Расчетливый маньяк

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"Методы расправы Саддам любит нетривиальные: рассказывают о ваннах с кислотой и катках для укладки асфальта"

Оригинал этого материала
© "Еженедельный журнал", origindate::11.03.2003

Расчетливый маньяк

Евгений Пахомов, Александр Туров

Фото: Newsru.Com

Лидер Ирака Саддам Хусейн, по выражению «Лос-Анджелес таймс», – самый изучаемый диктатор со времен Сталина. Тем не менее методы изучения его характера весьма напоминают гадание на кофейной гуще, а его биография, как, впрочем, и других диктаторов, излагается либо в виде апологии, либо в виде памфлета.

Стрельба, тюрьма и нефть

Известно, что он родился в апреле 1937 года в деревне аль-Авджа в округе Тикрит. Его отец рано умер, и мальчика воспитывал дядя, который, как того требует арабская традиция, женился на вдове покойного (злые языки утверждают, что дядюшка был профессиональным конокрадом и первый уголовный опыт юный Саддам получил именно под его руководством). Другой дядя, Хейраллах Тульфах, познакомил племянника с идеями арабского национализма и привил ему ненависть к западным колонизаторам. Кумиром молодого Хусейна был светоч панарабизма – президент Египта Гамаль Абдель Насер, а злейшим врагом стал тогдашний лидер Ирака генерал Абдул Карим Кассем, к объединению арабов относившийся весьма скептически. В середине 50-х Хусейн вступил в партию арабского социалистического возрождения «Баас». Идеология «арабского социализма» представляла собой маловразумительную смесь идей панарабизма, провинциального национализма и призывов «бороться с мировым империализмом и сионизмом». Методы предлагались, естественно, самые радикальные. И вот уже в 1959 году Хусейн участвовал в покушении на Кассема. Попытка не удалась: большинство нападавших было убито, Хусейн ранен в ногу, но сумел уйти. Истекая кровью, четыре дня он скакал верхом в родную деревню, утверждает официальная биография. Там его спрятали родственники, а затем ему удалось перебраться за границу. Вскоре Саддам вынырнет в Каире, где под покровительством Насера укрывались от своих правительств многие арабские националисты.

В Каире Хусейн поступил было в университет, но бросил. С образованием у него всегда были проблемы: еще в Багдаде он пытался поступить в военную академию, но провалился. Много лет спустя, уже будучи вице-президентом Ирака, он явится в отвергнувшую его академию с пистолетом на поясе и в сопровождении телохранителей, чтобы «сдать все требуемые экзамены». И сдаст, конечно.

В феврале 1963 года генерал Кассем все же был свергнут. Хусейн вернулся в Ирак, где его бросили на важнейший участок – он стал следователем в лагере, в котором держали сторонников ненавистного Кассема. Молодой тюремщик проявил такое рвение, что на него обратили внимание в самой верхушке «Баас».

Впрочем, в октябре произошел новый переворот: к власти пришли военные, а «Баас» снова оказалась в подполье. Саддам провел два года в тюрьме, после чего был то ли отпущен, то ли бежал. Но победа была не за горами: в 1968 году баасисты снова взяли власть.

Вскоре опытный борец Саддам возглавил службу безопасности. Впоследствии он первым на Ближнем Востоке поставит службу безопасности над армией и заставит бравых офицеров бояться особистов. Остальные лидеры арабского мира – Насер, Садат, Асад и другие – опирались на армию и превратили ее в элиту страны. Саддам с самого начала опирался на спецслужбы. И на нефть: кроме службы внутренней безопасности Хусейн вскоре возглавил комитет по нефти.

Растущие нефтяные доходы – особенно после «арабского эмбарго» 1973 года – позволили Ираку резко поднять уровень жизни. Саддам становился все более

популярным. Итог был закономерен: в 1979 году отец-основатель современного Ирака, покровитель Хусейна генерал Ахмед Хассан аль-Бакр был взят под домашний арест. Саддам Хусейн стал президентом и унаследовал от аль-Бакра титулы отца нации и вождя арабского народа.

