лебедь... Зачем его потащил в Кремль?..

ИЛЮШИН: Я даже не знаю.

(Телевизор выключается.)

ИЛЮШИН: Я прекрасно понимаю и думаю, что они нам не должны помешать в дальнейшей нашей работе. Даже если что-то будет появляться, договорились - пусть выдают все это дело после 3-го числа.

ЧУБАЙС: Но это нас как-то не очень сильно обнадеживает.

ИЛЮШИН: Я понимаю.

ЧУБАЙС: Наши товарищи делали нашу работу, брали на себя самую рискованную ее часть, подставляли свою башку...

ИЛЮШИН: Я говорю в целом, потому что у них был вопрос: а что нам делать с Собчаком? Я сказал то же. (Есть информация, что ФСБ сумела найти достаточное количество компромата на экс-мэра Петербурга Собчака и долго пыталась организовать утечку. Избирательный же ельцинский штаб в лице Чубайса и других всячески пытался помешать этому, справедливо полагая: удар по легендарному демократу - это удар по Б.Н. - А.Х.)

ЧУБАЙС: У кого именно был вопрос?

ИЛЮШИН: У Скуратова. Я сказал: «До 3-го числа нам никакого шума не надо».

КРАСАВЧЕНКО: Надо задачи как бы на две части разделить: шум вокруг этого из-за выборов. И личная безопасность этих трудящихся тоже, наверное, должна быть как-то обеспечена.

ИЛЮШИН: Я разговаривал на эту тему, только лишь имея в виду - до выборов. Как дальше, скажу честно, я особенно речи не вел, потому что убежден в том, что там нам всем выбираться придется самим. Большой помощи я не предлагаю.

КРАСАВЧЕНКО: При положительных результатах выборов будут шансы выбраться.

ЧУБАЙС: Но есть же простые вещи! Ну, ни фига себе! Они башку подставляют свою, а мы им сейчас скажем: «Извини, после 3-го выбирайся сам». Куда это годится?! Я не согласен с этим категорически. Люди ходят под статьей! Да, распределились так, что Илюшин, Чубайс здесь, а они там. Но мы же их туда послали! Не кто-то!

ИЛЮШИН: Значит, будем действовать в этом направлении.

ЧУБАЙС: Да мы головой отвечаем за это! Да как я в глаза буду смотреть?! Вы что?!

ИЛЮШИН: Я согласен с такой постановкой.

ЧУБАЙС: Что получится: значит, свое дело сделали, а дальше мы как бы разошлись. А дальше - ну дали тебе пять лет, ну извини, бывает, с кем не случается.

ИЛЮШИН: Нет. Я, может, не вел на эту тему разговор, но я полностью разделяю эту позицию, и в данном случае я, может быть, не очень верно сориентировался. Конечно же, я обязательно об этом продолжу разговор, в частности, со Скуратовым. Это правильно.

ЧУБАЙС: Есть исходный вопрос: а следует ли нам препятствовать переходу документов к Скуратову?

ИЛЮШИН: А мы ничего не сможем сделать. Когда мне вчера Трофимов (начальник столичного управления ФСБ. - А.Х.) позвонил, он сказал, что я (в смысле Трофимов. - А.Х.) обязан передать документы.

ЧУБАЙС: Трофимову не верю ни одному слову вообще.

ИЛЮШИН: Со Скуратовым когда я сегодня разговаривал, я не задавал вопросов. Он сказал, что сегодня все документы будут переданы ему.

ЧУБАЙС: Трофимов организовывал все лично. С Трофимовым я разговаривал в час ночи, в момент, когда все это происходило. Он мне врал, что они не знают, кто такой Лисовский, а Евстафьев, может быть, немножко задержался, но его сейчас отпустят.

ИЛЮШИН: Я могу вам больше сказать о Трофимове. Насколько я знаю, у них там сильнейший был (неразборчиво. Видимо, конфликт) с Барсуковым, вообще с самого начала работы. Но Трофимов как человек военный обязан был выполнять то, что ему приказывает начальник. Я бы пока не снимал Трофимова со счетов возможного урегулирования конфликта, хотя я, конечно, гарантировать не могу.

ЧУБАЙС: Трофимов по ту сторону баррикад, у меня нет никаких сомнений. Не знаю, какие у него отношения были с Барсуковым, но то, что это враг, который хотел уничтожить нас, у меня сомнений нет. По его поведению это было совершенно очевидно. У меня прямой разговор был с ним в час ночи. Было совершенно ясно, какую позицию он держит.

ИЛЮШИН: Но мы не сможем воспрепятствовать передаче материалов в прокуратуру, если прокуратура их затребует.

ЧУБАЙС: А почему? Одна (неразборчиво. Вроде бы, просьба) Бориса Николаевича к Скуратову, и второе: указание Ковалеву (директор ФСБ. - А.Х.) - затянуть. И все.

ИЛЮШИН: То, что будет затянуто, - это без вопросов. А передача (имеется в виду передача документов из ФСБ в прокуратуру. - А.Х.) уже состоится сегодня.

ЧУБАЙС: В прокуратуре же Илюхин (председатель думского Комитета по безопасности, один из лидеров КПРФ, в прошлом член Коллегии Прокуратуры СССР. - А.Х.) как у себя дома.

