Рыбы и прилипалы

Материал из CompromatWiki
Перейти к: навигация, поиск

03.09.2003, Фото: dosye.ru Рыбы и прилипалы Для Александра Владиславлева менять маски - привычное дело
"Единство" — это виртуальное название, 
которая является партией власти, 
но партией не является".
Александр Владиславлев,
 секретарь политсовета движения "Отечество",
апрель 2000
Владимир Наумов Двадцать лет назад
Converted 14933.jpg

Александр Владиславлев
Первый раз я увидел Александра Павловича Владиславлева двадцать лет тому назад. Маленький литовский поселок, затерявшийся в дюнах побережья, практически все жители которого работали в пансионате Всесоюзного общества «Знание», кипел как потревоженный улей. Вся обслуживающая рать, вооружившись тряпками и метелками, мыла, скребла и подметала все, до чего только можно было добраться. А все отдыхающие, как говорили местные жители, «пенсионата», даже самые неугомонные, куда-то попрятались. Литовская деревня жила ощущением важности момента.

Чуть ближе к полудню, рядом с пансионатом заскрипели тормоза директорской черной «Волги», а затем из нее вместе с пожилым алкашом - директором вылез не менее красный и почти задохнувшийся человек. Все замерли — это и был тогдашний зампред Всесоюзного общества «Знание», а ныне известный политический деятель Александр Владиславлев. За те прожитые им в пансионате «Прейла» три дня местная публика успела привыкнуть к Александру Павловичу, да в общем-то, и привыкать особо было не надо, он предпочитал поменьше показываться на людях, обращая на себя внимание только тем, что для каждого посещения туалета (что поделаешь — деревня, она и есть деревня, отхожие места там во дворе), находящегося в 50-ти метрах от начальнического места пребывания, Владиславлеву подавалась все та же директорская «Волга», причем сам директор сидел за ее рулем. Однако, процесс торжественного выезда большого начальника в сортир постепенно перестал волновать окрестный люд, ибо это мероприятие не радовало глаз своим разнообразием. Владиславлев, прожив три дня, исчез из пансионата как-то незаметно. И единственной, кто его, наверное, запомнил надолго, была совсем не первой молодости совершенно не знавшая русского языка местная дворничиха, всякий раз красневшая при упоминании его фамилии.

Мне в своей жизни приходилось видеть много разного среднего и мелкого партийного начальства, однако, первая встреча с Александром Павловичем запомнилась надолго. А Вы, отец, партийный?
Александр Владиславлев любит публиковать свои биографии. Но они почти также невнятны как и все, что выходит из-под его пера. Если полазить по зарослям электронной сети Интернет, то только там можно найти не один десяток этих, всегда различающихся документов. Если же начать читать всякие бумажные издания, то эта цифра будет сразу же превзойдена в несколько раз. Один мой старый знакомый, служивший в 70-е годы инструктором райкома КПСС, рассказывал мне тогда: «Ты знаешь, как мы любим заставлять людей писать на себя автобиографии, а затем сравнивать и сравнивать их. Обычно это приносит результат. Но есть люди, которые сами при первом удобном случае готовы написать на себя эту бумагу. Вот к таким я отношусь с опаской. Им наверняка есть, что скрывать». И показал мне на несколько тяжеленных папок личных дел, стоявших отдельно в углу. Именно это предупреждение старого доброго Романа Захарыча я и вспомнил, читая многочисленные рассказы о жизненном пути г-на Владиславлева. Что же хочет скрыть ныне дослужившийся до высоких партийных постов бывший аппаратчик весьма среднего уровня?