Как он правит

Известный арабский журналист Саид Абуриш, автор нашумевшей книги «Саддам Хусейн: политика мести», утверждает, что иракский диктатор более чем кто-либо другой из ныне живущих политиков пытается «моделировать себя по образцу Сталина». Это утверждение, безусловно, имеет под собой некоторые основания. Еще в молодости начинающий активист «Баас» говорил, что считает Сталина своим героем, и даже собрал о нем большую библиотеку. Он, по-видимому, придавал особое значение сходству биографий: Сталин ведь тоже рос без отца, родился в глуши, в нищей семье, однако смог стать всесильным хозяином сверхдержавы. Саддам действительно многому научился у своего кремлевского кумира. Приход к власти он отметил волной репрессий, схема которых явно была позаимствована из советских 30-х. По всей стране шли аресты министров, генералов, партийных функционеров, высших чиновников. На каждого, как выяснилось, уже имелось досье, полное обвинений, которые никто даже не пытался сделать правдоподобными: Саддам не зря руководил тайной полицией.

Возможно, у Сталина Саддам перенял свой любимый прием: спровоцировать одного из приближенных, а затем покарать его, причем по возможности каким-нибудь ужасным способом, чтобы устрашить остальных. В самом начале войны с Ираном Саддам спросил совета у министров, не стоит ли ему временно отречься от власти? Аятолла Хомейни успокоится, мир будет заключен, и тогда Хусейн снова вернется на пост президента. Он просил министров «быть предельно откровенными». Один из министров счел, что это очень разумный план. Саддам поблагодарил – и тут же арестовал неосмотрительного вельможу. В тот же вечер его изрубленное в куски тело было доставлено домой в брезентовом мешке.

Как и Сталин, Саддам талантливый режиссер, склонный к эффектным садистским кульминациям. На одном из съездов «Баас», когда рекой лились славословия вождю, на сцену внезапно вытащили полуживого от пыток члена партии, который стал называть одного за другим участников заговора, указывая в зал. Их сразу же арестовали и казнили.

Методы расправы Саддам любит нетривиальные: рассказывают о ваннах с кислотой и катках для укладки асфальта. Однако он не просто садист – он искренне убежден, что только при помощи подобных ужасов может удержаться у власти. Поэтому, в отличие от многих других деспотов, он никогда и не отрицал, что в стране приняты публичные казни, а пытки – естественный атрибут следствия. Он не считал нужным скрывать, что использует против собственного народа оружие массового поражения, – как в конце 80-х, когда десятки тысяч курдов и шиитов были отравлены газами. На вопросы западных журналистов он всегда отвечал, что только таким образом можно устрашить «тех, кто бросает вызов».

Как и Сталина, Саддама отличает завидная работоспособность. Один советский дипломат, довольно долго работавший и в арабских странах, и в Кабуле времен Бабрака Кармаля, рассказывал авторам статьи, что деловые способности Хусейна контрастировали с ленью и необязательностью всех без исключения региональных лидеров: «На Востоке постоянно сталкиваешься с неорганизованностью. Того же Кармаля с трудом можно было заставить вникнуть в какую-нибудь проблему, к тому же он сильно пил. А Хусейн работал по 18 часов в сутки, всегда был в курсе самых разных вопросов и никогда не боялся ответственности». Встречавшиеся с Саддамом в один голос говорят и о совершенно нетипичной черте, которая отличает его от любого арабского функционера, – необыкновенной пунктуальности. Говорят, он страшно гневается, если министр или генерал опаздывает к нему на аудиенцию хотя бы на пять минут.

