Рекламная пауза затягивается

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Как чиновнику — фигуранту уголовного дела — удается не попасть под чистку в правительстве Москвы?

1286867716-0.jpg Любому из претендентов на пост мэра Москвы придется сделать две вещи: изрядно перекроить состав столичного правительства и провести антикоррупционную кампанию. По логике, эти две вещи связаны между собой. Например, лица, ранее замеченные в коррупционных связях, должны быть превентивно исключены из состава правительства.

Три плюс один

Первые результаты подобной политики есть уже при врио мэра Ресине. И речь вовсе не о Митволе, увольнение которого было вызвано, очевидно, какими-то глубоко личными причинами. Тверскую, 13, покинули три ключевых чиновника: вице-мэр Александр Рябинин, возглавлявший Москонтроль, его коллега Владимир Силкин, курировавший имущественно-земельные отношения, и глава департамента потребительского рынка и услуг Владимир Малышков.

К Силкину и Малышкову у правоохранительных органов артикулированных претензий не было. Однако они отвечали за два, пожалуй, самых коррупционноемких сегмента столичной экономики. Москва уже долго держится в тройке самых дорогих городов мира. Логично предположить, что и земля в ней дорогая. Впрочем, если бы авторы подобных рейтингов учитывали не только публичную информацию о стоимости аренды участков, но и суммы, уплаченные за право получить их в аренду, то Москва давно была бы известна как абсолютно несменяемый лидер.

Потребительские рынки столицы уместно охарактеризовать набившим оскомину, но не утратившим актуальности понятием «Черкизон». Да, прототип ликвидирован (в результате вмешательства федеральных властей), но его точные копии, такие как торговый центр «Москва» в Люблине или рынок «Садовод», процветают. А брат опального Тельмана Исмаилова Фазиль все так же трудится в префектуре Северного округа столицы и даже временно исполняет обязанности ее главы.

А вот к Рябинину претензии у правоохранительных органов уже сформированы — вице-мэр давно находится под следствием. Правда, профильные органы все никак не могли установить его местоположение для проведения следственных мероприятий. Наверное, на Тверской, 13, ГЛОНАСС не работает. Теперь им будет проще.

Все, кто более или менее пристально следил за московской жизнью, ожидали, что следующим, если не первым, в этом списке окажется другой столичный чиновник, уже ставший фигурантом уголовного дела, — глава комитета информации, рекламы и оформления Владимир Макаров. В отличие от Рябинина, его местоположение было установлено оперативно, чиновник был арестован и даже провел почти полгода в «Матросской Тишине», пока не был выпущен под залог (тренд на гуманизацию у нас, как ни странно, больше касается чиновников, чем бизнесменов).

Слуга двух господ

Все это время столичное правительство горой стояло за «своего». Мало того что Макаров не был уволен, так город еще и ставил в двусмысленное положение следствие, отказываясь признать себя потерпевшим в результате действий главы комитета по рекламе (мы подробно рассказывали об этом в № 101 «Новой» за прошлый год). Напомним, что, по версии следствия, чиновник необоснованно предоставил двум коммерческим организациям, ОАО «Московская городская реклама» и ЗАО «Рекламная фирма «Столица-М», 50%-ную льготу на размещение растяжек и щитов на весьма привлекательных столичных площадках. Правоохранители уверены, что в результате городской бюджет недосчитался 131 миллион рублей. Правительство Москвы до последнего времени было уверено в обратном. Защищая Макарова, чиновники утверждали, что предоставление такой скидки было законным и обоснованным.

Но сейчас-то, казалось бы, можно уже было бы выйти за рамки круговой поруки. И это наверняка было бы сделано, если бы Макаров за время раздумий в «Матросской Тишине» не пришел к выводу о необходимости сотрудничества с администрацией и не нашел себе нового покровителя — уже не в столичной мэрии.