Теперь в разных компаниях Александр Павлович любит рассказывать о том, что его дед Константин Владимирович, был священником и учителем будущего митрополита Питирима (Нечаева). В каком-то смысле это — правда. Его дедушка прожил бурную, временами совсем не священническую жизнь. После октябрьского переворота Константин Владимирович был одним из тех, кто участвовал в создании «альтернативной» русскому православию, но бывшей в фаворе у Ленина церкви «обновленцев». Тех самых попиков, которые решили прилипнуть к советской власти и с амвона призывали верующих толпами вступать в коммунистическую партию и благословляли «красный террор». Естественно, подобная публика была отлучена Патриархом Тихоном от православной церкви и была вынуждена сменить стихарь на кожаны с тужурками. Однако, над помещениями церквей властвовал не Патриарх, а Ленин, а потому Константин Владимирович и нашел себе уютное местечко в храме Воскресения Словущего. Где и занимался промыслом божьим, вовсе даже и без Патриарха.

Уже тогда бравый дедушка Владиславлев занимался в рамках компетенции соответствующих инстанций подбором кадров для разрешенной генсеком российской церкви, составляя характеристики ее новым рукоположенным. Не чурался он и других заданий своего ведомства, так что учеником его митрополит Питирим мог быть совершенно в разных ипостасях. Однако, в свое время и Константину Владимировичу пришлось вернуться в лоно митрополитов, которые «позабыли» его обновленческие шалости.

Отец Александра Владиславлева, некто Павел Иванович Крылов, пропал без вести в 1942 году, во время бесславной харьковской авантюры. Потом родственникам Владиславлева стоило больших трудов переписать все бумаги на то, что Крылов, дескать, не пропал без вести, а погиб. Поскольку были вполне определенные свидетельства, что он сдался добровольно в плен. Однако, от греха подальше Саше решили сохранить не отцовскую, но материнскую фамилию. Тем не менее, несмотря даже на наличие номенклатурно-православного дедушки, Александр Крылов (Владиславлев) попал в спецраспределитель, а оттуда в спецдетдом, куда направляли ЧСИР (членов семей изменников родины). Что стоило Константину Владимировичу вернуть своего потомка из детского дома тюремного содержания, знает только Всевышний. Буйные годы отрочества
Александр Владиславлев окончил с золотой медалью школу для бездельных деток московских госчиновников (как он туда попал, думаю, объяснять не надо). Кто помнит тогдашнюю практику выдачи золотых медалей, для того не будет особым откровением то, что на данную школу каждый год выделялось не менее десяти золотых медалей. Естественно, самые умные люди в СССР были детьми чиновников и партийных руководителей.

После окончания школы комсомолец Владиславлев попытался поступить во ВГИК, но не поступил, провалившись на творческом конкурсе. Однако, теперь он всегда вставляет в свою биографию учебу в этом престижном заведении, для придания своей фигуре артистичности, что ли?

В действительности Александр Павлович был куда как более прагматичным. И поступил в Московский Институт Нефтехимической и Газовой Промышленности (МИНХиГП), где начал усиленно продвигаться по комсомольской линии. И попал в струю. Летом 1954г. он в качестве комсорга отправился вместе с другими поднимать казахскую целину. Следуя заветам Никиты Сергеевича Хрущева. В те же времена, что и Владиславлев в МИНХиГП учился и Юрий Михайлович Лужков. И также ездил на целину. Уже во времена теперешней новой России Александр Павлович постоянно напоминал мэру Москвы о том, что они знакомы еще с тех времен. Юрий Михайлович сначала отмалчивался, а потом «вспомнил». Недаром чувству политической целесообразности Лужкова завидуют многие.