ИЛЮШИН: А если я попрошу Скуратова держать у себя документы?

ЧУБАЙС: Говорит что-то неразборчиво.

ИЛЮШИН: А? Возможно это? (Илюшин по телефону звонит Скуратову.)

ЧУБАЙС: Начните с того, что попросите его перенести передачу материалов.

ИЛЮШИН: Юрий Ильич, вот какой вопрос возник: можно было бы сделать таким образом, чтобы документы, которые вам придут от Трофимова, ни к кому, кроме вас, в ближайшее время не попали? И чтобы они у вас некоторое время полежали до совета с Борисом Николаевичем, после того, как вы с ними познакомитесь лично?

(Скуратов что-то отвечает.) Надо именно так и сделать, потому что у нас есть сведения опасаться того, что это очень быстро перетечет, если кто-то у вас будет заниматься другой, в стан наших противников. (Скуратов отвечает.) Да, пусть это лучше полежит у вас лично, и никому не передавайте в производство. А потом подумаем, ладно? Потому что нам это нежелательно. Спасибо.

ЧУБАЙС: Что если вторым шагом попросим Бориса Николаевича?

ИЛЮШИН (перебивая): ...Вообще похоронить?

ЧУБАЙС: Нет, затребовать у Скуратова документы себе (президенту. - А.Х.) на анализ. Затребовать полный комплект документов.

ИЛЮШИН: Хорошая идея. (Смеется.)

ЧУБАЙС: А потом пусть просит у него назад... Уже у него? (Материалы дела. - А.Х.)

ИЛЮШИН: Я не спрашивал.

ЧУБАЙС: Но будут у него в понедельник?

ИЛЮШИН: Я думаю, что сегодня будут.

ЧУБАЙС: Очень хорошо. А в понедельник - бог с ним, пусть...

ИЛЮШИН: Понимаете, у меня отношения тоже с ним (со Скуратовым. - А.Х.) такие, официальные. Я не могу сказать то, что я могу сказать любому из вас.

ЧУБАЙС: Я понимаю.

ИЛЮШИН: Тем более я знаю, что Скуратов очень сильно обрабатывался этими ребятами. (Группой Коржакова-Барсукова? - А.Х.)

ЧУБАЙС: Сергей говорит, что вся информация (неразборчиво).

КРАСАВЧЕНКО: Газеты цитируют радио. Я, едучи на работу, по радио слышал.

ЧУБАЙС: Вчера в течение всего дня люди Барсукова пытались кассеты пристроить на разные каналы.

ИЛЮШИН: Видео, да?

КРАСАВЧЕНКО: Телеканалы-то для них закрыты, а радио... (Речь идет о видеокассете с записью допроса работника Национального резервного банка Лаврова, передавшего эти злополучные 500 тысяч Лисовскому. Насколько мне известно, «барсуковцы» действительно пытались показать ее по ТВ как неоспоримое доказательство того, что деньги существовали на самом деле. Но не сумели. И тогда, с горя, передали запись председателю Комитета по безопасности Думы, одному из руководителей КПРФ Виктору Илюхину. Который успешно опубликовал компромат в оппозиционной прессе. Понятно, что большого шума это не вызвало. - А.Х.)

ИЛЮШИН: Ну, он (Барсуков? Коржаков? - А.Х.) доиграется! Тогда действуем так: главное, что в понедельник...

ЧУБАЙС (перебивает): Я попрошу тоже Бориса Николаевича.

ИЛЮШИН: Лучше всего. Потому что он осведомлен во всех деталях и степень доверия у вас другая. Я в стороне как бы от вас нахожусь. Шеф ведь не стал со мной с утра разговаривать о деталях. Но ничего, я думаю, что скоро...

ЧУБАЙС: У Скуратова, в принципе, позиция нормальная. Но дело не в нем. В прокуратуре в целом. Там-то совсем...

КРАСАВЧЕНКО: Там (неразборчиво) на работу.

ИЛЮШИН: Тем более хорошо, что мы все эти дела упредили.

ЧУБАЙС: Надо найти выходы на Барсукова и Коржакова и объяснить им ясно и однозначно ситуацию: либо они ведут себя по-человечески, либо будем сажать. Потому что это продолжение борьбы сейчас на острие приведет просто к...

ИЛЮШИН: Они не успокоились, да?

ЧУБАЙС: Вы же видите - информация проходит! Откуда же еще?

ИЛЮШИН: А как организовать канал информации? Давайте подумаем через кого.

КРАСАВЧЕНКО: А Георгий Георгиевич как? (Г. Г. Рогозин - бывший первый зам. Коржакова, назначенный заместителем Филатова по Общественному движению в поддержку президента. Занимал крайне двоякую позицию. Сейчас снят с должности. - А.Х.)

ЧУБАЙС: Это запросто!

ИЛЮШИН: Это запросто!

ЧУБАЙС: Оборзел настолько, что стал сейчас намекать, что надо бы ФСБ к ним отдать.

ИЛЮШИН: Я скажу, что он (Рогозин? - А.Х.) ведет себя... Он, конечно, работает на несколько разведок сразу, но он осуждает все очень сильно...

Конец записи.