Решение по иску к "Новой газете"

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Решение суда по иску Бирюкова Ю.С. к "Новой газете"

относительно публикации "Петляющий вектор Генпрокуратуры. Прокуроры не видят состава преступления. Потому что едут в нем"

Направляю решение Басманного суда г.Москвы от origindate::24.10.2003 г. по иску Ю.Бирюкова к "Новой газете".

[page_13658.htm Аналогичный материал] был опубликован и в Вашей библиотеке. Прошу
довести это до сведения Ваших читателей.

С уважением,

Начальник Управления информации
и общественных связей
Генеральной прокуратуры 
Российской Федерации

Н.Б.Вишнякова

***
РЕШЕНИЕ 
именем Российской Федерации
город Москва

24 октября 2003 г. Басманный районный суд города Москвы в составе председательствующего федерального судьи Вознесенского С.Ф. при секретаре Тереховой Л.Н. с участием адвоката Перельмана Г.Л., представителя истца Каратаева В.П., ответчика Шлейнова Р.Ю., представителей АНО РИД «Новая газета» Кожеурова Я.С., Соколова С.М., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-5047/03 по иску Бирюкова Юрия Станиславовича к АНО РИД «Новая газета», Шлейнову Роману Юрьевичу о защите чести, достоинства и деловой репутации и взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился с иском, ссылаясь на то, что в № 60 (893) от 18-20 августа 2003 г. газеты «Новая газета» была опубликована статья Романа Шлейнова «Петляющий вектор Генпрокуратуры. Прокуроры не видят состава преступления. Потому что едут в нем», в которой содержатся следующие, по его мнению, порочащие его, первого заместителя Генерального прокурора Российской Федерации, сведения о том, что он:

• «... стена для Комиссии Госдумы для борьбы с коррупцией»;

• «... «похоронил» несколько попыток провести антикоррупционное расследование в отношении крупных федеральных чиновников»;

• «... вколачивал последний гвоздь в крышку гроба уже начатого или уже ведущегося расследования»;

• «... отвечал невпопад, путался в отправленных бумагах и состава преступления снова не нашел. В итоге фирмами, к которым имел отношение бывший министр Адамов, банковскими счетами и оффшорами занимается ФБР (США)»;

• «... скандальное дело «Трех китов» из следственного комитета МВД забрал именно Юрий Бирюков. Случилось это 22 ноября 2000 г. в нарушение всех существующих норм».

Истец полагает, что в оспариваемых им сведениях содержатся бездоказательные обвинения его в укрывательстве преступлений, незаконном освобождении от уголовной ответственности, прекращении уголовных дел, нарушении моральных принципов. В связи с данными обстоятельствами истец просит суд признать вышеуказанные сведения не соответствующими действительности, порочащими его честь, достоинство и деловую репутацию, обязать ответчиков опубликовать их опровержение в десятидневный срок со дня вступления решения суда в законную силу, а также взыскать с АНО РИД «Новая газета» в счет компенсации морального вреда 10.000.000 рублей, а с автора статьи - 1.000.000 рублей.

В судебном заседании представитель истца требования поддержал в полном объеме.

Автор статьи, представители ответчика требования по иску не признали, полагают его не основанным на законе и фактических обстоятельствах дела, в судебном заседании пояснили, что статья основана на официальных документах Комиссии Государственной Думы по борьбе с коррупцией.

Выслушав явившихся лиц, адвоката, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с Постановлением № 11 Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении судами дел о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» от 18 августа 1992 г. с последующими изменениями и дополнениями, доказывание соответствия действительности распространенных сведений лежит на ответчике независимо от того, предъявлен ли иск о защите чести, достоинства, деловой репутации либо о возложении на средство массовой информации обязанности опубликовать ответ истца на публикацию. Истец обязан доказать лишь сам факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск.

Суд считает факт распространения доказанным, поскольку истцом представлена ксерокопия статьи Романа Шлейнова «Петляющий вектор Генпрокуратуры. Прокуроры не видят состава преступления. Потому что едут в нем», опубликованной в № 60 (893) от 18-20 августа 2003 г. газеты «Новая газета» (л.д. 7), кроме того, факт публикации указанной статьи не оспаривался ни автором статьи, ни представителями АНО РИД «Новая газета».

