Руль по ветру

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


Ведущий «Музобоза», прятавшийся за черными очками в начале 90-х, в середине 2000-х так же удачно спрятался за черным костюмом чиновника, назвав эту перемену «взрослением». Думается, напрасно возмущаются те, кто видят в Демидове ренегата: он действительно взрослел вместе со своим временем, удивительно точно повторяя логику его развития. Когда в чести были журналисты и телеведущие — Демидов был на телевидении, когда спросом стали пользоваться бизнесмены и менеджеры — ушел в управленцы, когда возродилась религиозность — крестился, когда в моду вошла стабильность — вступил в «Единую Россию»… Теперь вот человек-самоучка, заочник, без опыта в кино, стал заместителем министра культуры, курирующим кинематограф. Это не просто «удача», как в один голос называют повышение Демидова его друзья, это примета времени. Поэтому биография «Иван Иваныча», случись кому-то писать историю сверхновой России, послужила бы ценнейшим материалом для исследователя — как конъюнктурно-образцовая.

«Дайте кильки в томате!»

Уроженец Сызрани Иван Демидов в интервью «МК» сам назвал себя «обыкновенной российской лимитой». Лимита, впрочем, не шпана — еще в родной самарской школе N 16, как вспоминают его учителя, Иван Иваныч успел зарекомендовать себя мальчиком примерным. Учился так себе, зато всем нравился.

— У него были удивительно хорошие отношения со старшими братьями, с семьей,— вспоминает Елена Жиляева, которая в конце 70-х была завучем школы, где учился Демидов.— Это редкое качество, когда человек умеет слушаться старших, а он умел. Вообще, семья у него была хорошая, крепкая.

В подтверждение своих крепких семейных связей Демидов, обосновавшись на телевидении, перетащил туда обоих своих старших братьев — Владимира и Анатолия. «Прямо как сказочный Иванушка»,— добавляет завуч. В разное время иванушкины братья работали над его дочерними проектами. Любимый брат Анатолий, например, сейчас является генеральным директором телеканала Amazing life.

Хотя студенческая жизнь прошла мимо Демидова (он пару раз провалил экзамены в МГУ), «свои университеты» у него все-таки были. Первый телевизионный опыт нынешний заместитель министра культуры приобрел еще в Самаре (в то время Куйбышев), когда в 4-м классе записался в местную детскую и юношескую телестудию «Товарищ» — одну из старейших в России, конкурс в которую достигал 10 человек на место. Так примерный Ваня точно обозначил свою позицию: неформальному распеванию песен в подъездах он предпочел перспективно-пионерские формы занятости. А значит, кажется вполне искренним его признание середины 2000-х: «Простым государственником был всегда».

— Он был талантливым ребенком и любил играть в проблемных спектаклях,— вспоминает Лилия Тарасова, основатель и педагог телестудии.— Вы бы видели, как он изображал мальчика, уговаривающего мать вернуться к отцу: «Мама, мама, что ты делаешь! Мама, он ведь болен!» Все девушки рыдали. Ваня им очень нравился. Каждая третья у меня в телестудии была в Ваню влюблена.

Ваня отвечал противоположному полу взаимностью, и, как рассказывает его товарищ по телестудии, а ныне актер Самарского театра драмы Владимир Сухов, «знакомился Иван театрально, с выдумкой». Каждое третье свидание, впрочем, так же театрально и заканчивалось — когда вчерашняя подруга Демидова вдруг встречала его на улице с подругой новой. Или — что еще хуже — когда обе приходили на свидание.

Такие накладки, однако, не преступали рамки общественно-подростковой морали, и шалопаем будущего рулевого «Музобоза», картинно швыряющего бумагу в телезрителей, никто не считал. Скорее уж «свойским парнем», потому что ценное умение слушаться старших он счастливо сочетал с еще одним полезным ныне навыком — держаться своих и не выделяться.

KMO 129437 00001 1 t206.jpg

В конце 70-х Демидов был своим для пионерии... Фото: архив телестудии "Товарищ"

— Хотя его отец занимал довольно высокую должность в местном управлении связи и семья жила обеспеченно, сам Иван всегда был очень непосредственным, простым,— говорит Лилия Тарасова.— Помню, как-то раз мы с ребятами из телестудии отправились в экспедицию под Сызрань — спасать мальков рыб. Было в советское время такое развлечение для юношества. И рыбаки, которые проплывали мимо нашей стоянки, давали нам стерлядь — настоящую, свежайшую, очень вкусную рыбу. И вот я сварю уху, зову всех есть, а Ване не нравится: вкус непривычный. Он меня всегда спрашивал, не осталось ли кильки в томате. Думаю, сейчас, раз он стал замминистра, да еще и культуры, вкус у него должен улучшиться.

Московское освещение

От классической лимиты Ивана Демидова, впрочем, отличает важное обстоятельство: он не сам подался в столицу на заработки, а степенно переехал вместе с семьей, когда отец получил должность замминистра связи СССР. Так что Демидов — потомственный замминистра.

