Ржавый король

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Алексей Мордашов финансировал избирательную кампанию Ющенко, чтобы заполучить "Криворожсталь"

1107331076-0.jpg Полноценные биографии «строителей» олигархического капитализма в России 90-х годов пока не написаны. Историкам еще предстоит работа с архивами и газетной периодикой того времени, чтобы дать ответ на волнующий вопрос: как и почему люди, не обладающие легальным состоянием, вдруг становились владельцами обладающих огромной капитализацией предприятий.

И вероятно, тогда многие из престарелых российских олигархов вздрогнут, проснувшись ночью в своей постели. Они бы дорого заплатили за то, чтобы все забыли об их «скелетах в шкафу» и «кровавых мальчиках в глазах». Они бы кислотой вытравили людскую память о том, каким образом сколачивались их миллиардные состояния. Любопытно, что спустя много лет будет вспоминать нынешний «стальной король» российской промышленности Алексей Мордашов? Вспомнит ли он, с чего начиналось строительство его империи?..

Критические два процента

Вопреки распространенному мнению о большой пользе хороших знаний, успех в бизнесе, да и по жизни чаще определяется совершенно иными факторами. Правило номер один — важно родиться в «правильной» семье. Когда твой папа фабрикант или секретарь обкома, это значительно расширяет возможности для самореализации. Правило номер два — важно быть знакомым с «правильными» людьми. Это для нас более привычно и знакомо. Впрочем, так обстоят дела и на Западе. Один европейский менеджер так красочно и кратко объяснял русским коллегам, почему их не ждет финансовый успех в его стране: «Вы не сидели со мной на соседнем горшке в детском садике».

Алексею Мордашову повезло. В Ленинграде, где он учился в инженерно-экономическом институте им. Тольятти, ему довелось познакомиться с преподававшим там же Анатолием Чубайсом. После первого курса Алексей Мордашов пришел к Чубайсу ассистентом на кафедру. Очевидно, это была первая удача будущего «стального короля». Во второй раз ему крупно повезло, когда он пришелся по душе жене генерального директора Череповецкого металлургического комбината Юрия Липухина. Ведь когда пришла пора акционирования ЧМЗ, именно она уговорила своего мужа довериться молодому финансовому директору. Правда, в итоге Юрий Липухин остался и без должности, и без комбината.

Подробности этой истории в свое время раскопал американский журналист Пол Хлебников. В его пересказе она звучит следующим образом. В начале 90-х годов Череповецкий металлургический комбинат стал стремительно терять внутренние рынки сбыта. Общий кризис неплатежей, бартерные сделки — мы все помним это тяжелое для российских предприятий время. Руководство ЧМЗ постепенно начало ориентироваться на работу с внешними потребителями. Однако, не имея опыта подобной деятельности, сделки они оформляли через посредников.

Со временем главным монополистом в этой посреднической деятельности стала транснациональная компания Trans-World Group. Менеджеры TWG попытались было установить контроль над Череповецким металлургическим комбинатом, благо, существовавшие приватизационные схемы позволяли проделывать и не такие операции. Однако на комбинате непрошенным «приватизиторам» дали отпор, решив заодно самостоятельно провести акционирование предприятия.

Схема была обычной. Контрольный пакет в 51% предстояло распределить среди работников по закрытой подписке, а 29% должны были выставить на чековый аукцион. Соответственно, чтобы удержать в руках власть и собственность, руководству комбината было необходимо где-то найти свободные деньги на покупку акций. Для этого была создана посредническая фирма «Северсталь-Инвест», учредителями которой выступал ЧМЗ как юридическое лицо, с одной стороны, и Алексей Мордашов как физическое лицо, с другой стороны. Причем в силу определенных юридических тонкостей 76% акций «Северсталь-Инвеста» оказались в личной собственности Мордашова.

Путем не вполне корректной экономической деятельности «Северсталь-Инвест» постепенно перекупила почти все акции, розданные трудовому коллективу. «В 1996 году Мордашов стал гендиректором «Северстали», а Липухин занял пост председателя совета директоров, — пишет в этой связи Пол Хлебников. — Тут-то он наконец позаботился о формальном владении акциями. 43% акций «Северстали», которые к тому времени аккумулировал «Северсталь-Инвест», были переведены на другую структуру — «Северсталь-Гарант», на 51% принадлежащую Мордашову, на 49% Липухину».

Разница в два процента оказалась решающей, когда между былыми компаньонами разгорелись противоречия по поводу того, как следует делить прибыль. Юрий Липухин считал, что средства необходимо вкладывать в модернизацию имеющегося производства. Алексей Мордашов пошел другим путем. Отправив генерального директора в отставку, он сам возглавил предприятие. Череповецкий металлургический комбинат был преобразован в акционерное общество «Северсталь», послужив основой для создания многоотраслевого холдинга «Северсталь-групп», в собственность которого постепенно переходили промышленные активы — акции Санкт-Петербургского, Туапсинского и Восточного портов, угольных разрезов, железнодорожные вагоны, Коломенский тепловозный завод, завод УАЗ.

