России дурно от избытка генералов

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Кто бы внятно объяснил, почему Сергей Шойгу – генерал армии?

Серегй Шойгу. фото: газета "Россiя" Перед распадом СССР в прежней, «милитаристской» четырехмиллионной армии числился 901 войсковой генерал – и считалось, что это неприлично много. Прошло 13 лет; территория государства, численность населения и армии заметно уменьшились, а число генералов только в системе Министерства обороны выросло на треть – теперь их больше 1200. Перечислить же всех генералов России не представляется возможным.

Если даже закрыть глаза на ту часть генералитета, которая доблестно командует военными оркестрами, издательствами, врачами, ветеринарами (и даже фитосанитарами!) и архивами; если забыть о том, что десятки генералов благополучно делают карьеру в «Арбатском военном округе», маневрируя исключительно на ковровых дорожках кабинетов, то все равно никуда не деться от того факта, что в нашей стране теперь аж 36 ведомственных армий со своими собственными генералами. И всех этих людей с большими звездами на погонах надо кормить.

Яснее всего обстоят дела с Минобороны, МВД, ФСБ и СВР: наличие там генералов – дело естественное. Объяснимы генералы в ФСО и Минюсте (хотя, по большому счету, когда-то благополучно обходились и без них). Но в современной России полно генералов среди прокуроров и судебных приставов, инспекторов по надзору, регистраторов и контролеров, даже среди авиаперевозчиков, моряков, речников и железнодорожников они есть! А кто, как не генералы, должны возглавлять пожарных или горноспасателей? Полно у нас генералов юстиции, милиции и таможни. Имеются они и среди строителей и эксплуатационников в Минсвязи и Минтранспорте, экологов, финансистов, спортсменов, лесников и фельдъегерей. Не надо забывать и о мощном корпусе генералов – руководителей КБ, ПО, НПО, АО, ОАО, НИИ, ГНИ, ЦНИИ и прочих аббревиатур.

Если Африка превосходит весь мир по числу царьков, а далекий Парагвай давно и прочно удерживает первенство по количеству генералиссимусов, то Россия явно напрашивается на строчку в Книге рекордов со своим околовоенным генеральским корпусом.

Вот, к примеру, давний руководитель МЧС Сергей Шойгу. Министр, Герой России – все правильно и на своих местах. Но кто бы внятно объяснил, почему он – генерал армии?! Ныне это практически высшее воинское звание в России (согласно действующему Уставу, в армии может быть только один маршал). Сергей Кужугетович никогда, ни с кем и нигде не воевал – он что, без этих золотых погон спасателями и единороссами руководить не может?

Или вот заслуженный деятель искусств РСФСР, лауреат Государственной премии, начальник военно-оркестровой службы МО РФ, главный военный дирижер Николай Михайлов имеет погоны генерал-майора (его предшественник был генерал-лейтенантом) – его что, без этих погон музыканты оркестра слушаться перестанут?

Генеральские погоны предполагают, что человек, их носящий, является «компетентным, ответственным и входящим в профессиональную корпорацию людей, организующих управление насилием в интересах общества (в лице государства)». Обществу стоит поинтересоваться, каким именно образом военный дирижер, спасатель или ветеринар осуществляет подобного рода легитимное насилие.

Во всем мире форму и погоны традиционно носят считанные категории государственных людей: военнослужащие, полицейские, дипломаты (иногда) и пограничники (не везде). Все остальные категории чиновников исполняют свои функции в гражданской одежде. Но не в России.

Во-первых, генеральские звезды показывают определенную близость к власти и вес их владельца в общей системе управления страной (проще говоря – льстят). Во-вторых, наличие погон является практическим элементом силового давления для решения экономических проблем: одно дело, когда налоговиком является робкая тетенька, и совсем другое – когда грозный генерал. Наконец, высокое звание дает возможности получения дополнительных льгот (охрана объектов, личная охрана, получение бюджетных средств на оснащение и закупку оргтехники для охраны, а главное – половинная добавка к должностному содержанию, т.к. оклады у бюджетников скромные).

Звание генерал-майора означает, что его носитель управляет бригадой или дивизией, в составе которой около 10 тыс. человек и около 2,5 тысяч единиц боевой техники, и может иметь допуск к ядерным секретам. При чем здесь налоговики, лесники или та же военно-оркестровая служба?

Генерал-лейтенант – это категория командующего армией или флотилией, в которую входит 3-5 дивизий и армейский комплект частей. В подчинении у него около 50 тыс. человек, в его распоряжении около 15 тыс. единиц боевой техники, в том числе тактические и оперативно-тактические ракеты. Не правда ли, нужная вещь для приставов?

Генерал-полковник – это уровень командующего войсками округа, в состав которого входят несколько армий сухопутных войск, войска ПВО, ракетные войска и артиллерия, части и подразделения разведки, связи, РЭБ, инженерные, химические, тыловые и технические войска. Плюс в оперативном подчинении соединения пограничных, внутренних войск, авиации, спецчастей. Выходит, что общая численность личного состава – не менее 400-500 тысяч. Этот командующий способен организовать проведение полномасштабной фронтовой операции, в том числе десантной или противодесантной, в которой могут участвовать силы флота, авиации и сухопутных войск. Самое оно для спасателей…

Для сравнения: командующий Центрального командования ВС США в зоне Персидского залива – четырехзвездный (полный) генерал, его заместители – командующие американской группировки численностью около 250 тыс. человек – генерал-лейтенанты, а дивизиями командуют генерал-майоры. Если с такими мерками подойти, например, к Министерству по чрезвычайным ситуациям, то в нем на 60 тыс. спасателей и 400 тыс. пожарных не должно быть ни единого полного генеральского звания. А между тем у министра – генерала армии аж 5 заместителей в звании генерал-полковника. Неплохо иметь заместителей в том же звании, что и у начальника Генштаба, верно? Тем более, что это опять-таки оплачивает многострадальный бюджет.

Понятно стремление поблистать в генеральских погонах на приеме, в театре, на свадьбе у родственников и знакомых, в семейном кругу. Но если вдуматься в суть, то становится как-то неловко. Значение высокого символа – генеральской звезды на погонах – совершенно обесценилось. Разнообразные генералы очень любят полагающиеся им персональные машины, дачи и самолеты, и никто из них не задумывался о том, во сколько это обходится их нанимателю (нет, не президенту – народу). А уйдя с активной службы и попав, например, в Госдуму или Совет Федерации, они с чистой совестью голосуют за монетизацию чужих льгот, тщательно оберегая свои собственные. Хоть так реализуют, наконец, «управление насилием».

Игорь Яровой

Оригинал материала

«Утро.ру»