Рекламный Агент Кремля

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


The Wall Street Journal: Сурков зарабатывал по нескольку миллионов долларов в год, помогая Невзлину и Ходорковскому прокручивать в "Менатэпе" бюджетные средства

1166604417-0.jpg В 1987 г. 23-летний Владислав Сурков бросил Московский институт культуры, где обучался на театрального режиссера, и занялся новым для Советского Союза бизнесом — рекламой. Плановая экономика не нуждалась в продвижении товаров. Но Сурков стал работать на один из первых частных банков страны — “Менатеп”. Примитивный логотип этого банка можно было увидеть и на телеканалах в прайм-тайм, и на бортах городских автобусов. Кампания была столь успешной, что вызвала слухи о том, что коммунистическая партия передала в “Менатеп” свои тайные богатства. К тому времени, когда распался СССР, название “Менатеп” было у всех на устах.

Теперь Сурков продвигает совсем другой продукт — режим твердой руки Владимира Путина.

В качестве заместителя главы президентской администрации, ответственного за внутреннюю политику, Сурков взял на себя роль архитектора идеологии, используемой Кремлем для оправдания политики восстановления госконтроля над страной и экономикой. Сурков называет это суверенной демократией с акцентом на слове “суверенная”.

Он написал целый манифест в защиту Кремля, который затыкает рот критикам, монополизирует политическую жизни в стране и преследует политически амбициозных миллиардеров. Оппонентов Путина он называет марионетками Запада и неонацистами, а западные страны обвиняет в стремлении украсть российские природные ресурсы. “Когда они говорят нам о демократии, они думают о наших запасах нефти и газа”, — заявил летом Сурков на одном из редких брифингов для иностранных журналистов.

Одна из жертв суверенной демократии — основатель банка, в котором началась карьера Суркова, Михаил Ходорковский, который сейчас отсиживает в Сибири восьмилетний срок за уклонение от уплаты налогов.

Гены цинизма

Не только с Сурковым, который из корпоративного затейника превратился в кремлевского идеолога, произошла подобная метаморфоза — вся Россия качнулась в сторону от либерального брожения начала 1990-х. После развала СССР в 1991 г. многие на Западе надеялись, что появление рыночной экономики и парламентской демократии приведет к зарождению среднего класса, который не позволит вернуться советскому прошлому.

Но новая Россия, о которой мечтали в Вашингтоне и Лондоне, так и не родилась. Запад благосклонно относился к эксцентричному и пьющему президенту Борису Ельцину, бывшему коммунистическому чиновнику, которому удалось разрушить тоталитарную систему с помощью свободных выборов. Но под разговоры о демократии и свободном рынке в России развернулся бой без правил за деньги и власть. К концу 1990-х гг. стали очевидны его итоги: миллионы людей обеднели и потеряли иллюзии.

В то время, когда состояния делались и терялись за одну ночь, а многообещающих предпринимателей зачастую убивали, большинство наиболее продвинутых россиян предпочли стать не демократами, а оппортунистами, соглашателями. По мнению Суркова, 1990-е годы были временем разрушения. Хрупкие общественные институты — пресса, парламент, судебная система — по его словам, стали инструментами, с помощью которых олигархи захватывали лучшие активы страны.

Сурков находился в самом центре этой сумасшедшей схватки, меняя одно доходное место на другое и работая на крупнейших олигархов-миллиардеров. Он помогал им договариваться с правительственными чиновниками, которые могли содействовать расширению бизнес-империй. После избрания Путина президентом в 2000 г. Сурков усвоил новую мантру — установление государственного контроля над своими бывшими работодателями.

Нынешние и бывшие коллеги описывают Суркова как ненасытного читателя и прилежного бюрократа, который меняет идеологии с такой же легкостью, как и начальников. Сын чеченца и русской, он вырос в российской глубинке, где впервые научился изменять себя — вместо Асламбека Дудаева появился Владислав Сурков.

“1990-е плохо повлияли на наше поколение, гены цинизма оказались сильнее демократических”, — говорит Алексей Кондауров, бывший коллега Суркова по банку “Менатеп”. Через своего представителя Сурков отказался от интервью The Wall Street Journal и не ответил на отправленные ему письменно вопросы.

