Русский на права лезгина

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск


"Беспрецедентная история с назначением главы управления Федеральной налоговой службы РФ по, начавшаяся еще осенью прошлого года и принявшая скандальный оборот нынешней зимой, получила вчера долгожданное завершение. Пост главы УФНС, пустовавший с осени, официально занял теперь уже бывший вице-премьер правительства Николай Чичварин.

Николаю Чичварину 55 лет, он родился в Махачкале и работал сначала в местной парторганизации КПСС, а затем в республиканском министерстве финансов, пока в 2006 году ему не был предложен портфель вице-премьера. Приход г-на Чичварина в УФНС означает определенный компромисс, но в то же время и аппаратную победу президента Муху Алиева. Главным налоговиком республики в итоге стал человек из его команды, хотя и русский по происхождению.

В истории с УФНС этнический компонент как-то сразу затмил компонент аппаратный, который на самом деле был значительно важнее. Дело в том, что в исторически сложилась система распределения должностей сообразно этнической принадлежности претендентов. Это связано с уникальной этнической пестротой самого южного российского региона, диктующей определенные правила представительства разных народов в институтах власти -- правила неписаные, но очень важные. Первые три должности -- посты главы республики, главы заксобрания и главы правительства -- традиционно делятся между тремя крупнейшими этносами -- аварцами (действующий президент), даргинцами (спикер) и кумыками (премьер). На соответствующие неформальные квоты поделена и вся остальная пирамида власти, включая муниципалитеты, ректораты институтов и должности главных врачей больниц.

До осени 2008 года пост главы УФНС считался лезгинским. Это было особенно важно, поскольку в 2006 году, почти сразу после своего прихода к власти, президент Муху Алиев добился увольнения другого облеченного властными полномочиями лезгина -- прокурора Имама Яралиева, который занимал свое кресло очень долго и казался несменяемым в принципе. Увольнение г-на Яралиева было ярким антикоррупционным шагом, который воодушевил многих, но только не лезгин: на лезгинском юге начала созревать этническая оппозиция новой дагестанской власти. Лояльный президенту Алиеву лезгин Назим Апаев в должности главного налоговика республики должен был помимо прочего демонстрировать, что институциональные права лезгин никто ущемлять не собирается.

Считается, что Назим Апаев сам написал прошение об отставке по возрасту. Но президент Муху Алиев рассказал несколько недель назад в своем подробном интервью, что г-на Апаева неожиданно для всех уволил глава Федеральной налоговой службы Михаил Мокрецов. Который сам сказал об этом г-ну Алиеву в телефонном разговоре. В этом же разговоре выяснилось, что кандидатуры на место Назима Апаева у ФНС нет, после чего собеседники договорились согласовать ее в ближайшие недели.

После этого президент несколько раз беседовал насчет главного налоговика республики и с г-ном Мокрецовым, и с его непосредственным начальником, вице-премьером, министром финансов РФ Алексеем Кудриным, однако кандидатуры все не было. Пока наконец в начале февраля 2009 года в Махачкалу неожиданно не приехал Владимир Радченко, за несколько лет до этого уволенный из УФНС по Карачаево-Черкесии.

В начался скандал. Г-на Радченко сначала пытались развернуть на границе республики, а затем на его пути к рабочему месту возник довольно многочисленный пикет протестующих граждан. Журналисты и московские эксперты, привыкшие списывать любые кадровые сложности в на неформальную систему этнических квот, сочли, что здание УФНС пикетируют лезгины, недовольные назначением русского. Махачкалу немедленно уличили в национализме. Однако тем, кто присмотрелся к ситуации более внимательно, сразу стало ясно, что проблема не в русских и не в лезгинах, а в источнике назначения.

Владимир Радченко оказался назначен в без согласования с президентом республики. В результате местные элиты сразу и не без основания сочли это пробным шаром кампании по замене главы республики, запущенным ровно за год до истечения первого президентского срока Муху Алиева. В итоге пикет вокруг здания УФНС выставили отнюдь не лезгины, а аварцы, лояльные г-ну Алиеву, в частности мэр Хасавюрта и герой ополчения 1999 года Сайгидпаша Умаханов. При этом провести Владимира Радченко на работу пытались другие аварцы, например глава Кизлярского района Сайгид Муртазалиев, избранный на свой пост вопреки воле президента и ориентирующийся, по некоторым данным, на богатейшего дагестанца в мире, московского бизнесмена лезгинского происхождения сенатора Сулеймана Керимова.