В годы учебы в институте Владиславлев был примерным комсомольцем, за что был награжден годовой стажировкой в бухарестском Институте нефти, газа и геологии, а после окончания учебы оставлен на кафедре своего же института. Уже в те времена ни для кого не было секретом, что комсомольский босс Владиславлев обязан своей карьерой умелому общению с институтским особистом. И вот в 1961 году настал звездный час Александра Владиславлева, он избирается первым секретарем Октябрьского райкома комсомола г.Москвы, в этой должности принимает участие в создании Университета Дружбы народов им. Патриса Лумумбы после чего вступает в КПСС. Затем переводится на должность заведующего отделом Комитета молодежных организаций СССР. Известной крыши для молодых сотрудников КГБ. И все шло прекрасно. Но… Мордой в грязь
Что-то там не получилось у Александра Павловича, его прямая партийно-служебная карьера дала резкий сбой. Существует много версий случившегося. Самая правдоподобная из них заключается в том, что Владиславлев проявил несвойственную хорошим аппаратчикам тупость, не сообразив, что игры в открытость и шестидесятничество всего лишь игры. Меньше трепаться надо. Впрочем, есть и другая, не менее правдоподобная версия, Александра Павловича (тогда еще Шуру) отличала какая-то странная до маниакальности любовь к женщинам лет на 20 старше себя. А его непосредственный начальник (сами понимаете, по какой линии) не любил шашни вокруг своей жены. Так по-дурацки и порушилась карьера. И он был вынужден вернуться в свой старый губкинский институт. Конечно, все знали, что Шура — стукач, хоть и неудавшийся, а потому его научная карьера была стремительной. Уже в 33 года он стал доктором наук. Однако, ощущение того, что самые лучшие годы проходят бесцельно, не оставляло нашего героя.

Максимум того, что смог достигнуть Владиславлев, и была должность зампреда Всесоюзного общества «Знание». Кто о чем знает?
Всесоюзное общество «Знание» — это была такая всесоюзная кормушка. В руководстве там кормились отставные, либо неудачливые аппаратчики, которых по разным причинам поперли или из партийного аппарата, или из спецслужб. Пониже всякого рода люд, приближенный к марксистско-ленинской идеологии, также пытался кормиться, заколачивая довольно средние гонорары во всяких там университетах марксизма-ленинизма. Такая параллельная политпросветучеба, гордо называемая «образованием для взрослых». Более-менее понятно, что руководящие должности эти весьма смахивали на синекуру. Так вот, в качестве двух зампредов в этом обществе «Знание» и оказались бывший глава КГБ СССР Владимир Семичастный и наш герой.

За те долгие годы, что они существовали в этом отстойнике, они подружились, что было абсолютно естественно. Хотя дружба эта очень напоминала отношения рыбы-акулы и рыбы-прилипалы. От опального Семичастного отвернулась вся его бывшая свита, а Владиславлеву никогда в жизни не приходилось работать с каким-нибудь более-менее известным человеком. К этому времени Александр Павлович понял, что его техническая специальность (что-то там нефтяное) уже никогда ему не понадобится. И стал писать занудно-пространные статьи о марксизме-ленинизме, гуманитарном (в марксистско-ленинской трактовке) образовании для взрослых и т.д. А поскольку он был тоже начальник, то его статьи с удовольствием печатались во всяких научных сборниках того же общества «Знание». У меня сохранилась пара штук. Редкая абракадабра!

Вообще Владиславлев нравился Семичастному, который при Горбачеве опять стал входить в моду. Владиславлеву же это помогло спикировать и прилипнуть к когорте горбачевских перестройщиков. Он даже был назначен на пост Министра образования СССР, но тогда еще кадрами заведовали не самые глупые чиновники. Короче, Александр Павлович, не приступая к работе, был вынужден отправиться возглавлять Всесоюзный совет научно-технических обществ. В это время Владиславлев коллекционировал названия и звания как изголодавшийся. Он был вице-президентом Международного Совета по образованию взрослых, членом Всесоюзного Центрального Совета Профессиональных Союзов и многое-многое другое.

Горбачевские чудеса продолжались. Он, не имевший никогда никакого отношения к экономике, в 1988г. становится членом Государственного Совета по экономической реформе. А его основное место деятельности, которое теперь называлось Союз научных и инженерных обществ, становится учредителем первых кооперативов и совместных предприятий. В частности, самый известный в те времена кооперативный туалет на Тверской действовал также под руководством Александра Павловича. Впрочем, о пиететном отношении к сортирам мы уже писали. Пришел черед делать политику и Владиславлев стал народным депутатом СССР от своей туалетно – учредительской конторы. Однако, при всем при том, крупные деньги в руки Владиславлеву пока не давались.