Как он боится

Как и любой диктатор, Саддам живет в постоянном страхе. Уверенный, что его жизни всегда грозит опасность, он то и дело меняет место пребывания, и во всех его резиденциях, разбросанных по стране, все готово к внезапному появлению хозяина. «Он все время боится, – рассказывал прошлой осенью газете «Лос-Анджелес таймс» сбежавший на Запад охранник Саддама Ахмед Самарраи. – Он скрывается. Он прячется. Он предпочитает находиться под землей, в бункере. Он спит только два или три часа в сутки, и он всегда вооружен».

Известно также, что он чрезвычайно боится быть отравленным или зараженным, и специальные слуги не только пробуют любую его еду и питье, но и постоянно проверяют и меняют туалетные принадлежности, постельное белье и одежду. Всех посетителей не только обыскивают, но и заставляют мыть руки в трех разных дезинфицирующих жидкостях.

Тем не менее большинство экспертов считает, что в целом Саддам психически здоров. «Психологически он вполне адекватен, – говорил в интервью Эн-би-си известный психолог, создатель программы ЦРУ по изучению «опасных мировых лидеров» Джеролд Пост. – Но он часто неадекватен политически. Представление Саддама об окружающем мире искажено, и он плохо представляет себе, что происходит за пределами арабского мира».

Зато в этих пределах иракский диктатор вполне адекватен и даже успешно использует свои мании в политических целях. В 1998 году Саддам категорически отказался впустить инспекторов ООН в свои дворцы – так называемые президентские объекты, в бункерах которых, как подозревают, и были скрыты самые главные оружейные тайны. После этого инспекции ООН прекратились. Иракские официальные лица сообщили тогда, что Саддам боится, как бы инспекторы не пронесли в резиденции какой-нибудь яд или даже радиоактивное устройство, которое будет потом медленно убивать его своим излучением.

Отец и защитник

Изучение диктатора, особенно такого закрытого для внешнего мира, как Саддам, – дело непростое. Иногда помогают довольно неожиданные источники. В мае 2001 года в Ираке была опубликована книга под названием «Забиба валь Малик» («Забиба и Король») – 160-страничная притча, описывающая возвышенную любовь некоего могущественного владыки и прекрасной Забибы – юной крестьянки, «преданной своему королю». Имя автора не было указано, сообщалось, что тот не называет себя из скромности, «подобно другим сынам Ирака, которые жертвуют своими жизнями и не ищут ничего взамен». При этом иракские медиа сообщили, что книга является «вехой в истории романа», уже есть в каждой библиотеке, а «интеллигенция и общественность» тщательно ее изучают. Естественно, сразу возникли подозрения, что книжку написал сам Саддам (впоследствии аналитики ЦРУ пришли к выводу, что он, во всяком случае, «пристально следил» за изготовлением книги и, вероятно, прописал ключевые эпизоды).

Дело происходит в Ираке в глубокой древности. Король (читай – Саддам) и его возлюбленная (иракский народ) ведут долгие беседы о любви и верности, политике и предательстве. Король говорит: «Я великий вождь. Ты должна чтить меня. Но этого мало: ты должна любить меня». Забиба, разумеется, согласна. «Нуждается ли народ в строгости?» – вопрошает король. «Да, ваше величество, – покорно отвечает сметливая поселянка. – Он нуждается в ней, поскольку только когда с ним строги, он чувствует надежную защиту». И так далее.

Кульминация романа – эпизод, когда некий негодяй (читай – Запад), ревнуя верную Забибу к королю, подстерегает ее после платонического свидания с возлюбленным и насилует. «Насилие – самое страшное преступление, – говорит на это король, – насилует ли мужчина женщину или вражеская армия – родную страну». Он клянется отомстить и убивает насильника в страшной битве, которая разыгрывается 17 января (в этот день в 1991 году началась Война в Заливе). С обесчещенной Забибой автор тоже вынужден разделаться: она также погибает в битве.

Запад неизменно представляется Саддаму насильником и угнетателем. Еще в 1985 году, принимая делегацию американских конгрессменов, он сказал: «Вы, американцы, обращаетесь с третьим миром, как иракский крестьянин со своей молодой женой. Три ночи любви – и вот она, забытая, уже гнет спину в поле».

