Россия, которая входит в состав Башкирии

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Из средневекового ханства в Москву приезжают люди и изымают адвоката

Оригинал этого материала
© "Новая газета", origindate::17.05.2004

Россия, которая входит в состав Башкирии

Юлия Латынина

На прошлой неделе с известным московским юристом Анатолием Блиновым [page_14927.htm случилась нехорошая история.]

Г-н Блинов и уфимский бизнесмен Василий Пиганов спорили за Имидж-банк. И в процессе этого спора уфимские следователи изъяли г-на Блинова из Москвы, увезли в Уфу и посадили в камеру.

Когда власть не в состоянии контролировать всю страну, отдельные регионы она выделяет в наследственные княжества.

Такие, как, например, [...] Башкирия, где власть от Муртазы Рахимова может перейти к Уралу Рахимову, которому пока как наследному принцу выделен самый лакомый фьеф — нефтехимический комплекс республики.

В таких регионах местные силовые структуры мутируют в янычар и делают вещи, удивительные даже по меркам ко всему привыкших россиян. Например, вступают в перестрелки с федеральными войсками.

Или вот, скажем, такая история.

Наша родная милиция иногда подрабатывает рэкетом. Ну там выбить долги с предприятий. Или обзавестись благотворительным фондом.

Но башкирское МВД пошло дальше. И заключило в лице министра Диваева официальный договор с благотворительным фондом «Народный дом социальной защиты» в лице г-на Фомичева о том, что вышеуказанное министерство «оказывает содействие Фонду в выполнении действий по погашению просроченной дебиторской задолженности».

И оказывали! И погашали! Заместители министра лично писали предприятиям приказы, сколько и по чьему приказанию отгружать. «Башнефть» выделяла «Народному дому» десятки тысяч тонн нефти для переработки.

А затем случилась неприятность. Главу фонда, трижды судимого Фомичева, повязали по четвертому делу — за сбыт фальшивых долларов. Но милиция не оставила друга в беде. На суде над Фомичевым выступил министр Диваев. И сказал, что Фомичев приобретал фальшивые доллары в рамках милицейской операции. Для разоблачения, значит, фальшивомонетчиков. Всего г-н Фомичев в рамках операции, как удалось установить суду, приобрел 150 тыс. фальшивых долларов.

Вопрос: 150 тыс. долл., да еще несколькими партиями, — не слишком ли большая статистическая выборка? Не мог ли уважаемый министр и уважаемый благотворитель остановиться на тысяче-другой фальшивых долларов?

Это я к тому, что Башкирия входит в состав России, примерно как Кокандское ханство при царе. Она как бы входит. Но порядки там свои.

И поэтому немного удивительно, когда из средневекового ханства в Москву приезжают люди и изымают адвоката, чего-то там не поделившего с уфимским предпринимателем.

Помимо всего прочего, это невиданная заушина федеральной власти. Представьте себе, что при царе-батюшке в Санкт-Петербург из Кокандского ханства явился тамошний нукер в парчовом халате и с плеткой-девятихвосткой и изъял петербургского купца.

В Кремле терпят башкирского президента по политическим причинам: если надо, он сможет обеспечить 105% проголосовавших за российского президента. Американцы тоже терпели Дювалье по политическим причинам. Но они бы не потерпели тонтон-макутов, изымающих американских граждан из Вашингтона.

Почему произошла такая вещь с московским юристом?

У меня есть маленькая гипотеза. Они связана с недавними выборами президента Башкирии.

Дело в том, что Кремль все-таки не очень был доволен обстановкой в Башкирии. И в результате этого недовольства на выборах 7 декабря у Муртазы Рахимова появился соперник — банкир Веремеенко, глава Межпромбанка и соратник близкого к Кремлю православного олигарха Сергея Пугачева.

Банкир вышел во второй тур, после чего президент Рахимов приехал в Кремль и имел продолжительный разговор с президентом Путиным. После разговора в Уфу пришло распоряжение: штаб Веремеенко закрыть, дверь опечатать, фотографию опечатанной двери прислать в Москву.

Говорят, что негласным условием опечатывания штаба была передача «Газпрому» контроля над нефтехимическими предприятиями республики. То есть те предприятия, которые сейчас составляют надел сына президента Рахимова (и которые незадолго до выборов были слиты в офшорки), должны были отойти к компании, которая плотно контролируется окружением президента Путина.

Штаб опечатали. Веремеенко проиграл. Прокурора, добившегося ареста акций нефтехимических предприятий, убили спустя несколько дней после выборов. Сотрудники штаба Веремеенко начали попадать в автокатастрофы. Кстати, одного из них, оппозиционного журналиста и главу радио «Ретро» Оскара Фазлыева, уфимские милиционеры тоже арестовали в Москве и повезли в аэропорт — уже в аэропорту его отбили.

Не берусь судить, стоит ли менять власть на нефтехимию. Дело в другом: «Газпром», насколько известно рынку, до сих пор ничего не получил. Бывает: власть, которая сама себя меняет на имущество, не получает имущества и теряет власть.

Но похоже, что башкирские силовики, молчаливо наблюдающие за борьбой под ковром двух бульдогов (по имени Путин и по имени Рахимов), сделали из нефтехимической истории практические выводы.

И выводы эти, как я могу предположить, были таковы: Башкирия больше не входит в состав России. В Башкирии можно убить прокурора, фактически игравшего на стороне Кремля.

А вот Россия входит в состав Башкирии. И башкирские следователи могут вывезти из Москвы [...] юриста, что-то там не поделившего с уфимским предпринимателем.