Династийный путь, впрочем, был для Вани поначалу не прям, а слегка тернист — без студенческой корочки Иван Иваныч загремел в армию, где, правда, удачно распределился на базу ВДВ в Литве. Там он, по собственному признанию, «совершил 18 прыжков с парашютом». Закончив с прыжками и мечтами о высшем образовании, Демидов стал делать то, что умел делать с 4-го класса,— работать на телевидении. Сначала в качестве простого осветителя, потом поднялся до администратора молодежной редакции, а к 1989 году дорос до режиссера знаменитой программы «Взгляд».

— Это были годы сумасшедшей работы для Ивана,— вспоминает Владимир Сухов.— Когда он еще числился осветителем, я частенько приезжал к нему в Москву, мы шли за Cherry Brandy, покупали закуску — гречку и так отмечали встречу где-нибудь во дворе Театра Ермоловой. Просто не было времени по-человечески посидеть.

— Осветители у нас вообще были ребята боевые,— рассказывает Анатолий Лысенко, президент Международной академии телевидения и радио, один из «крестных» Демидова на телевидении.— Иван Иваныч, как его все звали, отличался тем, что всегда фонтанировал идеями, даже когда его никто не просил. Было много дурацких предложений, но много и настоящего таланта. Шустрый был парень, и очень всем нравился: и мне, и Ворошилову, и Сагалаеву. Потом, у него имелись, по крайней мере, две благоприятные особенности: Демидов умел работать и в работе ему всегда везло.

Некоторое время «простому государственнику» Демидову удавалось удачно сочетать телевидение с уличной коммерцией: у метро «Красногвардейская» он по выходным торговал пепси-колой. В 1996 году Демидов пояснял журналистам: «Это были не какие-нибудь лотки — это были а-ме-риканские палатки. С а-ме-риканским напитком», «престижнейший вид бизнеса».

Романтика 90-х захватила примерного мальчика с пионерской закалкой: он влился в коллектив создателей телекомпании «ВИД», придумал «Музобоз», превратив свое собственное лицо в бренд (о том, что скрывается за черными очками Демидова, гадала вся страна).

— В тот момент он был очень горд собой, очень хорош,— считает Владимир Сухов.— Как победно он улыбался, когда привез к нам в Самару Женю Белоусова! Тогда рулевой «Музобоза» казался нам всесильным.

На телевидении Демидов даже успел познакомиться со своей супругой Еленой: свадьбу праздновали несколько дней, при стечении многочисленных друзей Иван Иваныча, которых оптом заселили в гостинице «Ленинградская». Более того, при таком сумасшедшем графике Демидов умудрился-таки получить диплом заочника Пятигорского педагогического института.

Переломный момент

Активность 90-х, впрочем, политические чувства Демидова почти не затронула. Как отмечает Анатолий Лысенко, он всегда больше интересовался творчеством, чем победившей демократией. Сам же Иван Иваныч в середине 2000-х откровенно признал: «Я, наверное, никогда не был ни либералом, ни по большому счету западником. Даже во времена «Взгляда» и «Музобоза»".

С приходом на ТВ-6 в 1994 году этот неполитический крен только усилился. Под началом Демидова канал запустил не менее 40 оригинальных программ, большинство из которых были развлекательными, в частности легендарная «О.С.П.-студия».

— Конечно, Демидов не создавал сам нашу программу, но он как продюсер нес за нее ответственность, как и за все, что происходило на ТВ-6,— рассказывает Михаил Шац, продюсер спецпроектов телеканала СТС, один из основателей «О.С.П.-студии».— Тогда он был харизматичным и ярким лидером, с ним хотелось работать. Но, к несчастью, тот Иван Иваныч исчез около 15 лет назад. Сейчас мы видим совсем другого человека, с которым у нас вряд ли найдется несколько общих тем.

Изменения действительно имели место: вероятно, как раз с середины 90-х начался тот процесс, который Демидов потом назовет «взрослением». Иван Иваныч, сняв очки и отказавшись от работы на публику, а также успев развестись, решил «делать себя сам».

— Он очень много стал читать,— говорит Анатолий Лысенко.— Я постоянно видел его с какой-нибудь умной книжкой. Спрашиваю: «Ваня, ты что это?» — «Учусь».

Самарский друг Иван Иваныча Алексей Крылов, исполнительный продюсер ВГТРК «Самара», вспоминает, что читать Демидов любил с детства: у них дома была шикарная библиотека. Только какое-то время это казалось немодным, а теперь снова пришлось по душе «простому государственнику».

В это же время Иван Иванович совершил другой сознательный шаг — крестился.

— Я стала его крестной матерью,— рассказывает Марина Брусникина, помощник художественного руководителя МХТ им. А.П. Чехова.— Креститься — было глубоким и очень ответственным решением Демидова. Он искал внутреннего роста, оставаясь человеком по-хорошему жадным до образования, до людей. И сегодня он, кстати, ходит на все мои спектакли в МХТ — стремится к искусству.

