Процесс по делу "Комсомольской правды"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Процесс по делу "Комсомольской правды"

"Балтика" поставила ультиматум: либо вы называете марку пива с ртутью, либо мы расторгаем рекламный контракт

Оригинал этого материала
© "Пресс-атташе.ру", origindate::04.08.2005, Ну что? Газетой? По пиву? Журналистку уволили за правду

Кайгородов Алик

Журналист раскрывает чужие тайны - все привыкли к этому. Но информация о его жизни редко становится достоянием публики. Между тем, за редакционными кулисами кипят страсти не меньшие, чем в бразильских сериалах, а подковерные интриги правят газетным миром не в меньшей степени, чем политическим олимпом. Нам стало известно, что в сентябре этого года в Савеловском суде столицы начнется процесс по делу "Комсомольской правды", которую ее бывший корреспондент Альбина Коновалова обвиняет в нарушении журналистской этики. В преддверии судебного заседания мы встретились с обвиняющей стороной и попросили рассказать, из-за чего произошел конфликт.

- Альбина! Что вы не поделили с "КП"?

- Бутылку пива с ртутью. А если серьезно - меня несправедливо уволили.

- По статье?

- Бог миловал? Все прошло достаточно мирно и гладко - и на поверхности сытой размеренной жизни газеты это событие не вызвало даже всплеска.

- Как же можно уволить корреспондента, не понаслышке знакомого с правовыми нормами?

- Как солдатика на игрушечном поле. Вообще бесправие на журналистской ниве - вешь вполне обыденная, если только речь не идет об акулах пера. Это профессия, в которой нет объективных оценок, а критерии по принципу "нравится - не нравится" могут колебаться в зависимости от статуса "рецензента", от моды и настроения публики. Меня уволили по обычному сценарию. Редактор московского выпуска Алексей Синельников сказал: "Пишите заявление по собственному желанию!"

- Вы и написали?

- Нет, конечно. Я спросила, почему. Он понес ахинею, типа, не вписалась в коллектив. Я ответила, что если это самое главное в моей работе, то я немедленно все брошу и впишусь. Он ответил, что уже поздно, ему главный приказал. И велел сидеть в его кабинете, пока не напишу заявление. Я конечно, встала и ушла - к юристам газеты, к независимым юристам и т.д. Они мне посоветовали, я имею в виду, независимых юристов - не писать.

- Но вы все-таки написали?

- Я еще пыталась трепыхаться некоторое время, как рыба на крючке. У меня действительно остались какие-то рыбные воспоминания об этой газете. Наверное, потому что в глубине она не такая, как на поверхности. Пару дней я пыталась достучаться до главного редактора Владимира Сунгоркина.

- Что он вам ответил при встрече?

- Ну что вы? Какая встреча? К арабскому шейху легче попасть на прием, чем к редактору "Комсомольской правды". У него охрана перед дверью несколько человек. Я всего лишь пыталась записаться к нему на прием по специальному журналу приемов. Смехотворность ситуации заключается в том, что мое обращение о возможности обратиться лично - рассматривали. Потом отказали. Секретарь сказала, что он с простыми журналистами не общается и советует решать вопросы через куратора.

- Через какого куратора?

- В "Комсомолке" сложная иерархия служебных отношений. Пирамида выстроена очень узкая и угрожающе высокая - того и гляди, обломится. Внизу - стажеры и простые корреспонденты, их сравнительно мало. Выше -по 2-3 зама редакторов отделов. Потом - шефы-редактора отделов и параллельно с ними обозреватели, спецкоры. Все эти уже вполне шаткие сооружения вливаются собственно в отделы, которыми руководят кураторы, они же замы главного редактора. Нагромождение так и называется "Обозреватели и спецкоры при Иванове, Петрове и т.д."

- И что сказал куратор?

- Ничего, что бы могло оказаться заслуживающим внимания. Мне не хочется его называть, я видела, что этому человеку было стыдно. Одним словом, я спешно принялась искать работу и к счастью нашла ее сразу. Мне здесь нравится, хотя и платят мало.

- Из-за чего произошел сам конфликт?

- Возможно, читатели помнят публикацию о том, что в бутылке пива была найдена ртуть, а на другой день появилось как бы опровержение - нечто невразумительное и невнятное. Это и есть та самая ситуация, из-за которой я пострадала. Ртуть действительно в бутылке была - около 10граммов. Бутылку принесли женщине дочь и зять. Она ее выпила, причем наливала в один и тот же стакан. С последними каплями на дно брякнулись капли ртути. Тут же были вызваны спасатели, которые составили акт и забрали бутылку, стакан и остатки пива. Естественно, марку пива мы не назвали.

- Так чем же недовольно оказалось руководство газетой?

- На следующий день пивная компания "Балтика", с которой у "Комсомолки" был подписан рекламный контракт на огромную сумму, потребовала назвать марку пива.

- Это было пиво не этой компании?

- Нет, другой. Причем, "Балтика" поставила ультиматум: либо вы называете марку пива, либо мы расторгаем контракт. В газете был полнейший ажиотаж. Все, кто знает специфику журналистской работы понимают, что корреспондент в этой ситуации вообще не виноват, он не только не обязан знать о заключенных сделках - он даже не имеет права знать. Такие вопросы должны были решать те самые кураторы и редактора. И если они проспали ситуацию - то корреспондента редко отдают на заклание.

- Что предприняла газета?

- Чтобы выйти из положения, руководство "КП" предложило мне написать другой материал, объясняющий технологию производства пива. Что на мой взгляд, является не самым кардинальным решением. Есть ситуации, когда приходится смотреть правде в глаза, как бы это не било по кошельку или имиджу. Тем не менее, я написала. А утром с ужасом увидела на страницах газеты с моей подписью, кстати, материал, искаженный до неузнаваемости. Дескать, покупательнице-то надо повнимательнее следить за шаловливыми ручками любимого зятя. Я уж не говорю о профессиональном качестве статьи, которая буквально пестрит лубочными выражениями, типа "всколыхнулись пивовары страны и всколыхнулись и мы, журналисты". Я этого не писала и не могла написать. Так и представляешь себе большую бочку с колышашимися толстыми пивоварами.

- Та покупательница не обращалась с иском к газете?

- Нет, она слегла с сердечным приступом в больницу. Еще она лечилась от отравления ртутью. Я звоню ей иногда. Я надеюсь, что Антонина Белякова -это ее настоящая фамилия - меня простила. Но дело не только в этом и не столько в этом. "Комсомольская правда", стыдно, ей-богу, называть ее правдой, обманула миллионы читателей, уверяя, что ртуть при нынешних технологиях не может попасть в пиво. Может! И не только в пиво. И не только ртуть. Читатель ведь не слепой, не глухой и не малограмотный.

- Когда будет суд?

- Уже прошло предварительное заседание. В начале сентября - основное.

- И в заключение. Вы можете назвать марку пива, в бутылке которой была ртуть?

- Могу. Но давайте подождем суда.