Оттенки серого

Теперь Россия разбогатела и усилилась благодаря огромным доходам от нефти, поэтому очень немногие выступают против квазиавторитарного правления Путина. Между тем Москва снова превратилась в проблему для Запада, находясь где-то посередине между лагерем неблизких друзей и станом открытых врагов.

Здесь все еще проходят выборы, есть парламент и несколько независимых газет. В то же время оппозиционные кандидаты не включаются в избирательные списки по техническим причинам, а прокремлевское большинство в парламенте просто штампует спущенные сверху законы. Даже кремлевские чиновники признают, что ситуация с коррупцией ухудшается. Контролируемые государством средства массовой информации, управляемые Сурковым и его коллегами, раболепствуют перед Путиным и игнорируют его оппонентов. “У нас есть демократические институты, но у нас нет уверенности, что они будут завтра”, — говорит Борис Титов, председатель “Деловой России”, объединяющей российский малый бизнес.

Сурков полагает, что России нужен более жесткий контроль над политической жизнью просто для того, чтобы стабилизировать общество, получившее тяжелую травму от шоковой терапии 90-х. “Президент возвращает реальный смысл слову “демократия”, — заявил он в феврале.

Как и миллионам россиян, Суркову, которому сейчас 42 года, нравится западный стиль жизни. В свободное время он сочиняет песни, которые исполняет Вадим Самойлов из рок-группы “Агата Кристи”. По данным российского журнала GQ, он предпочитает костюмы Zegna индивидуального пошива. “Существует 45 оттенков серого, и очень трудно понять, какой из них твой”, — цитирует его журнал.

Но Сурков отвергает западную политическую систему. Его политическая философия приправлена цитатами из Че Гевары и Ноама Хомского, он пользуется авторитетом в прокремлевских молодежных группах, которые сам помогал организовать. “Интересный человек. Очень утонченный, изысканный, часто искренне улыбается при разговоре, — написал один из активистов в своем интернет-дневнике после посещения Суркова. — Пальцы очень тонкие, как у хирурга или скрипача”.

Друзья Суркова говорят, что в узком кругу приближенных Путина он является своего рода либералом. Например, он предпочитает использовать в борьбе с соперниками в первую очередь политические средства, а не прокуроров и налоговых инспекторов, как сторонники жесткой линии в Кремле. “Если бы его не было, было бы хуже”, — полагает один его старый знакомый.

Успешный лоббист

Леонид Невзлин, находящийся в вынужденной эмиграции в Израиле из-за дела ЮКОСа, был начальником Суркова в “Менатепе”. Он вспоминает, что, когда банк решил продавать свои акции населению, Сурков с рвением занялся рекламой этого проекта.

В начале 1990-х новоявленные частные банки разбогатели на обслуживании бюджета. Вместо того чтобы аккуратно проводить платежи, многие банки использовали государственные деньги для игры на местном рынке валюты. Бывшие коллеги говорят, что Сурков был мастером привлечения государственных клиентов в банк.

По воспоминаниям участников тех событий, этот бизнес был очень коррупционным — чиновники получали многомиллионные “откаты” от банков за выгодные для бизнесменов решения. Но Суркова никогда ни в чем не обвиняли.

Невзлин говорит, что Сурков стал богат, зарабатывая по нескольку миллионов долларов в год. Его работа с органами власти и госкомпаниями приносила прибыли банку. Но когда в 1996 г. он попросил слишком высокий бонус или даже долю в “Менатепе”, Ходорковский ему отказал и Сурков уволился, вспоминает Невзлин.

Сурков вскоре нашел новую работу: он стал лоббистом у другого олигарха — Михаила Фридмана. В это время он тесно сотрудничал с рыночно-ориентированными чиновниками, чьи усилия по либерализации экономики помогали олигархам разбогатеть.

“Когда мы работали вместе, у нас не было ни единого идеологического разногласия с ним”, — говорит Борис Немцов, реформатор, работавший в то время первым вице-премьером правительства.

Через год Сурков перешел на телевидение, став одним из руководителей главного телеканала страны — ОРТ. Его тогда контролировал другой не менее известный олигарх — Борис Березовский.

Коммерческая цензура

“Сурков выполнял функцию канала связи между журналистами и олигархами”, — говорит Сергей Доренко, бывший тогда лицом телеканала ОРТ. По словам Доренко, Сурков попросил его изменить тон репортажей, которые могли вызвать проблемы у одной из олигархических нефтяных компаний, и сказал, что он мог бы заработать на этом. Доренко отверг это предложение. Позднее он был уволен с телевидения и теперь ведет программу на радио, критикуя Кремль.