Источники «Новой» не исключают, что информация, которой по роду службы обладал Макаров, могла быть интересна, например, главе Управления делами президента (УДП) Владимиру Кожину, до недавнего времени считавшемуся одним из кандидатов в новые градоначальники. Для него, в отличие от общественности, отставка Лужкова не была столь уж неожиданной (просто она должна была произойти позднее, что не меняет сути дела). УДП имеет интересы во всех регионах, где трудятся и отдыхают первые лица государства. И очевидно, что при смене власти для защиты подобных интересов важно иметь детальные представления о том, как устроены отношения бизнеса и власти в столице в их неформальной части. Человеку, вооруженному подобными знаниями и при этом имеющему административный ресурс, куда проще будет выстроить отношения с новой командой. Особенно если она окажется по сути своей старой и в нее будет внедрен агент влияния, похожий на Макарова.

Не исключено, что возбужденное против него дело вскоре развалится и до суда не дойдет, — усердие нужно поощрять. Но при этом Макаров, возможно, и не догадывается, что в разработке правоохранительных эпизодов находится несколько других эпизодов его профессиональной деятельности, каждый из которых тоже может обернуться возбуждением уголовного дела.

Полумиллионер

Для того чтобы разобраться в этих эпизодах, нужно представлять, как функционирует столичный рекламный рынок и какую роль играет в этом профильный комитет. Вот висит растяжка с видом на Кремль, а на ней — часы или бриллианты. Но приближаются выборы, и надо на эту растяжку поместить «Единую Россию». Вопрос: «Что делать с компанией, честно за эту растяжку заплатившей, если срок договора еще не истек?»

По московскому законодательству такой компании предоставлялась в качестве компенсации альтернативная рекламная площадка, что вполне разумно. Но решение о том, где, кому и когда будет выделена компенсация, принимал уже чиновник. И если бизнесмен ему не приглянется, то висеть его рекламе бутика новогодних распродаж не на Тверской, а в Бирюлеве, и не в декабре, а в мае.

Есть, конечно, вариант, по которому симпатию профильного чиновника можно вызвать с помощью мер материального стимулирования. Например, предложить его родственникам или просто хорошо знакомым физическим лицам долю в своей компании, пообещав 40% дохода. Тогда, глядишь, в компенсацию за рекламную тумбу в Бирюлеве можно получить и растяжку на Тверской.

Впрочем, можно просто заплатить наличными.

Или скидки на размещение наружки. Непонятно, правда, почему органы так привязались именно к инкриминируемым Макарову двум эпизодам, если есть примеры предоставления не 50%-ных, а 90%-ных скидок. Говорят, что это стоит всего-то $50 тыс. в месяц.

Наконец, бизнесмена вполне можно склонить к сотрудничеству, если намекнуть ему, что рекламная конструкция, которую он использует, установлена с нарушением закона. Скорее всего, это будет чистой правдой. И, скорее всего, бизнесмен в такой ситуации заплатит, а не откажется от использования незаконной площади. Если представить себе, что финансовые потоки в рамках этих трех схем контролировал один человек, то он вполне мог бы становиться как минимум на полмиллиона долларов богаче ежегодно.

Мог бы таким человеком оказаться Макаров? Неизвестно. Ответ на этот вопрос мог бы дать суд, но на заседании, которое прошло 21 сентября, по просьбе обвиняемого слушания были перенесены на ноябрь. Очевидцы утверждают, что Макаров был очень рад подобному решению. Интересно, чему тут радоваться честному человеку, уверенному в своей правоте?

Зато если принять на веру историю о Макарове и Кожине, то все встанет на свои места. Новый мэр, после того что произошло с Лужковым, будет очень чутко прислушиваться к мнению окружения первых лиц страны. А Кожин хоть и подчиняется Медведеву, но является, безусловно, человеком Путина. Дополнительная страховка не помешает.

Оригинал материала

«Новая газета» от origindate::11.10.10