Согласно п. 2 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации порочащими являются не соответствующие действительности сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства или моральных принципов (о совершении нечестного поступка, неправильном поведении в трудовом коллективе, быту и другие сведения, порочащие производственно-хозяйственную и общественную деятельность, деловую репутацию и т.п.), которые умаляют честь и достоинство гражданина либо деловую репутацию гражданина или юридического лица.

Таким образом, для вывода о порочащем значении сведений необходимо одновременное совпадение трех условий - сведения должны касаться лица, которое оспаривает указанные сведения, сведения должны быть утверждениями, а также сведения должны свидетельствовать о нарушении норм закона или морали.

Таким образом, во фрагменте «... отвечал невпопад, путался в отправленных бумагах и состава преступления снова не нашел. В итоге фирмами, к которым имел отношение бывший министр Адамов, банковскими счетами и оффшорами занимается ФБР (США)» суд считает не порочащей истца фразу «В итоге фирмами, к которым имел отношение бывший министр Адамов, банковскими счетами и оффшорами занимается ФБР (США)» поскольку в ней истец не упомянут и его профессиональная деятельность не обсуждается.

Что же касается остальных фрагментов, то суд отмечает следующее.

Суд исходит из того, что статья воспринимается читателями как цельный объект, состоящий из отдельных фраз. Оценивать характер оспариваемых истцом фрагментов невозможно без оценки остальных составляющих частей статьи - подзаголовка и эпиграфа.

Подзаголовком статьи является фраза «Прокуроры не видят состава преступления. Потому что едут в нем», а эпиграфом «Им должно быть мило кресло прокурора, поскольку они испытывают врожденный страх перед скамьей подсудимых», что явным образом указывает читателям на то, что в статье пойдет речь о незаконных действиях прокуратуры и прокурорских работников.

Исходя из данных обстоятельств (учитывая все элементы статьи в совокупности) суд приходит к выводу о том, что во фрагментах:

• «... стена для Комиссии Госдумы для борьбы с коррупцией»;

• «... «похоронил» несколько попыток провести антикоррупционное расследование в отношении крупных федеральных чиновников»;

• «... вколачивал последний гвоздь в крышку гроба уже начатого или уже ведущегося расследования»;

• «... скандальное дело «Трех китов» из следственного комитета МВД забрал именно Юрий Бирюков. Случилось это 22 ноября 2000 г. в нарушение

всех существующих норм»

истец обвиняется в препятствовании проведения уголовного расследования, незаконном прекращении уголовных дел, сокрытии преступлений, то есть совершении действий, противоречащих как нормам закона, так и морали.

На ответчиков законом возложена обязанность по доказыванию соответствия распространенных ими сведений действительности.

Суд еще раз отмечает, что истца обвиняют в препятствовании проведения уголовного расследования, незаконном прекращении уголовных дел, сокрытии преступлений, что в соответствии с нормами УК РФ является уголовно наказуемыми деяниями в случае умышленного характера деяний или же влечет за собой дисциплинарную ответственность в случае совершения подобных деяний не в силу умысла в соответствии с Федеральным законом «О прокуратуре Российской Федерации».

Суду не представлено вступившего в законную силу приговора суда в отношении истца, постановления о возбуждении уголовного дела, приказа о дисциплинарном наказании или же акта служебной проверки.

Ни одно из процессуальных действий истца по уголовным делам и проверкам по заявлениям не обжаловалось в судебном порядке и в судебном же порядке не отменялось.

Таким образом, надлежащих доказательств соответствия распространенных сведений действительности, то есть о препятствовании проведения уголовного расследования, незаконном прекращении уголовных дел, сокрытии преступлений со стороны истца, суду представлено не было.

Суд не может считать надлежащими доказательствами соответствия распространенных сведений действительности так называемые справки Комиссии по борьбе с коррупцией Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации (далее - Комиссия по борьбе с коррупцией) «О ненадлежащем отношении к исполнению служебных обязанностей заместителей Генерального прокурора Российской Федерации Бирюкова Ю.С. и Колмогорова В.В.», а также в отношении министра транспорта Российской Федерации Франка С.О.