Перечислять все комиссии и комитеты, в которых тогда вертелся горбачевский выдвиженец, бесполезно. Не хватит никакого места. В ноябре 1991 года он даже достиг своей любимой мечты и в течение месяца побыл в должности первого заместителя министра иностранных дел СССР. Но СССР развалился и Владиславлев погрузился в другую жизнь. И мореплаватель, и плотник
Жизнь Владиславлева после 1992г. четко делится на две части: коммерческую и аппаратную. Как и у многих. Естественно, коммерческая часть всячески прячется, а аппаратная пытается быть названа политической. Вернуться в ранг депутата, впрочем, Александр Павлович мечтал все это время. В 1993 году он пытался пройти в ГД по списку «Гражданского союза», который был развернут его тогдашним бывшим большим другом Аркадием Вольским в качестве политического крыла ныне хорошо известного Российского Союза Промышленников и Предпринимателей (РСПП). Неудачно. В 1995 году Владиславлев баллотировался по списку «Вперед, Россия!», возглавляемого Борисом Федоровым. Неудачно. Однако, за это время Александр Павлович в очередной раз сменил лицо и из горбачевского перестройщика стал радетелем интересов «красных директоров». Впрочем, менять маски Владиславлеву было уже в привычку. Прилипало все. И один из главных защитников отечественного предпринимательства, вплотную этим самым предпринимательством и занялся.

Так сложилось, что основным предметом интересов Владиславлева стала цементная промышленность. Если не считать его крайне неудачного опыта хозяйствования в ЗИЛе, откуда Владиславлев был вынужден уйти со скандалом. В конце 90-х он умудрялся возглавлять две конкурирующие цементные компании «Альфа-цемент» и «Штернцемент», будучи и там, и тут председателем совета директоров. И получая за это вполне конкретную зарплату. Только официальная ее часть составляла более полумиллиона деноминированных рублей (еще до дефолта). В задачу Владиславлева входило лоббировать интересы этих структур в разных органах власти, что он и делал, используя свой пост в РСПП. Напомним, «Альфа-цемент» — структура, принадлежавшая мастеру всяких «хитрых» финансовых схем Борису Федорову, а «Штернцемент» — до последнего времени принадлежала близкому к Елене Батуриной предпринимателю Владимиру Штернфельду.

Александр Владиславлев забыл главную заповедь нынешней российской экономики «Делиться надо!». За это его Вольский из РСПП и погнал, хотя, конечно, все было представлено в виде серьезных политических разногласий. Цементные разборки
В 1999 году Владиславлев наконец-таки избрался в Государственную Думу. На самом деле не избрался, занавес опустился как раз точно перед носом прилипалы. Спасло то, что Борис Громов стал губернатором Московской области, и именно по его мандату Владиславлев и оказался в Думе. И слава богу, иначе бы старые друзья заклевали бы неудачливого председателя политсовета «Отечества» не хуже тех кур, разведением которых балуется на досуге г-н депутат. Однако, спросите вы, а какое это все отношение имеет к цементу?