Выступая в сентябре на медиафоруме в Москве, Сурков заявил: “Я работал на ОРТ как раз в 90-е гг., и я очень хорошо знаю изнанку той свободы слова, о которой вы говорите. В 90-е гг. была цензура. Это была коммерческая цензура. Мы не допустим повторения такой ситуации. Четвертая власть тогда была не менее коррумпирована, чем все остальные власти”.

В начале 1999 г. Кремль переживал тяжелые времена. Россия едва начала выпутываться из последствий финансового кризиса 1998 г., а больной Борис Ельцин пытался подобрать себе преемника. Олигархи, объединившись ради сохранения влияния, отправили ему на подмогу свои лучшие силы — и среди них Суркова, чтобы помочь в организации новых выборов в Думу.

Сурков в спешном порядке сумел сколотить новую прокремлевскую партию, которую возглавили милиционер, чемпион по борьбе и министр по чрезвычайным ситуациям. Ее платформа была туманной: личное счастье, семейные ценности, антикоммунизм. Но новая партия — “Единство” — получила поддержку государственных телеканалов и на выборах сумела опередить коммунистов, создав крупнейшую фракцию в парламенте.

Ориентированные на Запад либеральные партии, в том числе СПС во главе с Борисом Немцовым, также прошли в парламент. Либералы ожидали, что прокремлевская партия объединится с ними, чтобы продолжить эру экономических реформ.

Но вскоре они убедились в том, что старая репутация Суркова им ничего не гарантирует. После неожиданной отставки Ельцина накануне Нового года действующим президентом стал Путин. И Сурков, к тому времени занявший пост замглавы президентской администрации, быстро приспособился к своему новому боссу. Вместе с компартией “Единство” проголосовало за избрание коммуниста Геннадия Селезнева спикером Думы.

В новой Думе либералам не удалось занять ни одного важного поста. В одном из интервью Сурков заявил, что после долгих лет отступления перед лицом буржуазии государство начало восстанавливать позиции.

Олигархов, которые пытались использовать свои огромные богатства для влияния на политику, как, например, его бывший патрон Борис Березовский, Сурков назвал “гнилостными бактериями, которые могут существовать и паразитировать только в умирающем госорганизме”. Спасаясь от уголовного преследования, Березовский сбежал в Лондон.

Сурков всячески старался укрепить прокремлевскую партию. Демократически настроенный депутат Владимир Рыжков говорит, что в начале 2000 г. Сурков пригласил его на встречу. “Он спросил меня, чем он мне может помочь материально в обмен на вступление в «Единство». Когда я ответил, что мне от него ничего не нужно, он был искренне удивлен”, — вспоминает Рыжков. По его словам, они с тех пор ни разу не разговаривали. Рыжков упрекает Кремль в отказе зарегистрировать его оппозиционную Республиканскую партию.

Так же, как олигархи когда-то использовали телеканалы для борьбы со своими политическими и деловыми противниками, Сурков превратил теперь государственное телевещание в средство усиления позиций Путина.

Новая эра

На парламентских выборах 2003 г. Кремль решил покончить со своими прежними союзниками — коммунистами, которые оставались единственной независимой силой в Думе. Путин тайно встретился с двумя харизматичными молодыми политиками, возглавившими новую партию “Родина”. Ее смесь националистической и социалистической риторики могла привлечь избирателей, голосовавших ранее за коммунистов. По словам тогдашнего лидера “Родины” Дмитрия Рогозина, в обмен на обязательство не критиковать прокремлевскую партию “Родина” получила доступ к телеэфиру и защиту от возможных нападок органов власти.

Однако популярность “Родины” оказалась выше, чем ожидали в Кремле. Рогозин говорит, что после одного из его особенно успешных выступлений на телевидении Сурков позвонил ему и сказал: “Ты молодец. Не знаю, что мы теперь с тобой будем делать”.

За неделю до выборов решение нашлось. Рогозин рассказывает, что ему позвонили с одного из телеканалов, чтобы сообщить неприятное известие: получен приказ Кремля прекратить освещение избирательной кампании “Родины”. В кремлевской пресс-службе и на телеканале отказались комментировать эту историю.