Битва с киевским дядькой

Экспансия мордашевской империи не ограничивается только границами Российской Федерации. Его также интересует возможность что-то прикупить и в республиках СНГ, и в Дальнем зарубежье. Но не везде аппетиты российского «стального короля» удовлетворялись местной властью. Так, в свое время Алексей Мордашев потерпел сокрушительное фиаско на Украине, где он пытался купить комбинат «Криворожсталь».

В июне 2004 года у здания украинской Верховной Рады даже состоялся митинг протеста, на котором участники акции сожгли чучело российского олигарха, не скрывавшего своего намерения овладеть «Криворожсталью». «Если он станет собственником, то сразу поднимет цены на продукцию, и вся перерабатывающая отрасль станет перед угрозой банкротства, — говорилось в обращении участников митинга. — Можно уверенно говорить, что именно этого и хочет российский олигарх.

В его планах — дальнейшая скупка украинских предприятий. Нетрудно предугадать, что рабочие после этого будут выброшены на улицу. Вырастет социальная напряженность, страна встанет перед угрозой социального взрыва. Отдав флагман украинской промышленности, мы тем самым откроем дорогу капиталу, который будет работать только на себя. Налоги будут оседать где-нибудь на офшорах, что нанесет серьезный ущерб бюджету страны».

Безусловно, трудно сомневаться в заказном характере и самого митинга, и принятого им заявления. Понятно, что участники акции протеста выступали в интересах украинских олигархов, которые хотели по дешевке купить лакомый комбинат. Однако разве так уж были не правы митингующие, когда обрисовывали перспективы скупки «Криворожстали» российским капиталом?

От Украины до России — рукой подать. И наши соседи все эти годы прекрасно могли наблюдать, какими методами сколачивали свои состояния российские олигархи, и куда они в итоге завели страну. Конечно, еще товарищ Ленин справедливо указывал, что желтый черт ничем не лучше синего черта, в силу чего украинский капиталист вряд ли был бы для простого работника гуманнее российского. Но первый, по крайней мере, был своим, на него можно было пожаловаться хотя бы местной власти. А кому жаловаться на Мордашова?

Но как бы там ни было, а наш «стальной король» даже после того, как «Криворожсталь» достался двум главным украинским олигархам, Виктору Пинчуку и Ринату Ахметову, не отказался от идеи присоединить комбинат к своей империи. Если не получилось делать бизнес с этим правительством и этим президентом, будем их менять. Так, возможно, сказал сам себе Алексей Мордашов, приняв участие в прошлогодней избирательной компании по выборам президента Украины.

«С большим сожалением я должен отметить участие в финансировании ющенковской кампании и гораздо более симпатичных лично мне «Северстали» и «Национального резервного банка», — писал в те дни в «Российских вестях» вице-президент Института национальной стратегии политолог Виктор Милитарев. — Честно говоря, мне было очень неприятно увидеть эти уважаемые мною компании, проводящие в России вполне трезвую и патриотическую политику, в столь сомнительном обществе». Хотя Мордашев не мог не знать, что у российской власти тогда была иная точка зрения на украинские выборы.

Однако «стальной король», видимо, решил по этому вопросу позицию Кремля игнорировать. И, возможно, он тем самым выиграл для себя ускользнувшее ранее предприятие. Как только Виктор Ющенко официально вступил на пост президента Украины, он чуть ли не сразу оспорил результаты аукциона по приватизации упомянутого комбината. Поистине, кто-то (Россия) теряет, а кто-то (Мордашов) находит.

Разбойник, но не барон

Рано или поздно перед владельцами миллиардных состояний встает философский вопрос — а что делать дальше? «Мне 33 года, и мой годовой доход составляет 50 000 долларов — этой суммы более чем достаточно для содержания моей семьи, — писал в личном дневнике американский «барон-разбойник» Эндрю Карнеги. — Если я продолжу целиком отдаваться вопросам бизнеса, сосредоточусь исключительно на делании денег, то очень скоро деградирую без всякой надежды на возрождение».

Отечественные «короли бизнеса» одно время пытались оправдать свои нечистоплотные поступки тем, что-де они тоже эволюционируют, и можно вскоре ожидать от флагманов российского бизнеса благородных поступков в духе упомянутого Карнеги, основавшего Фонд за международный мир и финансировавшего строительство библиотек по всей территории США. Просто время пока не пришло для филантропической деятельности, а уж потом они развернутся.

И действительно, наши олигархи со временем приступили к «развороту», однако почему-то означал он активную игру в политику. Парочка «заигравшихся» бизнесменов, впрочем, вскоре оказалась вынуждена покинуть Россию. Другие затаились. Они «забыли» дорогу в Кремль, но протоптали новые тропинки в сторону Охотного Ряда и Краснопресненской набережной. А самые умные и дерзкие из них обратили свой взор на «неосвоенное» постсоветское пространство.

Конечно, никто не может запретить им участвовать в реализации собственной корпоративной внешней политики. Однако занятия такого рода имеют ряд ограничений. Частный, тем более коммерческий интерес не имеет права идти наперекор национальному внешнеполитическому курсу. И тем более наносить урон экономическим и политическим интересам своей страны. Увы, простые истины не всегда овладевают сознанием людей, считающих, что деньги решают все. Исходя из мирового опыта, скажем, что в таких случаях вразумлением «потерявших голову» товарищей занимаются компетентные государственные органы.

Николай Лыковский

Оригинал материала

«Российские вести»