В депутаты господин Владиславлев уходил с должности председателя совета директоров ОАО «Штернцемент», сейчас, правда, эту деталь своей биографии он вымарывает отовсюду. Почему же? После его перехода в Думу на должность председателя совета директоров «Штернцемента» был назначен только что отставленный с поста главы московской ФСНП Борис Добрушкин. Который чуть позже на паях с «новым русским предпринимателем» Филаретом Гальчевым отобрал этот бизнес у Штернфельда. Господин Добрушкин, одним прекрасным утром заблокировавший почтенного отца нескольких семей Владимира Давидовича Штернфельда в своем кабинете, предложил ему на выбор два исхода: либо прямо сейчас сюда приедут бравые налогово-полицейские молодцы и заберут уважаемого патриарха на цугундер (документы прилагались), либо Владимир Давидович тут же прямо передает права на свои акции структурам Филарета Гальчева. Штернфельд попросил для того, чтобы принять «правильное» решение возможности сделать один телефонный звонок. Этот звонок был Александру Владиславлеву. В течение нескольких минут Владиславлев предложил своему собеседнику смириться с неизбежным и отдаться без разговоров. Однако, выплата со стороны новых акционеров не очень превысила его обычную зарплату. Все было бы хорошо, если бы переименовавший его после захвата в «Евроцемент» Филарет Гальчев не попытался начать ценовую войну не только с московским правительством, но и с компанией «Интеко», возглавляемой женой московского мэра и ее братом. В результате этой ценовой войны Елена Батурина была вынуждена потратить 90 миллионов долларов на покупку «Осколцемента». И стала смотреть на Александра Владиславлева (естественно, не только на него), как на человека, поднявшего ее на деньги. Не стоит завидовать тем, на кого Елена Николаевна так смотрит. Это всегда заканчивается плохо. Для тех, на кого смотрят.

Это дошло даже до нашего героя. В поисках очередной крупной рыбы
Уж как только не изгалялся крупный политик Александр Владиславлев перед прошлыми думскими выборами в адрес поддерживаемого президентом Путиным «Единства». Как он не обвинял «Единство» и Кремль в попытке насаждения тоталитаризма и создания новой КПСС. Может, впрочем, и завидовал. Однако, сегодня, почуяв, что хорошие отношения в Москве заканчиваются, а его многостраничные доклады (как они похожи на такие же шедевры времен общества «Знание») о зарубежных поездках и общениях со всякими иностранными партийцами ни у кого радости не вызывают и лишь заставляют внимательнее смотреть на цифры счетов за зарубежные поездки писателя, Владиславлев решил «переехать» на другую сторону.

Однако, в новый путь захотелось идти не совсем пустым. Многие в Москве знают, что Александр Павлович как следует поучаствовал в создании некоего Фонда, в который сочувствующие «Единой России» предприниматели могут внести свой посильный вклад. А поскольку сочувствуют у нас «Единой России» теперь чуть ли не все, то вносили. А как же? Ведь во главе процесса стоял Александр Владиславлев, председатель Политсовета «Отечества» в недавнем прошлом, а теперь секретарь Политсовета «Единой России». Только куда теперь пошли эти денежки никто в Москве не знает, даже Юрий Лужков. Так что с деньгами теперь у Александра Павловича опять все в порядке. Достаточно взглянуть на его офис, в ряду прочих расположенный по так хорошо известному всей имеющей отношение к политике Москве адресу. Мосфильмовская, дом 40.

После прикарманивания средств Фонда рыба-прилипала посчитала, что надо срочно менять хозяина, в Москве такие шутки могут и не понять. А спина Бориса Грызлова выдержит и Владиславлева. Даже и не вспомнит, дескать, Борис Вячеславович, что поначалу удачливый фондостроитель пытался уже лезть на место, которое занимал тогда в «Единой России» опальный ныне Александр Беспалов. Однако же, кто б там не работал в этой «Единой России», но тогда Владиславлева не пустили. Своих пустозвонов всегда хватало. А может быть вспомнили, что Александр Павлович, строго говоря, ничего из себя не представляет, да и не умеет ничего. Однако, крупный специалист по марксизму-ленинизму, фондам и защите предпринимательства с нефтяным дипломом не оставил своих целей. Количество разных бумаг, которые может наплодить Александр Павлович, огромно. Но не менее огромна его страсть к тому, чтобы быть постоянно рядом с кем-то. Рядом с кем-то из серьезных. Чтобы было рядом с кем поживиться чем-нибудь, а там, глядишь, можно и на чужую спину вскарабкаться. Опыта же, как прилипнуть, у него хватит на многих. Политическая биография обязывает. Хоть к сортирам, но прилипнуть. Главное, чтобы начальственность была. Деньги-то уже есть.