Религиозность Демидова скоро стала заметна окружающим: по его инициативе состоялась встреча коллектива ТВ-6 с нынешним патриархом, а тогда митрополитом Смоленским и Калининградским Кириллом. Чтобы редакция знала, что такое церковь, как она возрождается и как с ней надо говорить.

— Позже, в 2003 году, когда Демидов покинул ТВ-6, на экраны вышла его программа «Русский взгляд», посвященная православию,— поясняет Роман Лункин, религиовед, ведущий эксперт Института Европы РАН.— К ней, конечно, можно относиться скептически, но по сравнению с тем, что существовало до нее, с тем же фундаменталистским «Русским домом», Демидов сделал очень хороший продукт. Надо признать, что в качестве православного миссионера он был корректен и умерен. Его следующий проект — православный телеканал «Спас» — вышел более скучным, однако опять же на фоне всего прочего (например, канала «Союз») он вполне адекватен.

KMO 121006 01635 1 t206.jpg

...а в начале 90-х — для нового телевидения

Религия, в соответствии с логикой времени, все больше удаляла Демидова от телевидения и в то же время все сильнее сближала с властью. Так, уже в 2005-м он оказался советником по делам молодежи в ЦИК «Единой России».

Партия и рулевой

Партия большинства поручила Демидову как ответственному за православие курировать юношеские души членов «Молодой гвардии», одного из провластных объединений, которые массово создавались в те годы. Вместе с «рулевым» в совет организации вошли режиссер Федор Бондарчук и координатор молодежной политики ЦИК «Единой России» Андрей Турчак. Демидов, уже почтенный человек и член партии, попытался возродить свой азарт 90-х, чтобы достучаться до сердец молодежи. К движению присоединялись новые и неожиданные члены — например, Алексей Радов, бывший нацбол, сын писателя Егора Радова и певицы Умки. У »молодогвардейцев» появилась своя кузница кадров, с таким же сложносокращенным названием, как и «Музобоз», «Политзавод». Наконец, Демидов покончил с политкорректностью и сделал решительный шаг навстречу великодержавности, создав «Русский проект» — онлайн-ресурс, который, по словам самого Демидова, должен был стать «пунктом сбора всех, кто в собственной биографии помимо граф «родился, женился, учился» вписывает или хочет вписать «русский»".

Однако — не в пример пижонским 90-м — в эпоху стабильности пиар-ходы Демидова оказались провальными. Выпускники «Политзавода» превратились в залежалый товар и на выборах 2008 года смогли попасть в местные заксобрания только двух областей. «Русский проект», как рассказали «Огоньку» его тогдашние модераторы, оккупировали националисты позубастее «простого государственника», портал пришлось жестко цензурировать, а после выборов руководство «Молодой гвардии» сочло за благо его тихо прикрыть — будто и не бывало вовсе. Новые кадры тоже подкачали: член политсовета Алексей Радов заявил, что в организации «вместо демократических ценностей утверждаются авторитарные идеалы», и ушел, хлопнув дверью. Так что не сложились у Демидова нулевых контакты с юношеством.

— Но в это время он уже был замечен Сурковым, стал человеком его команды, близким по духу и взглядам кремлевскому идеологу,— рассказывает Алексей Макаркин, вице-президент фонда «Центр политических технологий».— Поэтому Демидова не могли просто «уйти». Он будет следовать за своим патроном: в администрацию президента, в правительство — на разные, возможно, и менее ответственные должности.

В администрацию президента, в ее самый потаенный отдел — управление внутренней политики — Демидов был препровожден в 2009 году. Черный костюм сотрудника управления, казалось, скрыл его от публики, он почти исчез из СМИ и, по уверениям друзей, даже с ними стал меньше общаться. Назначение ответственным секретарем Комиссии по противодействию фальсификации истории в ущерб интересам России — и то прошло незамеченным. Единственный раз фигура Демидова вынырнула из информационного небытия в связи со скандалом, причем, по иронии судьбы, опять молодежным. На беду именно Демидову случилось организовывать первую встречу Дмитрия Медведева, тогда еще президента, со студентами журфака МГУ. Встреча вызвала шквал негативных откликов: студентов к президенту не пустили, а фотокамеры предательски заметили, что Демидов — кумир 90-х — как раз и был среди тех, кто не пускал. Репутационные потери, словом, произошли. Но на карьере никак не отразились.

— Теперь трогательный творческий альянс Демидова и Суркова длит свое существование в правительстве,— поясняет Алексей Мухин, гендиректор Центра политической информации.— Там, конечно, безопаснее: главное, чтобы отечественная история опять не начала переписываться, теперь на экранах кино.

Для Демидова назначение на должность замминистра культуры еще и способ занять новое тихое место, где можно будет рулить по всем правилам незаметной кулуарной политики. Каково от этого будет кинематографу — волнует только самих кинематографистов, соображения которых, в свою очередь, совершенно не волнуют режиссеров кадровых перестановок. Еще бы: политкино важнее реального.