Миллиардер Керимов год назад встал на налоговый учет в, и его подоходный налог составляет значительную часть налоговых сборов региона. Вполне возможно, что если не сам Сулейман Керимов, то кто-то из группирующихся вокруг него московских дагестанцев мог лоббировать назначение «своего человека» Радченко на этот ключевой пост. Во всяком случае, такова версия официальной Махачкалы.

В итоге г-н Радченко хотя и побывал на месте своей вероятной новой работы, но провел там совсем немного времени. По его словам, его вывели из здания вооруженные люди, которые угрожали ему оружием и обещали убить, если он не покинет республику. Г-н Радченко публично обвинил в случившемся сына Муху Алиева, Гаджимурата, который занимает должность одного из заместителей главы УФНС, и поспешил уехать из под милицейской охраной, которая проводила его до Черкесска. С тех пор о Владимире Радченко ничего не известно -- и это само по себе дает основания признать правоту дагестанских чиновников, которые сочли попытку его назначения результатом некорректного лоббизма и коррупции. В противном случае федеральный центр едва ли так спокойно отказался бы от дальнейших попыток вернуть претендента в его кабинет.

Махачкала, которой теперь было особенно важно избежать обвинения в национализме и предубеждениях против этнических русских, напомнила всем о довольно большом количестве русских чиновников в местной системе управления и подобрала несколько русских кандидатур на должность главы УФНС. Явным фаворитом изначально был именно Николай Чичварин, много лет работавший в местном минфине и отлично разбирающийся в теме. Но оказалось, что сторонники назначения Радченко и после его провала достаточно сильны для того, чтобы блокировать любую другую кандидатуру.

Несколько недель назад, спустя полгода после увольнения Назима Апаева и почти три месяца после скандала с Радченко, Муху Алиев с изумлением сообщил СМИ о собеседовании, которое г-ну Чичварину зачем-то пришлось пройти на приеме у федерального министра обороны Анатолия Сердюкова, ранее, правда, занимавшего пост главы Федеральной налоговой службы. Сам президент, который необычайно подробно рассказал о своих попытках добиться в Кремле хоть какого-то назначения в УФНС, сообщил о своих многочисленных беседах с главой ФНС Михаилом Мокрецовым и с заместителем главы администрации президента РФ Владиславом Сурковым. И, наконец, о встречах с Владимиром Путиным и Дмитрием Медведевым, которым он изложил свое видение ситуации. Первые лица страны поручили во всем разобраться министру финансов Алексею Кудрину, результатом чего и стало, по всей видимости, назначение г-на Чичварина.

Муху Алиев, несмотря на нетипичную для российского губернатора и тем более для северокавказского президента откровенность в подробном рассказе о московских аппаратных сложностях, был предельно сдержан и корректен. Но в явно сделали вывод о существовании некоей группы «московских дагестанцев», которые склонны рассчитывать на деньги Сулеймана Керимова и его лоббистские связи в администрации президента РФ. Целью этой группы может быть замена президента. Кандидатом необязательно должен быть богатый предприниматель или известный деятель диаспоры. Им может стать и кто-то из местных, например олимпийский чемпион по вольной борьбе из Кизляра аварец Сайгид Муртазалиев, поддерживающий дружеские отношения с президентом соседней Чечни Рамзаном Кадыровым и стремящийся, кажется, быть на него похожим. Но местные эксперты предупреждают: несложные лекала, удачно опробованные в Чечне, не годятся для того, чтобы перекраивать по ним, сложный и многоплановый, как целая отдельная страна.

Вчера в истории с назначением главы УФНС была поставлена точка, и поставлена она так, как хотелось Махачкале. Муху Алиев смог убедить Кремль в своей правоте и теперь может добавить несколько баллов в свой баланс, с которым он подходит к концу первого срока. Но скорее всего налоговый сюжет лишь первая из интриг, которые будут продолжать оппоненты президента в Махачкале и Москве. В первую очередь они постараются убедить Кремль в том, что назначение Чичварина -- непростительная уступка местным элитам. Г-на Алиева ждут непростые месяцы. Если Москва не решит переназначить его, не дожидаясь окончания срока, ему придется иметь дело с целой когортой конкурентов. В шутят, что президентом этой республики хочет стать каждый родившийся в ней мужчина. И в этой шутке есть большая доля правды. "