Автор статьи и представители ответчика полагают, что поскольку справки являются официальным документом, то ответчики должны быть освобождены от ответственности за распространение сведений.

В соответствии со ст. 57 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» Редакция, главный редактор, журналист не несут ответственности за распространение сведений, не соответствующих действительности и порочащих честь и достоинство граждан и организаций, либо ущемляющих права и законные интересы граждан, либо представляющих собой злоупотребление свободой массовой информации и (или) правами журналиста:

1) если эти сведения присутствуют в обязательных сообщениях;

2) если они получены от информационных агентств;

3) если они содержатся в ответе на запрос информации либо в материалах пресс-служб государственных органов, организаций, учреждений, предприятий, органов общественных объединений;

4) если они являются дословным воспроизведением фрагментов выступлений народных депутатов на съездах и сессиях Советов народных депутатов,

делегатов съездов, конференций, пленумов общественных объединений, а также официальных выступлений должностных лиц государственных органов, организаций и общественных объединений;

5) если они содержатся в авторских произведениях, идущих в эфир без предварительной записи, либо в текстах, не подлежащих редактированию в соответствии с настоящим Законом;

6) если они являются дословным воспроизведением сообщений и материалов или их фрагментов, распространенных другим средством массовой информации, которое может быть установлено и привлечено к ответственности за данное нарушение законодательства Российской Федерации о средствах массовой информации.

Указанные справки явным образом не подпадают ни под один пункт указанной статьи, в связи с чем журналист в соответствии со ст. 49 указанного закона обязан был проверять достоверность сообщаемой им информации, то есть им должны были быть собраны надлежащие доказательства соответствия распространенных сведений действительности.

Комиссия по борьбе с коррупцией не отнесена законом к числу органов, имеющих право проводить проверки в отношении органов следствия и прокуратуры, не наделена она правом делать какие-либо выводы в отношении должностных лиц указанных органов.

Данные справки не основаны на вступившем в законную силу обвинительном приговоре в отношении истца, приказе о возбуждении дисциплинарного расследования в отношении истца или же приказе о наложении на него дисциплинарного взыскания.

Кроме того, в самой статье не указано, что она основана именно на указанных справках, в статье нет ссылок на данные справки, они нигде не цитируются дословно.

Также суд отмечает следующее.

Комиссия по борьбе с коррупцией осуществляет свою деятельность на основании Положения о Комиссии Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по борьбе с коррупцией, утвержденного Постановлением Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 10 марта 2000 г. № 164-III ГД «О Комиссии Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации по борьбе с коррупцией» (с изменениями от 17 ноября 2000 г., 21 ноября 2001 г.).

В соответствии с данным Положением решения комиссии принимаются на заседании комиссии большинством голосов, решения комиссии оформляются протоколом комиссии, который подписывается председателем комиссии.

Суду не представлено никаких доказательств того, что данные справки были приняты на заседании Комиссии по борьбе с коррупцией в установленном порядке.

Кроме того, как отмечалось выше, сама Комиссия по борьбе с коррупцией ни одним нормативным актом не наделена правом определять наличие в деяниях каких-либо лиц уголовного, дисциплинарного или иного нарушения.

Суд не может согласиться с доводами о том, что предъявленные истцу обвинения могут быть подтверждены показаниями депутатов Государственной Думы - членов указанной Комиссии, поскольку депутаты Государственной Думы не отнесены законом к субъектам, которые имеют право в соответствии с законом устанавливать наличие в действиях истца уголовно или дисциплинарно наказуемых деяний, кроме того, ни один из депутатов Государственной Думы не был свидетелем описываемых в статье событий, не присутствовал при проведении проверок и следственных действий, ничего по сути принятых истцом процессуальных решений пояснить не может.

Что же касается фрагмента «... отвечал невпопад, путался в отправленных бумагах и состава преступления снова не нашел», суд считает не подлежащим опровержению фрагмент «... и состава преступления снова не нашел», поскольку представитель истца не отрицал, что уголовное дело против бывшего министра Адамова возбуждено не было.

