Ракетно-ядерный монорельс страны

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Конструктор «Булавы», помимо ракеты, разрабатывал столичный монорельс, чудо-улей и крытую ледовую трассу

1249022437-0.jpg Серия неудачных пусков разрабатываемой Московским институтом теплотехники ракеты морского старта «Булава» закончилась отставкой его директора Ю.С. Соломонова. Конечно же, история ракетной техники никогда не была гладкой. Ракеты не всегда летали точно по плану, их долго доводили до ума, причем и в СССР, и в США ракетная гонка не обходилась без трагических случаев.

Все так, но история ракетной техники до сих пор не знала столь универсальных талантов, как директор и генеральный конструктор, совмещавший не вполне удачную разработку «Булавы» с другими научными опытами. В соавторстве с известным изобретателем Ю.М. Лужковым Ю.С. Соломоновым были запатентованы «Установка для озонирования воды и способ озонирования воды», «Спортивно-оздоровительный комплекс «Воробьевы горы» с крытой санно-бобслейной трассой», знаменитая останкинская «Монорельсовая транспортная система», идущая из никуда в никуда и не выносящая зимних погод. Всего же из 88 изобретений Ю.М. Лужкова семнадцать зарегистрированы в соавторстве с генеральным конструктором. При столь напряженной и разносторонней изобретательской работе, отнимающей силы и время, стоило бы удивляться не тому, что «Булава» летит куда не надо, а тому, что она вообще взлетает.

Назовем вещи своими именами. Существует московская реальность с ее утопическими проектами, родственниками и друзьями кролика, вельможными чудачествами, несравненными демократическими институтами и большими-пребольшими миллиардами, которые обращаются в малопонятном направлении. Все это знают и не для печати характеризуют московское управление единообразно. Скептик может обратиться к интернету в поисках сколь-нибудь похвальных характеристик всему этому. Искать придется долго.

При этом существует мнение высшего начальства, заключающееся в том, что понимаешь, ты прав, все это давно находится за всякой гранью добра и зла, но, однако, не подходит это дело к моменту. Все давно привыкли к тому, что какому-то упромысливанию столичных чудес неодолимо препятствуют четыре природных фактора — весна, лето, осень и зима. Что психологически даже и понятно. Не нужно быть гением проницательности, чтобы понять: санация столь запущенной системы большого удовольствия санатору не доставит. Многие люди до последней возможности избегают визита к зубному врачу. С Москвой случай точно такого же избегания. Пусть обличает начальственное малодушие тот, кто сам никогда не следовал принципу «Morgen, morgen, nur nicht heute — sagen alle faule Leute» («Завтра, завтра, не сегодня — так лентяи говорят». — «Известия»).

Все так, но тогда следует четче очерчивать границы. Положим, истовое московское служение Мамоне должно быть попускаемо из важных политических соображений. Но кто-то должен еще и ковать ракетно-ядерный щит России, который вообще-то является последней и как бы не единственной гарантией ее суверенитета. Это совсем другое служение — не Мамоне, но патриотическое и научное, и смешивать два этих ремесла никоим образом нельзя. В том числе и смешивать в кадровом отношении. Физически невозможно представить себе ни С.П. Королева, ни М.К. Янгеля, ни В.Н. Челомея, ни Вернера фон Брауна, занимающихся совместными научными опытами с правительством г. Москвы. Занимайся они этим делом, как история космонавтики, так и история РВСН пошла бы другим путем и даже вряд ли вообще бы состоялась.

Если есть надобность (не всякому очевидная) сохранять московскую красоту на неопределенное время — вольному воля. Но красота должна быть в карантине, чтобы не инфицировать жизнеобеспечивающие институты державы. Хотя бы жизнеобеспечивающие.

Максим Соколов

Оригинал материала

«Известия» от origindate::31.07.09