“Родина” получила 9% голосов — не так много, как она надеялась, но достаточно для разгрома коммунистов, которые набрали 13% — вдвое меньше, чем на прошлых выборах. Почти три четверти мест досталось прокремлевской партии, переименованной в “Единую Россию”. Сам Сурков однажды признался, что эта безликая партия напоминает старую КПСС.

Прорыночные партии, которые еще в 2000 г. видели в Суркове своего союзника, не получили вообще ни одного места.

“Переходный период в России завершен, началась новая политическая эра, — заявил Сурков сразу после выборов агентству «Интерфакс». — А партии, не вошедшие в Думу, должны понять, что их историческая миссия выполнена”.

Для некоторых прежних коллег Суркова эта эра оказалась недоброй. Перед выборами Михаил Ходорковский был арестован по обвинению в мошенничестве и уклонении от уплаты налогов.

Впрочем, Сурков не отверг совсем своих прежних друзей. Одного из партнеров Ходорковского — депутата Владимира Дубова он предупредил о необходимости покинуть страну. “В противном случае они докажут твою вину, потому что Путин не может ошибаться”, — воспроизводит Дубов слова Суркова. Дубов вскоре уехал в Израиль. До сих пор Сурков избегает разговоров о деле ЮКОСа и Ходорковском. “Я пристрастен, потому что я его уважаю”, — сказал он в интервью немецкому журналу Spiegel в 2005 г.

Железная дисциплина

В Думе Сурков поддерживает железную дисциплину. Летом 2004 г. он собрал нескольких депутатов в своем кабинете и призвал их не вести себя так, будто они избранники народа, вспоминает участник встречи Анатолий Ермолин: “Просто голосуйте, как вам говорят”, — посоветовал Сурков“. А те, кто не собирается подчиняться, “должны помнить о том, что случилось с ЮКОСом”. Многие сотрудники этой бывшей нефтяной компании Ходорковского были арестованы.

Ермолин, работавший в связанной с ЮКОСом компании, позднее пожаловался на тон этой встречи в письме в прокуратуру. “Это было похоже на сходку мафии”, — говорит он. Депутат был исключен из фракции “Единой России”, но сохранил место в Думе.

Ужесточение Кремлем контроля над страной вызвало целую волну критики на Западе. Она стала еще жестче, когда осенью 2004 г. в ответ на кровавые события в Беслане Кремль изменил избирательную систему — были отменены парламентские выборы по одномандатным округам, а также выборы региональных губернаторов.

“Враг у ворот”, — предупреждал Сурков в интервью “Комсомольской правде” в 2004 г. Внутренних критиков Кремля он окрестил “фальшивыми либералами и настоящими нацистами”, ненавидящими Россию за деньги зарубежных спонсоров. На Западе, по мнению Суркова, есть два лагеря: одни “верят в перспективность нашей демократии, поддерживают нас”, а цель других — “разрушение России”.

Восстаний не будет

На президентских выборах на соседней Украине Кремль поддерживал пророссийского кандидата Виктора Януковича, который своим объявлением о победе спровоцировал оранжевую революцию. По словам Немцова, Сурков в частной беседе сожалел о том, что Кремль на Украине действовал слишком грубо, но на публике во всем винил Запад.

В России Сурков занялся подготовкой к обороне. “Здесь восстаний не будет”, — сказал он в интервью Spiegel.

Кремль усилил контроль над финансируемыми из-за рубежа неправительственными организациями. Такого рода организации сыграли важную роль в событиях на Украине. Иностранным инвесторам запрещено иметь контрольные пакеты в компаниях, признанных стратегическими. Молодежное движение, считающее Суркова духовным учителем, провело демонстрацию на улицах Москвы, чтобы показать свою мощь.

Бывшие союзники превращаются во врагов. Рогозин, который помог нейтрализовать коммунистов, вынужден был уйти из “Родины”. А сама эта партия влилась в новую, вторую прокремлевскую партию, которая готовится к участию в предстоящих в 2007 г. парламентских выборах.

На летнем брифинге для иностранных журналистов Сурков заявил, что Запад должен понять: из-за необычного прошлого Россия должна строить демократию собственным способом — сверху вниз. “Модель «снизу вверх» является идеалом, к которому мы все стремимся, — сказал он. — Но реальная жизнь намного сложнее”.

Грегори Уайт, Алан Каллисон

Оригинал материала

«The Wall Street journal» от origindate::19.12.06