Оставшаяся часть фразы «... отвечал невпопад, путался в отправленных бумагах ...» указывает на неумение истца составлять деловые бумаги и дать четкий ответ на поставленные перед ним вопросы. Поскольку автором статьи и представителями ответчиков не было указано, в чем именно заключалось то, что истец «... отвечал невпопад, путался в отправленных бумагах ...», суд считает данный фрагмент также подлежащим опровержению.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, распространены в средствах массовой информации, они должны быть опровергнуты в тех же средствах массовой информации.

Таким образом, закон устанавливает как право истца на опровержение, так и порядок такого опровержения - путем возложения на средство массовой информации обязанности по опубликованию опровержения.

Поскольку доказательств соответствия действительности указанных сведений суду не представлено, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что оспариваемые истцом сведения должны быть опровергнуты путем возложения на ответчиков обязанности по публикации опровержения в соответствии с требованиями Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации».

Поскольку ст. 44 данного закона установлен двухнедельный срок опубликования опровержения, суд не может согласиться с истцом, который просит суд установить десятидневный срок.

Согласно ч. 5 ст. 152 ГК РФ гражданин, в отношении которого распространены сведения, прочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе требовать возмещения морального вреда, причиненного их распространением, а п. 7 той же статьи установлено, что правила о защите деловой репутации гражданина соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчиков в пользу истца, суд учитывает характер распространенной информации и степень ее распространения, иные заслуживающие внимание обстоятельства, а именно: высокое должностное положение истца в системе государственных органов и его особую ответственность при выполнении возложенных на него обязанностей, прямые обвинения истца в совершении уголовных преступлений и должностных проступков.

Суд также учитывает, что в соответствии с действующим законодательством (п. 1 ст. 41.7 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации») сотрудник прокуратуры, совершивший поступок, порочащий честь прокурорского работника, подвергается дисциплинарному наказанию вплоть до увольнения. Истец же в статье обвинялся в совершении поступков, порочащих честь прокурорского работника, поскольку непринятие действенных мер по борьбе с преступлениями является прямым нарушением долга прокурорского работника.

Таким образом, статья, в которой содержатся оспариваемые истцом сведения, в том числе была направлена и на подрыв деловой репутации истца как прокурорского работника, что, по мнению суда, причинило истцу помимо обвинений в совершении уголовных преступлений и дисциплинарных проступков дополнительные нравственные страдания.

Суд также учитывает и прямое нарушение редакцией газеты и журналистом прямо возложенной на них Законом Российской Федерации «О средствах массовой информации» обязанности по проверке распространяемой ими информации, которая не была ими выполнена.

В связи с данными обстоятельствами суд считает возможным взыскать с АНО РИД «Новая газета» в пользу истца в счет компенсации морального вреда 500.000 рублей, а с автора статьи - 100.000 рублей.

В остальной части требования истца о компенсации морального вреда подлежат отклонению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Обязать АНО РИД «Новая газета» опубликовать опровержение порочащих Бирюкова Юрия Станиславовича сведений, распространенных в статье Романа Шлейнова «Петляющий вектор Генпрокуратуры. Прокуроры не видят состава преступления. Потому что едут в нем», опубликованной в № 60 (893) от 18-20 августа 2003 г. газеты «Новая газета» о том, что Бирюков Ю.С.:

• «... стена для Комиссии Госдумы для борьбы с коррупцией»;

• «... «похоронил» несколько попыток провести антикоррупционное расследование в отношении крупных федеральных чиновников»;

• «... вколачивал последний гвоздь в крышку гроба уже начатого или уже ведущегося расследования»;

• «... отвечал невпопад, путался в отправленных бумагах ...»;

• «... скандальное дело «Трех китов» из следственного комитета МВД забрал именно Юрий Бирюков. Случилось это 22 ноября 2000 г. в нарушение

всех существующих норм».

Опровержение должно быть опубликовано в течение двух недель со дня вступления решения в законную силу в порядке, определенном ст.ст. 43,44 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации».

Взыскать в счет компенсации морального вреда в пользу Бирюкова Юрия Станиславовича с АНО РИД «Новая газета» 500.000 (пятьсот тысяч) рублей, со Шлейнова Романа Юрьевича 100.000 (сто тысяч) рублей.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение 10 дней.