Президент Буш видится ему не просто лидером враждебной державы, но личным врагом (как в свое время и Буш-старший). Он посягает на самое священное – верность и целомудрие иракского народа. В борьбе с насильником жертва может погибнуть, но честь дороже жизни, а за предательство всякого ждет смерть. И слово здесь не расходится с делом. В 1996 году две дочери Саддама бежали с семьями в Иорданию, где попросили политического убежища. Саддам обещал им полное прощение, и они, поверив, вернулись в Ирак, где их мужья были немедленно убиты родственниками как предатели родины.

Тем не менее власть Саддама во многом держится на семейных и клановых связях. В свое время партия «Баас», номинально оставшаяся у власти, была отодвинута в сторону мощным кланом, который в Ираке называют «тикритским» – по названию округа, откуда родом диктатор. Саддам выстроил сложную систему клановой номенклатуры. Выходцы из Тикрита могут занять важный, но все же не ключевой пост, односельчане из его родной деревни аль-Авджа поднимаются чуть выше, а близкие родственники располагаются уже на самой вершине власти. Сын Удей управляет многочисленными комитетами, младший, Кусай, работает в службе безопасности (оба по совместительству занимаются контрабандным экспортом гуманитарной помощи), двоюродные братья занимают высокие посты в армии.

Человек с ружьем

Оружие – непременный атрибут отца и защитника: не зря Саддам так любит фотографироваться с ружьем и палить из него в воздух на публичных празднествах. А оружие массового поражения – важный признак принадлежности к избранному кругу ведущих мировых лидеров. «В конце концов, – говорит Джеролд Пост, – у всех ведущих мировых лидеров есть такое оружие». Но, несмотря на воинственные заявления (на прошлой неделе, выступая перед офицерами, Саддам заявил, что США, напав на Ирак, «получат второй Вьетнам») и, возможно, не вполне адекватную оценку ситуации (в 1991 году он до последнего был уверен, что американцы блефуют), Хусейн вряд ли питает иллюзии по поводу мощи своих вооружений. Во время Войны в Заливе иракская армия, четвертая по величине в мире, была полностью разгромлена за шесть недель. (Впрочем, ту войну Саддам вовсе не считает поражением. Для него это всего лишь эпизод в долгой и героической битве. Этот взгляд разделяют многие в арабском мире: в конце концов, прошло 12 лет, а иракский лидер по-прежнему у власти.)

Он, конечно, не надеется уничтожить американскую армию или, скажем, принудить США к капитуляции. В понятие победы Саддам вкладывает иной и очень страшный смысл. Он будет считать себя победителем, если сможет нанести США и их союзникам значительный урон – скажем, убить тысячи или десятки тысяч американских солдат или мирных израильтян. А этого он вполне может добиться при помощи оружия массового поражения.

Разумеется, последствия будут ужасны. Прошлым летом израильская газета «Хаарец» со ссылкой на источники в разведке сообщила, что израильские военные разработали несколько стратегий на случай вторжения американцев в Ирак и последующего удара Саддама по Израилю. Если Ирак применит против Израиля оружие массового поражения, утверждала газета, то Израиль в ответ нанесет ядерный удар, который «уничтожит Ирак как государство». Через некоторое время, явно имея в виду эту перспективу, иракский вице-премьер Тарик Азиз пообещал: «Мы не будем мстить никому в регионе, кроме американского агрессора, вступившего на нашу территорию».

У экспертов нет единства в вопросе о том, как далеко может зайти Хусейн в противостоянии с Америкой. Большинство склоняется к тому, что Саддам не будет стоять насмерть: он будет огрызаться до последнего, а когда война станет неизбежной, сложит оружие. Но не раньше.

И все же наверняка этого не знает никто. Ведь исполни Саддам свои угрозы, очень многие в арабском мире сочтут его – независимо от последствий – героем и победителем. А это чрезвычайно важно для Саддама: не зря же он мнит себя «последним арабским героем».